Вероника Дикая Моя пятая жизнь

Глава 8

Плыли мы около восьми часов. Почти всё это время я провела в каюте, стараясь читать книги и не обращать внимания на мерное покачивание корабля. Поначалу лёгкая качка даже успокаивала, но уже через пару часов спина начала ныть, ноги затекли, а однообразный скрип деревянной обшивки стал действовать на нервы.

Лианор переносил путешествие куда спокойнее. Он успел разобрать привезённые с собой документы, написать несколько писем и, кажется, ни разу не пожалел о том, что нам пришлось делить одну каюту. Я же всё чаще поглядывала в сторону небольшого круглого окна, за которым до самого горизонта простиралась сверкающая водная гладь.

Когда корабль наконец замедлил ход, а над палубой раздались громкие команды матросов, я едва удержалась от того, чтобы первой броситься к двери. Снаружи послышались крики чаек, плеск воды и гул множества голосов. Корабль входил в гавань.

Я поднялась на палубу и на несколько мгновений застыла, разглядывая раскинувшийся впереди Каймарк.

Изумрудный остров поднимался из лазурной воды, словно драгоценный камень, оправленный в белоснежное кружево морской пены. Вдали виднелись тёмно-зелёные вершины гор, чьи склоны терялись в лёгкой дымке. Над ними плыли облака, задевая скалы и верхушки исполинских деревьев. Густые леса подступали почти к самому побережью, но рядом с гаванью уступали место широким равнинам, покрытым высокой травой с серебристым отливом. Под порывами ветра она склонялась длинными волнами, и казалось, будто в глубине острова раскинулось ещё одно море.

За портом возвышался город. Светлые здания теснились на склонах, поднимаясь одно над другим широкими ступенями. Белые каменные стены, терракотовые крыши, башенки с позолоченными шпилями и открытые галереи тонули в зелени цветущих садов. Ещё выше, на вершине прибрежной скалы, виднелся императорский дворец. Даже издалека его сверкающие купола и высокие стены производили внушительное впечатление.

Едва корабль пришвартовался и опустили сходни, я поспешила на берег. После долгих часов в тесной каюте мне не терпелось ступить на неподвижную землю и как следует размять спину.

Каменные плиты пристани были нагреты солнцем. Я остановилась, расправила плечи и с наслаждением вдохнула полной грудью тропический воздух. Он оказался тёплым и влажным, наполненным солоноватой свежестью, ароматами цветов, пряностей, спелых фруктов и свежей рыбы. В нос тут же ударила непривычная смесь запахов, но она не показалась мне неприятной. Напротив, этот воздух словно пробуждал после долгого сна.

Вокруг кипела жизнь. Матросы разгружали корабли, портовые рабочие перекатывали по настилам тяжёлые бочки, торговцы громко расхваливали свой товар, а над всем этим шумом разносились пронзительные крики морских птиц. На прилавках под яркими навесами громоздились неизвестные мне плоды, связки сушёных трав, корзины с раковинами и деревянные ящики со специями. Между людьми сновали смуглые ребятишки, предлагавшие приезжим прохладную воду и цветочные венки.

После размеренной жизни на корабле порт оглушал множеством звуков, красок и запахов.

— Леди, прошу в карету — произнёс помощник принца.

Он галантно поклонился и указал на ожидавший у края площади экипаж.

Карета оказалась большой, но удивительно изящной. Её лаковые чёрные стенки поблёскивали под яркими лучами солнца, а золотые элементы не выглядели вычурными, лишь подчёркивая плавные очертания корпуса. На дверце красовался герб дома Вальдек: серебряная птица с распростёртыми крыльями на тёмно-синем поле. По углам виднелся тонкий узор в виде переплетающихся ветвей, а ручки и ободы колёс были украшены чеканкой.

Карету везли четыре статных серых коня с чёрными гривами. Животные нетерпеливо переступали копытами и потряхивали головами, из-за чего серебряные бляшки на сбруе мелодично позвякивали.

Помощник открыл передо мной дверцу и подал руку. Внутри нас ожидали мягкие сиденья, обитые тёмно-синим бархатом. Окна прикрывали тонкие полупрозрачные занавески, защищавшие от палящего солнца, но не мешавшие разглядывать город. На небольшом откидном столике стояли кувшин с прохладной водой и две хрустальные чаши.

Лианор сел напротив меня. Едва дверца закрылась, кучер щёлкнул кнутом, и экипаж плавно тронулся с места.

Первые несколько минут мы двигались вдоль шумной набережной. Через открытое окно доносились голоса торговцев и звон корабельных колоколов. Городские кварталы поражали яркостью и оживлённостью. Узкие улочки разбегались между светлыми домами, чьи балконы были увиты цветущими растениями. Из раскрытых окон свисали пёстрые ткани, над входами в лавки качались резные вывески, а между зданиями протянулись верёвки с разноцветными флажками.

На рынках царило настоящее столпотворение. Торговцы выкладывали на прилавки горы тропических фруктов: золотистые плоды с шипастой кожурой, розовые ягоды размером с яблоко, ярко-зелёные гроздья и огромные полосатые дыни. Рядом продавали свежую рыбу, сверкавшую серебряной чешуёй, корзины моллюсков, пучки ароматных трав и мешочки с пряностями. В воздухе смешивались терпкий запах корицы, сладость спелых плодов, морская соль и аппетитный аромат жаренного на открытом огне мяса.

Люди выглядели не менее ярко, чем сам город. Женщины носили лёгкие платья сочных оттенков и украшали волосы живыми цветами. Мужчины предпочитали просторные рубашки, широкие пояса и свободные брюки. Среди них встречались моряки, торговцы, ремесленники и богато одетые горожане, сопровождаемые слугами.

При виде императорского герба прохожие почтительно отступали в сторону. Некоторые склоняли головы, другие с любопытством заглядывали в окна, пытаясь рассмотреть пассажиров.

Я невольно отодвинулась от занавески.

— Привыкайте — заметил Лианор, не отрываясь от очередного документа — Через несколько дней вас будут узнавать.

— Утешили — пробормотала я.

Уголок его губ едва заметно приподнялся.

Постепенно торговые кварталы остались позади. Дома становились всё просторнее, улицы шире и тише. Карета миновала каменную арку, украшенную барельефами морских птиц, и выехала за пределы города.

Перед нами раскинулись широкие серебристые равнины. Высокая трава шелестела под ветром, переливаясь от светло-зелёного до почти белого. Здесь и там виднелись невысокие холмы, фруктовые рощи и небольшие селения с белёными домами. На полях трудились люди, а по обочинам дороги росли незнакомые цветы с широкими алыми лепестками.

Вскоре равнина сменилась лесом.

Деревья здесь были настолько огромными, что я невольно прижалась к окну, пытаясь разглядеть их вершины. Могучие стволы уходили вверх и терялись среди облаков, а переплетённые кроны образовывали зелёный свод над дорогой. Толстые корни взламывали каменную землю, тянулись по склонам и образовывали причудливые арки. Между ними журчали прозрачные ручьи, с покрытых мхом камней свисали лианы, а в густой листве мелькали яркие птицы.

Несмотря на жару, под деревьями царила приятная прохлада. Солнечные лучи с трудом пробивались сквозь густые кроны, ложась на дорогу дрожащими золотыми пятнами. В воздухе пахло влажной землёй, древесной корой и сладкими цветами.

Я смотрела по сторонам, почти забыв о сидевшем напротив принце. Каймарк разительно отличался от моей родины. Здесь всё казалось больше, ярче и живее. Даже лес словно дышал вместе с нами.

Примерно через час деревья начали редеть, и дорога вывела нас на высокий берег. Внизу, далеко под скалами, расстилался океан. Волны с грохотом разбивались о чёрные камни, рассыпаясь белой пеной. Вдоль обрыва тянулась широкая дорога, ограждённая невысоким каменным парапетом.

Вскоре впереди показалось поместье.

Оно стояло на выступающем в океане мысе и напоминало небольшую крепость. Основное здание было сложено из светлого камня, который под солнцем отливал тёплым золотом. Высокие арочные окна отражали синеву неба, а открытые галереи обвивали стены со стороны воды. По углам возвышались изящные башни с тёмно-синими крышами. Широкая лестница спускалась к ухоженному саду, где среди пальм и цветущих кустарников блестели струи фонтанов.

Поместье окружала невысокая ограда, скорее декоративная, чем оборонительная. Кованые ворота распахнулись ещё до того, как наша карета приблизилась. По обе стороны дорожки росли невысокие деревья с белыми цветами, наполнявшими воздух тонким сладковатым ароматом. У главного входа уже выстроились слуги.

Карета остановилась, и помощник поспешно открыл дверцу. Лианор вышел первым, затем подал мне руку. Едва мои туфли коснулись светлых плит, слуги одновременно поклонились.

— Добро пожаловать, Ваше Высочество. Добро пожаловать, леди Эльдриган — произнёс седовласый мужчина, судя по строгому чёрному костюму, управляющий поместьем.

Я скользнула взглядом по остальным. Они старались сохранять почтительное выражение, но на лицах отчётливо читались удивление и любопытство. Видимо, сообщение о моём приезде оказалось достаточно кратким и не содержало никаких объяснений. Горничные украдкой разглядывали моё платье, лакеи то и дело переводили взгляды с меня на принца, а совсем юная служанка смотрела так, словно ожидала продолжения захватывающего романа.

К счастью, ни зависти, ни злобы я не заметила. Только естественное любопытство людей, в чьей размеренной жизни внезапно появилась совершенно незнакомая женщина, объявленная невестой их господина.

— Позаботьтесь, чтобы леди Валирии предоставили покои хозяйки поместья. С этого дня леди Валирия Эльдриган является моей невестой— распорядился Лианор — Если ей что-нибудь понадобится, исполняйте просьбы без промедления. Она такая же хозяйка как и я.

— Разумеется, Ваше Высочество — отозвался управляющий.

Принц повернулся ко мне.

— Мне необходимо отправиться во дворец.

— Прямо сейчас? — удивилась я.

— Моё отсутствие и без того затянулось. Я не должен был присутствовать на приеме у принца Нортала. Кроме того, следует предупредить отца о вашем приезде прежде, чем он узнает об этом от кого-нибудь другого.

Судя по внимательным взглядам слуг, новость уже начинала распространяться. Вряд ли наше прибытие в порт осталось незамеченным.

— Надеюсь, вы не сочтёте моё отсутствие невежливостью — продолжил Лианор — Располагайтесь. Это поместье предоставлено в ваше полное распоряжение.

— Не беспокойтесь. Я сумею занять себя до вашего возвращения.

— В этом я не сомневаюсь.

По его губам скользнула загадочная улыбка. Не успела я выяснить, что она означала, как Лианор уже попрощался и направился обратно к карете. Экипаж развернулся на широкой площадке и вскоре скрылся за воротами, оставив меня одну перед целой шеренгой любопытствующих слуг.

Управляющий представился господином Арвеном и предложил показать мне поместье.

Внутри здание выглядело ещё величественнее. Просторный вестибюль встречал прохладой и тихим журчанием небольшого фонтана. Пол был выложен светлым мрамором с тонкими голубыми прожилками, напоминавшими морские волны. Высокий свод поддерживали резные колонны, а широкая лестница с позолоченными перилами раздваивалась, уводя на второй этаж.

Несмотря на богатое убранство, поместье не казалось холодным или безжизненным. Повсюду стояли вазы со свежими цветами, на стенах висели картины с морскими пейзажами, а лёгкие занавески шевелились от проникающего через окна ветра. Тёмная мебель, мягкие ковры и бронзовые светильники придавали комнатам уют.

Мои покои располагались в западном крыле. Они состояли из спальни, небольшой гостиной, гардеробной и купальни. Однако больше всего меня поразила открытая терраса.

Стоило распахнуть стеклянные двери, как в комнату ворвался свежий ветер. Я вышла наружу и остановилась у каменных перил.

Передо мной простиралась бескрайняя водная гладь. Отсюда океан казался ещё величественнее, чем с палубы корабля. Солнечный свет рассыпался по волнам тысячами искр, вдали белели паруса, а у подножия скалы кружили морские птицы. Берег изгибался широкой дугой, уходя к далёким зелёным холмам.

Я долго стояла на террасе, наслаждаясь открывшимся видом. Если бы не предстоящая встреча с императорской семьёй, необходимость поддерживать фиктивную помолвку и неясные намерения самого Лианора, это место вполне можно было бы назвать раем.

После дороги усталость навалилась на меня внезапно. Горничные уже успели разобрать привезённые вещи, наполнить купальню и приготовить чистую одежду. Я позволила себе понежиться в тёплой воде, а затем прилегла всего на несколько минут.

Как оказалось, этих минут хватило, чтобы я крепко уснула. Разбудил меня осторожный стук в дверь. За окнами уже сгущались сумерки. Небо над океаном окрасилось в розовые, золотистые и лиловые оттенки, а на воде протянулась широкая багряная дорожка. В комнате царил мягкий полумрак.

— Войдите — сонно отозвалась я.

В спальню заглянула молодая служанка. Та самая, что встречала меня у входа с особенно любопытным выражением лица.

— Прошу прощения, леди Эльдриган — произнесла она, присев в реверансе — Его Высочество вернулся из дворца и ожидает вас в столовой.

— Давно?

— Всего несколько минут назад.

— Передайте, что я скоро спущусь.

Служанка поклонилась и вышла, а я с неохотой поднялась с постели. После сна тело всё ещё оставалось тяжёлым, но голод быстро заставил меня окончательно проснуться.

Для ужина я выбрала лёгкое, но достаточно целомудренное платье нежно-голубого цвета. Тонкая ткань свободно ниспадала до пола, не стесняя движений, а высокий вырез и длинные полупрозрачные рукава делали наряд подходящим для встречи с мужчиной наедине. Волосы я собрала в простую причёску, оставив несколько прядей у лица. На помощь я никого не звала так как уже привыкла справляться сама.

Столовая находилась на первом этаже, в обращённой к океану части дома. Когда слуга распахнул передо мной двойные двери, я увидела длинный стол, накрытый белоснежной скатертью. На нём уже стояли блюда с запечённой рыбой, овощами, свежим хлебом и фруктами. В высоких подсвечниках горели свечи, а через открытые окна доносился шум прибоя.

Лианор сидел во главе стола. Он успел сменить дорожный костюм на тёмную рубашку с серебряной вышивкой и выглядел непривычно расслабленным. Перед ним стоял бокал, однако к еде принц ещё не притронулся.

При моём появлении он поднялся.

— Рад, что вы решили присоединиться ко мне.

— Рада видеть вас— ответила я, подходя ближе — Есть ли новости из дворца? Вы так внезапно уехали и отсутствовали так долго, что я начала переживать.

Один из лакеев отодвинул для меня стул рядом с принцем. Я поблагодарила его и села.

— Переживать обо мне? — спросил Лианор, опускаясь на своё место — Не ожидал, что вы так быстро начнёте исполнять обязанности заботливой невесты.

— Не обольщайтесь. Я беспокоилась, что мне придётся в одиночку объяснять вашему отцу, откуда я здесь взялась.

Принц тихо рассмеялся.

— В таком случае можете быть спокойны. Я уже избавил вас от этой необходимости.

Слуги наполнили наши бокалы прохладным напитком и бесшумно отошли к стене.

— Новости действительно есть — продолжил Лианор — Я доложил отцу, что вернулся не один, а вместе с невестой. Через пять дней во дворце состоится бал в честь нашей помолвки.

Я на мгновение замерла, но затем спокойно кивнула.

— Я вас поняла.

В этой новости не было ничего удивительного. Слухи о принце, внезапно вернувшемся с невестой из другой страны, распространятся со скоростью лесного пожара. Мы ещё не успели поужинать, а половина столицы, вероятно, уже обсуждала моё происхождение, внешность и возможные причины столь неожиданной помолвки.

Аристократия непременно захочет увидеть меня собственными глазами. Придворные станут изучать каждое моё движение, искать скрытые недостатки и пытаться понять, почему наследник Каймарка выбрал именно меня. Одни явятся из любопытства, другие — ради новых сплетен, а третьи постараются выяснить, можно ли использовать появление чужестранки в собственных интересах.

При таких обстоятельствах император поступил разумно. Было проще сразу объявить о помолвочном бале и представить меня двору официально, чем позволить слухам бесконтрольно множиться.

— Пять дней — задумчиво повторила я — Не слишком много времени на подготовку.

— Вам потребуется больше?

— Мне потребуется понять, что именно от меня ожидается.

Лианор сделал глоток из бокала, не сводя с меня внимательного взгляда.

— Всего лишь убедить присутствующих, что вы согласились стать моей женой по собственной воле.

Я невольно нахмурилась.

— И насколько убедительной должна быть наша игра?

— Настолько, чтобы ни у кого не возникло желания проверить её правдивость.

— Звучит угрожающе.

— Напротив, дорогая невеста — На губах принца появилась знакомая насмешливая улыбка. — Я лишь хочу сказать, что в ближайшие пять дней нам действительно придётся узнать друг друга получше.

Я посмотрела на него, затем перевела взгляд на мерцающее за окнами океан.

Каймарк встретил меня солнцем, тропическими ароматами и великолепными видами. Моё новое жилище оказалось роскошным, слуги — доброжелательными, а ужин обещал быть превосходным.

И всё было бы замечательно, если бы впереди меня не ожидал целый дворец любопытных аристократов и необходимость изображать влюблённую невесту человека, которому я пока совершенно не доверяла.

— К тебе будет присматриваться вся местная аристократия — предупредил меня принц Лианор.

Он произнёс это будничным тоном, словно речь шла о перемене погоды, а не о десятках любопытных придворных, готовых обсуждать каждый мой шаг. Я прекрасно представляла, что меня ожидает. Стоит появиться во дворце в качестве невесты наследного принца, как все взгляды немедленно обратятся ко мне. Будут оценивать происхождение, манеры, наряды, украшения и даже то, с какой стороны я обхожу стол. Каждое неосторожно сказанное слово обрастёт домыслами, каждый взгляд получит десяток истолкований, а любая оплошность уже к утру станет главной темой светских разговоров. И всё же эта перспектива меня нисколько не пугала.

— Это не страшно. Ко мне всю жизнь кто-нибудь присматривался — спокойно ответила я и потянулась к стоявшему передо мной блюду. От еды исходил восхитительный аромат, и откладывать трапезу ради соблюдения бессмысленных условностей я не собиралась.

Конечно, я знала правила этикета. Первым к еде должен был притронуться мужчина, особенно если этот мужчина являлся моим женихом и наследником престола. Любая благовоспитанная леди терпеливо ждала бы, пока принц возьмёт приборы, а затем последовала бы его примеру. Возможно, она даже смущённо улыбалась бы, надеясь заслужить его одобрение.

Но наша помолвка была фиктивной.

Мы находились наедине, а потому разыгрывать из себя трепетную невесту я не видела ни малейшего смысла. Для чего? Благосклонность Лианора мне не требовалась. Я не собиралась очаровывать его, добиваться любви или мечтать о настоящей семейной жизни. Всё, о чём я могла думать, это как предотвратить будущую войну, в которой я уже погибала. Четырежды.

По сравнению с этим нарушение застольного этикета казалось совершенно незначительной провинностью.

Я положила себе немного рыбы и попробовала её. Мясо оказалось нежным, а непривычная смесь пряностей придавала ему тонкую остроту. Повар в поместье явно знал своё дело.