- Рейтинг Литрес:4.6
Полная версия:
ТИ ШРАМ Нургада. Путь
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
Мы двигались бесшумно вдоль стоящих вплотную друг к другу обветшалых домов. Годами не видевшие ремонта, они практически вываливались на узкие неухоженные улочки. Особое отвращение вызывал запах гари, сырости и грязного белья. С каждым вдохом он проникал глубже в лёгкие, и мне казалось, что я уже никогда не смогу выдохнуть его обратно.
Через полчаса хождения по тёмным проулкам Маркус остановился у одного из домов. Он ничем не отличался от остальных бетонных коробок, лишь этажей в нём оказалось два.
— Это что ещё за убожество? — скривился Виктор. — Только не говори, что мы теперь тут будем жить.
— Вряд ли, — бросил Маркус и толкнул незапертую дверь.
Войдя внутрь, он остановился посреди небольшой гостиной и замер, подняв руку. Осматриваясь по сторонам, я едва различала в полумраке окружающий нас простенький интерьер.
— Ну и что дальше? — процедил Виктор, явно начиная терять терпение. — Зачем мы сюд…
Он не успел закончить фразу, так как со второго этажа на нас с бешеным криком выскочил мужчина, отчаянно размахивая железной кочергой.
— А ну пошли вон отсюда!
В шоке отскочив в сторону, я заметила, как Виктор успел выхватить нож.
— Тише, Бран, — произнёс Маркус, даже не сдвинувшись с места. — Ты так себе переломаешь кости.
Замахнувшись, мужчина резко остановился, несколько секунд нервно сжимая и разжимая руки.
— Какого чёрта ты припёрся? — рявкнул он, удивлённо моргая.
Отойдя в сторону, Бран включил свет, и я зажмурилась.
— Для начала надень штаны, — усмехнулся Маркус.
Продолжая стоять с закрытыми глазами, я почувствовала, как ещё больше краснею. Глава Тасона оказался совершенно голым.
— Сейчас же выметайся отсюда и свору свою забери! — прорычал Бран, даже не думая прикрыться. — Вас ищет Назитрап! Мне ещё месяц перед ними плясать, а ты решил всё завалить?
— Да нет у тебя месяца! — огрызнулся Маркус. — На, накинь, тошно смотреть.
Услышав шорох, я приоткрыла один глаз и облегчённо выдохнула, увидев, что Маркус бросил в Брана накидку, стащив её с кресла. Мужчина нехотя обмотал её вокруг бёдер и, фыркнув, произнёс:
— Тошно ему, а ты можешь на меня не смотреть. Вы здесь точно не останетесь! Выкладывай, только быстро.
— Где у тебя тут еда? — вмешался Виктор. — Пока мы не пожрём, я с места не сдвинусь.
Бран зло раздул ноздри, но, молча кивнув, повёл нас в соседнюю комнату. Кухня оказалась совсем крохотной, и мы едва уместились за узким столом. Недовольно бормоча, хозяин дома с грохотом стал выставлять на него свои запасы. Не дожидаясь приглашения, мы начали растаскивать по тарелкам куски вяленого мяса, соленья и хлеб. И это ещё больше разозлило полуголого мужчину.
— Жрите и валите! — рявкнул он, теряя терпение.
— Свяжись с Амосом, — спокойно произнёс Маркус, вертя в руках кусок засохшего сыра. — Мой дом нашли, а это значит, что у вас неделя, максимум — две. Гри роет слишком быстро.
— Но это невозможно… У меня ещё ничего не готово, — ошарашенно ответил Бран, плюхнувшись на соседний стул. — В такой короткий срок бунт не поднять.
— Придётся, — сухо бросил Маркус. — Иначе не стоило и начинать.
— Да что тут поднимать, — усмехнулся Виктор, вгрызаясь в очередной кусок мяса. — Тебе легче всех: всё здесь разворотить. Покажи своим работягам зажравшийся Мирт, и они сами разорвут охрану.
— Тебя ещё забыл спросить, — процедил Бран, потирая переносицу. — Ладно, мне это обсуждать не с вами. За информацию спасибо, но вам надо уйти.
— Вот ты жирная паскуда! — огрызнулся Виктор, отодвигая тарелку. — Только за свою шкуру трусишься.
Мужчина резко вскочил на ноги, и стул с грохотом отлетел в сторону. Но, сделав шаг, он так и застыл с занесённым кулаком, когда за его спиной раздался ледяной голос Маркуса:
— Сядь на место, Бран. Нечего тут светить своим голым задом.
На кухне стало так тихо, что я даже расслышала, как монотонно тикают настенные часы. Ещё раз презрительно посмотрев на ухмыляющегося Виктора, глава Тасона отошёл от стола. Он опёрся спиной о щербатую кухонную столешницу и зло прошипел:
— Проваливайте в Мирт. Пусть вами Ярос занимается, а я рисковать не буду.
— И как, по-твоему, мы должны туда попасть? — спросил Маркус, удивлённо изогнув бровь.
— У меня через неделю должны пойти туда машины с товаром, но я могу отправить их раньше.
— С «товаром», — повторил Виктор, давясь от смеха. — Ты так говоришь, как будто продаёшь его им, а не даришь.
— Да заткнись ты уже, — простонал Бран, стиснув зубы и серьёзно посмотрев на Маркуса. — Ган, тебе действительно нужно уходить. Вас ищут! У Яроса давно всё вычищено, а у меня… возможно, будет бойня. Сейчас мне нужно выиграть время. Я всё организую, люди надёжные, спрячут вас и довезут. Уезжай по-хорошему, иначе сдам.
Нервно сцепив пальцы и затаив дыхание, Бран ждал решения. Скользнув по нему презрительным взглядом, Виктор хмыкнул, но сдержался и молча отвернулся, уставившись в запотевшее окно.
— Когда? — холодно спросил Маркус, вызвав у Брана облегчённый вздох.
— За сутки всё успею, — выпалил он, заметно повеселев. — Ждать будете на чердаке. Еду, одежду принесу. Там есть…
— А грязь? — задумчиво перебил его Маркус.
— Что — грязь? — переспросил Бран, непонимающе моргая.
— Чтобы очистить от неё Тасон, тебе нужен переворот?
— Да, тут всегда так было… — растерянно ответил он, пожав плечами.
— Да, грязь здесь была всегда, и ты теперь просто зальёшь её кровью, — резко поднявшись, Маркус вышел, грубо бросив через плечо: — Провожать не надо, чердак твой я сам найду.
Переглянувшись, мы с Виктором отправились следом, оставив Брана озадаченно стоять в полумраке его ветхой кухни.
Поднявшись на второй этаж, мужчины без труда нашли откидную лестницу, ведущую наверх. Чердак оказался тесным, пыльным и заваленным хламом. Среди полуразбитых ящиков, тюков и ржавых инструментов нашлась пара старых матрасов. Один из них Виктор оттащил в дальний угол и, громко застонав, рухнул сверху.
— Дурацкая идея — отправиться в Мирт, — буркнул он, укрываясь шерстяной тряпкой. — Ты бы уж сразу вёл нас в Назитрап, чего мелочиться.
— Может, ты уйдёшь вниз? — процедил Маркус, прикрыв глаза. — У меня от тебя уже башка гудит.
Хмыкнув, Виктор отвернулся и демонстративно засопел.
— Мне тоже не хочется туда ехать, — прошептала я, пытаясь соорудить себе спальное место. — Это опасно…
— А где сейчас для нас не опасно? — равнодушно бросил Маркус.
Я видела его напряжённый, неподвижный силуэт и не решалась продолжить разговор. Не став ложиться, он отошёл к стене, где сухие доски разошлись, пропуская лунный свет. Опустившись на пол и прислонившись спиной к шершавому дереву, Маркус смотрел сквозь щели на ночной Тасон, а по его усталому лицу скользили тени.
— Тот дом… в лесу. Я знаю, что он был тебе дорог. Мне жаль, что с ним так поступили.
Слова сами сорвались с губ, и я не успела их остановить. В этот момент мне захотелось, чтобы он это обязательно услышал.
Знал, что мне не всё равно…
— Его давно нужно было сжечь, — ответил Маркус еле слышно. — Спи, Латея, пока есть такая возможность. Неизвестно, что ждёт нас в Мирте.
— Давай не пойдём туда… сбежим… и поселимся где-нибудь подальше от Системы…
— Мы и есть Система. Сбежать от самих себя не получится.
— Маркус, ты продолжаешь оставаться солдатом, даже когда уже некому служить! — прохрипела я, едва сдерживая навернувшиеся слёзы. — Хоть раз подумай о себе! Чего хочешь ты?
— А ты не думала, что это и есть то, чего я хочу?
— Нет. Не хочешь…
Закрыв глаза, Маркус упёрся затылком в доски, и я впервые увидела его безумную усталость. Она горечью вылезла наружу, вытащив с собой тоску, отчаяние и боль. Мне стало понятно, что попасть в Мирт он хочет не больше меня, но не может иначе.
Он всего лишь солдат, всегда им был…
Я смотрела на его лицо, которое вдруг стало чужим и таким родным одновременно, и мне сделалось зябко. Стало жутко некомфортно сидеть одной на грязном матрасе, когда он так близко — всего лишь руку протяни.
Стащив с головы кепку, я некоторое время вертела её в руках, словно она могла помочь мне решиться сделать первый шаг. Счастливый пони на ней улыбался, и я криво усмехнулась ему в ответ.
Трусиха…
Сжав козырёк и отбросив дурацкие сомнения, я неуверенно поднялась и подошла к нему, бесшумно сев рядом. Наши плечи соприкоснулись, и я ощутила тепло, которого мне так не хватало. Маркус не открыл глаз, продолжая сидеть, запрокинув голову, но на его губах появилась едва уловимая улыбка. Она просочилась мне под кожу, согревая, прогоняя страхи и успокаивая.
— Не спится? — хрипло прошептал он, и его рука скользнула мне за спину, притянув ближе.
Покачав головой, я прислонилась к его плечу щекой и со странным умиротворением стала наблюдать за мерцанием одинокого уличного фонаря. В этот момент мне было абсолютно всё равно, куда мы двинемся дальше: останемся в Тасоне, уйдём в Мирт, а может, вообще отправимся в Руант.
Без разницы, лишь бы он остался рядом…
От осознания этого факта у меня перехватило дыхание, но было уже поздно. Он давно проник мне в сердце, и глупо врать самой себе.
Глава 3
Время шло, но спать не хотелось.
Мы так и сидели в обнимку, молча смотря сквозь щели. Утро ещё не наступило, а по грязным улицам уже начали мелькать суетливые тени. Они лишь на мгновение появлялись в искусственном свете фонарей и, не задерживаясь, исчезали, словно тараканы. Одетые в однотипные грубые тёмные одежды жители Тасона спешили на работу. Я наблюдала за ними сквозь щели, иногда выхватывая среди ссутулившихся силуэтов маленькие детские фигуры, отчего в груди появилось неприятное чувство отвращения.
— Тасон всегда был таким? — хрипло спросила я.
Маркус тоже следил за проснувшейся серой массой, и его взгляд был полон тоски.
— Всегда, — выдохнул он и, усмехнувшись, добавил: — Это единственный сектор, который катастрофа так и не смогла изменить.
— Ты по нему скучаешь?
— Я бы сжёг его точно так же, как и Кируд, — произнёс он, брезгливо поморщившись.
От этих слов мне стало не по себе. Не найдя, что ответить, я стыдливо опустила глаза на свои руки, до сих пор нервно сжимавшие кепку.
— Кем он был? — вдруг спросил Маркус, проследив за моим взглядом.
— Кто?
— Твой… Рой.
Я вскинула голову и утонула в чёрной бездне. Он смотрел отстранённо, но ему всё равно не удалось скрыть за этой напускной холодностью болезненный интерес.
— Он говорил, что охотник… но я уже не уверена, что это было правдой… — прошептала я еле слышно.
— Ты его любила?
Этот вопрос выбил почву у меня из-под ног, и я на мгновение замешкалась. Внимательно ловя каждую мою эмоцию, Маркус склонился ниже, нависнув надо мной и не давая отстраниться.
— Он спас меня. Стал для меня всем… целым миром… — выдохнула я, заметив, как нервно сжалась его челюсть. — Да, Маркус… я его любила…
Впервые открыто делясь с ним памятью о Рое, я почувствовала странное облегчение. Признание лёгкостью разлилось по телу, придав уверенности, и я спросила:
— Что связывает тебя с этой кепкой? Я видела, как ты на неё смотрел.
Маркус резко отстранился, выпрямив спину, но взгляда не отвёл. Пристально рассматривая моё лицо, он молчал так долго, что показалось: уже не ответит.
— Мне было шестнадцать… — сдавленно произнёс он, стиснув челюсти. — Я встретил его… в том доме в лесу. Эта странная кепка… Думал, мне померещилось…
Кровь резко запульсировала в моих висках, сбив дыхание. Картинка потеряла чёткость, а в памяти отчётливо всплыли страшные слова Роя о парне, застрелившем семью и пожелавшем уйти вместе с ней. Только сейчас я осознала, что тогда мы проходили недалеко от Тасона… рядом с лесным домом.
Голова закружилась, а с губ сорвался тихий стон:
— Ты убил… их всех…
Маркус дёрнулся, а его глаза наполнились кровью.
— Откуда ты… — прохрипел он, давясь словами.
— Я слышала их… выстрелы… все три…
Он закрыл глаза, а по моим щекам покатились слёзы, делая его образ расплывчатым. Грудь разорвало от боли, словно мне живьём вскрыли рёбра, грубо ковыряясь внутри.
Он хотел уйти вместе с ними…
Я подняла трясущиеся руки и несмело обхватила его лицо ладонями. Маркус замер, закрыв глаза. Его щёки оказались холодными, колючими от щетины, и я чувствовала, как под пальцами дёрнулись желваки.
— Прости… — проскулила я, захлёбываясь от спазма. — Я была так близко…
— Не надо, Латея! — процедил он, ещё сильнее сжав челюсти.
— Но я могла тебе помочь… я ведь хотела…
— Прекрати… пожалуйста!
Передо мной сидел солдат, напряжённый до предела, а я видела лишь мальчишку, которого до сих пор сжирает омерзительное чувство вины.
Я знала, что теперь оно и меня не отпустит.
Руки соскользнули, и, подавшись вперёд, я крепко обхватила его, уткнувшись лбом в грудь. Я чувствовала, как под моими ледяными пальцами напряглись мышцы, превратившись в камень. Под щекой бешено колотилось сердце, а я всеми силами пыталась удержать рвущийся из горла вой.
Моей поясницы коснулась горячая ладонь. Она невесомо поднялась по позвоночнику и легла мне на спину. Маркус притянул меня ближе, зарывшись носом в волосы, а я сильнее сжала пальцы, пытаясь его удержать и не позволить отстраниться.
— Не вини себя, — выдохнул он, нежно скользнув рукой по моей шее. — Ты бы ничего не изменила.
— Но мы могли тебя забрать, а вместо этого просто бросили одного… в лесу.
— А что потом? Вы бы меня усыновили? — хмыкнул он.
Я ошарашенно подняла глаза, встретившись с его холодным и абсолютно непроницаемым взглядом.
— Но… если бы…
— Латея, хватит перебирать варианты! — оборвал меня Маркус. — Нет никаких «если», «но» и «может быть». Всё случилось так, как случилось, и это мой выбор! Мои руки по локоть в крови не по твоей вине, а потому, что я так решил сам.
Неожиданно повисшую тишину между нами разорвал хриплый и чуть насмешливый голос Виктора:
— Ну хорошо, хоть у тебя хватило духу в этом признаться.
Колкая фраза достигла цели, и Маркус, шумно втянув воздух, прошипел:
— В отличие от тебя, я никогда не боялся замарать руки!
— Значит, убийство своих солдат для тебя — всего лишь «замарать руки»? — зло процедил Виктор, резко вскочив с матраса.
Вдруг раздался грохот, и крышка люка на чердак откинулась в сторону. В образовавшемся проёме появилась взъерошенная голова Брана, и я была очень рада его видеть. Неизвестно, чем могла закончиться эта перепалка.
— У нас проблемы, — буркнул он, неуклюже поднимаясь по лестнице с огромным подносом в руках.
— Да неужели? — бросил Виктор, цинично закатив глаза.
Неохотно высвободившись из тёплых рук, я вернулась на свой замызганный матрас. А Маркус так и остался сидеть у щербатой стены, недовольно сверля Брана взглядом.
— Машины будет сопровождать Назитрап, — заявил глава Тасона, виновато пряча глаза. — Но я смогу вас незаметно посадить в одну из них. Закроем ящиками и…
— Ты в своём уме? — раздражённо гаркнул Маркус так, что Бран попятился обратно к люку. — Зачем ты согласился на их сопровождение?
— Они как с цепи сорвались, лезут во все щели, — суетливо затараторил он, оправдываясь. — Говорят — всё в целях безопасности. Я не могу просто так им отказать. Там будут мои надёжные люди. Вам нужно просто не высовываться, пока не попадёте в Мирт.
— Сколько их? — процедил сквозь зубы Маркус, и я заметила, как с силой сжались его кулаки.
— Пять машин с моими водителями, плюс по одному сопровождающему. Ну и… — Бран замялся, но, помедлив, неуверенно произнёс: — По два солдата на каждую…
— Да ты издеваешься! — возмущённо выкрикнул Виктор. — Десять бойцов! Может, лучше сразу пойдёшь сообщишь им, где нас искать?
— Ты, щенок, на меня не гавкай! — отрезал глава шестого сектора, недовольно раздув ноздри. — Я вам ничего не должен! Вы и так мне кучу проблем создали.
— Когда всё будет готово? — совершенно спокойно спросил Маркус.
Мы с Виктором одновременно повернули головы в его сторону, недоумённо открыв рты. Даже Бран, опешив от такой сговорчивости, несколько секунд молча пялился на него, не веря своим ушам. Придя в себя, он неожиданно выдал:
— Через час сюда подъедет уже гружёная машина. У вас будет пять минут.
— Ты же говорил, нужны сутки, — удивился Маркус.
— Всю ночь грузились. Грузовики на электробатареях, и дорога до Мирта расчищена, к вечеру уже будете на месте.
— Так не терпится от нас избавиться?
— А я и не скрывал своих желаний, — огрызнулся Бран, небрежно поставив поднос прямо на пол. — Ешьте.
Он спустился, шумно закрыв за собой люк, а мы так и продолжили стоять, растерянно глядя на Маркуса.
— Как всё для тебя удачно сложилось, — прошипел Виктор сквозь зубы, сжав кулаки. — Ты ведь собирался в Мирт с самого начала?
— Маркус… — выдохнула я, пребывая в шоке. — Зачем ты хочешь туда попасть?
Прислонившись спиной к дощатой стене и свесив руку через согнутую в колене ногу, он отрешённо смотрел на нас, и в его взгляде не было сомнений.
— Потому что мы должны там быть, — спокойно ответил он без угрызений совести. — Система трещит по швам, и мы не можем просто так отсидеться в лесу.
— Кто «мы»? — рявкнул Виктор, еле сдерживаясь. — Говори только за себя!
— Я тебя с собой не звал. Ты сам прицепился, так что не избавиться. Можешь валить на все четыре стороны, я не держу.
— Ты опять решил поиграть в героя?
— У меня там сын, — зло бросил Маркус, резко поднявшись. — И я не буду наблюдать со стороны, как горит Мирт.
Его слова прибили меня к полу, словно гвозди, и я вся сжалась, не в силах выдохнуть.
О чём я только думала?
Ведь там у Маркуса практически семья…
А кто я для него?
Перед глазами промелькнула ехидно улыбающаяся Берта, и стало совсем тошно.
— А я? — хрипло прошептала я, вскинув голову. — Я всего лишь нужна, чтобы…
— Ты идёшь со мной! — перебил меня Маркус, подойдя вплотную. — Нет, Латея!
— Что «нет»?
— Ответ на твой следующий вопрос, который ты так хочешь задать, — раздражённо произнёс он, нависнув надо мной. — Я прямо вижу, как он крутится в твоей голове! Выбрось из неё все сомнения. Хватит!
Да, крутится, сжирая меня изнутри. Вечные сомнения не дают мне покоя, и от этого хочется выть, забившись в угол. Что, если я всего лишь удобный инструмент для спасения этого мира? Способ разрушить Систему и забрать сына… Маркус всё это почувствовал, считал по моему лицу, а может, просто знал, о чём я постоянно думаю.
Я промолчала. Нечего было ответить. Просто стояла и наблюдала за тем, как Виктор, усевшись у подноса с едой, складывает себе бутерброд.
— Какой у тебя план? — недовольно буркнул он, запихивая его в рот.
Задержав на мне задумчивый взгляд, Маркус отошёл к люку и, перед тем как потянуть за крышку, произнёс:
— Хочу связаться с Назитрапом, нужно предупредить ребят. Зная Мору, она с удовольствием перебьёт всех неугодных, лишь бы расчистить себе дорогу.
У Виктора отвисла челюсть, и на несколько секунд он в ступоре завис, перестав жевать.
— Альтруист хренов, — недовольно бросил он, покачав головой. — За две стороны играть не получится.
— А у меня своя сторона. Лучше сам определись, на чьей ты, а то плывёшь по течению, как кусок дерьма, — огрызнулся Маркус, открывая люк. — Ешьте, мне нужно с Браном переговорить.
Он спустился по лестнице, а мы на пару минут просто зависли в тишине, переваривая услышанное.
— Тебе действительно лучше пойти с ним, — тихо произнёс Виктор, криво улыбнувшись. — Он хоть и мудак, но защитить сможет.
Я перевела взгляд на сидевшего на голых досках Виктора, и в горле встал ком. Он был всё ещё худой, с сероватым цветом лица, синюшными тенями под глазами, а в них — беспросветная тоска. На меня смотрел смирившийся со своей участью человек, полностью утративший надежду. Не было в нём больше жизни, только рефлексы, словно он двигался по инерции.
Сделав шаг, я опустилась рядом с ним и, протянув руку, с силой сжала его холодную ладонь.
— Нам… — прошептала я, почувствовав, как дрогнули его пальцы. — Виктор, ты мне нужен. Без тебя я не справлюсь. Пожалуйста, не бросай меня… Борись…
— А если мою морду перекосит и, как у нурга, отпадут уши, ты будешь с таким же умилением на меня смотреть?
— Ты невыносим, — выдохнула я, покачав головой. — Главное, чтобы улыбка осталась, а остальное для меня не имеет значения.
— Ловлю на слове, — хмыкнул он, протянув мне аппетитную куриную ножку.
Больше мы не касались этой темы, тщательно пережёвывая любезно предоставленное Браном жареное мясо. В моей душе был полный хаос, но я всё равно чувствовала себя счастливой. Впервые за много лет в моей жизни появились люди, которым я была небезразлична. Это порождало ответный страх потерять их, но его я гнала прочь.
Мы практически успели съесть всё, что стояло на подносе, когда вернулся Маркус, сообщив, что пора грузиться. Нужно было идти налегке, поэтому огромные рюкзаки они так и оставили на пыльном чердаке, взяв с собой лишь пару неприметных ножей.
Свой я тоже достала, засунув его в боковой карман брюк. Не став надевать яркую кепку, чтобы не привлекать лишнего внимания, я убрала её обратно к блокноту.
Всё моё богатство, как всегда, со мной…
Внизу нас уже ждал грузовик, доверху гружённый огромными ящиками в деревянной обрешётке. Его припарковали вплотную ко входу, загородив обзор с улицы. Часть зелёного брезента, обтягивающего кузов, откинули лишь настолько, чтобы мы едва смогли протиснуться внутрь.
В кузов меня подсадили, забросив первой. Виктор с Маркусом запрыгнули следом, и Бран тут же накинул обратно полог, погрузив нас в непроглядную темноту. Постепенно глаза привыкли, и мы, цепляясь руками за доски, протиснулись между ящиками, забившись в самый дальний угол.
Машина качнулась и бесшумно тронулась, монотонно зашуршав шинами. Сжавшись от холода в полутьме, я почувствовала, как рядом сел Маркус, прижавшись ближе в попытке меня согреть. С другой стороны уселся Виктор, и на душе сразу стало спокойно, словно мы были странной семьёй.
В углу, у самой кабины, край брезента отходил, образуя щель. Окоченевшими пальцами я раздвинула его, рассматривая проплывающий мимо безликий Тасон. Жители, которых мы видели утром с чердака, сейчас копошились вдоль обочины, даже не глядя на проезжающие машины. Они всё так же спешили на работу, тащили сумки и вели за руки детей — маленьких и таких же серых, как всё вокруг.
В шестом секторе не было рабов, но и свободными этих людей язык не поворачивался назвать. Все они с самого рождения уже обречены. Ни у кого нет шансов вырваться из этой грязи.
Грузовик набрал скорость, и мимо начали мелькать дома, покосившиеся заборы, пустыри и ржавые листы железа. Возле центральных ворот водитель резко нажал на тормоз, и Маркус дёрнул меня в тень, вынудив отпустить полог. Возле машины началась суета, и мы затаили дыхание.
Из коротких, рубленых фраз копошившихся возле кузова людей стало понятно, что колонна построена и сейчас грузятся солдаты Назитрапа.
— Первая готова. Вторая тоже.
— Третья? — крикнул кто-то.
— Тоже готова, — ответил насмешливый голос, и мужчина запрыгнул в кабину нашего грузовика.
Следом за ним поднялся ещё один и, перекинувшись парой фраз с водителем, хлопнул дверью, громко заржав.
Третья… значит, мы в середине колонны.
— Всё, выдвигаемся! — раздалась команда из головной машины. — До Мирта шесть часов, едем без остановок! Ссыте хоть себе в штаны, мне всё равно.
Послышались ленивые шутки, чей-то смех, потом одна за другой захлопали дверцы.
Колонна тронулась.
Дорога качала нас в темноте, а я снова и снова прокручивала в голове тот далёкий день. В старом доме мальчишка держал в руках ружьё и смотрел на тела тех, кто ещё утром был его семьёй.
Я была так близко… совсем рядом… но ничего не сделала.
Просто ушла.
Оставила его одного с трупами, с болью, с выбором, который никто не должен делать в шестнадцать. В это время мы с Роем беззаботно шли по лесу, обсуждая какую-то ерунду. Погрязнув в собственных проблемах, мы даже больше никогда не вспоминали то, что случилось с тем парнем.
С Маркусом…
Как он смог пережить то, что сделал?
Вспоминая моменты, когда с его взгляда на мгновение спадала напускная пелена холодности и безразличия, я всё отчётливее осознавала: не пережил.
Эта боль так и осталась с ним.
Он тащит её до сих пор…
Маркус сидел, прикрыв глаза, но я знала, что он не спит. Его горячая рука всё ещё лежала на моей талии, удерживая и согревая. Поёрзав, я склонила голову на его плечо, прекрасно понимая, что чувство вины уже никуда не исчезнет. Я не смогу его смыть обычным словом «прости», и нужно как-то научиться жить с этим дальше.
