Роддом. Сценарий. Серии 1-8

Татьяна Соломатина
Роддом. Сценарий. Серии 1-8

Несколько лет назад я получила предложение написать сценарий по серии книг «Роддом». Продюсер высказал пожелание, особо воодушевившее меня: «Давай напишем о нашей молодости, как мы жили! Не про бандюков, не про «святые девяностые», а про жизнь обыкновенных людей! Какими мы были, как становились взрослыми людьми… Но только в «медицинском интерьере»!» На волне успеха первого сезона «Теста на беременность» никаких других интерьеров ожидать и не приходилось. Впрочем, меня это более чем устраивало, учитывая мою медицинскую специальность, мой клинический и жизненный опыт. К тому же, где люди раскрываются во всей своей полноте, как не в близости рождения или смерти. Так что, подтянув героев романов «Приёмный Покой», «Коммуна», «Психоз», «Девять месяцев» и некоторых своих авторских сборников, я засела за работу. Сценарий выходил хорош! Таковым его находили и продюсер, и редакторы, и режиссёры и актёры… Почему он до сих пор не в производстве? Я не знаю. Я всего лишь автор сценария, а не продюсер. В любом случае, у меня есть возможность опубликовать его на ЛитРесе. В сценарии тридцать две серии, это довольно объёмный труд даже для прочтения, потому публиковать буду по восемь серий.

О чём этот сценарий? «По мотивам произведений Татьяны Соломатиной», причём «оркестровку» делала она сама, собственной персоной, с любовью к старым и новым персонажам. Молодые люди оканчивают медицинский вуз накануне развала СССР… Честное слово, мне совсем не хочется писать завлекательный логлайн или кратко пересказывать содержание, нагнетая саспенс. Этот сценарий всё о том же, о чём любое толковое художественное произведение. О чём сама наша жизнь в любых годах, эпохах, временах, сложных или не очень. Как будто бывают несложные времена, которые, как известно, не выбирают. В них живут и умирают. Вот об этом сценарий: о жизни, о любви. О дружбе. О том, что нами движет. О том, почему мы иногда сворачиваем не туда. То есть о ненависти, и о предательстве – тоже. Об удачах и неудачах. Об обстоятельствах, благодаря которым мы меняемся, или же ни при каких обстоятельствах не изменяем себе. И, конечно же, о смерти. Которая не только конец, но и непременно – начало! Это деятельный (то, что называется «экшн») сценарий, наполненный событиями. Это добрый сценарий. Конечно же, в нём есть всё, что так любит аудитория: похождения, интрижки, детективная линия, «мы врачи, мы спасаем жизни!», маленькие смешные тайны и огромные печальные загадки. Есть так полюбившиеся моим читателям Зильберман и Примус, Святогорский и Мальцева, Ельский. И новые герои, которые, уверена, полюбятся не меньше. Есть мир многопрофильной больницы… И просто: мир. В нём есть всё, нет только ханжества и скуки: драматургия не выше морали, но она выше морализаторства. Много юмора, но и грусти не меньше. Ситуации комедийные. И ситуации воистину трагические. Временами шекспирово: кто бы объяснил разницу?! Есть над чем посмеяться. Есть над чем порыдать. И то и то – очищает душу. Есть над чем задуматься – это способствует сохранению бодрости нейронов.

Надеюсь, когда-нибудь мы увидим сериал на экранах. Но это наверняка будет совсем другое произведение. И мне очень хочется, чтобы вы познакомились с тем, что создала я. И ваше воображение. Как минимум для последнего нам пока ещё не нужен бюджет и умение его выбивать. Ну, всё, хватит! Не превращаюсь в демиурга-зануду, сетующего на пассивность материи. Во мне достаточно иронии, чтобы посмеяться над тем, что нас не убивает.

Приятного прочтения!

1-я серия

1-1.НАТ. ПЕРВЫЙ МЕД/У ПАМЯТНИКА СЕЧЕНОВУ. ДЕНЬ.

(ЕВГРАФОВ, ЧЕКАЛИНА, СЫТИН, РАМИШ, ЛЁХА, СТУДЕНТЫ, ПРЕПОДАВАТЕЛИ, РЕКТОР.)

Лето, конец июня. В торжественной обстановке, у памятника Сеченову (или у музея Истории медицины) выпускники, получая дипломы, дают присягу советского врача. Ректор, академики, профессора, преподаватели. У микрофона Евграфов, рядом: Чекалина, Сытин и Рамиш. Напротив толпа молодых людей в белых халатах. Евграфов начинает читать присягу, далее – остальные, единым непрерывным блоком.

ЕВГРАФОВ

Получая высокое звание врача и приступая к врачебной деятельности, я торжественно клянусь: все знания и силы посвятить охране и улучшению здоровья человека, лечению и предупреждению заболеваний, добросовестно трудиться там, где этого требуют интересы общества…

1-2.НАТ. ПЕРВЫЙ МЕД/У ПАМЯТНИКА СЕЧЕНОВУ. ДЕНЬ.

(ЕВГРАФОВ, ЧЕКАЛИНА, СЫТИН, РАМИШ, ЛЁХА, СТУДЕНТЫ, ПРЕПОДАВАТЕЛИ, РЕКТОР.)

Те же, там же. У микрофона Чекалина.

ЧЕКАЛИНА

…быть всегда готовым оказать медицинскую помощь, внимательно и заботливо относиться к больному, хранить врачебную тайну; постоянно совершенствовать свои медицинские познания и врачебное мастерство, способствовать своим трудом развитию медицинской науки и практики…

1-3.НАТ. ПЕРВЫЙ МЕД/У ПАМЯТНИКА СЕЧЕНОВУ. ДЕНЬ.

(ЕВГРАФОВ, ЧЕКАЛИНА, СЫТИН, РАМИШ, ЛЁХА, СТУДЕНТЫ, ПРЕПОДАВАТЕЛИ, РЕКТОР.)

Те же, там же. У микрофона Сытин.

СЫТИН

…обращаться, если этого потребуют интересы больного, за советом к товарищам по профессии и самому никогда не отказывать им в совете и помощи; беречь и развивать благородные традиции отечественной медицины…

1-4.НАТ. ПЕРВЫЙ МЕД/У ПАМЯТНИКА СЕЧЕНОВУ. ДЕНЬ.

(ЕВГРАФОВ, ЧЕКАЛИНА, СЫТИН, РАМИШ, ЛЁХА, СТУДЕНТЫ, ПРЕПОДАВАТЕЛИ, РЕКТОР.)

Те же, там же. У микрофона – Рамиш.

РАМИШ

…во всех своих действиях руководствоваться принципами коммунистической морали, всегда помнить о высоком призвании советского врача, об ответственности перед народом и советским государством.

1-5.НАТ. ПЕРВЫ Й МЕД/У ПАМЯТНИКА СЕЧЕНОВУ. ДЕНЬ.

(ЕВГРАФОВ, ЧЕКАЛИНА, СЫТИН, РАМИШ, ЛЁХА, СТУДЕНТЫ, ПРЕПОДАВАТЕЛИ, РЕКТОР.)

Группа студентов (ядро которых: Евграфов, Чекалина, Сытин, Рамиш) с красными дипломами в руках. На лацканах пиджаков – красный «поплавок» с гербом СССР и чашей со змеёй. Хором с толпой произносят финальные слова присяги.

ВСЕ ХОРОМ

Верность этой присяге клянусь пронести через всю свою жизнь.

1-6.НАТ. У КОРПУСА САНАТОРИЯ/НА ПЛЕНЭРЕ. НОЧЬ.

За городом, у Москва-реки, зал, арендованный для выпускного. В здании горит свет, грохочет музыка, Евграфов и Чекалина выбегают из корпуса, оба взмокшие. Смеясь, бегут по дорожке к реке…

ЭКРАННАЯ НАДПИСЬ:

«ВО ВСЕ МОМЕНТЫ ЖИЗНЕДЕЯТЕЛЬНОСТИ СОЗДАЮТСЯ УСЛОВИЯ, ПРИ КОТОРЫХ ВЫПОЛНЕНИЕ КАКОЙ-ЛИБО ФУНКЦИИ СТАНОВИТСЯ БОЛЕЕ ВАЖНЫМ, ЧЕМ ВЫПОЛНЕНИЕ ПРОЧИХ». ДОМИНАНТА УХТОМСКОГО.

ЧЕКАЛИНА

Тишины! И – воды!

Евграфов достаёт из кармана пиджака бутылку минералки, протягивает.

1-7.НАТ. НА ПЛЕНЭРЕ. НОЧЬ.

(ЕВГРАФОВ, ЧЕКАЛИНА, СЫТИН, РАМИШ, ЛЁХА, ВЫПУСКНИКИ.)

Евграфов и Чекалина сидят на мостках, она устроилась на его пиджаке, ногами болтает в воде. Евграфов рядом.

ЕВГРАФОВ

Я хотел сегодня сделать предложение руки и сердца. Тебе.

ЧЕКАЛИНА

(смеясь) Ты уже делал! В первый день первого курса!

ЕВГРАФОВ

Символично повторить в последний день последнего. Я даже кольцо купил…

Вынимает из кармана коробочку. Чекалина немного настораживается – она не готова всерьёз отвечать на сегодняшнее предложение, если оно состоится. Евграфов открывает коробочку – там обручальное кольцо. Он его разглядывает. Чекалина – женское любопытство! – тоже заглядывает. Тон всё такой же шутливый.

ЧЕКАЛИНА

Их же продают только по бумажке из ЗАГСа.

ЕВГРАФОВ

Я тебя прошу! В этой жизни всё продаётся и покупается.

ЧЕКАЛИНА

Не всё.

ЕВГРАФОВ

Обручальное кольцо – не из категории «не всё».

Подходят Рамиш и Сытин, под ручку. Яна – весёлая, хмельная. К Чекалиной и Евграфову:

РАМИШ

Как себя чувствуете врачами?

ЧЕКАЛИНА

Нам до врачей ещё…

РАМИШ

Чего вы не расписываетесь?! У Машки – собственная жилплощадь. Не то после субординатуры отправят Лёшку в глухомань…

Обрывается: ляпнула лишнее. Сытин – тоже деревенский паренёк. Исподтишка кидает на него опасливый взгляд. Но он сейчас благодушен, доволен жизнью.

СЫТИН

Мы с Янкой осенью поженимся.

РАМИШ

На какие шиши?

К ним подбегает Лёха с небольшой группкой весёлых выпивших выпускников. Хватает Чекалину на руки, кружит, кричит Евграфову.

ЛЁХА

Примус! Какая душная ночь! И раз твоя дама всё ещё свободна!

Прыгает с мостков в воду, не выпуская Чекалину. За ним прыгают выпускники. Сытин хватает Рамиш на руки, и несмотря на её недовольные выкрики:

РАМИШ

Причёска! Платье!.. Глаза накрашены!

Тоже бухается с ней в воду. Все хохочут, возятся в воде. Остаётся на мостках один Евграфов – довольно смотрит на товарищей. Он кажется мудрее, чем они…

ЕВГРАФОВ

А! К чёрту!..

Разбегается, ныряет в воду, подплывает к Чекалиной, целуются. Нежно, шутливо, но однозначно ставя Евграфова на место:

ЧЕКАЛИНА

Лёш, давай ограничимся первым предложением – оно было с открытой датой. Я хочу понять, что за штука: взрослая жизнь. Что продаётся, а что не очень…

Он тоже шутлив, с виду все его слова и действия ему даются легко. Достаёт из кармана коробочку с обручальным кольцом. К ним поближе подплывает Лёха…

ЕВГРАФОВ

Договорились!

Зашвыривает коробочку далеко в воду. Лёха ахает. Но вовсе не кольцу. Достаёт из внутреннего кармана пиджака красный диплом, промокший. В глазах – ужас… быстро сменяется насмешливостью. Это не просто хмельное гусарство. Швыряет диплом так же, как прежде Евграфов – коробочку с кольцом.

ЕВГРАФОВ

Идиот?! Тебя батя порешит!

Ныряет за Лёхиным дипломом.

ЧЕРЕЗ МЕСЯЦ/НОВЫЙ ДЕНЬ.

1-8.ЗАЯВОЧНЫЕ ВИДЫ ГОРОДА. РАССВЕТ.
1-9.НАТ. У СЛУЖЕБНОГО ВХОДА ХЛЕБНОГО МАГАЗИНА. ДЕНЬ.

(ЕВГРАФОВ, СЫТИН, ВОДИЛА.)

 

Машина «ХЛЕБ», с распахнутой задней дверью. Водила курит, щурясь на рассветном солнышке. Евграфов и Сытин (в коротких несвежих белых куртках «продуктовых» грузчиков) носят лотки с хлебом из машины в магазин.

ВОДИЛА

Это ж вы что?! Студентами – были грузчиками, теперь, получается, врачами…

Как раз Сытин – за следующим лотком. С раздражением.

СЫТИН

Не врачи ещё!

Берёт лоток, уходит. Подходит Евграфов, «пустой», берёт полный поддон с хлебом.

ВОДИЛА

Чё это он?

ЕВГРАФОВ

Да ничего. Так и есть. Перестройка постдипломное обучение на три года продлила. Ускорение, так сказать!

ВОДИЛА

Типа бумажку получил – а всё равно ещё учись?

Евграфов кивает, уходит с лотком. Водила сочувствующе качает головой. Подходит Сытин. Хватает лоток. Спотыкается. Чуть не падает. Водила, зажав сигарету в зубах, моментом реагирует – ловко принимает лоток с хлебом у падающего Сытина. Сытин шлёпнулся на пол.

ВОДИЛА

Ёлки! Акушер-гинеколог! Ты ж ловить должен, а не ронять!

Сытин смеётся. Слегка нервно, а затем и добродушно. Добродушно хохочет и водила.

СЫТИН

Теперь на лекциях уже не отоспишься!

Возвращается Евграфов, берёт следующий поддон.

ЕВГРАФОВ

Толстый! Шустрее! В отдел кадров опоздаем!

1-10.ЗАЯВОЧНЫЕ ВИДЫ ГЛАВНОГО КОРПУСА. ДЕНЬ.
1-11.ИНТ. ГЛАВНЫЙ КОРПУС/У ОТДЕЛА КАДРОВ. ДЕНЬ.

(РАМИШ, ЧЕКАЛИНА, ЕВГРАФОВ, СЫТИН,ИНТЕРНЫ.)

Под дверью отдела кадров толпятся интерны. Выходит Чекалина, ей навстречу – Рамиш.

РАМИШ

Ну что?!

Чекалина, равнодушно пожав плечами, показывает удостоверение врача-интерна и удаляется в сторону входа для посетителей. Через мгновение со стороны служебного входа вносятся всклокоченные Евграфов и Сытин. Последний на ходу откусывает от свежего батона. Целует в щёку Рамиш.

СЫТИН

Янка, привет! (протягивая ей батон) Хочешь?

Рамиш брезгливо смотрит на обкусанный батон, отмахивается.

ЕВГРАФОВ

(Кивая на двери отдела кадров) Машка зашла?

РАМИШ

И зашла. И вышла. … И ушла.

Она не объясняет, что Чекалина ушла только что, и он вполне может её догнать. Сытин нюхает батон, да так сладко, что Рамиш забирает у него батон, кусает с другой стороны.

1-12.НАТ. ГЛАВНЫЙ КОРПУС/У АДМИНИСТРАТИВНОГО ВХОДА. ДЕНЬ.

(ЧЕКАЛИНА, САЗОНОВ, ПОСЕТИТЕЛИ, ПЕРСОНАЛ.)

Чекалина выходит из главного корпуса. Сталкивается с незнакомцем (Сазонов) – он страдает от боли, держит левой (здоровой) рукой покалеченную правую. В толчее у входа их притискивают друг к другу – у него лицо просветляется, боль прошла. Взгляды пересекаются, очевидна возникшая чувственность. Толпа прореживается, они двое застыли столбами. Чекалина встряхивается первой. Уходит. Он смотрит вслед. Идёт за ней…

1-13.ЗАЯВОЧНЫЕ ВИДЫ ГОРОДА. ДЕНЬ.
1-14.ИНТ. КВАРТИРА РАМИШ/КОМНАТА РАМИШ. ДЕНЬ.

(РАМИШ, БАБУШКА РАМИШ.)

Парализованная бабушка (суровое застывшее лицо) лежит на кровати. Старый чёрно-белый телевизор поставлен так, чтобы бабушка могла смотреть: транслируется «Лебединое озеро». Заходит Рамиш, в руках вешалка с наглаженными и накрахмаленными пижамой и халатом, вешает на дверцу шкафа. Достаёт из кармана удостоверение врача-интерна (она к нему относится со священным трепетом). Показывает бабушке.

РАМИШ

Видала?! Уважаемый человек! Не то, что ты. И эти! (кивает в сторону двери)

Бабка никак не реагирует, удостоверение мешает ей смотреть телевизор, она силится вытянуть шею. Рамиш суёт удостоверение обратно в карман. Раздражена. Щёлкает каналами.

РАМИШ

Хоть кто-то поздравит?! Хоть кто-то гордится?!

По всем каналам транслируется «Лебединое озеро».

РАМИШ

Опять гонки на лафетах?.. Кто выигрывает?

1-15.ЗАЯВОЧНЫЕ ВИДЫ РОДДОМА. ДЕНЬ.
1-16.ИНТ. РОДДОМ/КАБИНЕТ НАЧМЕДА. ДЕНЬ.

(ЛИДВАЛЬ, ЗИЛЬБЕРМАН, БЕЛЯЕВ, СВЯТОГОРСКИЙ, ЧЕРКАССКИЙ, ПАЛЕЙ, МАРГО.)

Лидваль за «головным» столом, прочие – за «переговорным». Марго сидит на диване. Зильберман читает газету. Палей заполняет неонатальные истории. На тумбочке в углу кабинета работает телевизор. Без звука: немое «Лебединое озеро».

ЛИДВАЛЬ

Мы обезглавлены.

Все поднимают головы, смотрят на Лидваль с немалым удивлением: неужто она о политике/ситуации в стране?!

СВЯТОГОРСКИЙ

Катерина Алексеевна… Как-то даже неловко!

ЛИДВАЛЬ

Аркадий Петрович! Не всё на свете – всего лишь повод пошутить!

Святогорский шутовски пожимает плечами: «отчего бы и нет?» Зильберман спокойно резюмирует:

ЗИЛЬБЕРМАН

Конечно не повод. … Причина!

ЛИДВАЛЬ

Пётр Александрович, главная акушерка роддома уволилась!

Все: «Фу-у-ф! Ах, это! Лидваль в порядке!» Зильберман возвращается к газете.

ЛИДВАЛЬ

Поэтому я и пригласила сюда Маргариту Андреевну…

БЕЛЯЕВ

(горячо перебивает) Ну нет! Я свою старшую не отдам!

ЛИДВАЛЬ

Марго, твоё мнение?

Марго не знает как бы повежливей отказать. Её секундную заминку Лидваль принимает за колебания.

ЛИДВАЛЬ

У главной зарплата выше.

Беляев саркастично фыркает. Все кривовато улыбаются. Лидваль выжидающе смотрит на Марго. Беляев ухмыляется – он знает: его старшая акушерка предана ему, как собака.

МАРГО

Екатерина Алексеевна, спасибо за предложение. Но я…

Недолгая неловкая пауза.

ЛИДВАЛЬ

(холодно) Понятно. Вы свободны.

Марго встаёт, выходит. Она рада покинуть кабинет начмеда.

ЛИДВАЛЬ

Товарищи заведующие, с завтрашнего дня на нашей базе новые субординаторы. Пётр Александрович, их курируете вы. … Пётр Александрович!

Зильберман отвлекается от газеты:

ЗИЛЬБЕРМАН

А?!

ЛИДВАЛЬ

Вы принимаете участие в жизни клиники?

СВЯТОГОРСКИЙ

Он и есть – жизнь клиники…

1-17.НАТ. УЛИЦА/АРКА/ДВОР КОММУНЫ. НОЧЬ.

(ЕВГРАФОВ, ПРОХОЖИЕ.)

Евграфов идёт по улице, в не самом лучшем настроении. В руках – сумки с провизией, оттуда торчит хлеб, ещё – сетка картошки.

1-18.ИНТ. КОММУНА/ЛЕСТНИЦА/ЛЕСТНИЧНАЯ КЛЕТКА/У ДВЕРИ.НОЧЬ.

(ЕВГРАФОВ, АВЕРЧЕНКО.)

Евграфов поднимается по лестнице, подходит к двери. Жмёт на кнопку звонка, где подписано «Чекалина». Ждёт. Тишина. Давит на кнопку «Аверченко». Дверь немедленно распахивается. На пороге появляется «коммунальная старуха».

ЕВГРАФОВ

Здрааавствуйте, Роза Борисовна! Всё на посту?

АВЕРЧЕНКО

Отчалила твоя потаскушка. На крутой тачке со взрослым дядей. У него чего-то…

Старуха вертит у себя перед носом правой ладонью.

ЕВГРАФОВ

Всё-то вы подмечаете!.. Это вам!

Протягивает ей сумки. Она берёт картошку, оглядывает лейбак (на иврите), усмехается.

АВЕРЧЕНКО

Чистенькая какая! … Жиды Расею картошкой снабжают!(резко сменив тон, горячо)

Послушай меня, Алёша! Бросай её, пока не поздно. Не то дождёшься! Как старая еврейка израильской бараболи. Чуток. Только знаешь…

Отмахивается, с раздражением забирает сумки, захлопывает дверь у него перед носом.

1-19.НАТ/ИНТ. УЛИЦЫ ГОРОДА/САЛОН АВТОМОБИЛЯ. НОЧЬ.

(ЧЕКАЛИНА, САЗОНОВ.)

Едут по ночному городу. Сазонов за рулём. Видна покалеченная правая кисть. Чекалина на переднем пассажирском сидении.

САЗОНОВ

…Не люблю об этом говорить. Я всех… Всё похоронил!

Недолгая пауза. Пристальный настойчивый взгляд Чекалиной.

САЗОНОВ

Сидели на точке. Ждали караван «духов». Ходят в ночи, без огней. Я – на третьи сутки без сна… Дал залп из гранатомёта. Они – в ответ… ну и…

Замолкает. Чекалина мимикой: «ну и?!»

САЗОНОВ

Рано. Не втянулись ещё…

Машина паркуется у казино.

САЗОНОВ

Ты хотела веселиться.

1-20.НАТ.УЛИЦА.НОЧЬ.

(ЕВГРАФОВ, ТАКСИСТ, 1-Я ДЕВУШКА, 2-Я ДЕВУШКА, ПРОХОЖИЕ)

Шагает Евграфов, не в лучшем настроении. Мимо медленно едет жигуль. Чуть притормаживает. Останавливается. Евграфов подходит.

ЕВГРАФОВ

Есть?

Таксист, оглянувшись по сторонам, выдаёт одну бутылку. Евграфов смотрит скептически. Таксист – с пониманием, – протягивает вторую. Евграфов рассчитывается. Мимо идут две девушки нетяжёлого поведения. Хихикают.

ЕВГРАФОВ

Дамы, не желаете повеселиться?

«Дамы» явно согласны.

ТАКСИСТ

Лимузин подан!

Евграфов, пробив себя по карманам.

ЕВГРАФОВ

Наши люди на такси в общагу не ездят!

Таксист мимикой: «понял, не дурак!» Евграфов рассовывает водку по карманам, берёт девушек под руки.

НОВЫЙ ДЕНЬ.

1-21.ИНТ. ОБЩАГА/КОМНАТА ОБЩАГИ.ДЕНЬ.

(ЕВГРАФОВ.)

Резко садится, распахнув глаза. Потный, тяжело дышит: страшный сон. Правую руку прижимает к груди чуть пониже ключицы. Под рукой – фотография. Отнимает руку. На груди – небольшой шрам. На фото улыбающаяся Чекалина лет семнадцати в колхозно-стройотрядовском антураже. Гадливо стряхивает прилипшую к ладони фотографию. Тянется к столу, к стакану. Жадно пьёт. Оглядывает комнату со следами вчерашнего «веселья». Встряхивает головой. Поднимает с пола фотографию. Берёт книгу «Руководство по маточным кровотечениям». Оттуда выпадают фото. Одна – обратной стороной, на которой надпись: Лашкаргах, 3-й взвод 2-я рота. Переворачивает. На фото: Сазонов (посередине) со своим подразделением. Среди ребят юный Евграфов. Недолго рассматривает. Хмурится. Все фото небрежно собирает, засовывает в книгу. Карточку с Чекалиной – отдельно, аккуратно, в ту же книгу, между другими страницами. Книгу на место. Идёт к шкафу. Берёт полотенце. Выходит.

1-22.ИНТ. КВАРТИРА САЗОНОВА/СПАЛЬНЯ.ДЕНЬ.

(ЧЕКАЛИНА.)

Просыпается. Осматривается. Заматывается в простыню, встаёт. На тумбочке фотография в рамке, изображением вниз. Переворачивает, рассматривает. Усмехается. Возвращает на место. Выходит из спальни.

1-23.ИНТ.КВАРТИРА САЗОНОВА/ВАННАЯ КОМНАТА.ДЕНЬ.

(САЗОНОВ, ЧЕКАЛИНА.)

Сазонов сидит в ванне, скорчившись. Глухо стонет. Кисть под струёй. Заходит Чекалина. Трогает воду. Отдёргивает руку, поёжившись, покрывшись мурашками. Вода ледяная.

1-24.ИНТ.ОБЩАГА/ДУШ ОБЩАГИ.ДЕНЬ.

(ЕВГРАФОВ, СТУДЕНТ.)

У умывальника чистит зубы студент-первокурсник. Заходит Евграфов.

СТУДЕНТ

Горячей воды нет!

Евграфов правой рукой доверительно обнимает студента за плечи.

ЕВГРАФОВ

Студент! Кто подтирал зад раскалённым песком – тот в морге не замёрзнет!

Раздевается, заходит в душевой отсек, раскручивает «холодный» кран до упора, не вздрагивая под ледяными струями, лишь покрываясь «гусиной кожей». Закрывает глаза.

1-25.ИНТ.КВАРТИРА САЗОНОВА/ВАННАЯ КОМНАТА.ДЕНЬ.

(САЗОНОВ, ЧЕКАЛИНА.)

ЧЕКАЛИНА

Есть более эффективный способ купирования фантомной боли, чем холодовая анестезия.

Сбрасывает простыню. Сазонов оглядывает её. Поднимается. Она красноречиво смотрит ему ниже пояса.

ЧЕКАЛИНА

Именно! Нагоним в кровь эндорфинов…

Он перешагивает бортик. Обнимает её.

САЗОНОВ

Обожаю врачей. Но – молчи. Или – кричи. Но не говори. Ни слова!

Целуются.

1-26.ИНТ. ОБЩАГА/ПРОХОДНАЯ ОБЩАГИ. ДЕНЬ.

(ВАХТЁРША, СТУДЕНТКА, СТУДЕНТЫ, ЕВГРАФОВ.)

Студентка юлит около вахтёрши.

СТУДЕНТКА

Нинсергевна, я минутку! По делу!

ВАХТЁРША

Знаю я ваши «дела»! С автомата звони. Это служебный телефон!

По лестнице сбегает Евграфов, подходит к вахте. Завидев его, вахтёрша тает.

ЕВГРАФОВ

Вы сегодня особенно очаровательны!

ВАХТЁРША

Алёшка, ну тебя!

ЕВГРАФОВ

С сегодняшнего утра я – Алексей Григорьевич, глубокоуважаемая Нина Сергеевна.

Прикладывается к её руке. Кивает на телефон:

ЕВГРАФОВ

Разрешите?

Не дожидаясь ответа, подвигает к себе аппарат. Крутит диск.

ВАХТЁРША

Как я могу отказать будущему главврачу!

ЕВГРАФОВ

Берите выше! Академику. Министру здравоохранения! Как минимум – замминистру по материнству и детству…(в трубку) Алло!.. И вам, Роза Борисовна! … (расстроен, справляется) Нет. Ничего не надо передавать…

Кладёт трубку. Вахтёрша открывает рот. Он упреждает, шутовски поднеся указательный палец к её губам, напевает:

ЕВГРАФОВ

«Кто ра-а-ньше с нею был, и кто с ней будет после – пусть пробуют они. Я лучше пережду!»

Идёт на выход. Вахтёрша вздыхает, сочувственно смотрит вслед.

1-27.ЗАЯВОЧНЫЕ ВИДЫ РОДДОМА. ДЕНЬ.
1-28.ИНТ.БОЛЬНИЧНЫЙ ПОДВАЛ-ПЕРЕХОД/КУРИТЕЛЬНЫЙ УГОЛОК.ДЕНЬ.

(ЕВГРАФОВ, ЛИДВАЛЬ.)

 

Идёт Евграфов, доставая из кармана пачку «555». Поворот к лифту, но он проходит дальше и в закутке видит ржавую кастрюлю, полную окурков, которые и вокруг валяются. Вытряхивает сигарету, достаёт «блатные» спички, лихо зажигает приёмом «одной рукой», затягивается с наслаждением. Слышен звук прибывшего в подвал лифта, раскрывающихся дверей. Шаги. Подходит Лидваль. В пижаме и накинутом поверх халате. Утомлённая. Оглядывает кастрюлю и Евграфова.

ЛИДВАЛЬ

Кто такой?!

ЕВГРАФОВ

Для друзей – Примус.

ЛИДВАЛЬ

Потому что игла в заднице?

ЕВГРАФОВ

(рассмеявшись) Потому что – Первый! По латыни. …

Евграфов Алексей Григорьевич.

Он очевидно импонирует Лидваль, но она держит строгую маску.

ЛИДВАЛЬ

Здесь не курят!

ЕВГРАФОВ

(красноречивый взгляд на кастрюлю) Я заметил.

ЛИДВАЛЬ

Первое…

Чуть спотыкается о значение латинского «примуса». Он смотрит на неё просто и открыто, очень доброжелательно. Она слегка саркастично ухмыляется, но строго продолжает:

ЛИДВАЛЬ

… предупреждение.

ЕВГРАФОВ

А вы, прекрасная незнакомка?

Он не ловелас (ну разве чуть-чуть), просто очень хорош с женщинами. Лидваль не поддаётся, сохраняя положенное начальственное высокомерие, делает ему ладошкой: сигареты гони. Он отдаёт пачку. Она ещё раз ладошкой. Отдаёт спички. Но спокойно продолжает курить, щурясь. Лидваль кладёт сигареты и спички в карман, бросает на него испепеляющий взгляд. Он нагибается к кастрюле. Тщательно тушит сигарету, втыкает её поверх прочих, что вызывает обвал краевых окурков. Прямо к её ногам. Он – хулиганским жестом чуть приподнимает отворот её пижамных брюк. Тут же встаёт. Секундная дуэль взглядов.

ЕВГРАФОВ

Меня всегда восхищали девушки со стройной лодыжкой.

ЛИДВАЛЬ

Меня тоже. … И я люблю «В джазе только девушки».

ЕВГРАФОВ

Но… Вы же не мужик.

ЛИДВАЛЬ

И я частенько себе это повторяю.

Лидваль кивает в сторону коридора к лифту, типа: вали отсюда. Евграфов ещё раз её оглядывает. Козыряет правой, «накрыв» голову левой. Она кивает. Он – топает по коридору строевым. Оставшись одна, Лидваль достаёт из левого кармана халата «ТУ-134», смотрит на них, хмыкает, кладёт обратно. Достаёт из правого кармана пачку «555». Вытряхивает сигарету, чиркает зажигалкой. Затягивается. Прислоняется спиной к стене, закрывает глаза…

1-29.ИНТ. РОДДОМ/РАЗДЕВАЛКА ИНТЕРНОВ. ДЕНЬ.

(ЕВГРАФОВ, СЫТИН, РАМИШ.)

Евграфов в пижаме и халате. Закрывает шкафчик: расхлябанная дверца. Несколько нервных попыток… и он со всей дури серийно лупит по дверце кулаком, сбрасывая гнев за всё про всё… Пробивает дверцу кулаком. Кровь на костяшках. Входят Рамиш и Сытин. Сытин бросается к товарищу.

СЫТИН

Примус! Остынь!

Евграфов уже справился с приступом ярости. Поднимает вверх руки – сдаюсь. Рамиш, поочерёдно открывая дверцы в поисках приличного шкафчика:

СЫТИН

Ты из-за того, что нам учёбу удлинили?!

Евграфов кивает, немного ещё стеклянный. Рамиш кидает на Сытина взгляд: «Ну, дура-ак! Это ж он из-за Чекалиной своей!»

1-30.ИНТ. РОДДОМ/КАБИНЕТ НАЧМЕДА. ДЕНЬ.

(ЛИДВАЛЬ, БЕЛЯЕВ, ЧЕРКАССКИЙ, СВЯТОГОРСКИЙ, ПАЛЕЙ.)

Лидваль за «головным» столом. Раздражена. Заведующие – вокруг.

ПАЛЕЙ

Мне нужны аппараты искусственной вентиляции лёгких! Всю ночь мешками Амбу в две руки качала!

БЕЛЯЕВ

И шёлк! Работать нечем!

ЧЕРКАССКИЙ

Игорёк, ты трусы распусти – нам на месяц хватит.

ЛИДВАЛЬ

Есть только новые субординаторы…

СВЯТОГОРСКИЙ

Интерны. Чтобы всё, как там.

БЕЛЯЕВ

(напевает) «А также в области балета мы впереди, говорю, планеты всей, мы впереди планеты всей!»

ЛИДВАЛЬ

(строго окорачивает) Помолчите, остряки! Чтобы ни творилось, бабы рожать не перестанут!.. Где Пётр Александрович?! Я же просила: ВСЕ заведующие!

Черкасский наклоняется к Беляеву, шепчет:

ЧЕРКАССКИЙ

Тяжело командовать собственным учителем.

1-31.НАТ. РОДДОМ/У АДМИНИСТРАТИВНОГО ВХОДА. ДЕНЬ.

(ЗИЛЬБЕРМАН, ПЕРСОНАЛ, ПОСЕТИТЕЛИ.)

По ступенькам неспешно поднимается Зильберман, напевая из «Лебединого озера».

1-32.ИНТ. РОДДОМ/КАБИНЕТ НАЧМЕДА. ДЕНЬ.

(ЛИДВАЛЬ, БЕЛЯЕВ, ЧЕРКАССКИЙ, СВЯТОГОРСКИЙ, ПАЛЕЙ.)

ЛИДВАЛЬ

Мы сейчас в большой такой…

Упирается взглядом в Беляева. Прыскает Черкасский.

ЛИДВАЛЬ

Игорь Анатольевич, шляетесь по отделению, как барин-самодур по поместью! В верхней одежде. Санэпидрежим – это не просто слово!

СВЯТОГОРСКИЙ

Это целых три слова! Санитарно. Эпидемиологический. Ну и режим. А для Пети смена режима – такая безделица…

Осекается под взглядом Лидваль.

1-33.ИНТ. РОДДОМ/КОРИДОР РОДЗАЛА ФИЗИОЛОГИИ. ДЕНЬ.

(РЫБА, РОЖЕНИЦА, ЕВГРАФОВ.)

Рыба ходит по коридору с охающей роженицей, поглаживая ей поясницу. Входит Евграфов, в пижаме и халате. Рыба резко меняет взгляд на высокомерно-командный.

РЫБА

Без шапочки, маски и бахил – нельзя! Санэпидрежим!

Рыба – только в пижаме. Евграфов достаёт из кармана халата мятую шапочку, водружает на голову. Проходит в родзал.

РЫБА

Маска и бахилы!

1-34.ИНТ. РОДДОМ/КАБИНЕТ НАЧМЕДА. ДЕНЬ.

(ЛИДВАЛЬ, БЕЛЯЕВ, ЧЕРКАССКИЙ, СВЯТОГОРСКИЙ, ПАЛЕЙ.)

БЕЛЯЕВ

Екатерина Алексеевна, почему вы не замечаете как зав физиологией по отделению… шляется?!

Святогорский наклоняется к Беляеву. Тихо, но демонстративно:

СВЯТОГОРСКИЙ

Индульгенция, сударь! Кому – штатное расписание, а кому – заслуженное право…

ЛИДВАЛЬ

Вы до Зильбермана дорастите!

ЧЕРКАССКИЙ

(шёпотом к Беляеву) Демократия – это миф. Диктатура – вот единственно верный способ правления.

Гневный взгляд Лидваль. Черкасский жестом: молчу, молчу!

1-35.ИНТ. РОДДОМ/КОРИДОР РОДЗАЛАФИЗИОЛОГИИ. ДЕНЬ.

(РЫБА, РОЖЕНИЦА, ЕВГРАФОВ, ЗИЛЬБЕРМАН.)

Заходит Зильберман, по гражданке. Рыба тает.

РЫБА

Пётр Александрович, у нас схваточки! Вас ждём!

Зильберман подходит к Рыбе, проводит рукой по её длиной толстой косе, зажмуриваясь от блаженства.

ЗИЛЬБЕРМАН

Сейчас, рыбонька.

Идёт коридором, скрывается за дверью в свой кабинет. За столом сидит Евграфов, в шапочке, маске и бахилах.

ЕВГРАФОВ

Рыбонька?

РЫБА

Кому – Рыбонька, а вам – Анастасия Ивановна! Вы кто вообще?

ЕВГРАФОВ

Вопрос дня!

Зильберман высовывается из-за дверей.

ЗИЛЬБЕРМАН

Вопрос всей жизни, юноша! Почему в таком виде? У нас эпидемия?!

Евграфов косит на Рыбу: строгое распоряжение, вот и сижу как поц! Зильберман подходит к Евграфову, протягивает руку.

ЗИЛЬБЕРМАН

Зильберман. Пётр Александрович.

ЕВГРАФОВ

Евграфов. Алексей Григорьевич.

Рукопожатие.

ЗИЛЬБЕРМАН

На кесаревом был?

ЕВГРАФОВ

Ну-у-у…

ЗИЛЬБЕРМАН

Не мычи. Учись смело говорить: «нет!». Особенно – женщинам. … Рыба, покажи доктору, где у нас операционная.

Заходит в кабинет. Рыба, фыркая, директивно кивает: за мной!

1-36.ИНТ. РОДДОМ/КАБИНЕТ НАЧМЕДА. ДЕНЬ.

(ЛИДВАЛЬ, БЕЛЯЕВ, ЧЕРКАССКИЙ, СВЯТОГОРСКИЙ, ПАЛЕЙ.)

ЛИДВАЛЬ

Марина Викторовна, прекращайте эмоциональный садизм! Мамочки жалуются. Владимир Иванович, ещё раз отлучитесь с дежурства – уволены!

Святогорский смотрит на начмеда послушным кроликом: к нему не может быть никаких претензий, он ангел!

ЛИДВАЛЬ

Святогорский, вы – не анестезистка, а заведующий отделением! «Девочек беречь» надо, когда они жена и дочь! Будете бегать «укольчики ставить», пока они без задних ног дрыхнут… Все свободны!

Заведующие встают.

1-37.ИНТ. РОДДОМ/КОРИДОР ОБСЕРВАЦИИ.ДЕНЬ.

(РАМИШ, СЫТИН, БЕЛЯЕВ, АКУШЕРКА, ПЕРСОНАЛ, БЕРЕМЕННЫЕ, РОДИЛЬНИЦЫ.)

Рамиш и Сытин мнутся, в шапочках по уши, в масках и в бахилах. Персонал их обтекает. Входит Беляев, в пижаме, в распахнутом халате, без шапочки, без маски и без бахил. Видит парочку. Ловит за рукав пробегающую акушерку (со штативом с двумя пробирками крови).

БЕЛЯЕВ

Я что-то пропустил? Чума? Холера? Сыпняк? … Чё за клоуны?

Та пожимает плечами. Беляев её отпускает, она уходит.

РАМИШ

Мы – врачи! Я – Рамиш Яна Владимировна. Он – Сытин Олег Андреевич!

БЕЛЯЕВ

А! Писари юные, головы чугунные! Пошли обход обходить. Маскарадные костюмы снимите. Через пять минут у первой палаты.

Уходит. Сытин дёргает Рамиш за рукав: я же тебе говорил!

РАМИШ

Мы вместе приказ по больнице читали!

Первая снимает маску и шапочку, запихивает в карман халата. Нагибается развязывать бахилы. Сытин всё повторяет за ней.

1-38.ИНТ.РОДДОМ/ОПЕРАЦИОННАЯ ФИЗИОЛОГИИ.ДЕНЬ.

(ЗИЛЬБЕРМАН, ЕВГРАФОВ, СВЯТОГОРСКИЙ, ОПЕРАЦИОННАЯ СЕСТРА, АНЕСТЕЗИСТКА, РОЖЕНИЦА, ПАЛЕЙ.)

На столе заинтубированная роженица (беременный живот). Операционное поле накрыто. Зильберман на месте хирурга. Спокоен всю операцию. Евграфов – на месте ассистента. Немного нервничает.

ЗИЛЬБЕРМАН

Скальпель.

Операционная подаёт. Зильберман спокойно выполняет разрез. Евграфов не слишком соображает, куда руки девать. Пошла кровь. Операционная подаёт ему салфетку. Евграфов неумело елозит салфеткой в ране.

ЗИЛЬБЕРМАН

Не протирай. Промокай. Нежно. Как с женщиной. Тем более: она – жееенщина.

ЕВГРАФОВ

Я не знал, что буду первым ассистентом. Я…

ЗИЛЬБЕРМАН

(объясняя ненужность второго ассистента) Зачем лишние руки в ране?

Операционная подаёт зеркало. Евграфов неопытен, Зильберман сам принимает зеркало у сестры, пристраивает.

СВЯТОГОРСКИЙ

Пётр Александрович может оперировать без ассистента!

ЗИЛЬБЕРМАН

Ну уж нет! Кто протоколы будет писать?

Вынимает надлобковое зеркало, кладёт на столик операционной. Манипулирует в ране. Извлекает младенца.

ЗИЛЬБЕРМАН

Зажимы.

Операционная накладывает два зажима на пуповину. Младенец закричал. Палей стоит позади Зильбермана с развёрнутой пелёнкой.

ЗИЛЬБЕРМАН

(торжественно, едва шутовски) Ножницы Алексею Григорьевичу!

Операционная подаёт Евграфову ножницы. Глаза над маской смеются. Видно, что это давно отработанный трюк Зильбермана. Вроде посвящения в акушеры.

ЗИЛЬБЕРМАН

Перерезай между зажимами. Смелее! Дети есть?

Евграфов отрицательно мотает головой.

ЗИЛЬБЕРМАН

Твой первенец!

Евграфов режет пуповину. Зильберман передаёт новорождённого Палей.

СВЯТОГОРСКИЙ

Вы – бог! На второй минуте!..

ЗИЛЬБЕРМАН

Алёша, чушь не слушай! Нет, где я – бог, – это да! Про минуты – ересь… Мы тут не рекорды ставим. Марина Викторовна, претензии есть?

Палей, не отрываясь от новорождённого на столике.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15 
Рейтинг@Mail.ru