Litres Baner
Пристанище Отд..ха

SirHeister
Пристанище Отд..ха

Противно, как девчонка.

Рванув в комнату, я, не думая, выпрыгнул в окно.

Приземление было больным, но не травматичным.

Спустя минуту моё тело было у края «Пристанища». Вместо калитки там был серый полутораметровый забор.

Сердце колотилось, разламывая грудь на куски. От давления вена на лбу вздулась настолько, что её можно было ощущать, не нащупывая.

Я обернулся.

Круглая стая летучих мышей вылетела из здания и приземлилась на дорожку впереди меня.

Лишь несколько метров разделяли нас.

Дрожащие ноги понесли моё тело влево вдоль забора. И тут я понял, что, выпрыгнув с окна, я слегка потерялся и выбежал на дорожку с другой стороны здания.

А не стены выросли из земли.

Оказавшись вне забора, я почувствовал себя в безопасности. Картинки здания, пульсирующие в моей голове, сразу померкли в своих красках.

Лишь снимок на смартфоне остался прежним.

Посреди коридора стояла невысокая девушка-подросток.

Глава 5

И эта девушка преследовала меня.

Когда я играл в волейбол на пляже, Катя постоянно появлялась на поле. Я пытался не подавать на неё, но мяч всегда прилетал ровно туда, где она мне виделись.

Посиневшее лицо, как будто она задохнулась.

Потом я возвращался назад с пляжа на базу отдыха, минуя длинный мостик через лиман, активно обсуждая игру с девушкой, которой показывал фотографию с пропастью.

Она играла со мной в команде. Играла даже лучше меня – спасала трудные мячи прям под линией в задней части поля.

– Ты как будто знала, куда полетит мяч, заранее.

Она засмеялась.

– Всего лишь реакция.

А я постоянно смотрел в лиман. Как будто Катя тонет там… в воде под моими ногами…

Но, кроме чаек, там никого не оказалось.

Подходя к концу моста, я обернулся.

И снова видение.

Она стояла далеко от меня, на мосту, глядя в воду. Мокрые белоснежные волосы не развевались на ветру.

Когда я отвернулся, было ощущение, что она следит за мной.

Больше я её сегодня не видел.

Обедали мы за одним столиком. Девушка обладала карамельным оттенком белых волос – который отличался от волос на фотографии в телефоне.

А ещё у неё были голубые глаза. Поэтому я смог сдержать свои эмоции, когда она назвала своё имя.

– Екатерина.

В ходе разговора выяснилось, что она приехала сюда с подругой, а та – с парнем. Поэтому она часто ест одна:

– Я не хочу их смущать, хотя они меня всячески уговаривают.

Но, моё предложение погулять по базе вдвоём было отбито как раз из-за подруги.

Поэтому, поев вместе, мы разошлись: я пошёл общаться со своим другом по телефону, выйдя на мостик над лиманом для лучшей связи.

– Дарова! Ну как там, на работе?

– Лот, иди гуляй с такими вопросами!

Я рассмеялся.

– Чё там с той пропастью? Сфотал поближе?

– Слышиш… – я замолчал, потому что сильный порыв ветра заглушил бы мой голос, – выслушаешь историю?

– Гони, – сказал он, что-то жуя. Значит, ему интересно.

– Кароч, я говорил тебе, зачем я поехал в это место.

– Ну, помню, из-за бабёнки малолетней…

– Катюшки, – поправил я его и продолжил, – ей было тринадцать, когда мы последний раз виделись.

– Угу, – снова забитый рот.

– Я до сих пор помню её красивые глаза, переливающиеся под косыми лучами из серых в нежно-зелёный цвет…

– Романтик.

– Да, но не в этом дело. Я ж тогда сфотал коридор, а на фотке ты увидел пропасть в полу. Сегодня я снова пошёл туда. Ямы не было.

У меня выступили слёзы на глазах.

– Ага, – в голосе не было ни нотки удивления.

– Я сфотал ещё раз. И на фотке оно появилось.

Он молчал.

– А потом я кинул камень туда, где находилась пропасть. И он провалился вместе с полом.

Секунду мой собеседник молчал.

– Заклятие? Зеркала? Ммм… может, Пила?

– Что?

– Это я у тебя спрашиваю, чего ты насмотрелся.

– Та я тебе серьёзно говорю.

Он молчал.

– Миха?

В ответ тишина.

Я отслонил телефон от уха – с полсекунды экран не светился – и в отражении возникла тонущая блондинка.

Экран включился. Связь была хорошая.

– Миха…

Я нажал на кнопку блокировки. Волны в отражении сомкнулись – лишь что-то белое скрылось в глубине воды.

– МИХА!! Она там!

Обернувшись, я не увидел тонущей девушки. Лишь чаек, которые ныряли и плавали, поедая брошенный молодой парой хлеб.

– Вы не видели, здесь не было девушки? – я подошёл к ним и указал на воду.

Те обернулись на меня со смесью непонимания, испуга и отвращения на лице.

– Извините пожалуйста, прошу, забудьте, о чём я сказал…

Они отвернулись и ушли.

– Ты чё, с ума сошёл и к людям пристаёшь?

Он смеялся. А мне не было смешно.

– Миха, я не знаю, но меня она преследует, как только я выхожу за пределы базы.

– Лот, хреновый розыгрыш. Я ни на секунду не поверил. Честно.

– Миха! Да я не шучу, подскажи, что делать!

Он молчал несколько секунд, и я думал сбросить трубку, но он потом ответил:

– Сначала посети медсестру, если тебя реально преследуют кошмары. Если там не помогут, двигай назад, разберёмся.

– А ты не можешь приехать?

– Лот, работы по уши. Сейчас двадцатые числа июня, заказов много, я никак не приеду. Только жди выходных.

А сегодня был вторник.

– Ясно, ладно, спасибо.

– А вообще, я даже немного поверил тебе.

– Хех, ну ладно, давай.

– Давай, будет чёт интересное, радуй!

Я сбросил.

Наверное, несу сильно невероятную чушь, чтобы в неё можно было поверить.

На пляж подтягивались люди.

Можно попробовать собрать компанию для игры.

Глава 6

Образ Кати меня больше не преследовал, и я стал получать удовольствие от отдыха.

На пляже играть было сильно жарко, поэтому, сыграв два сета в волейбол, мы ушли купаться.

Вода была приятно прохладная.

Поиграв ещё пару сетов и ещё раз покупавшись, мы разошлись.

И я принялся читать «Тонкое искусство пофигизма» Марка Мэнсона. Мне нравилось, насколько умными и доходчивыми рассуждениями он наполнял свою книгу.

Почитав час, я накрыл лицо книгой и уснул.

Лёгкий ветерок двигался вдоль пляжа, согревая загорающее тело… мягкие волны убаюкивали, и лишь изредка доносились восторженные возгласы детей…

Девушка, сославшись на плохое самочувствие, оставила меня ужинать одного.

Я набрал себе маленькую тарелочку макарон, одну отбивную (все другие берут обычно не менее трёх) и пиалку нарезанного сыра.

Мои мысли касались маленькой Кати.

Первый раз я увидел её в том здании, сфотографировав на телефон; после этого она меня преследует в лимане, будто хочет показать, что она там утонула…

В море она мне не являлась. Или я не замечал.

На пляже, во время игры в волейбол, это была игра воображения, подпитываемого страхом.

Я снова достал телефон и открыл ту самую фотографию.

Посиневшее лицо, слипшиеся мокрые волосы…

Она всё-таки утонула, когда подросток-Лот уехал. Утонула, но почему в лимане?

Напряжённо выдохнув, я пустил вдаль зала свой рассеянный взгляд. Девушка через несколько столиков, подумав, что это на неё, посмотрела на меня, но вскоре отвела глаза.

Так я и сидел, медленно поедая ломтики сыра.

На улице было темно, и окно давало лёгкое отражение за счёт яркого освещения в зале.

Я посмотрел на отражение через камеру смартфона.

Никого нового. Лишь те, было видно невооружённым глазом.

Сфотографировав, я также не получил успеха.

Зачем она хочет мне что-то сказать? Зачем ей я спустя пятнадцать лет?

У меня не было даже приблизительных ответов.

Когда последний ломтик сыра отправился под давление моих челюстей, я пошёл набрать себе ещё порцию нарезки.

Вся еда лежала слева от входа со ступенек – в главном зале. Я сидел в другом, который был справа от входа.

Но заинтересовал меня третий. Который прямо от ступенек. Его открывали лишь при большом количестве посетителей.

А сейчас там было темно.

Я пошёл к окну основного зала, противоположного третьему. Увидеть что-либо мне мешали занавески.

Я распахнул их и отошёл на пару метров. На стекле хорошо очерчивались все детали зала, в котором я был – это были столики с гарниром, разными видами мясных блюд, от приготовленных на пару до жареных; мой любимый столик с нарезкой, столик с подносами и с белыми тарелками.

Рейтинг@Mail.ru