Рубеж 4: В игре

Серж Винтеркей
Рубеж 4: В игре

Глава 1
Дань уважения

Семён, база сэнсэя

После тренировки сэнсэй сказал:

– Я думаю, прошло достаточно времени, чтобы больше ни одного самолёта, что может упасть нам на голову около аэропорта, в небе над Москвой не осталось. Пора ехать и забирать тело Виктора. Он был одним из нас, и заслуживает достойного погребения.

Дмитрий и Сатору задумчиво кивнули. Лицо Ю-тян исказила гримаса боли.

– Предлагаю составить вам компанию, – сказал я, – поможем эвакуировать тело Виктора, а также возьмём ещё одну пожарную машину. Очень уж они мне понравились. Подумайте, может и вам есть смысл взять такую. На обычной машине ездить будет все труднее и труднее, учитывая сколько брошенных машин на дорогах, особенно в городах. А у этой такой мощный мотор, что можно сталкивать легковушки с дороги, даже из нее не вылезая.

– Конечно, будем рады вашей компании! – учтиво ответил сэнсэй, – а идею по поводу пожарной машины обдумаем по дороге.

Быстро собрались, при этом к нам присоединились и три мужика, которые в отряде сэнсэя держались обособленно. Ю-тян мне тихонько объяснила, что это бывший олигарх со своими телохранителями, недавно приехавший из Лондона. Но держался он достаточно просто, пока, по крайней мере, и ничего такого из себя не строил. Они взяли свою машину, так что от базы мы поехали уже небольшим караваном из трёх тачек.

Когда выехали на трассу, первое, на что я обратил внимание спустя пару километров, что, в отличие от утра, полностью пропал поток машин с Московского направления. Никаких больше беженцев, что наводило на печальные размышления, что город полностью захвачен монстрами, и бежать оттуда сложно. И хотя, наверняка есть много спрятавшихся, но вряд ли они рискуют надолго высовываться из своих убежищ. С молотком или топором против стай монстров особо не повоюешь, что заставляло в очередной раз задуматься о том, как несправедливо все устроено для большинства землян. Получается, повезло тем, кто был в армии, и их отправили прокачиваться в леса. Повезло и тем, кто, как я с ребятами, успел раньше столкнуться с одиночными тварями, и разжился и опытом, и трофеями, и инопланетным оружием. А вот тем, кто только что попал во все эти ужасы после прихода монстров в города, приходится очень жёстко. В чем выгода для инопланетян в таком ускоренном уничтожении человеческой расы? Ведь наверняка погибнет много тех, кто при ином, более медленном течении событий, имел бы шанс прокачаться и стать сильным игроком.

Этими соображениями я поделился с ехавшими рядом со мной Борисом и дядей. Дядя пожал плечами, а Борис, подумав, сказал:

– Мне это напоминает рассуждения о воле господа – мол, пути господни неисповедимы. Тысячелетиями люди пытались понять волю богов, пока большинство не решило, что их вообще не существует. Теперь вот инопланетяне появились, и с признанием их реальности проблем, в отличие от богов, нет. А вот с тем, чтобы понять их представления о выгоде, и цели – нам придется сильно попотеть. Наверняка мы очень разные, в том числе и по цивилизационному развитию, поэтому задача очень непростая.

– Ну да, ну да! – только и смог ответить я, – но, если не поймём, выжить станет намного труднее.

– Что есть, то есть, – согласился Борис, – посмотрим, пока главное – выжить. Вполне может быть, что часть информации можно будет собрать через эти фракции, в которые вступаешь после получения класса. Но для этого надо выйти на определенный уровень, потому что неофитам никто ничего объяснять явно не будет.

Кто такие неофиты, я не знал, но по смыслу догадался, что речь идёт, скорее всего, о новичках. Раньше бы, конечно, загуглил, чтобы развеять сомнения, но теперь такой возможности больше нет. Не очень удобно, честно говоря.

Проехали еще несколько километров, и нам попался разбившийся самолет. Фюзеляж разорвало пополам, крылья и куски хвоста валялись в радиусе нескольких сотен метров по полю. Много было и трупов. Как ни странно, хоть самолёт и разнесло на части, но обломки не загорелись.

– Видать, все топливо выработал, прежде чем попытался сесть на дорогу, – сказал дядя, видимо, подумавший о том же самом, – эх, не повезло им! На таком огромном самолете сотен триста пассажиров могло быть. Кошмар!

Больше мы тему самолета не поднимали, но через километров пять нам попался очередной. Вот тот уже и разбился, и загорелся. А затем мы увидели и третий. Тот стоял прямо на дороге целехонький. Только с обоих сторон из четырех открытых люков свисали надувные трапы для эвакуации.

– Вот это да! – сказал Борис, когда мы, замедляясь, подъезжали, – а ты говорил японцу, что пожарная машина удобнее, чтобы сталкивать все, что мешает, с дороги. А тут все наоборот – легковушка запросто пройдет между колесами, а наша пожарная машина по высоте не впишется.

– Кто его знает, может, еще, и впишемся! – беззлобно ответил я.

Не вписались. Когда подъехали поближе, убедились, что сантиметров двадцать лишними оказались.

Выглянув из машины, я крикнул в сторону самолета:

– Эй, есть кто живой?

В ответ тишина, только ветер засвистел.

Вышли из машины, осмотрелись. От каждого из трапов шли утоптанные тропинки, которые выводили на дорогу.

– Видать, после эвакуации собрались, и пошли по дороге куда-то. Очень надеюсь, что в сторону леса. А вот если в сторону ближайшего города, и уже успели добраться… – сказал дядя.

Никто не стал комментировать. Ясно, что, скорее всего, люди потребовали вести их к ближайшему населенному пункту. Значит, жить им туда после прибытия останется недолго. Разве что хоть что-то понять в происходящем смогли, и вооружатся до встречи с первыми монстрами. Такая толпа, даже с топорами или лопатами, если не разбежится, а даст отпор, банду гориллоидов заставит повернуть вспять. Правда, есть еще и другие монстры, которых количество врагов не останавливает, да и те же скаты.

– У пилотов, вроде, есть пистолеты, да и возможно, на борту был и специальный полицейский, из тех, что должны сражаться с угонщиками, если те вдруг появятся. У него точно тоже есть пистолет, – сказал Борис, и я снова понял, что думаем мы все об одном и том же.

– Остается только надеяться, что пистолеты есть, и что они ими сумеют воспользоваться! – ответил дядя.

– Ладно, если вдруг догоним их по пути в аэропорт, попытаемся им растолковать, что к чему, – сказал я, – а теперь надо решить, как будем ехать дальше.

– Можно попытаться утоптать ногами поплотнее пару колей по пашне, – предложил Борис.

– Нет, надежнее будет срезать один из этих надувных трапов, сдуть с него воздух, постелить на пашню и проехать по нему, – сказал дядя, – прострелим несколько раз в верхней части, и между дырами прорежем ножом.

– Наверное, лучше действительно так, – согласился я, – а то если застрянем со всей этой водой и пеной на борту…

– Тоже мне проблема! – фыркнул дядя, – сольем и тогда проедем. Да и вообще давно пора это было сделать!

– Нет, не стоит! – отказался я, – мало ли пригодится!

– Ну, как знаешь! – сказал дядя.

С надувным трапом сражаться пришлось меньше, чем я думал. Попробовали резать ножом, но не тут-то было! Волшебным решением стало использование катаны, которая резала толстую оболочку трапа с той же легкостью, с какой хорошо наточенный кухонный нож справляется со сливочным маслом. Конечно, было несколько боязно, как отреагируют японцы на то, что я их боевым подарком режу надувной трап, но вроде бы никто из них в ужасе рот ладонью не закрывал, глядя на мои манипуляции. Трап постелили на пашню и прекрасно после этого по ней проехали, обогнув самолет и снова выехав на дорогу. Мне аж даже захотелось захватить его с собой, на такой же случай, но я сообразил, что по той же дороге будем возвращаться обратно, и нет смысла тревожить так себя хорошо зарекомендовавшее средство для проезда.

Людей, ушедших с самолета, мы так и не обнаружили в ходе дальнейшего путешествия к аэропорту. Вообще ни разу живых людей не увидели за все путешествие, пока к нему не подъехали. А когда добрались до аэропорта, стало попадаться много трупов. Похоже, много кто пытался сбежать с места, внезапно ставшего ловушкой, переполненной монстрами, но мало кому это удалось.

На одном из трупов возле самой дороги я заметил те самые бледные вздутия, что уже не раз видел на телах людей, убитых скатами. Если, как мы предполагали, это кладка яиц, из которых должно потом вылупиться много скатов, то это безобразие так оставлять нельзя. Затормозил, и попросил Бориса уничтожить кладку из плазменного излучателя. Так от нее точно ничего не останется.

Борис и дядя мои взгляды на нежелательность размножения скатов полностью поддерживали, поэтому никаких возражений не было. Более того, Борис нашел еще три трупа рядом с такими же вздутиями, и уничтожил и их тоже. Вышедший из машины посмотреть, что происходит, Сатору одобрительно кивнул.

В сам аэропорт мы, конечно, заезжать не стали, потому что пришлось бы тратить время на то, чтобы сдвигать с дороги заполонившие ее столкнувшиеся легковые машины. То, что моя пожарная машина с этим бы справилась, не означало, что я готов ее использовать для этих целей без важной необходимости. Если понадобится пробиться по единственной дороге куда-нибудь – буду ее для этих целей использовать без колебаний. А вот так, когда можно и ножками до нужного места несколько сот метров пройти – ничего толкать, с риском что-нибудь повредить на моем красном грузовичке, не буду.

Когда все вышли из машин, я довольно кивнул. Все вместе мы представляли собой мощную группу. Куча инопланетных стволов, четыре спеца с катанами. Себя я, конечно, хоть и имел теперь тоже катану, к ним не причислял. Посмотрев, как орудует мечом сэнсэй, никаких иллюзий я по поводу собственной крутости не имел. Стреляю теперь прекрасно, в рукопашке смогу кого-нибудь удивить – но катана… для меня это только начало длинного пути.

 

Тетя, едва вышла из машины, тут же запустила квадрокоптер, так и что с разведкой у нас все было на уровне.

– Давайте определимся, – сказал негромко сэнсэй, – кто будет возглавлять нас в этой вылазке.

Ну, тут у меня сомнений не было. Глупо злить своего учителя, если хочешь овладеть катаной. Да и не рвался я никогда к командным должностям. От них сплошной геморрой.

– Конечно Вы, сэнсэй! – поклонился я.

Сэнсэй коротко кивнул, и пошел впереди, и по нему не было видно, доволен он или нет. Впрочем, скорее всего, доволен. Думаю, он только что мне устроил очередной экзамен, чтобы проверить на вшивость. И впереди у меня их еще много. Такая уж у них специфическая культура, в которой обучать будут только того, кого хочется обучать. С наглецом, не уважающим своего учителя, ни один уважающий себя сэнсэй не станет связываться, даже если у потенциального ученика и есть способности к обучению. Так что надо не отсвечивать, кланяться почаще и вести себя так, чтобы сэнсэй хотел тебя учить. И это вовсе не унижение со стороны ученика, это норма в японской культуре, которая требует понимания, если хочешь иметь нормальные отношения с японцами.

Несмотря на то, то никогда я еще не был в такой мощной группе, бдительности я не терял. Квадрокоптер вовсе не панацея от внезапного нападения, когда вокруг полно машин, под любой из которых под днищем может затаиться скат или еще какой монстр. И фиг его увидишь из-за всего этого железа, пока не атакует.

В некогда стеклянной стене аэропорта теперь было полно брешей. Ничего удивительного, учитывая, сколько всего тут было годного для метания к вящему удовольствию гориллоидов.

В одну из этих брешей мы вошли. Тетя быстро заставила квадрокоптер снизиться и полететь над нами. Впрочем, для этого были все условия – вот где удобно использовать квадрокоптер, так это в аэропорту с его высокими потолками.

До места, в котором мои новые японские друзья сражались ножками от стола с гориллоидами, потеряв в бою Виктора, мы добрались достаточно быстро. Ни одного живого монстра по дороге так и не засекли, что могло объясняться тем, что тут уже давно не было живых людей, на которых они могли бы охотиться. Вот трупов было много, и Борис старательно выжигал плазмой каждую кладку, оставленную скатами. Внезапно, после очередной, он остановился на несколько секунд, а потом подошел ко мне, и сказал громко:

– Выжиг очередную белесую выпуклость, и тут у меня уведомление всплыло: «Вами уничтожено десять кладок. Получен бонус – двадцать процентов к силе на 24 часа».

– А неплохой бонус! – ответил я, и, повысив голос, добавил, – все слышали? За уничтожение этих белесых штук дают временные бонусы! И это действительно кладки, наши подозрения подтвердились!

Информация вызвала оживление в группе. Люди тут же разбрелись пошире, начав искать и уничтожать кладки на трупах. Сэнсэй тут же сказал:

– Бонусы-бонусами, а далеко от группы не отходить! Убьют вас – и бонусы не понадобятся!

В точности то, что и я бы сказал, будь я на его месте. Быть главным – не так и весело, ты как бдительный пастух, который постоянно следит за своими добродушными овечками, пытающимися убежать прямо в пасть к волку. Так что лучше он, чем я.

Тело Виктора, к нашему облегчению, так и лежало на том же самом месте, где мы его оставили. И никакой белесой гадости на нем не было. Ю-тян тут же достала большой пластиковый пакет, который мы припасли, чтобы упаковать тело, а Сатору попросил меня:

– Помоги! Я за голову, ты за ноги, упакуем!

Я успел нагнуться раньше Сатору, и тут же надобность в пакете полностью отпала. Едва я прикоснулся к телу Виктора, как оно истаяло в воздухе, а на полу аэропорта появились три заряда.

– Какого черта? – удивленно и несколько смущенно сказал я. И действительно, чувствовал я себя неудобно – как будто тело Виктора исчезло, потому что я хотел поживиться трофеями. А у меня и мысли такой не было.

Все вокруг замерли, пытаясь осознать ситуацию.

– Надо же, – сказал, наконец, Сатору, – и как это понимать?

– Со мной так уже было, – сказал я, – когда тут утром полицейского убили монстры, с него тоже трофеи выпали, когда я случайно его коснулся.

Я пожал плечами и продолжил размышлять:

– С другой стороны, когда несколько дней назад мы нашли трех убитых охотников на монстров, и обыскали их, они ни во что не превращались от прикосновения. Так и остались трупы-трупами.

– Может, это случилось потому, что у тебя катана Виктора? И он таким образом оставил тебе дополнительное наследство в виде этих трофеев? – предположил Сатору.

– Да не нужны они мне! – сказал я, – он же из вашей команды был, вот вы и берите эти заряды! И тогда непонятно с полицейским – у меня же не было его пистолета, его Борис тогда подобрал. У меня вообще никаких вещей его не было.

– Тут, скорее всего, есть какой-то алгоритм, – задумчиво сказал дядя, – вот только у нас нет никакой возможности понять его пока что. Слишком мало информации.

– А заряды ты все же возьми себе, – сказал веско сэнсэй, – может, есть и смысл в том, что именно тебе они выпали. Тогда это наследство, и ты должен его принять. Хочешь, или нет – это не важно.

Пришлось мне сгребать смущенно заряды в карман.

– Ты не переживай так, – коснулась моей руки подошедшая Ю-тян, – никто тебя не осуждает. Мы ничего во всем этом не понимаем, но, раз так случилось – значит, так и должно быть. Папа верно сказал – у тебя теперь катана Виктора – может, его душа хочет, чтобы ты за счет этих зарядов стал более сильным бойцом, достойным владельцем его оружия. Поэтому используй их сам, никому не отдавай.

И как-то все японцы после ее слов на меня так выжидательно уставились, что я тут же достал трофеи из кармана и сжал их в кулаке, усваивая. Повезло, что не попалось ничего из тех характеристик, что у меня уже было под завязку освоены. А то вышло бы неудобно.

Когда я разжал опустевшую ладонь, японцы были так довольны, что я испытал облегчение. Создалось впечатление, что для них это был аналог поминальной службы по Виктору. Придумали они себе эту историю про наследство Виктора, оставленное специально для меня, и она им понравилась. Так что никаких трогательных речей над могилой, я просто поднял три характеристики, но какой-то важный для них религиозный оттенок они во всем этом все же углядели.

Глава 2
Удачно попавшиеся монстры

Сергей, Подмосковье

Не знаю, то ли осознание того, какого размера монстр к нам приближается, то ли продравший морозом по коже шепот Наташки так подействовал, но дальше мы действовали с рекордной скоростью. Хорошо и то, что все операции были отработаны на предыдущей машине. Схватив тачку, мы дотащили ее до нужной позиции, развернули и слаженно опрокинули на вторую. Машина лязгнула, стукнувшись крышей о вторую, а перед нами предстал вариант необходимой нам лестницы наверх в виде днища легковушки. И хвататься там вполне было за что, чтобы выбраться наверх. Хватило и общей толщины опрокинутых двух машин – земляной и асфальтовый козырек больше над нами не нависал.

– Вперёд, вперёд! – закричал я, толкая в спину подбежавшую Наташку, так хотевшую побыстрее наверх. И она тут же полезла, цепко хватаясь, как обезьянка, за выступающие элементы днища.

– Рядом есть место карабкаться! – крикнул я, – бегом, бегом!

Естественно, первыми мы отправили женщин и стариков. И исходя из традиций, и из житейского смысла – нам, мужикам, если что, будет сподручнее сражаться, зная, что они в безопасности. Шорох и шелест, производимый приближающимся монстром, были такими зловещими, что заставили всех действовать с невиданной скоростью, даже стариков. Единственное, что меня ещё тревожило, кроме приближающегося монстра – так это то, безопасно ли наверху. Отойдя от машин подальше, я все же углядел краем глаза, что Наташка, выбравшись, уже снова уткнулась в экран пульта от квадрокоптера, и только тогда эти страхи отступили – бдит!

Когда монстра стало видно, что означало, что он приблизился к нам на тридцать-сорок метров, мы остались внизу уже вчетвером. Морда у него была отвратная, фасеточных глаз было не сосчитать, а прямо по центру кроваво-красной рожи была видна огромная пасть, больше похожая на мясорубку. Там даже что-то постоянно вращалось и щелкало, дополняя сходство.

Мы с Петькой, не сговариваясь, подтолкнули к машине его отца и брата. Ни тот, ни другой не хотели нас оставлять одних.

– Бегом, бегом, освобождайте нам место! – прикрикнул я, и это помогло. Оба шустро полезли вверх.

– Вроде успеваем! – шепнул Петька, стоявший совсем рядом. И как сглазил! По нам, и по машинам словно что-то ударило. Петькин батя удержался на днище, а вот Сашка свалился к нам обратно. Прямо на нас с Петькой, нам на спины, так что нас он повалил на четвереньки. Удар его тела привел нас в чувство. Мы оба подскочили, схватили Сашку на руки.

– Живой, целый? – спросил Петька.

– Да вроде… – захлопал глазами Сашка, а потом подорвался, – ой, я вас подвёл!

И демонстрируя, что он в порядке, прыгнул обратно на днище, шустро карабкаясь вверх.

– Это что, аккустический удар был? – спросил я, потирая заболевшие уши. Жутко хотелось пальнуть в монстра, угостившего нас таким образом, но я понимал, что не стоит. Вреда моя снайперка ему особого не нанесет при такой-то туше, а вот разозлить и заставить ускориться выстрел может. А это не в наших интересах.

– И не только, похоже! – ответил Петька, а затем мы прыгнули на днище и полезли наверх, ото всей души надеясь, что огромный монстр не врежет по нам своим ударом снова.

Повезло! То ли откат у этого умения был, то ли ещё что, а выбраться нам удалось. Когда долезли почти до верха, нас схватили за руки и выдернули из провала как рыбак выдергивает рыбу из проруби.

То, что огромная тварь была быстрее, чем нам показалось, мы поняли только когда машины, с которых мы только что перескочили на асфальт, вдруг дернулись от страшного удара. И от этого толчка колыхнулся и асфальт под нашими ногами.

– Это у него что, скил на ускорение прямо перед атакой? – спросил Петька, – я думал, ещё секунд семь в запасе у нас есть.

– Очень даже возможно! – согласился я, – давай-ка отойдем подальше в сторону.

Это имело смысл сделать, потому что я увидел, что от удара откололся и упал вниз большой кусок асфальта. Не хотелось бы рухнуть с очередным прямо на монстра.

Едва мы отошли подальше, как ощутили новый толчок, да такой мощный, что мы едва не упали, и внизу раздался сильный скрежет.

– Монстр машины уронил и сейчас их утюжит! – сказала Наташка, наблюдавшая развитие событий в провале с квадрокоптера, – можно, я сама его назову? Я уже и имя придумала – мегачервь!

Мы с Петькой тут же подскочили к ней – интересно же, что за тварь попалась на нашем пути.

Успели увидеть на экране, как монстр подминает под себя наши несчастные тачки. Сверху он выглядел как огромный червь, состоящий из множества сегментов. Окрас был необычным – ярко-оранжевым, почти слепя глаза ядовитым оттенком.

– Эх, это же сколько хорошего опыта и лута под нами сейчас беснуется! – с сожалением покачал головой Петька.

– Признаться, и я думаю о том же, – сказал я, – вот только чем такую огромную тварь забить можно?

В этот момент земля под нами в очередной раз содрогнулась, от края провала метрах в десяти от нас оторвался огромный кусок земли и асфальта, и медленно ухнул вниз на мегачервя. Да, я решил согласиться с предложением Наташки. Не обижать же ребенка отказом принять его название для новой зверушки?

Монстр особо на упавший на него минимум двухтонный обломок дороги никак не отреагировал. Только поверхность его колыхнулась в том месте, где он на него упал, а затем он двинулся дальше. При этом обломок так на нем дальше и поехал.

– Не, ну ты видел это, а? – негодующе сказал Петька, – как танк какой, даже и не заметил, что на него такая тяжесть рухнула! Да уж, с учётом этого надо крепко думать над тем, чем его можно грохнуть!

– Бензовоз бы найти, типа того, что мы видели, заправленный под горлышко, – сказал Захар, – разогнать по дороге, и спустить в этот провал на монстра. Затем издалека прострелить и поджечь топливо. Если его это не проймет, то и ничем нам его не взять.

Я проникся. Приятно, черт побери, когда дед начинает так конструктивно мыслить! Прошел оздоровление, помолодел, и азарт у него появился охотничий!

– А что, вариант! – согласился Петька, – будем ехать отсюда, надо посматривать внимательно вокруг. Вдруг и в самом деле что такое удастся найти.

– Ну да, если не иметь под рукой противотанкового орудия, то это единственный разумный вариант, – согласился я с обоими, – и, кстати, ехать. На чём? Наташка, подними коптер повыше, надо посмотреть, найдется ли что, на чем можно до базы добраться!

Коптер тут же пошел вверх. Тут как раз и земля под ногами ещё раз содрогнулась, и мы увидели на экране, что монстр удаляется. Показалась его задняя часть, покрытая чем-то вроде длинного жёсткого ворса, с которого омерзительно сочилась слизь.

 

– Слушайте, а те гориллоиды, что вниз спрыгнули, и пошли в сторону этой твари, он что, их схарчевал? – спросил Сашка.

– Да похоже на то, – согласился я.

– А вот вопрос – трофеи с них он взял, или они там остались валяться? – продолжил развивать излюбленную тему о трофеях пацан.

– Тьфу ты! – выругался я, – даже если они там валяются, я тебя вниз не пущу. Видишь лестницу туда? Вот и я не вижу!

– Да даже если что и есть, то этот каток глубоко трофеи в свою слизь на дне утрамбовал! – поддержал меня Петька, – фиг найдешь!

– Почему же фиг, – с серьезным видом сказал я, – надо всего лишь лечь в эту слизь, и скользить по ней всю дорогу. Коснешься их – вот и добудешь трофеи! И ничего страшного – предки млекопитающих тоже однажды, выйдя из океана, скользили по слизи!

– Да ну вас с вашими подколками! – огрызнулся Сашка.

Проводив взглядами монстра, сосредоточились на изучении машин на улице.

– Вон там, глянь, какая-то крутая модель! – оживился прилипший к пульту Сашка, – дорогая, небось, тачка!

– Не, не будем даже время тратить, – сказал я, – дверь закрыта, значит, ключа в замке зажигания нет. А без него мы на этой тачке никуда не уедем. Ищите тачки постарше, или любые с открытыми дверьми. Из которых кто-нибудь, в панике, увидев монстра, сбежал, оставив ключ в замке.

Через пару минут, поскольку двигаться приходилось с осторожностью, наткнулись на старенький грузовичок с металлическим кузовом с надписью «хлеб» на борту. Дверь в кабину была распахнута, ключи торчали в замке. Грузовик был заперт на обочине парой легковушек, но оттащить их проблемой не было.

– Ну что, вроде сюда все должны поместиться? – спросил я, придирчиво осматривая машину.

– Поместится то поместимся, – сказал Петька брезгливо, – а эта рухлядь на полдороге не сломается?

– Не попробуем – не узнаем! – философски ответил я.

– Не, давай ещё чего поищем! – попросил Сашка, – как после наших красивых импортных тачек трястись на таком вот чудовище!

– Ну пожалуйста, братик! – вступила в дискуссию и Наташка жалостливым голосом, – найди нам хорошую машинку!

Блин, ещё одна любительница комфорта!

И, словно не хватало этого протеста, согласно с малой закивало головами и старшее поколение. Надо же, ещё недавно говорили, что устали, мол, пора на базу. А теперь оказывается, что на базу надо возвращаться с максимальным комфортом.

– Ну, тогда ищем дальше! – вздохнул я, – раз все в подземелье отдохнули, и никуда теперь не спешите, то кто я такой, чтобы всех торопить!

Никто на мой язвительный комментарий не счёл нужным ответить, так что так и поступили.

Естественно, что наша длительная задержка на улице привела к очередному нападению – на нас внезапно из очередного подъезда, мимо которого мы проходили, вывалилась группа из шести гориллоидов. Как раз тот случай, когда квадрокоптер предупредить об угрозе не способен. Просто монстры, видимо, обшаривали подъезд в поиске последних спрятавшихся людей, когда услышали, или почуяли, что мы идём по улице.

Впрочем, внезапность появления им не помогла. Наши заклинания успели откатиться, и быстро скастованное «замешательство» от Сашки задержало переднюю группу на необходимые, чтобы отреагировать всем, пару секунд. А затем мы атаковали монстров всем, чем было, и шансов уцелеть им не оставили.

Двоих добил я лично, и, когда монстры закончились, открыл рот, чтобы поблагодарить проворного пацана за вовремя скастованное заклинание. Но он так и остался открытым, потому что я увидел появившуюся рядом виртуальную девчонку.

Улыбнувшись, она заявила:

– Внимание! Количество убитых гостей планеты с момента подключения к интерфейсу позволяет отнести вас к числу наиболее эффективных игроков данной планеты. В связи с этим вы будете сейчас перенаправлены для участия в виртуальной игре.

Внимание, начинаю отсчет перемещения в виртуальную игру. По возвращении из нее на вашей планете пройдёт только одна минута, как долго бы вы в ней ни находились. Удачи, абориген!

– Петька, я в игру попал! – крикнул я.

– Да ну? – поразился тот.

Больше ему нечего сказать я не успел – внезапно завис в воздухе над огромными волнами. Вода внизу бесновалась так, что я задумался, пугаться или нет. Решил, что не стоит – явно я тут присутствую не в физическом виде. Скорее, я сейчас как та виртуальная девчонка, что нас посещает с объявлениями. Значит, даже если упаду в море, то не утону. Зато вздрогнул от внезапно раздавшегося голоса:

– Значит, ты у нас лидер, и люди тебя доверяют. Хм, это важный момент для получения сразу нескольких классов. Ну что же, разберемся на практике, какого именно ты достоин, и достоин ли вообще одного из них!

– Воин должен уметь выживать в любых условиях! – продолжил голос, – итак, приступим. Ты окажешься в локации, про которую раньше только читал. Тебе необходимо будет сориентироваться, как выжить, и предпринять правильные в твоей ситуации действия. У тебя есть три попытки, завершением каждой из них является потеря свободы. Засчитывается лучший результат из трех, если, конечно, ты сразу не сможешь продемонстрировать четко и убедительно, какой класс тебе подходит, своим стилем игры. Какой режим игры выбираешь – легкий, средний, сложный или невозможный?

– Невозможный! – ответил я. Мы уже неоднократно обсуждали с друзьями, что делать, если при попадании в игру предложат выбрать уровень сложности. И сошлись на том, что надо выбирать самый сложный.

– Условия просты, – сказал голос, – сохрани свободу больше трех дней – и ты выиграл. Сможешь остаться на свободе дольше – получишь бонус.

Только я открыл было рот, чтобы уточнить, где именно я буду сражаться за свою свободу, как волны подо мной пропали, и вот я уже в какой-то подворотне, из которой видна и большая улица метрах в пятнадцати. Ошеломлен, ясное дело, но точно понимаю, что действовать надо быстро. Взятый мной из честолюбия невозможный уровень выполнения уже самим своим названием предупреждает, что щёлкать клювом тут противопоказано.

Прежде всего, надо понять, куда меня занесло. Когда голос озвучил условия, я подумал почему-то, что окажусь в какой-нибудь азиатской стране, в которой как раз началась резня европейцев. Ну там, какое-нибудь боксерское восстание в Китае. Но улица была стопудово европейской по виду. И даже закоулок, в котором я был, был чистеньким. В Азии так не бывает, по крайней мере, в старые времена так точно не было.

Быстрый способ определить, куда меня занесло – посмотреть, что за вещи у меня со мной. Полез по карманам, тут же вытащил из пиджака какую-то серую книжечку с орлом, держащим в лапах шар со свастикой. Упс! Это нехорошо! На обложке написано только Deutsches Reich Reisepass. Без проблем понимаю, что держу в руках паспорт немецкого рейха. Странно, вроде раньше немецким не владел.

Открыл паспорт. Фото, отдаленно похожее на меня, только нос намного длиннее, скулы узкие, да по ним еще и бакенбарды. Фото пришлепнуто сбоку той же нехорошей печатью со свастикой. А на другой стороне инфа, от которой мне тут же поплохело. Это я-то Соломон Шустер, родившийся в 1920 году?

Тут же схватился за нос. Ой, он и вправду сильно вырос! А на скулах – растительность!

Как говорится, бывает простое попадалово, а бывает полное. Ситуация, в которую меня поставили, была попадаловом в квадрате. Еврей в нацистской Германии! Если в первые годы при Гитлере они еще могли, хоть и с риском для жизни, ходить по улицам, то потом их массово ограбили, арестовали и рассовали по концлагерям и гетто по Восточной Европе. Петька вроде рассказывал, что только в оккупированную БССР привезли и уничтожили тысяч восемьдесят немецких и голландских евреев.

Нацистская Германия? И почему вдруг мне такая радость, если я медик? Тут уж скорее бы Петьке, как историку, подошло бы в качестве задания. Хотя мне, с моими медицинскими наклонностями, могло повезти и похуже. Закинули бы на какое поле масштабной битвы, и вертелся бы там под разрывами снарядов, работая полевым хирургом. А оно мне зачем теперь, если небольшой приборчик творит чудеса, на которые не способны лучшие врачи Земли?

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18 
Рейтинг@Mail.ru