Сергей Шельпяков Хроники однодневки. Фантастический роман

Она неуклюже слезла с байка и непослушными руками сняла с головы шлем. В ногах появилась такая слабость, что Майя присела прямо на газон. Посидев так немного и кое-как переведя дух, она огляделась. Людей рядом не было, а те прохожие, кто был в поле зрения, не обращали на неё внимания.

Надо было разобраться, стреляли в неё или нет? Выстрелов она не слышала, но это ничего не значит: благодаря режиму интеллектуального шумоподавления шлем приглушал любые посторонние звуки, не относящиеся к дорожной обстановке. И ещё: не было абсолютной уверенности в том, что Выжигатель держал в руке пистолет. Может, он всего лишь показывал пальцем. И тут её осенило: видеорегистратор байка! Ну конечно, нужно просто посмотреть запись!

Майя надела шлем, чтобы активировать связь с бортовым компьютером. На этот раз процесс самодиагностики продолжался сравнительно долго и завершился неожиданным сообщением:

— Внимание! Файлы конфигурации повреждены. Автоматическое управление невозможно. Обнаружены неисправности периферийных систем.

Всё-таки стрелял, гад! Она подняла стекло шлема и осмотрела байк со всех сторон, пытаясь отыскать дырки от пуль, но не нашла никаких повреждений.

— Не поняла…

Снова обошла вокруг, тщательно выискивая глазами любые дефекты, но байк выглядел как новенький.

— Байк, запись регистратора, минус десять минут, задняя камера, — сказала она и опустила щиток шлема.

Появилось видео проезжей части Старого города. Неужели и десяти минут не прошло, как она решила срезать путь по дворам?

— Запись вперёд с шагом одна минута.

Запись пошла рывками. После появления дворов Майя скомандовала:

— Отменить шаг. — Запись пошла ровно, Майя внимательно смотрела. — Замедлить. — Изображение замедлилось, появился парень с вытянутой рукой. — Стоп! Увеличить.

В руке у парня действительно что-то было. Нет, не пистолет. Детализация была достаточная, но Майя не понимала, что держит в руке Выжигатель. Запустив запись дальше, она убедилась, что вспышек от выстрелов не было. Видео оборвалось через три секунды, бортовой компьютер сообщил:

— Конец записи. Камера заднего обзора неисправна.

Это ясно, но почему? Что ж, остаётся предположить, что Выжигатель держал в руке… выжигатель? Или как они называют портативные штуки, которыми сжигают электронику? «Крабы», она знала, были куда массивнее. Повезло ещё, что байк на ходу. Хотя…

— Байк, я могу ехать дальше?

— Да. Предупреждение: автоматическое управление невозможно. Предупреждение: сетевая коммуникация не функционирует. Предупреждение: корректировка маршрута невозможна. Предупреждение: отключены базовые ограничители, система безопасности работает в пассивном режиме.

Вот как! Заводские ограничители отключены! Выжигатели сделали то, для чего ей требовалась «примочка» Фотона. Правда, байк придётся отправлять в сервис, а при ремонте все базовые настройки будут восстановлены.

Она без особой надежды попыталась связаться с Толиком, но сетевые функции оказались ограничены не только у бортового компьютера, но и у коммуникатора. Связь накрылась, а Толик там ждёт.

Майя глубоко вздохнула. Денёчек выдался нервотрёпным, что и говорить, но надо было завершить начатое. Осталось совсем немного, убеждала она себя, поглаживая пальцем линию маршрута на дисплее. Отклонение от маршрута было незначительным, и ехать осталось недалеко. Правда, она уже сильно опаздывает. Толик, наверное, психует там из-за невозможности с ней связаться, но ждёт в условленном месте, как договорились. Даже если сделка из-за её опоздания сорвалась, Толик будет ждать, как верный пёс. Не Хатико, конечно, но всё же…

Поборов желание бросить всё и поехать домой, Майя села за руль и включила двигатель. Продолжить маршрут можно и без навигатора. Для этого не придётся возвращаться туда, где были Выжигатели, — надо только проехать через старый сквер и вернуться на дорогу.

Она кое-как развернулась на пятачке тесного пространства между стеной подстанции и брошенными в беспорядке машинами и поехала по аллее сквера. Вообще-то ездить в парках, скверах и других сугубо пешеходных зонах было запрещено, но последние события заставляли смотреть на такие запреты сквозь пальцы. Обстоятельства складывались так, что нарушать закон было безопаснее, чем следовать ему. Подобная система компромиссов была характерна для жизни в Старом городе, и Майя знала об этом, но впервые испытала такой казус на себе.

Тихий безлюдный сквер, окружающий узкую аллею, выглядел неухоженным. Лёгкий ветерок шевелил траву, в которой виднелись обрывки бумажных пакетов и смятые стаканчики. Кое-где сохранились разноцветные скамейки, но все они были сломаны. Ветки разросшихся деревьев переплелись между собой, образуя над аллеей живой навес, который приглушал дневной свет. Лишь отдельные яркие лучи, пробиваясь сквозь густую крону, оставляли солнечные блики на сером асфальте.

Конец аллеи сиял впереди ярким пятном, в слепящем ореоле которого Майя не сразу разглядела препятствие. Только подъехав ближе, она увидела, что выезд перегораживают три байка с сидящими на них людьми. Лица байкеров скрывали щитки шлемов, но было понятно, что все трое смотрят на неё. Байк в середине стоял поперёк аллеи.

Майя остановилась, не доехав до них, но двигатель не выключала. Где-то в груди заворочалось нехорошее предчувствие. «Спокойно, сейчас уедем», — сказала она себе, сжав руль до онемения в пальцах. Она уже собиралась развернуться и «втопить по полной», пользуясь отсутствием автопилота, как вдруг услышала сзади необычный шум. Посмотрев по привычке на дисплей заднего обзора и не увидев там ничего, Майя оглянулась.

По аллее сквера к ней приближались два байка и квадроцикл, такой же, какой был у парней на дороге. Квадроцикл остановился метрах в двадцати от неё, и байки встали по бокам, полностью преградив дорогу назад. Когда байкер слева заглушил двигатель, грохот исчез. Майя поняла, что байк у него с бензиновым двигателем, хотя и видела такую диковину первый раз в жизни — двигатели внутреннего сгорания давно были под запретом.

Парень в центре слез с квадроцикла и снял шлем. Майя заметила на нём эмблему Выжигателей и ничуть этому не удивилась. Парень не спеша направился к ней. Двое других остались на месте.

— Клин, она движок не глушит, — сказал байкер справа.

— Я не глухой, — не оборачиваясь, буркнул тот, кого звали Клин.

Электродвигатель не издавал звуков, но вращающийся гироскоп, который придавал мотоциклу устойчивость, производил характерный шорох, который нельзя было спутать ни с чем.

Клин остановился в нескольких метрах от неё и произнёс:

— Слышь, подруга, выключай драндулет, ты приехала.

Голос у него был спокойный, даже немного скучающий.

— Мы тебя не тронем, не кипишуй. Сейчас терпилы подтянутся, и растасуем по понятиям.

Клин был ближе всех, и Майя хорошо его разглядела. На вид около тридцати, короткая стрижка ёжиком и загорелое лицо со шрамом, идущим через весь лоб. Этот шрам она сначала приняла за глубокую лобную складку, но потом разглядела. Простейшая косметическая процедура могла бы навсегда избавить его от такого «украшения», но по какой-то непонятной причине человек предпочитал быть уродом. Несмотря на свой спокойный голос, Клин пугал её где-то на уровне инстинктов. Его серо-голубые колючие глаза с плавающими в них льдинками были пострашнее любых шрамов. Наглые, холодные кружочки.

— Да уж, влипла тёлка по самые помидоры, — ухмыльнулся байкер справа и смачно плюнул на асфальт.

— Захлопнись, Герыч! — Клин резко повернулся.

Герыч взглянул на него коротко и сразу загрустил, поскучнев лицом. Клин вернулся к своему квадроциклу.

— Давайте засветим из пульсара, вмиг заглохнет, — предложил тот, что сидел на бензиновом байке. — И комут ей заодно поджарим, а то в полицию брякнет.

— Жало спрячь, Вован, и не суетись, ей уже засветили. Из наладонника жахнули. Так что не брякнет она никуда, не в Сети. Как и доехала-то сюда… — Клин с интересом посмотрел на её байк. — Последняя модель, новьё. Понятное дело. Технарь потом начинку поюзает. А из пульсара жарить — как из пушки по воробьям. Все плюшки похерим.

Клин говорил свободно, полагая, что Майя не слышит его из-за шлема на голове. Но шлем у неё, как и байк, был последней модели и, кроме мультимедийных новшеств, имел функциональные улучшения. Процессор шлема логично решил, что защитные функции в данный момент менее важны, чем комфорт, и открыл миллионы регулируемых микропор, поэтому Майя слышала каждое слово Выжигателей. И то обстоятельство, что они говорили о чужом байке как о своей собственности, не сулило ей ничего хорошего в самой ближайшей перспективе.

Она повернулась и посмотрела на тех троих, что загородили дорогу впереди. Все трое продолжали печься на солнце, и в тень никто не уходил. Выжигатели сидели на своих байках, поставленных на подножки. Двое крайних уткнулись в коммуникаторы, а тот, что был в центре, на байке, развёрнутом поперёк аллеи, смотрел на неё.

Только сейчас Майя разглядела, что это девушка. Она уже успела когда-то расчесать волосы, и теперь её выбеленная грива сияла на солнце. Агрессивно-яркий макияж девушки хорошо скрывал её возраст, но Майя была уверена, что девчонка младше неё лет на пять, если не больше. По бензобаку и выхлопной трубе было понятно, что байк у юницы бензиновый, как и у парня сзади. И где они бензиновые байки откопали?

Думать надо было не об этом, но Майя не хотела думать о том, что может случиться в ближайшие минуты. Потому что эти мысли были слишком пугающими, а она старалась не поддаться панике в сложившейся обстановке. Паника бродила в голове, не решаясь зайти на освещённое мыслями пространство, и деликатно покашливала: я рядом, зови, как понадоблюсь. Но эта деликатность не могла обмануть Майю насчёт норова старой знакомой, которой только палец дай — всю руку отхватит…

Белобрысая девчонка выудила откуда-то сигарету и прикурила от тонкой серебристой зажигалки. Держа сигарету двумя пальцами в обрезанных перчатках, она глубоко затянулась и выпустила облако дыма в сторону Майи. Сигареты были запрещены, как и бензиновые двигатели, но курящих людей можно было увидеть даже в Новом городе. Ну а здесь это было в порядке вещей, как и многое другое, недопустимое в приличном обществе.

Деваха сидела на байке, болтая ногами, курила и жевала жвачку в промежутках между затяжками. А потом вдруг откинула крышку бензобака и посмотрела Майе в глаза. Тлеющий окурок она держала над горловиной бака. «Там же бензин!» — в ужасе подумала Майя и покрылась холодным потом. Она замерла, наблюдая в каком-то оцепенении, как пальцы девчонки разжимаются, и окурок падает, словно в замедленной съёмке, оставляя за собой огненно-дымный след, и скрывается в бензобаке.

Майя невольно зажмурилась, но взрыва не последовало, и она с удивлением открыла глаза. Деваха захлопнула крышку бака и ухмыльнулась, продолжая месить во рту жвачку. Даже если бы Майя знала, что бензин никогда не воспламеняется от сигареты, она ни за что не повторила бы такой фокус.

Как будто недостаточно сделав для того, чтобы вывести её из себя, байкерша холодно улыбнулась и чиркнула по горлу ребром ладони. Недвусмысленность её жеста стала для Майи последней каплей. Если бы она могла подумать спокойно, в другой обстановке, оценить реальность угрозы в жесте этой девчонки, то всё могло бы повернуться по-другому, но такой возможности ей никто не дал. Паника отбросила свою показную манерность и взорвалась в голове, сметая всё на своём пути — осторожность, благоразумие и даже инстинкт самосохранения, который в последние минуты метался из стороны в сторону, не зная, что следует предпринять в такой ситуации.

Майя дала на двигатель стопроцентную мощность, вывернув акселератор до упора, и одновременно зажала тормоз переднего колеса. Заднее колесо бешено закрутилось, сжигая резину и дымя. Оставаясь на месте и шлифуя асфальт вращающимся задним колесом, байк развернулся в сторону деревьев, растущих вдоль аллеи. Впереди в паре метров оказался высокий бордюр, но такое препятствие уже не могло её остановить. Отпустив передний тормоз, она изо всех сил вцепилась в руль и стиснула байк ногами. Байк вздыбился на заднее колесо и понёсся прямо на бордюр, ударился об него и тут же хлопнулся передним колесом о траву газона, подскочил, чуть не сбросив Майю с себя, и устремился вглубь сквера.

— Куда, дура?! — слышалось за спиной.

Она уворачивалась от хлеставших веток и с радостным восторгом понимала, что сумасшедший трюк удался. Повезло, что система безопасности работает в пассивном режиме и позволяет выкидывать такие номера. Майя лавировала меж деревьев, сосредоточившись на том, чтобы не положить байк на траве. Чуть не налетев на пень, она поняла, что надо быть осторожнее. Такие же пни могли притаиться в любом месте под опавшей листвой, которую здесь никто не убирал.

Её заветной целью стало выбраться на одну из улиц, патрулируемых полицейскими киберпсами. Не было сомнений, что Выжигатели попытаются её остановить. На их стороне было знание местности, а на её стороне была решимость прорваться во что бы то ни стало. Пускай только попробуют ещё раз заблокировать ей дорогу! Больше тормозить она не станет, а если понадобится, то без лишних раздумий пойдёт на таран…

Майя пригнулась, проезжая около дерева, ветви которого разрослись слишком низко, а подняв голову, увидела, что сквер неожиданно закончился. Перед ней оказалось пластиковое ограждение в красно-белую полоску на краю большого оврага со склонами, поросшими свежей травой и тонкими молодыми деревцами.

Она нажала одновременно оба тормоза, но инерция байка протащила его по сухим листьям и швырнула с обрыва вниз. Байк ударился о склон оврага, и Майя перелетела через руль, упав на спину. А когда открыла глаза, увидела падающий сверху байк, и свет для неё померк…

Часть третья

Инсургенты

Глава первая

Последний утренний сон, предвестник скорого пробуждения, был прерван громким жужжанием. Майя пыталась не обращать на него внимания, цепляясь за ускользающий сюжет сновидения, однако назойливый звук не умолкал, повторяясь раз за разом, как зуммер будильника. Она нащупала коммуникатор в нише стены над кроватью и, чуть приоткрыв один глаз, посмотрела на проекцию экрана.

Сообщение от байка: «ВНИМАНИЕ! КРИТИЧЕСКАЯ СИТУАЦИЯ!»

Сон как рукой сняло. Она соскочила с кровати и бросилась к окну. Байк внизу мигал огнями, как сумасшедший. Рядом угадывался едва различимый силуэт человека, который поднял лицо вверх как раз в тот момент, когда Майя выглянула из окна. Чёрная одежда сливалась со стволом дерева, и белое лицо незнакомца словно бы парило в воздухе, делая его облик призрачно-нереальным. Майя пыталась разглядеть лицо Призрака, но свет низкого солнца бил в глаза, а расстояние скрадывало детали.

Призрак стоял спокойно, не касаясь байка. И тем не менее система безопасности вела себя как ужаленная. Майя перевела сигнал бортового компьютера на медиастену и запустила самодиагностику байка, отчего по стене побежали строчки специальных символов, чисел и знаков. Майя не пыталась их разбирать, с нетерпением ожидая окончания знакомой процедуры.

Когда мелькание прекратилось и картинка замерла, вся поверхность медиастены представляла собой замысловатый красный узор с редкими вкраплениями зелёного. То, что дела плохи, стало понятно ещё до того, как появился вывод самодиагностики, горящий крупными буквами ниже проверочных титров: «КРИТИЧЕСКИЕ ПОВРЕЖДЕНИЯ СИСТЕМ!»

— Вот сволочь!

Майя бросилась к окну, собираясь что-то крикнуть странному типу внизу. Она пока не решила, что именно, но из цензурного в голове крутилось только «Эй!». Сомнений не было: что бы ни произошло с байком, виноват этот мужик в чёрном. Она уже набрала полную грудь воздуха, чтобы докричаться до земли, но этого не потребовалось — внизу у дерева не было ни души.

Майя выдохнула и высунулась из окна на предельное расстояние. Осмотрелась в поисках Призрака, но двор у дома в этот утренний час был пуст: те, кому надо было на работу, уже уехали, а те, кому не надо, ещё не созрели для выгула детей и собак.

Она поспешно переоделась и выбежала в прихожую, но, увидев в отражении двери нечёсаную копну волос на голове, так же бегом вернулась в комнату. Пугающий тест самодиагностики байка свернулся в маленькое окошко в углу, а в центре медиастены застыл виртуальный тренер. Майя жестом смахнула его с экрана, а затем ногой толкнула обратно под кровать беговую дорожку, которая выползла оттуда в ожидании утренней пробежки — все услужливости «умной квартиры» были сегодня не ко времени.

Макияжный бокс повернулся в стене, повинуясь жесту руки, и засветился по периметру видеозеркала. Майя быстро причесалась, надела на запястье браслет коммуникатора и, взяв мотошлем для связи с байком, пулей вылетела из квартиры и вызвала лифт.

Меряя шагами лестничную клетку, она услышала, как открылась дверь параллельного холла. К лифту вышла девочка лет пяти в цветастом сарафане и сандалиях на босу ногу. Своих соседей по этажу Майя знала если не поименно, то в лицо, и эта встреча стала для неё неожиданной. Девочка прижимала к себе голубого кота, пушистого и взъерошенного, с голубыми, под цвет шерсти, глазами.

— Здравствуйте! Я Сара, а это мой Драматерий, он заболел, и я несу его в такси, чтобы он поехал к доктору. — Девочка хотела вытянуть кота на руках, но кот был для неё слишком тяжёл, и она снова прижала его к себе. — А вы здесь живёте? А как вас зовут?

— Майя…

— Мама на работе, а Драматерий со мной не играет. Мама такси вызвала, чтобы я отнесла туда Драматерия, потому что летать на коптере ему нельзя. А у переноски ручка отломалась. А он не убежит никуда из такси?

— Думаю, не убежит, — сказала Майя, глядя на индикатор движения лифта. Мыслями она была уже во дворе. — Твоя мама договорилась же, наверное, чтобы доктор такси встретил…

Сама она не была уверена, будет ли ветеринар ловить испуганного кота в салоне такси, но говорить об этом взволнованной девочке не стала.

Девочка спросила:

— А почему ему нельзя на коптере летать?

— Животные не любят летать, у них от этого стресс…

Майя с грустью подумала, что в этом она мало чем отличается от пугливого зверья. Летать на чём-либо она не любила, а вернее, не могла. Аэрофобия стала следствием перенесённой в детстве психологической травмы, когда Майя попала в авиакатастрофу. Она тогда физически почти не пострадала, но потеряла родных — маму и тётю Василису, и с той поры на дух не переносила любые авиаперелёты.

Мелодичный звук известил о прибытии лифта, и они зашли в кабину. Несколько секунд, пока лифт с тихим свистом опускался вниз, Сара с детской непосредственностью разглядывала Майю большими любопытными глазами. Задержалась на шлеме, который совсем не сочетался с остальной одеждой, но ничего не спросила.

Выйдя во двор, Майя пошла прямиком к байку, поглядывая по сторонам в надежде увидеть Призрака, но его нигде не было видно. С подземного паркинга, шурша покрышками по сухому асфальту, один за другим выехали два экара. Она вгляделась в стёкла машин и успела разглядеть знакомые лица соседей по дому. А Призрак словно сквозь землю провалился.

Байк не «проснулся» от её приближения, и это наводило на грустные мысли. Она уселась на него верхом и надела шлем. Идентификация прошла успешно, но процесс самодиагностики байка не запустился. Вместо этого перед глазами появилась лаконичная надпись «Коннект отсутствует». Майя сорвала с головы шлем и с досадой шмякнула его на сиденье. А чего она ожидала? Ещё в квартире было понятно, что с байком беда…

Во двор въехало жёлто-чёрное такси, и девочка с котом на руках засеменила к машине. Посадила кота в салон, а потом стояла и махала рукой, пока машина не скрылась из вида. Майя смотрела на эту милую сценку, думая почему-то про голубого кота. Как он, бедняга, там один? Встретят ли его у ветклиники?

Поднялся слабый ветерок и захолодил кожу до мурашек, напоминая о том, что одевалась она впопыхах. Короткий топик был хорош под жарким солнцем, а не в утренней весенней тени. Майя провела по байку рукой, мысленно обещая — то ли ему, то ли себе, — что всё будет хорошо, и отправилась домой.

В квартире она переоделась в домашнее, вымыла руки и выбрала завтрак. Пока он готовится, можно было принять душ, но настроения не было. Майя решила ограничиться чисткой зубов после того, как позавтракает.

Через пятнадцать минут завтрак был готов. Она ела механически, продолжая думать о странном происшествии. Призрак своим появлением породил множество вопросов: «Кто он такой? Зачем повредил байк? Как он это сделал? Куда исчез из пустого двора?» Майя не съела и половины, выбросив остатки в утилизатор, и села за пустой стол. Надо было идти чистить зубы и умываться, но она медлила. Странное утро…

Когда браслет коммуникатора на запястье неожиданно ожил, она вздрогнула, посмотрела на аватар звонящего и резко сказала:

— Говори!

— Чего ты такая злая, Май? — удивился Толик.

— Представляешь, какой-то чудик в похоронном костюме байк мне раскурочил!

— Как это?

— Убил напрочь всю электронику!

— Что за фигня, зачем?

— А я знаю? Байк меня с утра будит, я бегом к окну, а он внизу у дерева стоит, весь в чёрном. Я пока отвернулась, он и пропал…

— Ну дела… — протянул Толик. — А с байком что?

— Откуда я знаю, шлем с ним не коннектится.

— В сервис сообщила?

— Нет пока, совсем из головы вылетело…

— А я как раз хотел предложить тебе кое-что для байка. Не знаю теперь, надо или нет…

— Что для байка? И почему теперь не надо? Его же починят? — разволновалась Майя.

— Отремонтируют, даже не сомневайся! Он ведь не в хлам разбитый, просто бортовой комп накрылся, похоже… — Толик помолчал немного и продолжил: — Ну так вот, для байка твоего я шикарную вещь достать могу. Только надо сегодня забирать, а то…

Он опять замолчал.

— Что ты тянешь, о чём разговор?

— Не хочу я прямо говорить. Помнишь вечеринку у Вали в тот день, когда ты на ручном управлении ездила? Протона помнишь?

Майя сообразила, что речь идёт о Фотоне с его «примочкой».

— А, поняла. С удовольствием куплю, привози. Тогда ещё голову сломала, как бы достать.

— Ты подожди, послушай. Надо нам вместе идти. Сегодня днём, так договорились. Встретимся в Старом городе, сведу тебя с кем надо, и будет тебе подарок от меня на днюху.

— Что за мутная схема? Я в криминал не полезу! Из-за какой-то безделушки социальный рейтинг в красное загонять? Нет уж, спасибо!

— Нету там никакого криминала… практически. И твоя социалка в случае чего не сильно пострадает. Чтобы она в красное ушла, надо таких дел натворить, что тебе и не снилось! А так, в крайнем случае, штраф заплатишь. Может на синий уровень социалку сдвинешь, ну и что за беда? Я на жёлтом да зелёном всю жизнь обретаюсь, и ничего! Если б нужно стало, то и на синий бы уровень поднялся, только вопрос — зачем?

— Как-то не верится мне, что за незаконный гаджет можно штрафом отделаться.

— Ты же не изготовляешь такие штуки и не продаёшь. А за использование только штраф. Не волнуйся ты, всё будет хорошо, я обещаю!

Майя подумала немного и согласилась.

— Ладно, приеду я. Но прежде байк в ремонт отправлю.

— Отлично, до связи! — Толик поспешно отключился, словно боялся, что она передумает.

Майя нашла контакт автосервиса и отправила заявку. Потом села в кресло и стала думать о том, что сделает сегодня. Первым делом, безусловно, поедет в Старый город. Она искала это устройство давно, но не нашла в силу разных причин. А сейчас Толик неожиданно предложил свести её с продавцом. Наверное, имеет свой интерес в этом деле, но это нормально и её не касается. Главное, что он никогда её не подводил, поэтому волноваться не о чем.

Сообщение о прибытии эвакуатора не заставило себя долго ждать, и она поспешила выглянуть в окно. Рядом с байком, развернув манипулятор, замерла в ожидании дальнейших инструкций большая красная машина. Майя отправила подтверждение в службу автосервиса, и в ту же минуту эвакуатор ожил и потянулся к байку своим разлапистым манипулятором. Гибкие щупальца мягко обхватили мотоцикл и, с лёгкостью оторвав его от земли, перенесли в кузов машины. Специальные захваты в кузове были наготове и надёжно зафиксировали байк по центру транспортировочной площадки.