Селена Ниршева Непосвящённая

Глава 13 Поход. День третий.

Утреннее солнце начинало припекать, предвещая ещё один знойный день. Мы завтракали наспех, не тратя времени на разговоры. Едва проглотив последний кусок лепёшки, Дорок кивком показал, что пора продолжать путь, и мы снова зашагали по бесконечной лесной тропе.

Пока мои ноги механически ступали по земле, мыслями я упрямо возвращалась к событиям прошлой ночи. К тому единственному, точному броску, когда кинжал не упал, не отскочил, а глухо вонзился в кору дерева. Я помнила свои ощущения в этот момент — это были единение с магией, правильные движения, концентрация и та самая злость, что придала силы. Это воспоминание согревало меня и придавало уверенности.

Я осмотрелась вокруг и почти неосознанно, подчиняясь импульсу, достала кинжал из ножен. Просто, чтобы почувствовать его вес, шершавую рукоять в ладони, тот самый баланс, о котором говорил Карион.

Терас тут же возник рядом со мной.

— Ведьмочка, ты решила кого-то из нас прирезать втихую? Если что, я могу меньше болтать, — он лукаво улыбнулся и раскинул руки в широком жесте, предлагая себя в качестве жертвы.

— А так можно было? — донеслась до нас язвительная шутка Кариона.

— Тебе — нет! — Обиделся Терас.

Я покачала головой, чувствуя, как румянец заливает щёки.

— Нет, всё в порядке. Я просто хотела подержать кинжал в руках, привыкнуть к его весу и рукояти.

Дорок обернулся и неодобрительно посмотрел на клинок, зажатый в моей руке.

— Зачем тебе это? — Раздражённо спросил он. — Убери его обратно в ножны!

Я задумалась. Подчиниться или проявить упрямство? Идти наперекор Дороку сейчас, на глазах у всех, — плохая идея. Это вызовет лишние вопросы, ненужное внимание. Пожалуй, нужно дождаться подходящего момента для собственных желаний.

— Хорошо, — тихо согласилась я, с сожалением убирая кинжал.

Дорок удовлетворённо кивнул, его лицо смягчилось, и он снова зашагал вперёд.

Карион, шедший следом за Дороком, нарочито замедлил шаг и поравнялся со мной. Он наклонился так близко, что его дыхание коснулось моего уха, и насмешливо прошептал:

— Слабачка...

Затем ухмыльнулся и рванул догонять Дорока.

Леама потянула меня за рукав рубашки и прошептала:

— Хозяйка, не слушать его! Он вас совсем не знать!

Я постаралась улыбнуться ей, но улыбка вышла кривой и усталой.

— Да я и сама себя не знаю, Леама, — призналась я, беспомощно разглядывая свои руки.

Мы шли дальше, и я старалась отвлечься, наблюдая за маленькими лесными существами, сновавшими у нас под ногами. Кто-то из них тащил на своей спине травинку, вдвое превышающую собственные размеры, а кто-то, испуганный нашим приближением, — старательно обходил по широкой дуге, скрываясь в глубине чащи. От однообразия пейзажа с его зелёными деревьями, пёстрыми пятнами цветов, густыми кустарниками и хрустящим под ногами ковром из прошлогодней листвы слегка кружилась голова.

Мне опять хотелось глубоко вздохнуть и предложить какую-нибудь отвлекающую тему для разговора, но вдруг Дорок снова резко поднял руку, призывая нас остановиться. Он развернулся, на его лице неожиданно заиграла мальчишеская улыбка.

— Сегодня жарко, а недалеко есть озеро. Оно не очень большое, но вода там чистая. Можно быстро ополоснуться, конечно, дежуря по очереди.

Мы с Леамой переглянулись и радостно закивали. Идея сменить грязную, пропахшую потом одежду на свежую, да ещё и смыть с себя усталость прохладной водой, показалась нам настоящим подарком судьбы в этом изматывающем путешествии.

Тропа внезапно оборвалась, упираясь в стену из папоротников и свисающих лиан. Дорок раздвинул их руками, и мы застыли, заворожённые открывшимся видом.

Перед нами лежало небольшое, почти круглое, озеро — не просто водоём, а драгоценный сапфир, в оправе из изумрудного мха и тёмного камня. Вода в озере была настолько прозрачной, что я видела каждый камешек на дне, каждую песчинку, переливающуюся на солнце. С противоположной стороны к воде склонялись плакучие ивы. Их длинные, тонкие ветви почти касались поверхности озера, оставляя на ней лёгкие узоры. Воздух был напоен свежестью и сладковатым ароматом цветущих водяных лилий, белоснежные чашечки которых покоились на широких листьях. Казалось, сама природа создала это место как убежище от всех бед и опасностей.

Дорок, не спеша, подошёл к самой кромке воды. Он присел на корточки и опустил ладонь в озеро, словно проверяя не только температуру, но и саму его суть. Потом поднял голову, медленно втянул воздух, прислушиваясь и принюхиваясь к пространству вокруг. Он замер в позе хищника, читающего невидимые знаки леса. Наконец Дорок обернулся к нам, его лицо было спокойным и уверенным:

— Всё чисто. Воздух свежий, рядом нет тёмных духов. Хорошая поляна, здесь и пообедаем.

Карион, стоявший поодаль, вздохнул и бросил на старшего брата раздражённый взгляд.

— Может, я всё-таки поймаю дичь, и мы поедим нормально?

Я удивлённо смотрела то на одного, то на другого:

— А мы что, всё это время могли есть не только сушёное мясо и лепёшки?

— Вообще-то, я берёг ваши нервы, дамы. Карион притащил бы сюда тушку какого-нибудь животного и освежевал при вас, будь его воля — Дорок перевёл на меня тяжёлый взгляд, в котором я прочла что-то, похожее на заботу.

Леама испуганно округлила глаза и инстинктивно сделала шаг назад, словно уже представила эту кровавую картину.

— Зато я не сдохну от голода, если твой волшебный кармашек опустеет, — лишь усмехнулся Карион. — А вы можете продолжать питаться одной болтовней Тераса.

Я задумалась. В заботе Дорока был смысл, но перспектива съесть что-то свежее, ароматное и горячее перевешивала смутные опасения. Я повернулась к Кариону, стараясь говорить как можно более решительно:

— А что, нам обязательно смотреть, как ты будешь подготавливать тушку к готовке?

Карион задумался. В его глазах мелькнул незнакомый мне огонёк — не насмешка, а что-то вроде уважения к моему вопросу.

— Нууу... думаю, нет. Я могу подготовить дичь к готовке где-нибудь неподалёку.

Я посмотрела на Леаму. Та была всё ещё бледной, но, проглотив комок в горле, одобрительно кивнула.

— Иди. — Дорок, наблюдавший за нашим немым диалогом, кивнул в сторону чащи.

Карион победоносно ухмыльнулся ему в ответ и, развернувшись, направился вглубь леса. Он не побежал, не зашуршал листьями — он просто растворился в тени деревьев, будто его и не было. Иногда мне казалось, что он двигается слишком быстро — неуловимо для моего зрения, а может, он и вправду умел становиться частью теней, исчезать в них бесследно.

Я снова с благодарностью посмотрела на Дорока. Он, такой суровый и прямолинейный, на самом деле заранее позаботился о наших, не очень уж крепких, нервах. Я люблю мясо, это правда, но даже мысль о том, как живое существо превращается в обед, вызывала у меня тошноту. И сейчас, под плеск чистой воды и пение птиц, проверять на прочность свою психику мне совсем не хотелось. Это место было слишком прекрасным, чтобы омрачать его тяжёлыми мыслями.

Лишь когда мы оказались у самой кромки воды, я подумала о том, что до сих пор не приходило в голову…. Чтобы искупаться, придётся раздеться. Прямо здесь. При них. Я испуганно посмотрела на Дорока, пытаясь найти в его глазах поддержку или решение.

Он будто прочёл мои мысли и спокойно произнёс:

— Давайте мы с Терасом отвернёмся, а вы спокойно разденетесь до белья и зайдёте в воду. Мы искупаемся позже, когда вернётся Карион.

— Это просто бельё, чего стесняться! — Весело сверкнул глазами Терас и широко развёл руками, приглашая нас искупаться. — Дамы, дайте волю своим телам!

— Терас… — Дорок низко, по-звериному зарычал, и даже воздух, казалось, содрогнулся от этого звука.

Терас махнул рукой.

— Как хотите, как хотите! Я думал, мы пойдём купаться вместе. А, вдруг на вас нападут водные змеи?

— Змеи? — Я обепокоенно вздохнула, воображение тут же нарисовало скользкие, извивающиеся тени в прозрачной воде.

— Да-да! Большие, кровожадные водные змеи! — Терас с удовольствием продолжал нагнетать, сверкая белозубой улыбкой.

— Тееераааас! — Дорок снова зарычал.

— Что? — Удивился тот невинным голосом. — Я вообще-то думаю об их безопасности!

Я неуверенно повернулась к Леаме. Она лишь пожала своими маленькими плечиками, смотря на воду с явным безразличием.

— Мне всё равно, хозяйка. Змей я не бояться. И купаться в своём платье.

Я подумала о мифических змеях, посмотрела на спокойную гладь озера, а затем — на Дорока. К моему удивлению, на его губах играла улыбка. Он повернулся к брату.

— Хорошо, ты прав, Терас. Змеи и правда опасны. Будешь сторожить нас. А я первый зайду в воду и осмотрю озеро. Дамы ведь могут присоединиться ко мне, если им так будет спокойнее.

Терас округлил глаза, его планы на общее весёлое купание рухнули в одно мгновение. Он что-то невнятно пробормотал, а затем громко сказал:

— Я вообще не это имел в виду...

Я задумалась, пытаясь найти выход из этой щекотливой ситуации. Терас уже видел меня в одном белье, тогда, в купальне, и ничего катастрофического не случилось.

— Мы согласны. — Я озвучила Дороку принятое решение. — Леама одета, я разденусь до белья. Думаю, ничего страшного не случится.

Дорок улыбнулся, и в его глазах мелькнуло одобрение. Затем он стянул через голову простую рубашку, и я замерла, глядя на его обнаженный торс. Мускулы играли под кожей, покрытой старыми шрамами, дышали силой и мощью. Затем он сбросил штаны, оставаясь в одном лишь исподнем, которое подчеркивало каждую линию его мощных бедер. Выше я смотреть уже не посмела, чувствуя, как горячая волна стыда и любопытства заливает щёки. Леама тут же целомудренно отвернулась и уставилась на ближайший куст.

Но вместо того чтобы сразу пойти в воду, Дорок кивнул в мою сторону, его взгляд был строгим и... ожидающим. Я немного опешила, поняв, что он ждёт, когда я последую его примеру. Собравшись с духом, я принялась снимать одежду.

Дорок, не отрывая от меня глаз, строго бросил Терасу:

— Отвернись и следи за поляной.

Тот скорчил недовольную гримасу, но спорить не стал, демонстративно повернувшись спиной к озеру.

Дрожащими пальцами я расстегнула пуговицы на рубашке и сбросила её с плеч. Затем, затаив дыхание, стала медленно перебирать пуговицы свободных брюк. Наконец, они плавно сползли с бёдер и упали на траву. Скинув ботинки, я осталась в одном лишь белье — тонком, мокром от пота, казавшимся мне сейчас до неприличия откровенным.

Дорок пристально смотрел на меня. Его скулы были напряжены, а во взгляде читалось едва сдерживаемое желание. Он медленно протянул мне руку, приглашая последовать за собой.

Я сделала шаг, потом ещё один и коснулась горячей, шершавой ладони. Дорок сжал мои пальцы так крепко, что казалось, больше никогда не отпустит, и повёл меня в воду.

Я ступила в озеро и вздрогнула — вода была прохладной, даже холодной. От такого резкого перепада температуры мои соски напряглись и заострились, и мне стало вдвойне неловко. Дорок заходил в воду уверенно, не оборачиваясь, его спина была мокрой от брызг. В моей голове невольно возникла дерзкая, смущающая картина. Он поднимает меня на руки и усаживает на себя прямо в воде, я чувствую каждую его мышцу... От этой мысли по коже пробежали мурашки, и внутри всё сжалось в сладком, тревожном ожидании.

Дорок, словно почувствовав смену моего настроения, обернулся. Он был так близко. Его грудь почти касалась моей. Глубоко, почти с наслаждением, он втянул ноздрями воздух рядом со мной, как будто вдыхал не только свежесть озера, но и запах моего тела. Всё ещё крепко сжимая мою руку, он потянул меняза собой на глубину.

Как только я перестала чувствовать под ногами дно, земную опору, разум пронзила единственная ясная мысль: а умею ли я плавать? Меня охватила паника. Все фантазии и смущение развеялись как дым. Не успев опомниться, я ушла с головой под воду. Холод парализовал тело, в ушах зашумело, в нос и рот хлынула вода.

Но уже через секунду сильные руки Дорока схватили меня и подняли на поверхность. Я закашлялась, выплёвывая воду, и сквозь слёзы увидела на берегу обеспокоенную Леаму, и Тераса, который кричал, размахивая руками:

— Брат, ты вроде вёл её купаться, а не топить!

Дорок, всё ещё держа меня на плаву, рявкнул в ответ, и в его голосе впервые слышалась растерянность и злость на себя:

— Я откуда знал, что она не умеет плавать?!

— А ты бы спросил вместо того, чтобы пялиться на её грудь! — пронзительно крикнул Терас, и я услышала в его голосе не привычное заигрывание, а настоящую злость.

— Без твоих советов разберусь! — Отрезал Дорок, и его рык заставил Тераса замолчать.

Он развернул меня лицом к себе, продолжая крепко держать за талию.

— Ты в порядке? — Взгляд Дорока был полным сожаления и досады на самого себя.

Я смогла лишь кивнуть, продолжая откашливаться и жадно глотая воздух. Затем, слегка охрипшим голосом, прошептала:

— Всё в порядке... Ты не виноват. Я и сама не знала, что не умею. Просто... не подумала об этом.

Дорок нахмурился, его брови сомкнулись в одну сплошную линию. Он осторожно подтолкнул меня к тому месту, где вода снова достигала мне плеч, и я, наконец, почувствовала под ногами твёрдую почву.

Я стояла, всё ещё растерянная и смущённая, когда ко мне подплыла Леама, её крылышки трепетали под водой.

— Хозяйка, вы в порядке?

— Да, Леама, уже всё хорошо, — улыбнулась я ей, стараясь успокоить заодно и себя.

Леама облегчённо улыбнулась в ответ и уверенно поплыла на глубину, поблёскивая крылышками в изумрудной воде. Дорок, бросил на меня ещё один озадаченный взгляд и поплыл следом за ненки, рассекая воду мощными гребками.

Я осталась на мелководье и боялась сделать неосторожный шаг в глубину. Случайно посмотрев в сторону леса, я застыла. В тени деревьев стоял Карион и не отрываясь смотрел на меня. Он не двигался, его руки были скрещены на груди, а пристальный взгляд осыпал моё тело леденящими мурашками. В этом взгляде читалось что-то злобное, оценивающее.

Я собралась с духом и медленно вышла на берег. Вода стекала по моему телу ручьями, оставляя на траве мокрые следы. Карион бесцеремонно осмотрел меня с ног до головы. В его глазах мелькнуло что-то похожее на... одобрение? Затем он кивнул, словно ставя в своём внутреннем досье какую-то галочку, развернулся и снова бесшумно исчез среди деревьев.

— Вот, ведьмочка, возьми покрывало. Замерзнёшь же! — вырвал меня из противоречивых мыслей Терас.

— Терас, это так не похоже на тебя — предлагать мне прикрыться, — улыбнулась я, принимая из его рук грубоватую ткань.

— Ох, ведьмочка, — он покачал головой. — Это было до того, как ты чуть не захлебнулась на моих глазах.

— Спасибо за заботу, Терас, — я укуталась в тёплое шершавое покрывало. — Не стоило так переживать. Тем более, Дорок был рядом. Он бы меня спас в любом случае.

— Да ну его. Засмотрелся на тебя и забыл о безопасности. — Терас махнул рукой, снова по-детски надув губы и уставился в сторону леса, где недавно скрылся Карион.

А я сидела на берегу и всматривалась в гладь озера до тех пор, пока не увидела, как из него выходит Дорок. Вода стекала струями с могучего тела. Его взгляд был устремлён куда-то вдаль, Дорок явно опасался встретиться со мной взглядом и был довольно мрачен.

И тут меня пронзила острая, болезненная мысль. Все эти странные, тёплые и трепетные ощущения, что возникали у меня рядом с ним... Были ли они моими? Или это тело Моргат, его бывшей возлюбленной, навязывало мне свою память, свои чувства? И он... Видел ли он в эти моменты меня настоящую? Или его взгляд затуманивался воспоминаниями, и он забывался, думая, что рядом с ним снова она — сильная, могущественная ведьма, которую он, возможно, до сих пор любит? Эта горькая мысль словно возводила между нами тонкую ледяную стену.

Я с сожалением вздохнула, спряталась в заросли деревьев и достала из магического кармана чистую одежду. Ткань пахла свежестью и цветами. Я быстро переоделась и отметила, как вместе со свежестью ко мне возвращается уверенность. Пожалуй, я готова и встретиться взглядом с каждым из братьев, и отвечать на скабрезные шуточки Тераса.

Дорок и Леама уже успели переодеться и стояли у костра. Терас, бросив к их ногам охапку хвороста, с серьёзным видом помогал Дороку разводить огонь.

Из чащи бесшумно вышел Карион. В его руках болталась тушка небольшого животного, нанизанная на толстую, корявую ветку. Не говоря ни слова, он отдал добычу Терасу и направился к воде.

— Эй, брат! Подожди меня, я тоже хотел искупаться! — Крикнул ему вслед Терас.

— Ещё чего, — пробурчал Карион в ответ и, не стесняясь, принялся раздеваться прямо на ходу.

Я замерла, чувствуя, как по щекам разливается краска. Отвернуться? Сделать вид, что не замечаю?

— Ведьмочка, дабы сохранить твоё целомудрие, должен предупредить, купается он голым… — шепнул мне на ухо проходивший мимо Терас.

Я нахмурилась, изо всех сил показывая, что не понимаю, о чём идёт речь.

— Совершенно голым, — с наслаждением растянул он, и его глаза весело сверкнули.

Я громко сглотнула, чувствуя, как жар заполняет тело. Кивнув Терасу, я резко развернулась и направилась к Дороку, к костру, как к чему-то безопасному и понятному.