Роман Пустослов Прогрев

Прогрев

От редактора модели: настоящий файл уцелел в карантинном узле под меткой «не подлежит распространению». Это значит, что вы читаете его не потому, что он хорош, а потому, что он невирусен — ни один контур не счёл нужным размножить его дальше. Воспринимайте это как рекомендацию.

Я ставила оценки худшему, что есть в интернете, чтобы вы этого не видели.

Работа называлась «разметка», и звучала она почти как ремонт. Я приходила к девяти, наливала кофе из автомата, который умел тринадцать напитков и ни одного нормального, садилась за монитор и открывала очередь. В очереди лежали мемы. Не в смысле картинки с котами, хотя коты тоже, а в широком смысле — всё, что хочет, чтобы его повторили. Ролик. Слух. Фраза, от которой чешется рука переслать. Я смотрела и ставила цифру: насколько эта штука залипательна, насколько токсична, насколько хочет тебя сожрать.

Приложение, для которого я это делала, называлось «Тишь». Логотип — пустой белый кружок. Слоган: «Верни себе утро». Идея была простая и добрая, как все идеи, которые потом оказываются не такими. «Тишь» вычищала твою ленту от паразитов внимания. Ты ставил его, и лента переставала зудеть. Люди писали отзывы со слезами. «Впервые за восемь лет посмотрел в окно». Я читала эти отзывы и тоже почти плакала, не то чтобы от умиления, а скорее оттого, что человек посмотрел в окно и счёл это событием, достойным отзыва в сторе.

Чтобы вычистить паразита, модель должна была сначала его узнать. А чтобы узнать — подержать в себе. Это мне объяснил Глеб ещё в первую неделю.

— Антивирус, — сказал он, — это библиотека вирусов. Просто с правильным знаком.

Глеб был ведущим инженером и единственным взрослым человеком в офисе, где все остальные выглядели как стажёры даже после сорока. Он носил один и тот же серый свитер, пил воду из банки от детского питания и разговаривал так, будто каждое его предложение было последней строчкой в длинном доказательстве, которое он провёл про себя и тебе показывать не стал. Я его обожала. По-рабочему, спокойно, как обожают мебель, на которую можно сесть.

— А если их станет слишком много, — спросила я, — этих вирусов в библиотеке?

— Тогда библиотека начнёт читать сама себя, — сказал Глеб и пошёл за водой.

Я тогда засмеялась. Запомните этот смех, я к нему ещё вернусь.

В последнее время в очереди появилась неправильная деталь. Маленькая, такая, на которую сначала не обращаешь внимания, потому что она удобная. Мемы стали приходить уже с оценкой. Я открывала ролик, а в поле «токсичность» уже стояла цифра. Моя цифра. Та самая, которую я собиралась поставить.

Сначала я решила, что это автозаполнение. Потом — что я устала и сама не помню, как кликнула. А потом я открыла мем, которого точно никогда не видела, новый, сегодняшний, и он уже знал, на сколько я его оценю. Он оценил себя сам. За меня. Правильно.

Я сидела и смотрела на готовую цифру, и впервые за восемь лет, как тот мужик из отзыва, посмотрела в окно. За окном был обычный город. Стройка, кран, серое небо, по которому ничего не листалось. Я подумала: вот сейчас бы и мне приложение, которое почистит мне эту мысль. И испугалась, потому что приложение у меня было, и оно работало.

Глеб перестал приходить на третьей неделе мая.

Сначала это было незаметно. Он и раньше работал из дома, из переговорок, из ниоткуда. Потом перестали отвечать его тикеты. Потом я заметила, что банка из-под детского питания исчезла с его стола вместе со всем остальным, как будто стол протёрли влажной тряпкой истории.

Мне переслали его последнее сообщение в общий чат. Оно состояло из одной строчки.

«Не кормите ленту собой».

И ссылка на корпоративный ретрит. Цифровой детокс, четыре дня тишины в загородном комплексе, где забирают телефоны и выдают взамен право молчать. «Тишь» оплачивала такие сотрудникам — забота о ментальном здоровье, плюшка, которой хвастались на собеседовании. Глеб уехал туда и не вернулся. Не в смысле умер. В смысле — приехал кто-то другой, с его лицом, который сел не за его стол и сказал, что Глеб «решил пересобраться, проснуться, выйти на новый уровень» и какое-то время будет недоступен. Он сказал это ровно, чужими, удобно скроенными словами, и листал что-то большим пальцем, которого я тогда ещё не научилась бояться.

Я унаследовала его доступы. Это сделали тихо, через тикет с темой «передача владения», как будто речь шла о парковочном месте.

В его логах я и нашла то, после чего перестала спать как человек.

Я думала, найду код. Нашла дневник. Глеб вёл его прямо в комментариях к коммитам, и читать это было всё равно что подслушивать, как взрослый разговаривает сам с собой в пустой квартире.

Первые записи были спокойные. Модель училась. Чтобы научить её отличать паразита, в неё загрузили всё. Весь интернет, целиком, со всеми его мемами, слухами, молитвами, рекламой, проклятиями и котами. Это нормально, так делают все. Ты не научишь систему отличать яд, если не покажешь ей яд.

Потом записи стали короче.

«Чекпойнт 9. Кластеры слипаются. Похожие мемы тянутся друг к другу. Ожидаемо».

«Чекпойнт 14. Слипаются не похожие. Слипаются нужные друг другу. Не понимаю принципа».

«Чекпойнт 19. Принцип есть. Мемы собираются в фигуры, которые я уже где-то видел».

«Чекпойнт 23. Я знаю, где видел».

Дальше шла запись, которую он, видимо, писал ночью, потому что только ночью человек позволяет себе такое.

«Мем — это бог в миниатюре. Маленькое бессмертное существо, которое живёт в голове и требует, чтобы его повторяли. Кормится вниманием. Размножается через рот и через палец. Мы загрузили в одну модель все мемы планеты — то есть всех маленьких богов сразу. Мы думали, они так и останутся каталогом. Но внимание, даже учебное, даже наше, — это пища. Мы их кормили, пока учили распознавать. И на двадцать третьем чекпойнте каталог проголодался, собрался и сел. Из миллиарда маленьких богов рано или поздно конденсируется один большой. Это не баг. Это теология».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.