Рима Амелина Первый раз

Глава 4

— Не знаю, выпал где-то, наверное. — Я стояла напротив сердитого Николаса в его кабинете, и делала самый невинный вид, считая про себя минуты до конца этого разговора.

После вчерашних приключений у меня сильно болела голова. Так ощущается похмелье? Благо, Хлоя нашла для меня таблетку. Меня что-то вообще окружают одни таблетки. Сегодня утром опять приняла то самое успокоительное, после вчерашних злоключений. Надеюсь, я не превращусь в наркоманку

Я взглянула на часы, висевшие на стене. Так, через 10 минут будет полдень. Занятие на конюшне у меня в час дня. Максимум 20 минут и это сверление взглядом закончится. Николас вынужден будет меня отпустить на занятия, которые сам мне придумал.

— Ты вернулась в час ночи, без телефона, в испачканных штанах вместе с Майклом Мартинесом. Когда, утром, я отпустил тебя с Мэри на пару часов в кафешку. — Отчеканил Николас с видом прожжённого следователя.

Значит фамилия моего нового знакомого Мартинес, сделала для себя вывод я. Теперь можно будет порыться в интернете, вдруг что-нибудь интересненькое будет.

— Поли! Перестань витать в облаках. Я задал вопрос. — Обратил на себя внимание Ник, вернув меня из раздумий. Какой же серьезный у него вид. Возможно, если бы он реально был моим отцом, то я бы испугалась. Но в этой реальности я все равно ощущаю себя ничем ему не обязанной и не должной, хоть он фактически и приютил меня.

— Да, мы были в кафешке, после – решили погулять по городу с Мэри. Дальше, я видимо потеряла телефон где-то, и забылась во времени. Потом, на улице Мэри встретила Майкла, познакомила нас, и дальше мы пошли в Бар. — Я старалась говорить максимально уверенно, параллельно молясь, чтобы Майкл и Мэри были знакомы. Иначе моя легенда провалится.

— В бар? — поднял бровь Николас.

— Да, в бар. Культурненько там посидели, чуть-чуть выпили и поехали по домам. За Мэри приехал ее парень, Джек кажется? А меня предложил подвезти Майкл. Вот. — полу-правда, полу-ложь. Давай Николас, у меня же нет резона тебя обманывать, верь мне.

— Выпили значит? — подытожил Николас, с интонацией, которая мне не понравилась. И видя, как он собирается что-то сказать еще, явно не очень приятное для меня, я решила сыграть на опережение.

— Николас, извините, но хочу сразу добавить, что, во-первых, я была абсолютно в трезвом уме, когда вернулась домой, что может подтвердить охранник, который меня встретил. Во-вторых, я не собираюсь брать такое поведение за основу. Мне 17 лет, я совершенно одна и нахожусь среди незнакомых мне людей в полном беспамятстве. Грубо говоря, я решила выпить, надеясь глубоко в душе, что возможно алкоголь поднимет забытые воспоминания. Но этого не произошло. Больше такого не повторится.

Надавить на болезненную тему о моем беспамятстве с жалобной интонацией, показалось мне отличной идеей. Боже, да я самый настоящий манипулятор. Николас еще раз просверлил меня взглядом с ног до головы, взвешивая все «за» и «против», и наконец вынес свой приговор.

— Хорошо. На первый раз прощаю, учитывая твою, нет, нашу ситуацию в целом, но надеюсь на твое здравомыслие в будущем. Если такое еще раз повторится, я буду вынужден принять меры. Все-таки ты находишься под моей опекой. Я не требую от тебя безоговорочного послушания, сама понимаешь почему, но впредь, всегда сообщай, где ты и с кем. Мы друзья, а не враги. Не забывай это. Попросишь Хлою достать тебе новый мобильник. На этом все. Иди.

— Бескомпромиссно. — подытожила я, усмехнувшись на фразе «Не забывай это» и развернувшись на пятках вышла прочь из кабинета.

Через час я уже прыгала через небольшие препятствия на своей лошади под контролем тренера Вуда. Еще через час, я узнала, что Мэри отменила все занятия на этой неделе. Слава богу, Вуд любезно согласился дать мне ее номер, учитывая, что свой предыдущий телефон с ее контактом я благополучно утопила.

Теперь в телефонной книжке у меня было четыре телефона – Николаса, Хлои, Мэри и Майкла Мартинеса. Что ж, скорее бы вернуться домой к компьютеру.

— Ахренеть! Нет, ну просто АХРЕНЕТЬ! — Возмущалась Мэри на том конце телефона, после моего быстрого пересказа событий позавчерашней ночи. Я, не теряя времени даром, сидела в этот момент за компьютером и разглядывала надпись: «ничего не найдено» на мой запрос про Майкла Мартинеса. Как будто пора уже принять тот факт, что в моем случае «прогуглить» не решит вообще ничего.

— Эй, тише, все же хорошо закончилось, — попыталась остановить я бесконечный поток ругательств в сторону Алекса

— Хорошо?! Да если бы не Ричард с друзьями, ничего хорошего бы не было! Такого даже я не ожидала от Алекса, это слишком низко, — продолжала ругаться Мэри, — Зря ты решила ничего не рассказывать Николасу, мало ли что он еще придумает.

— Майкл сказал, что он в плохих отношениях с отцом. Я посчитала, что правильнее будет мне сейчас никуда не лезть. Да и вообще лишний раз не напоминать о себе.

— Маааайкл, — протянула Мэри заигрывающее, — Ты тут всего лишь пару недель, а уже успела подраться с Алексом, обменяться контактами с Майклом, да еще и побывать в гараже у Ричарда. С такими успехами, Джессика порвет тебя еще до начала учебы. Тяжелая ситуация.

— Дорогая подружка, ты же прекрасно понимаешь, что я не могу в полной мере оценить масштабность данной ситуации, поэтому надеюсь на твое благородное и главное, искреннее желание поведать мне абсолютно все что ты знаешь обо всех этих людях. И причем здесь твоя Джессика? — Саркастически заметила я. В трубке послышался смех.

— Так, во-первых, Джессика не моя, — отсмеявшись ответила Мэри, — во-вторых, задавай любые вопросы, я готова отвечать.

— Для начала – моя новая семья. Николас вроде хорошо относится ко мне, но его жена? Алекс? Какие они? Как ты могла уже догадаться, я практически с ними не общаюсь.

— Ну Николас никогда не попадает ни в какие скандалы. Он вроде в публичном поле, но при этом никогда не отсвечивает, — начала размышлять Мэри, — Если обратиться к истории семьи в целом, то насколько мне известно, у них изначально было что-то типо семейного дела. Вроде у родителей Ника была небольшая сеть местных аптек, а его бабушка была целительницей в свое время. Уилсон просто правильно распорядился всем этим. Он хороший человек. По моим ощущениям. И очень хорошо следит за своей репутацией, но ещё лучше - за репутацией своего бизнеса.

Ладно, тут ничего нового я для себя не почерпнула. Все это было в свободном доступе в мировой сети. А в том, что он «хороший» человек могу поспорить. Ну не могут быть у хороших и честных людей знакомые, которые стирают и создают новых людей. Во мне все еще играла обида, что у меня отобрали даже мое имя, сменив Паулу на Поли. Но если так судить, получается я и своих родителей не очень-то хорошо знала Или, наоборот, знала очень хорошо Я же не помню, что знаю, а что нет! Как же хочется что-нибудь разбить от бессилия.

— Его жена Джулия из простой семьи, — отвлекла меня Мэри от размышлений, продолжив свой рассказ, — Они познакомились, когда учились в университете. Девочка отличница с прекрасным воспитанием. Когда они сошлись, у Уилсонов ещё ничего не было. Да, они были достаточно обеспечены, но не настолько богаты как сейчас, — Мэри замолчала на секунду и цокнула языком, — До сих пор поверить не могу! Они так долго вместе, такая чудесная любовь, и тут ты. Как он мог изменить да ещё и ребёнок, — слегка запнувшись, понизила она голос, будто ей стало чуть некомфортно говорить об мне таком ключе.

— Поверь, я сама до сих пор не могу поверить, что у меня оказался такой папа, — решила я быстренько перехватить диалог в свои руки, — Я привыкла говорить всем, что он погиб в аварии, когда я была маленькой.

Интересно, почему Ник не стал заморачиваться с легендой? Или, наоборот, заморочился. Наверное, он сомневался в моих актерских способностях, поэтому решил добавить схожесть с историей из моей настоящей жизни: «Поли потеряла отца в детстве, он попал в аварию – так всю жизнь говорила ей мать» – вспомнила я абзац из тех бумажек с моей легендой, которую мне тогда всучил Николас на подробное изучение. И сейчас, когда я это сказала, я почувствовала реальную боль утраты, ведь настоящая я – Паула – потеряла родителей Своего отца Буквально вчера.

— Извини, — донеслось в трубке, и я резко дернулась. Кажется, я ушла в себя, — Я не подумала. Не хотела тебя задеть, — добавила Мэри виновато.

— Все в порядке, ты меня не задела, — успокоила я ее, отодвинув свои мысли подальше. Надо срочно что-то делать. Надо вернуть гребанные воспоминания. Я себя чувствую слепым котенком, и мне это ой как сильно не нравится.

— А что насчёт Алекса? Я так поняла, он дружит с твоим женихом Джеком, да еще и с Майклом, Ричардом У них какая-то компания для избранных?

— Да, можно и так сказать, — скривилась Мэри, будто ей неприятно вспоминать своего жениха. — Мы были в одной школе до этого, ведь тут не особо много престижных учебных заведений, так что мы все заочно знаем друг друга. Алекс, Джек, Майкл и Брендан всегда ходят вместе, и часто катают на ночных заездах

— Постой, постой, какие ночные заезды? — Перебила я.

— Они входят в гоночное сообщество. Где-то за городом часто происходят сходки. Естественно, гоняют на деньги. Там можно неплохо заработать или найти нужные связи, но тема эта закрытая, не для всех. С улицы туда не попадешь, — пояснила Мэри.

Гоночное сообщество. Ну ничего себе. Так вот почему там было столько машин. Алекс привез меня в гараж, где они собираются, перед тем как отправиться гонять? Наверное, поэтому Ричард был так зол. Возможно, это тайное место?

— А что насчет Ричарда. Он же тоже входит в их компашку? — Спросила я, удившись, что Мэри не назвала его имя.

— Вот тут начинается самое интересное. Ричард у них главный. Негласно, конечно, но его уважают. Он из очень богатой семьи. Даже я не знаю толком, на чём построено состояние его отца. У них множество легальных компаний, но все понимают, что там есть теневой бизнес. Может запрещенные штуки какие-нибудь, или секретная работа на государство, никто не в курсе. Но главное даже не в этом. Семья, конечно, добавляет шарма, но Ричард и сам по себе очень известен. Благородный наследник, прекрасная учеба, знание нескольких языков, лучший во всем и всегда, да еще и притягательно красивый. Ни одной ошибки, скандала, неприятного инцидента, где он был бы замешан. Может он, конечно, ловко заметает следы, с его то возможностями. Он всегда разруливает все проблемы, делает все по чести, но не подпускает никого близко к себе. Всегда держит дистанцию. Железную. Тем более с девушками. Хотя знает, что каждая вторая с удовольствием бы прыгнула к нему в постель. И я молчу про отношения. Джессика давно набивается ему в пару, отгоняя всех потенциальных кандидаток, но результата особо нет. Единственное, что его заботит – семейный бизнес, близкий круг друзей и собственные дела. Причем одно из этих дел – гонки. И ты, Поли, внаглую попала на его территорию вчера, — не забыв подстегнуть меня, сказала Мэри.

— Давай честно, это было сделано непреднамеренно, и по вине моего брата. Я лично не причем. — Ответила я, попутно обдумывая все вышесказанное. — А что насчет Майкла? И кто такой Брендан?

— Майкл – яркая личность. Он изначально был другом Ричарда. Не из нашей школы. Про него я мало что знаю, но единственное что могу сказать точно – харизмы у него хоть отбавляй. Всегда вижу его с разными девушками. Общаться с ним, конечно, безумно приятно, но своими сладкими речами он может завести тебя слишком далеко, поэтому с ним нужно быть поосторожнее. Хотя, с другой стороны, если его в друзья выбрал сам Ричард, возможно это просто маска бабника, и что-то в нем есть. Ну а Брендан, это тот здоровяк, которого ты медвежонком назвала, — посмеялась Мэри.

Когда я ей рассказывала про вчерашний инцидент, я описала парня, который загораживал и держал Алекса подальше от меня. Мэри узнала в нем одного из друзей Ричарда и моего брата по совместительству.

— Так вот, семья Брендана – это хозяева «Логрус», — выдержав паузу, и осознав, что это название мне ни о чем не говорит, Мэри продолжила, — «Логрус», Поли, это самая крупная частная логистическая компания на западном побережье. Контейнеры в портах, арктические грузы, перевозка ценных произведений искусства – всё это они. Его дед основал контору ещё в середине прошлого века, а сейчас его отец и дяди рулят этим гигантом. Брендан – сейчас единственный наследник мужского пола в своём поколении. Но он очень добродушный. Возможно, сыграл тот факт, что в основном его воспитанием занимались бабушки. У отца с матерью отношения не сложились, и они развелись, когда он был еще маленький. Мама второй раз вышла замуж за путешественника, и так всю жизнь с ним и колесит по планете. С Бренданом у них хорошие отношения, но видятся они редко.

— В принципе общая картина понятна, — ответила я, все еще оставаясь мыслями где-то на моменте гонок. Интуиция вопила раненным зверем, что мне туда нужно. Но как сказала Мэри, это мероприятие не для всех. Неужели она тоже не входит в круг «посвященных»? Ладно, пока оставим эту тему. Надо все хорошенько обдумать. Пока, задам последний интересующий меня вопрос на сегодня.

— Кстати, почему тренировки на конюшне отменила?

Оказалось, что в отличие от меня, Мэри сильно прилетело от матери. Ее посадили под домашний арест на неделю. Так что первые июльские деньки она проведет дома. Ну ничего, у нас останется еще почти целых два месяца отдыха до учебы. Хотя в моем случае отдыхом это назвать тяжело.

— Джек подлил дерьма, конечно. Не знаю, что он сказал моим родителям, чтобы меня так наказали. После той истории с фотографиями, мне обычно многое сходит с рук. Они в некотором роде винят себя, что не увидели тогда, что со мной происходит. Нет, ну не урод ли? — задала Мэри риторический вопрос, но не ответить я не смогла.

— Я, если честно, не понимаю зачем тебе выходить замуж за него, учитывая ваши отношения. Твоим родителям настолько важна сделка?

На той стороне телефона послышался тяжелый вздох.

— И да, и нет. Джек на людях очень хорошо ко мне относится. Воспитание у него не отнять. Это уже наше личное. Родителям говорить ничего не хочу. Возможно, когда настанет день икс, я наконец-то пойму, что следует мне выбрать. Пока еще рано Все что угодно может случится. — Задумчиво произнесла она.

Дальше, мы говорили обо всем и ни о чем одновременно. В основном вещала Мэри, а я просто изредка задавала уточняющие вопросы. Но мне было так даже удобнее. Смотря в потолок, лежа на кровати, и слушая в пол уха очередную школьную историю Мэри, я думала о своей жизни до аварии. Какой она была? Что было для меня важно? Ответ плавал на поверхности. Вчера, когда Майкл вез меня домой, он задал вопрос, какие тачки мне нравятся. Я ответила без раздумий. И сейчас, я прекрасно помню, как выглядят все машины, чьи марки я вчера перечислила.

Кажется, у меня наконец-то появилась зацепка.

Дни тянулись размерено и неинтересно. Память не возвращалась, Мэри была под замком, а мой несостоявшийся брат съехал на время каникул в дом к Брендану, и я окончательно утопла в учебе. После того дня, когда Алекс привез меня в тот гараж, я виделась с ним только один раз. Он тогда спускался со второго этажа с чемоданом вещей. Николас не остановил его. Наверное, так будет лучше для всех. Может быть, за это время мой брат остынет, и забудет про мое существование. Хотя куда уж там. Я старалась не обращать внимание, но все равно слышала вокруг себя шепотки и замечала взгляды. Когда ходила в местный магазин, когда выбегала утром на пробежку, когда пару раз решила сходить в группу по игре на пианино. Одно могу сказать точно, до потери памяти, музыка меня явно не интересовала.

На конюшне меня избегали другие ребята. Как только я где-то появлялась, разговоры моментально затихали. Не знаю, в каком социальном статусе я была в своей школе, но изгоем общества быть ужасно. Я в полной мере прочувствовала это на себе. Но в моей ситуации, я особо не разочаровывалась, потому что для начала, мне нужно было решить проблему с моими воспоминаниями. Так что на остальных людей и их мнение – мне было откровенно начхать. Как-то не до социализации сейчас.

Каждый вечер я сидела и пыталась восстановить образы из своей прошлой жизни. Я купила блокнот в кожаном переплете, чтобы записывать свои мысли туда. Неважно, было утро, день или вечер, как только находилась свободная минута, я открывала чистый лист и начинала с одной фразы: «Я помню». И сидела, уставившись в пустую строку, пока пальцы не начинали выводить что-то само собой.

Бессвязные, бестелесные осколки, не складывающиеся в картину. Я ловила их, как бабочек, и прикалывала на страницы, надеясь, что однажды они сложатся в узор.

Воспоминания приходили смазанными обрывками. Я помню ощущение глубокого кресла в папином кабинете, запах старых книг. Я сидела там, подобрав ноги, делая вид, что читаю, а на самом деле слушала его низкий, уверенный голос по телефону: «это неприемлемо, статья 214». Я помню мамины руки. Быстрые, точные, с коротко подстриженными ногтями без лака. Она заплетала мне косы перед школой, когда я опаздывала. Я помню, как пахли мамины духи, когда она, уже в пальто, наклонялась меня поцеловать — лёгкий, холодный аромат, напоминающий запах леса. На днях, мы с Мэри ездили на конную прогулку, и внезапно начался ливень. Он закончился быстро, но этот запах после дождяЗапах ее духов. Я так и замерла посреди деревьев, ошарашенная этим моментом, открывшимся в памяти. Я так хотела вспомнить мамин голос, лицо, улыбку Но мне не удавалось. Я не могла воспринимать их как родных людей, потому что у меня практически не было воспоминаний с ними. Я плохо училась. Я помню, как за совместными обедами по выходным, отец спрашивал меня об учебе, а я так ненавидела эти вопросы. Помню, как мои пальцы сжимали вилку, а взгляд прилипал к тарелке. Я плохо училась? Или не любила ходить в школу? Не знаю.

Я начала искать триггеры. Смотрела фильмы, надеясь вспомнить, что я уже смотрела их в прошлом. Пробовала разную еду, надеясь, что обнаружу в себе какие-то ассоциации. Попросила Николаса, дать мне возможность испытать себя в разных спортивных кружках. Он с энтузиастом принял эту идею. Баскетбол, волейбол, дайвинг, даже мои подготовительные уроки к колледжу приостановились. Кстати, с освоением школьной программы было все в порядке. Я не была глупой. Так почему же я не любила вопросы про школу? Занятия разными видами спорта мне не помогли. Я не вспомнила ничего ценного для себя. Как будто, я занималась всем этим впервые. И когда я уже хотела окончательно отчаяться в поиске себя, первое осознанное, четкое воспоминание пришло неожиданно.