Reigon Nort Уезд бездомных демонов

За их спинами испуганно тарахтя, прошла группа людей: судя по всему, полиция уже закончила обыск места преступления, ну или просто их всех удалось, наконец, разогнать.

– Значит, ты знаешь, где он живёт. Проводишь меня в его дом? – Арсений отвернулся в сторону от толпы, опасаясь, что они его услышат.

– Могу. Но зачем тебе туда? – Екатерина тоже втянулась в его шпионскую игру начав шептать ему на ухо.

– Хочу провести своё собственное расследование. Вдруг в его доме я смогу обнаружить что-то, что прояснит мне взгляд на ситуацию, – он мельком бросил взгляд на разошедшихся по квартирам людей.

– Хорошо. Показать прямо сейчас? – она, конечно, хотела прогуляться с ним по более приятным местам, чем дом ещё вчера умершего простолюдина, но готова была отправиться и туда.

– Да, идём прямо сейчас, – Арсений, крепко сжав её ладонь, направился в дальний конец коридора.

– Что, даже не зайдёшь домой оставить свою громоздкую сумку? – Катя не поспешила следовать за ним. Тут ей находиться было куда приятнее.

– Ну уж нет. Я теперь без своих эликсиров и шага по вашему уезду не сделаю. А ещё лучше пушку себе закажу и буду с ней разгуливать по окрестностям. – Последовавший за этим смех давал понять, что эта шутка одна из тех, в которых куда больше правды, чем вранья.

– Так вот, что ты в ней носишь. А я всё мучилась догадками. Просто она у тебя такая огромная, что туда всё что угодно поместиться. В ней даже жить можно. – Они неспешна, направлялись к выходу, наслаждаясь глупыми разговорами.

– Вот только твоя надменность и язвительность туда не влезут. Для них придётся отдельный грузовой вагон нанимать.

***

– Ну и что ты ожидал здесь увидеть? Совершенно обычный дом, – она по-хозяйски расхаживала по комнатам, с пренебрежением рассматривая имущество.

Арсений молча плёлся следом, совершенно не согласный с её оценкой: возможно для наследницы графа здесь действительно было простовато, но для обыденного жителя дом был изысканным. У их семьи в Светлограде квартира была гораздо богаче, но всё равно такую мебель как здесь, мог позволить себе далеко не каждый. Занавески, обои, ковры и прочие здешние убранства стоили недёшево.

Арсений не шнырял по квартире второпях, в отличие от Кати, а тщательно и въедливо осматривал каждый угол, боясь упустить хоть что-то важное.

– Полиция вчера здесь всё обыскала. Исправник в нашем уезде, конечно, очень ленивый и работает из-под палки. Отец давно хочет его уволить, но того сюда поставил лично император – они какие-то очень дальние родственники – поэтому он абсолютно бессилен. Только и может, что ругаться на его работу сидя у себя в кабинете. Поэтому они, разумеется, могли тут что-то упустить, но вряд ли это будет хоть что-нибудь важное, – она взяла из миски на столе яблоко и с громким хрустом откусила его. Затем, развернувшись, села на стол, с улыбкой взирая на то, как её друг ползает по полу, заглядывая под диваны, столы и стулья.

В поисках неведомо чего, Арсений не заметил, как его голова оказалась под ногами Кати; та засмеялась и ткнула его подошвой сапог прямо между лопаток.

– Если ты хочешь выяснить, насколько чисто он моет полы, то давай я позову свою служанку, она хорошо в этом разбирается.

Он, осознав наконец, своё глупое положение, попятившись, вылез из-под стола и принялся отряхаться от собранной им пыли, продолжая глазеть по сторонам.

– Нет. Я ищу что-то особенное; что-то нелогичное. Что-то, что сильно бы выбивалось из обихода обычного человека. Что-то такое, чему тут точно не место, – его внимание привлекло зеркало, висевшее между столом и узким креслом. Оно было обрамлено рамой из орешника, пропитанного тёмно-карамельным лаком. И висело достаточно прочно и надёжно. – Зеркало!

– Что, зеркало? – она скользнула со стола прямо к нему. – Зеркало, как зеркало. Что в нём необычного?

– Почему оно находиться здесь? В комнате, где нет ни шкафов с одеждой, ни окон, ни достаточного количества свечей для нормального освещения, – медленно потирая подбородок, он, также медленно, подошёл к собственному отражению.

– Ну, это его дом: где вздумается там и ставит всё что захочет. Но вот то, что он заделал здесь окна, это очень подозрительно. Комната немаленькая на кладовую не похожа. Глупо лишать её света, – Екатерина несколько раз обвела взглядом помещение, а потом тоже заинтересовалась своим отражением.

– А ещё эти письмена, – он провёл указательным пальцем по раме, как водят по страницам книг плохо читающие люди.

– Какие ещё письмена? Ты о чём? – она нахмурилась, совсем перестав улавливать ход его мысли. – Это же обычные узоры, которыми украшают рамы картин и, порой, зеркал.

– Вот и я бы так подумал, если бы не держал сегодня в руках ту нелепую шкатулку: там были такие же символы и это точно были не узоры для красоты. Готов поспорить это были какие-то руны. – Пальцы нащупали неуловимые для глаз трещины в дереве образующие шесть кругов. От нажатия они плавно уходили вглубь, щёлкая затворами и соединениями шестерёнок.

– Ох, не нравятся мне эти звуки, – она повернула лицо вправо, прищурив левый глаз, опасаясь, что зеркало взорвётся и осколки лишат её зрения.

– Зря я это нажал, – на всякий случай Арсений схватил подругу под бок, перевернул стол и вместе с ней укрылся за ним. Однако же любопытство заставило его хотя бы одним глазком выглядывать из-за укрытия.

Перестав шуметь металлом, отражающее стекло улетучилось, а из рамы вышла тень. Беззвучно ступая, она приближалась к перевёрнутому столу, вульгарно и медленно раскачивая бёдрами.

Осознавая, что их укрытие не имеет смысла, Арсений вышел оттуда и, держа Катю за руку, увёл её себе за спину.

Тень обладала женским силуэтом, и была высока. Имела высокий каблук: растущий то ли из ног, то ли она имитировала сапоги – из-за её густой абсолютно не прозрачной черноты отличить очертания тела от очертаний одежды было тяжело. У неё имелось какое-то своё подобие длинных волос. А также высокий ворот рубашки, растущий тоже то ли из тела, то ли из имитации рубашки.

– Это защитное заклинание от чужаков? – не желая прятаться за спиной приятеля, она обошла его и встала рядом. Тень заняла боевую стойку, явна, раздражаясь её передвижениями.

– Именно так, а зеркало, механизм, отличающий своего от чужого, – он сглотнул, стараясь не шевелиться, слюни грубым острым камнем прошли вниз по мгновенно пересохшему горлу.

– Мне кажется или эта тень имитирует мой силуэт? – она тоже поняла, что двигаться пока не стоит: раз враг даёт время на размышления то стоит составить хотя бы начальный план атаки.

– Мне тоже кажется, что она копирует тебя, – Арсений суматошно пытался найти в своей голове хоть какие-то знания о доппельгангерах, мимиках и прочих существах способных принимать чужой облик. Но ему доводилось читать только об редких северных оборотнях «берендеях», которые могут превращаться во что угодно: хоть в камень, хоть в соседа.

– Но почему именно меня? – Екатерина на мгновение забыла, что перед ней враг и внимательно её рассматривала, оценивая её фигуру и грацию.

– Потому что ты отразилась первой в зеркале. Я подошёл после тебя. – Чем дольше он думал – тем меньше шансов на победу он видел. Однако Арсений не собирался никого звать на помощь: возможность провести несколько лет за решёткой из-за проникновения в чужой дом пугала его сильнее смерти.

– Что ж, для разнообразия подерёмся хоть с кем-то красивым.

– Сперва нужно создать барьер вокруг этой комнаты. Ты же не хочешь, чтобы на звуки битвы сюда сбежалась вся деревня, и господин исправник узнал о том, что мы вломились в чужой дом?

Он поднял руку, выставляя ладонь параллельно потолку; тень, среагировав на движение, метнула в него сгусток пламени. Добейся заклинание цели оно бы прошло грудь Арсения насквозь, а его вырванное сердце бы влетело в стену, оставив большое пятно крови. Но Катя успела подстраховать приятеля: чары улетучились с блеклой вспышкой, увязнув в её магическом щите. Звук удара не успел проникнуть за пределы стен – звуконепроницаемый купол уже был создан.

– Быстро ты с такими заклинаниями управляешься. Молодец! – она хотела поаплодировать, дабы выказать своё восхищение, но сейчас был не лучший момент для лишних телодвижений. – Приступаем!

Катя атаковала первой, уверенная в том, что напарник подхватит её темп, и когда надо будет, возьмёт на себя лидерство, дав ей передохнуть, а потом они снова поменяются, если бой выдастся совсем уж затяжным. И судя по тому, как враг принял на себя первое заклинание – бой будет долгим, и возможно, даже проигрышным: тень не стала защищаться (у неё даже на мгновение не возникло такой мысли), она безразлично встретила грудью витиеватые стволы молний, которые просто погрязли в ней. Мощное колдовство было поглощено, как дождевая капля, упавшая на губку. Последовавшую каскадом атаку Арсения ждала та же участь – их оппонент не был прост, и в схватке с ним требовалось изобрести что-то поистине необычное.

Но пока в головах была пустота, пара отбивалась от натиска тени: отступая и отражая атаки, они лишь иногда били в ответ, но всё также безуспешно.

Захлопнув в воздушном прессе очередной летящий в него огненный шар, Арсений убрал доску из-под ноги противника: древесина за доли секунды состарилась на сотню лет и превратилась в труху. Тень замешкалась, когда её опорная нога резко провалилась; Катя, используя заминку, влепила огромной вазой врагу по голове. Оппонент шелохнулся под силой удара, однако видимых повреждений на нём не возникло, оттого и не понятно было возымело это действие какой-то эффект или нет.

Зато абсолютно точно стало понятно, что враг в полном порядке, когда тень, выскользнув из ловушки, одним мощным мимолётным заклинанием отшвырнула парочку к противоположному концу комнаты.

Лёжа на полу, едва в состоянии пошевелиться из-за боли, они, почти закрывшимися глазами, беспомощно наблюдали, как их противник уже готовит новое разрушительное заклинание.

– Есть ещё какие-нибудь идеи? – Екатерина звучала хрипло и устало, её ребра сильно болели, а её зубы и язык были перепачканы свежей кровью.

– Абсолютно никаких. Эта тварь невосприимчива ко всей нашей магии, да и физическое воздействие на неё малоэффективно. Думаю, против неё мы совершенно беспомощны, – он вёл себя собранно и спокойно, к собственному удивлению. Эта была уже третья его стычка с порождениями тьмы, но первая, в которой его рассудок не паниковал, хотя на этот раз смерть была гораздо ближе.

– Может ты чего читал о них? Сам ведь говорил, что ты заядлый книголюб, – она, несмотря на внутреннюю тревогу, всё же не терялась и готовилась защитить их обоих от очередной атаки тени; но та смиренно ждала, когда непрошеные гости вновь пошевелятся.

– Мне доводилось читать только про некоторых тёмных существ. Я же не воин святого ордена и не охотник на нечисть, зачем мне было изучать всех существующих чудовищ. Это не такое уж любопытное чтиво, знаешь ли. – Его алхимическая сумка со всем содержимым болезненно впилась ему в поясницу, причиняя дополнительное неудобство. Ему очень хотелось вытащить её из-под себя, но он не собирался шевелиться пока у него не будет хотя бы простецкого плана действий, пусть даже с минимальным шансом на успех.

– Жаль. Знания убийц чудовищ нам бы сильно пригодились, эти типы носят с собой столько всякого: кучу каких-то непонятных эликсиров, странных амулетов. У них даже серебряные пули имеются, – она дышала с большим трудом, хоть и лежала всё это время неподвижно.

– Ну, раз прочих вариантов нет, давай попробуем серебро. На наше счастье мне сегодня хорошо заплатили. Прикроешь?

– Разумеется!

Вытянув руку вперёд, Катя поставила огромный магический щит разделивший комнату на их половину и половину соперника. Тень тут же швырнула несколько мощнейших чар: сил Екатерины едва хватило, чтобы выдержать такую атаку. Арсений, так быстро, как только мог, достал из кармана брюк серебряные монеты, несколько из них вывалились на пол, но он их поднимать не стал – на его взгляд и тех, что в руке было вполне достаточно.

Широкий взмах и вся пригоршня подлетела к потолку, зависнув над головой тени. Громкий щелчок пальцами от Арсения, и практически весь его сегодняшний заработок превратился в пыль – блестящую, красиво сверкающую пыль – которая мелким дождичком посыпалась вниз, накрывая тонким покрывалом врага и всё в радиусе двух шагов вокруг него.

Соприкоснувшись с серебром тело магической твари, начало прожигаться и обугливаться, словно тлеющая бумага. От неё повалил дым. Тень попыталась уйти, но серебряная пыль уже успела опуститься на пол, и её нога тоже зашипела и стала расползаться. Существо попыталось отряхнуться, сбросить с себя налёт серебра, однако то въедалось в его тело, проникая всё глубже, растворяя могучего охранника казавшегося до этого момента таким непобедимым.

Всего несколько секунд потребовалось, чтобы существо исчезло не оставив после себя даже пятна на полу.

– Неужели всё закончилось?! Даже не вериться, что мы остались живы! Уф! – она продолжала лежать распластанной на полу не желая шевелиться.

– Похоже на то. Сам с трудом верю, что мы победили, – он снял сумку и поставил её рядом, давая спине долгожданный сладкий отдых.

– Хорошо, что у тебя при себе оказалось серебро, – перестав смотреть в потолок, она повернулась к нему.

– Я собирался на эти деньги угостить тебя мороженым или ещё какими-нибудь вкусностями, – небольшая расстроенная ухмылка нарисовала на его лице досаду.

– Знаешь, мои прошлые кавалеры тоже пытались меня удивить: они дарили мне цветы, водили меня смотреть на водопады и тому подобное… но ты первый кто решил развлечь меня смертельными битвами с созданиями тёмной магии.

– Прости. Мне жаль, что встречи со мной не выходят романтическими.

– Зато запоминающимися. Ты точно знаешь, как развлечь девушку, – Катя перекатилась и легла на Арсения. – Ты ещё тот дамский угодник.

Немного резко приблизив голову, она поцеловала его прямо в губы, сияя от радости. Её поцелуй был сладким и горячим, в отличие от поцелуя Лизы, который был шёлковым и нежным. Катя, не испытывая лишней скромности, совсем не спешила останавливаться, сопровождая поцелуй медленными поглаживаниями его густых волос.

– Ух ты! – Всё что он смог выдать, когда их поцелуй закончился. Несколько секунд Арсений растерянно смотрел в её глаза, которые выражали куда больше уверенности в случившемся поступке, чем его взгляд. Первоначальная робость быстро прошла, и он всё же сподобился на романтику. – Стоило рисковать своей жизнью ради такого момента.

Екатерина звонко посмеялась в совершенно не свойственной ей манере.

– Приятно слышать такое. Но в следующий раз, если захочешь поцеловаться, лучше просто скажи. Не нужно ради такого вызывать демонов из преисподней, – она не спеша провела рукой по его лицу.

– Кстати о демонах, давай посмотрим, что же там такого тень охраняла, – обняв подругу, он поднялся вместе с ней на ноги и, отставив её в сторонку, подошёл к нише, которую скрывало зеркало.

Там оказалось немного вещей: чёрный балдахин, белая маска с красными волнистыми линиями и сложенный в три слоя жёлтый пергамент.

Первым делом Арсений взял именно бумагу.

– Что там написано? – Катя больше заинтересовалась накидкой, которую она тут же принялась трогать и осматривать.

– Приглашение на званый вечер в поместье Ухаровых, которое состоится через неделю. Ты знаешь, где оно находиться? – он протянул ей письмо.

– Да, – одев на себя балдахин, она приняла бумагу и бегло её прочла.

– Вот и отлично! Покажешь мне, где это, – следующее, что он принялся изучать, была маска. Спереди она казалась обычным карнавальным атрибутом, но вот с внутренней стороны её покрывали всё те же символы похожие на что-то среднее между геометрическими фигурами и иероглифами.

– Подожди, ты же не хочешь сказать, что собираешься отправиться туда?

– Ну а что не так? Маска у меня есть, подходящий наряд тоже имеется и приглашение на руках. Схожу к этим Ухаровым и узнаю, что затевает эта секта. Нельзя же им и дальше позволять убивать людей, – Арсений приложил маску к своему лицу и повернулся к ней, полагая, что подобный жест докажет ей, что его ни в коем случае не раскроют.

– Я пойду с тобой! – Катя решительно вырвала маску у него из рук, возвращая ему приглашение.

– Как? Маска-то одна и плащ тоже, – он снял с неё чёрную накидку и, свернув её в рулон, убрал подмышку.

– Прикажу кому-нибудь сделать такую же.

– И этот мастер, увидев демонические символы, конечно же, не откажет тебе и не сообщит о тебе ни полиции, ни священнику.

– Я заплачу ему столько, сколько потребуется, чтобы он молчал об увиденном, – она обиженно надула щёки и увела взгляд, понимая, что сказала глупость.

– Сомневаюсь, что кто-то рискнёт навлечь на себя гнев церкви ради денег. Мне придётся пойти туда одному, с этим ничего не поделать. Верь мне, я со всем справлюсь. Я должен их остановить, иначе они весь твой уезд изведут.