Ольга Мурашова Пёсья работа

Последние три месяца Алёна раз в два дня заворачивала после своего кабинета в ближайший к дому фитнес-клуб трясти гантелями, а Варя, зная свою закадычную подругу, как облупленную, понимала, что если Алёна и её уговорит, уже через месяц Варя останется в зале одна с ненужным ей годовым абонементом. На стоимость которого она вполне может справить Митьке вожделенные кроссовки, ещё бы и самой на сандалеты осталось.

— Успех не в таланте, а в железной заднице, — ухмылялась Алёна в ответ. — Физкультура, может, и не твоё, но занятий на свете куча, всегда можно найти что-то по душе. Ты же в школе прямо звезда была: пела в хоре, вышивала, вязала, стихи писала, сочинения…

— Если я спицы куплю, ты от меня отстанешь?

— Могу даже подарить! — схватилась за идею обнадёженная Алёна.

Поначалу вязание зашло. Варя, стоило ей вспомнить, что там, как и куда, с удовольствием нанизывала петли на спицы, связала две кривобокие салфетки и решила, что пора замахнуться на нечто помасштабнее. Но проект практически сразу начал буксовать.

Дома ей мешали сосредоточиться вопли из Митиной комнаты — когда он садился рубиться в онлайн-игрушку, его невозможно было заткнуть никакими карами. В наушниках он их попросту не слышал. Варя отвлекалась, сбивалась со счёта, распускала ряд за рядом и, стыдясь собственной дурной фантазии, мечтала ткнуть острой спицей в Митину тощую задницу, чтобы хоть это продемонстрировало ему глубину материнского разочарования.

Спустя месяц она сдалась, собрала клубки в корзинку и унесла их на работу. Оказалось, что достойных получить спицу в задницу там не в пример больше. Варя попробовала заткнуть уши наушниками, но ни музыка, ни подкасты не помогали ей сосредоточиться, скорее наоборот. Тогда она перешла на аудиокниги.

Стучать спицами под классические детективные истории стало гораздо приятнее. Под Новый год Варя гордо преподнесла в подарок Ирине Владимировне собственноручно связанную шаль. До этого она сфотографировала ее в трёх ракурсах и отправила снимки Алёне, которая сходу засомневалась, что шаль впишется в Варин стиль и тактично посоветовала ее кому-нибудь подарить, чтобы поскорее начать что-то новое. Например, свитер по схеме, которую она скачала с сайта рукодельного журнала специально для неё. И тут беда пришла, откуда не ждали.

Сервис с аудиокнигами предлагал не так уж много бесплатных детективов, а идти на пиратские ресурсы Варе не позволяла совесть. И, переслушав всю доступную там классику, она перешла на новинки.

— Представляешь, — жаловалась она Алёне, пока та из благотворительности раскрашивала ей ногти в новой технике, которая Варе не нравилась, но подруге надо было на ком-то её освоить, — Агаты Кристи нынче совсем повывелись. Или чернуха с кишками навыворот, или от детектива там одно название.

— Угу, — кивала подруга, выписывая тонкой кисточкой очередной завиток. — Руками не маши только.

Варя покорно вернула ладонь на пухлую подушку, вздохнула и продолжила чуть тише:

— Может, я их перечитала?

— Может. А может, сейчас преступления жиже стали. Вон, новости посмотришь, так никакой фантазии у злыдней, сплошной гоп-стоп и бытовуха.

— Ну не скажи, я тут тру-крайм смотрела…

— А ты не смотри, а возьми и придумай. Помнишь, как мы в десятом классе на чердаке тусили? Ты всю компашку до усрачки своими россказнями перепугала. Веришь, нет — я неделю спать не могла и по улице ходила, оглядываясь, пока ты не призналась, что маньяка этого из головы выдумала. Это ж надо было…

— Ты тоже ужасы рассказывала.

— Ну я-то про чертей! Там мозгов не надо, и так страшно. А ты с подробностями! Чего тебе стоит ещё придумать и самой написать так, как надо?

— Так я писать не умею.

— Достоевский тоже сначала не умел. Главное — начать. И вообще, у тебя семейный бэкграунд.

— Дедушка-участковый, что ли? Тоже мне бэкграунд. У него самое громкое дело было о краже трёх банок самогонки. Ну, из того, что я помню.

— Раскрыл?

— Да чего там раскрывать, преступника наутро из канавы достали, проспался и покаялся. Самогонку, правда, уже выпил.

— Банки литровые поди? Как в него влезло-то столько?

— Как-то влезло. Да я эту историю только по рассказам помню, мелкая совсем была, когда сухой закон был. Кстати, дед в итоге делу хода не дал. Знаешь, зачем парень в подпол полез? Девушке хотел в любви признаться, и никак не решался. Ничего умнее не придумал, как выпить для храбрости, а в нашем сельпо дачники всё повынесли, даже боярышник из аптеки. Ну, он и обнёс местную бабку, которая и ходила-то уже еле-еле, но самогонку варила такую, что аж горела. Бизнес у неё такой был, она с него умудрилась внуку дом построить, и себе ещё на баню осталось.

— Что-то дед твой больно жалостливый был, мог и по этапу бабку отправить.

— Да не пережила бы старуха этапа. Зато, как саму обокрали, тут же явилась с заявлением, спасите-помогите.

— А чего это герой-любовник? Дошёл до зазнобы?

— Не дошёл. Одной рюмки парню показалось мало, он добавил, и так и добавлял до тех пор, пока в канаву не скатился. Хорошо хоть летом, зимой бы точно замёрз, и дедушка явился бы уже на труп. Дед велел этому мелкому татю компенсировать бабке неудобство деньгами, а к девушке другой подход искать. Нашёл в итоге, четверо детей у них, до сих пор в посёлке живут.

Варя почувствовала, что железные клещи Алёниных пальцев уже не тискают её руку, и бросила взгляд на подругу. Та сложила ладони на столе, так и не выпустив из одной кисточку, и внимательно её слушала. Обнаружив пристальное внимание, Алёна спохватилась и сунула кисть в стакан с водой.

— Ой, надеюсь, не успела засохнуть, а то потом фига с два отмоешь. Вот! Умеешь же ты рассказать! Я бы и ещё такое с удовольствием почитала, хоть про самогонку, хоть даже про того маньяка. Так, не шевелись, я сфотографирую. И попробуй мне только ляпнуть куда-то, пока не высохло!

Пока Варя ехала в метро, стараясь не прикасаться ни к чему растопыренными пальцами, у неё из головы не шёл разговор с подругой. Хотя бы потому, что Алёна спустя двадцать с гаком лет таки призналась, что Варина история про несуществующего маньяка Чухонца, поджидающего своих жертв в арках проходных дворов, её настолько впечатлила. Тогда она делала вид, что Чухонец — ерунда, другое дело — призрак старой графини на Смоленском кладбище, рядом с которым они тогда жили. А теперь выясняется, что Чухонца Алёна боялась больше.

Варя попыталась вспомнить, что конкретно она тогда наплела одноклассникам. Что-то вспомнилось, потом одна деталь потянула за собой другую, и к дому Варя уже подошла с головой, пухнущей от фраз и образов. Она с порога нырнула в спальню и пооткрывав по очереди все ящики в комоде, вытащила заброшенный дневник благодарности, на первом листе которого красовалось “Спасибо, что жива вообще”.

Варя выдрала лист, скомкала его и швырнула в угол. Теперь можно было начать благодарить заново. Но она схватила ручку и вывела на красивой кремовой бумаге совершенно другое предложение.

“На Чухонца достаточно было просто взглянуть, чтобы понять, что он безвозвратно мёртв”.

— Я верно понял, вы написали детектив? — Марат Антонович спокойно продолжал смотреть на дорогу и, по мнению Вари, недостаточно проникся тем титаническим трудом, который она вложила в то, что он грубо обозвал детективом.

— Это психологическая драма с детективной и сильной романтической линией, — заявила она, и почти сразу опустила взгляд, чтобы не краснеть под взглядом её попутчика.

— Неважно, Варвара Максимовна. Вы уж простите, но, чтобы дать вам совет, мне не нужно знать содержание вашей книги целиком. С каким издательством у вас договор?

Лицо Вари окончательно стало пунцовым.

— Понимаете, я не отправляла черновик в издательство.

— Тогда о чём…

— Он опубликован в сети. Под псевдонимом.

— Хорошо, — лицо индейца скривилось так, что Варе моментально стало ясно, что он из тех, кто не считает сетевую литературу литературой. — Тогда кто у вас его похитил? Пираты?

— Нет. Были бы пираты — я бы не переживала. Он и так бесплатно выложен. Если честно, его почти никто не читает, поэтому, если бы его пираты взяли, я бы за счастье почла. Значит, стоящий.

— Кто, Варвара Максимовна? — устало продолжил пытать её Марат Антонович. — Я сейчас вам почасовую таксу назначу, чтобы вы телились быстрее.

— На канале “Родные просторы” вышел сериал, и моя подруга Алёна говорит, что сюжет один-в-один слизан. Даже имена не все изменили.

— То есть, ваша подруга книгу всё-таки читала?

— Не просто читала! Она с самого начала, каждую главу! Мы всё в процессе обсуждали, она её наизусть знает! Поэтому сразу после первой серии мне позвонила. Понимаете, она сказала, что юридически…

— …Вас должны были хотя бы спросить, — нетерпеливо перебил Варю адвокат. — А в идеале — выкупить права на экранизацию, пусть даже за один рубль, если вы совсем бессребреница. В этом ваша подруга права. Но для того, чтобы установить степень сходства, её мнения недостаточно, нужна экспертиза.

— Мы с ней пару серий вместе посмотрели. Так что мнение у нас с ней тут одинаковое.

— А нот всего семь, Варвара Максимовна.

— Да я понимаю! Но видите ли, там есть несколько сюжетных поворотов, которые я… ну… на основании собственного опыта писала. И к тому же — ну одно совпадение, ну два, но не весь же сюжет целиком!

— Полностью разделяю ваше негодование, как творца. Но давайте посмотрим на это с финансовой стороны. Вы женщина небогатая, деньги, которые вы сегодня мне… одолжили, явно представляют для вас ощутимую сумму. А процесс и экспертиза стоят дороже. И если вы полезете туда без достаточных доказательств, то в случае проигранного процесса вылетите в трубу. Расходы-то чаще всего на проигравшую сторону вешают.

— Считаете, не стоит и связываться? — расстроилась Варя. Такого поворота она не ожидала.

— Я этого не говорил. Сериал уже снят, переснять его невозможно, и экспертизу можно провести и позже. Поэтому рискну предложить вам начать с досудебной претензии. На студии вполне могут одуматься сразу и оформить передачу прав. А если пойдут в отказ — тогда и решите, готовы ли вы кусаться с ними в суде. С претензией я охотно вам помогу, если вы мне на пальцах покажете, что и где совпадает в вашей книге и в сериале. Не обязательно всё перечислять, пару-тройку сцен для начала, чтобы не совсем уж пустой бланк им отсылать.

— Это я могу.

— И ещё вам придется доказать, что книгу написали именно вы. Она размещена под псевдонимом, поэтому мне потребуются хоть какие-то следы ваших ручек на всём этом. Файлы, рукопись, переписка с подругой, дата публикации… — тёмные глаза дёрнулись в сторону навигатора. — Через пять минут прибудем к метро, там выйдете?

— Марат Антонович, — Варя снова вцепилась в свою сумку и вытянула шею из кусачего, связанного своими руками шарфа, пытаясь поймать его взгляд, — а вас дома сильно ждут?

— Нет, а что?

— Может быть, вы тогда зайдёте ко мне домой? Я вам сразу всё покажу и черновики отдам. Заодно поедите, если проголодались.

— О, вы перестали меня бояться?

— Я и не боялась, — не моргнув глазом, соврала Варя.

В каком-то из тру-крайм роликов, которых она для вдохновения насмотрелась столько, что их сюжеты стали выветриваться из головы сразу после просмотра, адвокат, весьма похожий на Марата Антоновича, кого-то шлёпнул. То ли жену, то ли любовницу. Или тёщу?

— Очень зря, — подтвердил её опасения лысый. — Что ж, тогда я ещё раз спрошу у вас, куда мы всё-таки едем.

Варя тут же выложила ему свой домашний адрес.