Ольга Головина Вспомнить всё

А потом они увидели, как грузовики подъезжали один за другим, и из них выгружали... что-то, что складывали рядами и накрывали простынями.

– Господи, – выдохнула Светлана. – Это же... это люди.

– … люди, которых не успели спасти, – механически поправил Романов.

Слово «тела» застряло. Он смотрел несколько секунд. Потом спокойно сказал:

– Я на берег.

Капитан сначала отрицательно покачал головой. Через несколько минут спорить перестали, удерживать его было бесполезно. Лодку начали спускать на воду, и вскоре она уже мягко ударилась о волны у борта яхты. Потапов, Ермолаев и Воля поехали с ним.

Ольга смотрела, как лодка отчаливает, и не могла понять. Он даже не обернулся. Всё, что она говорила – «Толя, подожди, там опасно», «Толя, пусть сами разбираются», «Толя, ты слышишь меня?» – всё ушло в пустоту. Он смотрел на берег и не видел её. Не слышал. Будто её не существовало.

Ольга стояла у борта, вцепившись в поручни, и чувствовала, как внутри разливается холодное недоумение. Только что он был здесь, тёплый, живой, её. А сейчас уплывает в темноту, к этим крикам, к этим прожекторам, к этому ужасу и даже взгляда не бросил.

Она не понимала, что происходит. Не понимала, зачем он туда рвётся. Не понимала, почему не слушает. И от этого непонимания внутри росла растерянность. Острая, почти детская. Как будто игрушку, в которую дали поиграть, вдруг отняли и унесли в другую комнату. А она стоит и не знает, вернут или нет.

– Иногда не стихия забирает людей, – тихо сказала Грачёва, не отрывая взгляда от берега. – Иногда их забирает чужое решение. И это самое тяжёлое.