Полная версия:
Алекс Норт Нулевой дар. Том 3
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
– Какая трогательная преданность, – промурлыкал эльф. Его голос был мягким, почти мелодичным, что делало происходящее ещё более омерзительным. – Твой мозг будет гореть заживо, милая. А твой друг будет смотреть на это.
Он медленно, словно растягивая садистское удовольствие, поднёс искрящийся конец к её обнажённой шее.
Мой разум мгновенно переключился в режим чистого выживания. Никакой паники. Никаких эмоций. Только сухой расчёт. Стяжки на запястьях пластиковые. Очень толстые, но это всего лишь пластик. Если резко вывернуть суставы под неестественным углом и напрячь мышцы до предела, можно порвать крепление. Да, я скорее всего сломаю себе пару костей в кисти. Да, порву сухожилия и рука повиснет плетью. Но у меня будет одна свободная рука. Доли секунды хватит, чтобы вцепиться командиру в глотку зубами и перегрызть артерию.
Я глубоко вдохнул, наполняя лёгкие кислородом. Мои мышцы напряглись. Я чувствовал, как жёсткий пластик стяжек больно врезается в кожу, добираясь до костей. Ещё немного. Сейчас будет невероятно больно. Нужно вложить всю свою ярость в один резкий рывок.
Острие шокера оказалось в миллиметре от бледной кожи Ланы. Синяя электрическая дуга уже начала лизать её шею, заставляя мышцы непроизвольно дёргаться. Я сжал челюсти так, что едва не покрошил зубы, и приготовился ломать себе кисть.
И в этот самый момент раздался чудовищный, оглушительный взрыв. Глухой рокот пришёл откуда-то сверху и ударил по барабанным перепонкам с такой силой, что я на секунду оглох. Толстые армированные стены бункера содрогнулись, словно были сделаны из дешёвого картона. С потолка посыпалась цементная пыль и куски штукатурки. Галогеновая лампа над нами заморгала и треснула, осыпав нас стеклянной крошкой.
Эльф от неожиданности пошатнулся и выронил свою игрушку. Прибор со звоном упал на пол, мигнул искрами и отключился. Командир еле удержался на ногах, судорожно хватаясь за край металлического стола.
– Какого дьявола?! – рявкнул он, его кибернетический глаз бешено завертелся, сканируя пространство.
Новый взрыв сотряс землю. На этот раз ещё мощнее. Металлический стул, к которому я был привязан, скрипнул. И тут же, перекрывая звон в ушах, взвыла сирена. Это был не противный электронный писк, а настоящий рев старой, механической системы воздушной тревоги. Он заполнял собой всё пространство, бил по нервам. На стене, рядом с железной дверью, ожил старый интерком. Из динамика, сквозь жуткие помехи и треск статики, прорвался панический крик одного из дозорных:
– Командир! Периметр прорван! Внешние ворота смяты! Это зелёная орда! Они прут изо всех щелей! У них… Твою мать, у них тяжёлое вооружение!
За динамиком послышались частые хлопки выстрелов, дикий, нечеловеческий рёв и звук сминаемого металла, после чего связь резко оборвалась. В комнате для допросов повисла секундная тишина, нарушаемая лишь завыванием тревоги. Командир и эльф переглянулись. На их лицах больше не было того надменного, снисходительного превосходства технологичной элиты. Там читался первобытный страх.
Я расслабил напряжённые до предела руки, сберёг кости и позволил себе широкую, самую ехидную и наглую улыбку, на которую только был способен.
– Ну что, парни, – крикнул я, стараясь перекрыть вой сирены. – Похоже, у вас тут грандиозная вечеринка намечается.
Командир выругался. Он выхватил оружие из кобуры и пулей бросился к выходу, даже не взглянув на нас. Эльф, напрочь забыв про свой валяющийся на полу шокер, метнулся следом за ним. Тяжёлая железная дверь с грохотом захлопнулась, оставив нас с Ланой одних в полутёмной, трясущейся от взрывов комнате.
Я с облегчением выдохнул. Эхо старого мира только что пошатнулось. Единственное – я до сих пор не мог поверить, что снаружи сохранилось столько технологий. Ну да ладно. Осталось придумать, как снять эти проклятые пластиковые стяжки, пока до нас не добрались зеленокожие гости. И желательно сделать это так, чтобы мои руки остались целы. Они мне ещё понадобятся, чтобы свернуть одному ушастому садисту его тонкую шею.
* * *Очередной взрыв оказался куда мощнее прошлых. Тяжёлая железная дверь допросной, которая ещё минуту назад казалась непреодолимой преградой, с протяжным стоном вылетела из петель. Кусок искорёженного металла с грохотом рухнул прямо в коридор, подняв облако цементной пыли.
Я скосил глаза на пол. Прямо подо мной блестели острые осколки разбитой галогеновой лампы. То, что нужно. Я напряг ноги, с силой оттолкнулся от пола и вместе с прикрученным к заднице тяжёлым металлическим стулом начал нелепо прыгать на месте. Сантиметр за сантиметром. Добравшись до самых крупных кусков стекла, я дёрнулся и упал на пол, больно ударившись плечом. Нащупал один из них левой рукой. Осколок больно впился в ладонь. Кровь тут же потекла по пальцам, но мне было плевать. Я развернул его и начал остервенело пилить толстую пластиковую стяжку, стёсывая её вместе с собственной кожей.
– Кирилл, поторопись. Если сюда заглянет кто-то из нападающих, мы трупы, – спокойным голосом произнесла Лана.
– Работаю над этим, командир, – прокряхтел я.
Пластик поддался. Следом разрезал вторую стяжку. Мои руки наконец-то обрели свободу. Я размял затёкшие кисти, стараясь не обращать внимания на порезы, и принялся отстёгивать ремни на ногах. Через десять секунд был полностью свободен. Подскочил к Лане. Осколком стекла ловко разрезал её путы. Снайперша молча размяла плечи и тут же метнулась в угол допросной.
Там, в пыли, валялось наше снаряжение. Эти идиоты даже не удосужились унести его подальше. Мой верный кожаный доспех, пояс с подсумками и, самое главное, мой наруч. Я с любовью защёлкнул механическое чудо на левой руке. Шестерёнки внутри привычно лязгнули. В скрытых отсеках булькали стеклянные колбы с остатками реагентов. Я снова стал собой. Опасным, вооружённым и очень злым наёмником.
Лана накинула свой плащ и с громким щелчком взвела тетиву арбалета. В её глазах загорелся огонёк азарта.
– Ну что, пошли смотреть, кто там испортил нам вечеринку? – вытащил я нож.
Мы осторожно вышли из разбитой двери бункера и оказались в узком коридоре, который вёл наружу. Выбравшись на поверхность, прямо в огромную чашу старого радиотелескопа, мы замерли. Я многое повидал и в своей прошлой жизни, и в этом чокнутом мире. Но то, что творилось сейчас перед моими глазами, ломало все шаблоны.
Высокотехнологичную деревню отшельников разносили в щепки. Но это делали не дикари с дубинами. Это была грёбаная зелёная орда. Огромные, мускулистые орки с серовато-зелёной кожей пёрли вперёд, как танки. На них была надета грубая, уродливая, но невероятно массивная силовая броня. Она была сварена из кусков ржавых машин, труб и стальных листов. На спинах дымили примитивные дизельные движки, которые приводили в действие гидравлику костюмов. В лапах ревели цепные пилы и стреляли крупнокалиберные самопальные пушки.
Но сюрпризы на этом не заканчивались. В тёмном небе над поселением кружили гоблины. Мелкие, ушастые твари с безумными глазами летали на самодельных реактивных ранцах, которые изрыгали чёрный дым. Они с диким визгом поливали защитников из примитивных, но смертоносных гранатомётов. Технологии купола и рядом не стояли. Физзл бы, наверное, с ума сошёл от счастья.
Местные отшельники отбивались отчаянно. Их коллиматорные арбалеты собирали кровавую жатву. Они пробивали ржавую броню орков, сбивали летучих гоблинов. Но зеленокожих было слишком много.
– Это что ещё за цирк уродцев? – пробормотал я, прижимаясь к холодной бетонной стене бункера. У меня над головой со свистом пролетела ракета и разнесла в пыль металлическую вышку дозора.
– Они заняты, – голос Ланы прозвучал у самого моего уха. Она уже просчитала тактику. – Охрана периметра смята. Орки режут местных. У нас есть идеальное окно. Проскользнём по правому флангу, уйдём за край тарелки и растворимся в Пустошах. Наш путь свободен, Кирилл.
Она была абсолютно права. Это был идеальный момент для побега. Рациональный, логичный и самый безопасный выбор. Любой нормальный наёмник так бы и поступил. Но я перевёл взгляд на главный терминал, скрытый глубоко в бункере за нашими спинами. Потом посмотрел на кровавую бойню. Если эти стальные отшельники сдохнут сегодня, я навсегда потеряю ниточку к ответам. Я не узнаю, как работают их компьютеры. Не пойму, кто именно дёргает за ниточки в этом мире.
– Нет. Мы никуда не уходим, – я покачал головой, проверяя крепления алхимических колб на наруче.
Снайперша резко повернулась ко мне. Её брови поползли вверх.
– Ты рехнулся? – прошипела она. – Это не наша война! Пусть они тут хоть перегрызут друг другу глотки. Нам нужно спасать свои шкуры!
– Эти снобы в масках наш единственный ключ к старым технологиям.
– Ты хочешь спасти тех ублюдков, которые пять минут назад собирались нас пытать? – в её голосе звучало искреннее непонимание.
– Я не собираюсь их спасать из доброты душевной. Я спасаю свой актив, Лана. Это инвестиция, – сухо отрезал я. – Они будут нам должны. А я умею выбивать долги.
Лана сжала губы. Она явно считала мой план чистым самоубийством. Но она привыкла признавать во мне вожака нашей маленькой стаи.
– Ладно, Кирилл – она прильнула к массивной оптике своего арбалета. – Куда стрелять?
Я выглянул из-за укрытия. Посередине поселения, в узком переулке между двумя металлическими бараками, кипел самый жестокий бой. Группа местных бойцов оказалась зажата в глухой тупик. Среди них я чётко разглядел командира с его светящимся красным глазом-имплантом и эльфа. Они яростно отстреливались, но их щиты искрили и гасли.
Прямо на них, тяжело топая бронированными сапогами, надвигался исполинский орк. Он был раза в полтора больше остальных. Его экзоскелет был покрыт толстыми листами стали и украшен свежими черепами. Но хуже всего было то, что он держал в руках. Это был огромный, многоствольный роторный пулемёт. Старый добрый миниган, переделанный под стрельбу ржавыми гвоздями, болтами и свинцовой картечью. Даже знать не хочу, как они модернизировали его и где вообще нашли.
Орк радостно зарычал. Блоки стволов пулемёта начали с противным визгом раскручиваться, готовясь превратить остатки отряда командира в кровавый фарш.
– Прикрой меня, – коротко бросил я Лане.
Я не стал прятаться. Вышел из-за угла. Моя левая рука уже тянулась к особому карману на поясе. Там лежала единственная алхимическая граната.
Стволы вражеского пулемёта слились в сплошное размытое пятно. Сейчас вылетит первая пуля. Я нажал большим пальцем на стеклянный детонатор гранаты, чувствуя, как внутри пошла химическая реакция, и с широкой, злой ухмылкой шагнул прямо в пекло.
Глава 4
Бросок вышел идеальным. Колба разбилась о блок вращающихся стволов тяжёлого пулемёта, который орк как раз наводил на остатки отряда командира. Реагенты вспыхнули. Температура мгновенно подскочила. Раскалённая смесь намертво облепила оружие. Стволы пулемёта раскалились и за секунду сплавились в один кривой комок металла.
Патроны начали непроизвольно детонировать. Грохнул чудовищный взрыв. Огромную тушу орка в тяжёлой броне просто разорвало на куски. Во все стороны брызнула чёрная кровь, полетели дымящиеся ошмётки горелого мяса и покорёженного железа.
Я спокойно стряхнул с плеча кусок чьей-то кишки и вышел на свет пожаров. Командир местных и его ручной ушастый эльф застыли на месте. Они смотрели на меня расширенными от шока глазами, будто я только что восстал из мёртвых. Их арбалеты опустились. Они явно не ожидали, что пленники, которых они пять минут назад собирались пытать, вернутся, чтобы вытащить их задницы из огня.
– Заказывали горячую доставку? – усмехнулся я, глядя на их ошарашенные лица. – Поднимайте свои бронированные зады! Если хотите пережить эту ночь, быстро закрыли рты и слушайте мои приказы!
– Какого дьявола ты здесь делаешь, купольная крыса? – прохрипел командир. Он держался за пробитый бок, из которого толчками текла кровь. Его кибернетический глаз бешено вращался. – Почему вы не сбежали?
– Считай это долгосрочной инвестицией в наши будущие деловые отношения, – сухо отрезал я. – А теперь собрались! Мы уходим из этого тупика. Здесь нас перебьют по одному.
Я быстро огляделся. Мой разум наёмника работал чётко, анализируя геометрию горящих руин. Поселение было построено хаотично, но между металлическими бараками оставались узкие проходы. Идеальное место для смертельной ловушки.
– Лана! – крикнул я во всё горло, перекрывая грохот выстрелов.
– Здесь! – её голос раздался откуда-то сверху.
Она уже не была рядом со мной. Гибкая снайперша бесшумно скользила по искорёженным металлическим балкам. По пути она ловко подбирала с земли неразорвавшиеся гранаты мёртвых отшельников и мотки медной проволоки.
– Займи вон ту уцелевшую бетонную опору! – я указал ножом на высокий столб, торчащий над горящими крышами. – Работай по летунам! И оставь мне пару подарков на входе в переулок!
Лана лишь коротко кивнула и растворилась в дыму. Она понимала меня с полуслова. Я повернулся к командиру и его людям. Их оставалось всего пятеро.
– Отходим к генераторной будке. Живо! – скомандовал я. – Экономьте заряды. Наша задача – заманить эту бронированную зелёную массу в узкое пространство.
Мы начали организованно пятиться. Орки, увидев, что добыча уходит, радостно зарычали. Их тяжёлые, закованные в ржавый металл ботинки загрохотали. Они пёрли напролом, совершенно не заботясь о тактике. Тупая, агрессивная биомасса, полагающаяся только на толщину своей брони.
Они вломились в узкий переулок между бараками, толкаясь и мешая друг другу. И именно там их ждал сюрприз от моей напарницы. Лана успела натянуть тонкую проволоку на уровне щиколоток и примотать к ней связку трофейных гранат.
Первый же орк порвал растяжку. Оглушительный взрыв сотряс стены бараков. Узкое пространство многократно усилило ударную волну. Троих бронированных орков порвало в клочья, а остальных щедро нашпиговало раскалённой шрапнелью.
– Отлично сработано! – крикнул я, не отрывая взгляда от неба.
Там начиналось настоящее шоу. Гоблины на своих коптящих реактивных ранцах попытались спикировать на нас сверху, чтобы закидать гранатами. Но они не учли одного важного фактора. У нас был лучший снайпер.
Арбалет Ланы выпускал болты с вершины бетонного столба. Она не пыталась пробить толстые шлемы летучих тварей. Она работала, хладнокровно и расчетливо выцеливая уязвимые места. Её болты раз за разом прошивали топливные баки на спинах гоблинов.
В тёмном небе один за другим начали расцветать яркие огненные шары. Гоблины с диким визгом взрывались прямо в полёте, превращаясь в великолепные фейерверки из горящего бензина и зелёного мяса. Горящие обломки их ранцев падали прямо на головы наступающим оркам, сея панику и хаос.
Но расслабляться было слишком рано. Из дыма вынырнула огромная фигура. Их вожак. Он был на голову выше остальных орков. Его тело закрывал массивный силовой экзоскелет, собранный из кусков обшивки какого-то древнего танка. На спине шумел дизельный двигатель, питающий гидравлику. В руках он сжимал чудовищное оружие – гигантский двуручный тесак с цепной пилой на лезвии.
Вожак увидел меня, издал оглушительный боевой клич и рванул вперёд, сминая мелкие препятствия как картон. Земля дрожала под его шагами. Я не стал убегать. Нащупал рычаги, активируя наруч. Шестерёнки щёлкнули, выбирая нужную капсулу.
Орк с размаху обрушил на меня свой ревущий тесак. Я даже не пытался блокировать этот удар – меня бы просто разрубило пополам. Я ушёл в перекат, пропуская лезвие в миллиметре от своего плеча. Тесак с визгом врезался в землю, высекая искры.
Пока он пытался выдернуть застрявшее оружие, я оказался сбоку от него. В моей левой руке уже красовалась колба с зелёным составом. Я метил не в грудь, где броня была непробиваемой. Вместо этого залил кислотой открытый шарнир гидравлического привода на его правом колене.
Алхимическая дрянь сработала мгновенно. Раздалось шипение. Металл задымился, толстые шланги расплавились, брызгая кипящим машинным маслом. Двигатель на спине орка взревел, пытаясь провернуть заклинивший сустав, и с громким хрустом сломал собственную шестерню.
Правая нога вожака подогнулась. Огромный орк с грохотом рухнул на одно колено, потеряв равновесие. Этого короткого мгновения мне хватило. Я оттолкнулся от земли, запрыгнул прямо на его широкое бедро, используя его как ступеньку, и оказался лицом к лицу с зелёной мордой.
Орк взревел от ярости и попытался схватить меня своей огромной лапой. Но я был быстрее. Моя правая рука с зажатым ножом метнулась вперёд. Лезвие вошло точно в узкую щель между его бронированным воротником и грубой кожей шеи. Я вогнал клинок по самую рукоять и с силой провернул.
Чёрная кровь ударила фонтаном, заливая мою броню и лицо. Орк захрипел, его глаза закатились. Я выдернул нож, оттолкнулся от падающей туши и приземлился на ноги. Гигантский вожак с металлическим лязгом рухнул лицом в грязь и замер навсегда.
Увидев смерть своего лидера, оставшиеся орки потеряли весь свой боевой пыл. Их строй дрогнул. Без грубой силы вожака они превратились в обычную трусливую банду. Где-то в задних рядах протяжно затрубил рог. Зелёная орда начала поспешно отступать. Они подхватывали своих раненых, запрыгивали на коптящие чёрным дымом самодельные мотоциклы и с диким рёвом двигателей уносились прочь, растворяясь в серой мгле Пустоши.
Битва закончилась так же внезапно, как и началась. На поселение опустилась тишина, которую нарушал только треск пожаров и стоны раненых. Я тяжело дышал. Адреналин медленно отпускал, и тело начало наливаться усталостью. Я неторопливо вытер чужую чёрную кровь со своего лица тыльной стороной ладони. Затем вернул нож в ножны и медленно зашагал к стене барака, где сидели выжившие отшельники.
Командир местных привалился к холодному бетону. Его броня была изорвана, тактическая маска треснула. Он зажимал руками глубокую рану на животе, тяжело и хрипло дыша. Его красный кибернетический глаз тускло мерцал, переводя взгляд с гор трупов на меня.
Я подошёл вплотную и возвысился над ним. Теперь мы поменялись местами. Иллюзия их абсолютного превосходства окончательно сгорела в огне этой короткой, но жестокой битвы. Командир с огромным трудом поднял на меня свой единственный живой глаз. В нём больше не было ни капли надменности. Только шок, боль и зарождающееся уважение.
– Вы, купольные… – слабо прохрипел он, сплёвывая кровь. – Вы не умеете… так драться.
– Привыкай к изменениям, приятель, – ответил я спокойным голосом. – А теперь давай поговорим о том, как работает твой компьютер. Кажется, вы мне задолжали небольшую экскурсию. И я не принимаю отказы.
– А не многого ли ты хочешь? – вмешался тот самый эльф. Он возник рядом со мной, хмурясь и пошатываясь.
– Не лезь, – ответил ему командир. – Они нас выручили.
– Но…
– Кстати говоря, – я вмешался в их диалог и, подойдя ближе к эльфу, коснулся плеча с улыбкой. Он даже немного расслабился, но уже в следующую секунду получил от меня в грудь. Раскрыл рот, жадно хватая воздух, и опустился на колени. – Скажи спасибо, что я твой шокер тебе в глотку не засунул.
– П-понял, – прохрипел он в ответ, кашляя. Командир закрыл на это глаза. У него не осталось выбора.
* * *Мы сидели в главном зале местной ратуши. Хотя словом «ратуша» это место можно было назвать лишь с очень большой натяжкой. На самом деле это был бывший диспетчерский пункт, расположенный на верхнем ярусе того самого бетонного бункера, куда мы с Ланой так неосмотрительно залезли через вентиляционную шахту.
Зал представлял собой помещение из пыльного бетона и свисающих с потолка чёрных кабелей. Когда-то давно они аккуратно прятались за пластиковыми панелями, но теперь панели сгнили и осыпались, а провода болтались над нашими головами.
Отношение к нам кардинально изменилось. Нас больше не связывали тугими пластиковыми стяжками и не тыкали в лицо оружием. Местные смотрели на нас со смесью уважения и страха. Ещё бы. Два чужака из-под купола только что вдвоём раскатали в кровавый блин целый отряд, пока сами хозяева жались по углам.
На столе перед нами даже стояли две железные кружки с чем-то, отдалённо напоминающим горячий чай. Отличный сервис. Я же говорил, что нужно просто найти правильный подход к персоналу, пусть этот подход и потребовал пары десятков трупов.
Вскоре дверь со скрежетом отъехала в сторону, и в зал вошёл командир. Его наскоро перебинтовали, правая рука висела на грязной перевязи, а броня была усеяна глубокими царапинами и вмятинами от орочьей шрапнели. Он опустился на стул напротив нас, стараясь не смотреть мне в глаза.
Следом за ним вошёл ещё один человек. Точнее, старик. Он выглядел так, будто лично пережил великий катаклизм. Лысый череп покрывали глубокие пигментные пятна и старые, уродливые шрамы. Но самое жуткое было на его лице. Нижнюю половину челюсти и шею закрывал массивный, грубо вживлённый прямо в плоть металлический респиратор. При каждом вдохе аппарат издавал громкое, сиплое шипение, словно пробитая шина грузовика.
– Познакомьтесь. Это староста, – хрипло представил командир, морщась от боли в пробитом боку.
– Рад встрече, – я слегка склонил голову, изображая вежливого дипломата. – Вы уж извините за тот бардак на улице. Мы немного перестарались.
Староста опустился во главу длинного переговорного стола. Его выцветшие, водянистые глаза внимательно и цепко изучали меня.
– Командир рассказал мне, что вы сделали там, внизу, – голос старосты звучал глухо, с сильным механическим эхом из-за встроенных динамиков респиратора. – Вы спасли наш дом. И моих людей. Мы у вас в неоплатном долгу, чужаки из-под купола.
– Оставим слезливые сантименты для мемуаров, дед, – я расслабленно откинулся на спинку скрипучего кресла. – Вытаскивать ваши бронированные задницы из огня было сугубо мои решением. Я не люблю терять ценные активы. У меня есть вопросы. У вас – ответы. Это честный обмен, и мы в расчёте.
– Ты дерзок, купольный, – староста закашлялся. Респиратор забулькал, выплёвывая порцию фильтрованного воздуха. – Но ты заслужил право на правду. Спрашивай.
Я подался вперёд и сцепил пальцы в замок, окинув их обоих холодным взглядом.
– Вы тут строите из себя грозную техно-элиту. Бегаете с лазерными прицелами, носите экзоскелеты, грозитесь орбитальными карами и называете нас инкубаторскими крысами. Но при этом сидите в ржавой тарелке и не можете отбиться от кучки зелёных ублюдков с металлоломом в руках. Кто вы вообще такие? Откуда у вас всё это высокотехнологичное оружие?
Командир мрачно опустил глаза, а староста издал звук, похожий на тяжёлый, скрежещущий вздох старого механизма.
– Мы потомки тех неудачников, что не дожили до создания куполов, наёмник. После катаклизма, наши предки остались умирать в радиоактивном пепле. Долгие века мы были обычным пушечным мясом. Жалкими дикарями с заточенными палками, которые прятались по сырым пещерам от мутантов и жрали коренья.
– А потом вы случайно нашли этот радиотелескоп, – догадалась Лана, не отрывая взгляда от командира.
– Верно, девочка, – кивнул староста. – Одно поколение назад наши разведчики наткнулись на эту гигантскую «железную чашу». И на военный бункер под ней. Здесь всё ещё работало. Железные двери открывались сами собой, ровный свет горел под потолком. В арсеналах лежало оружие, а на складах пылилась новенькая броня. Мы надели всё это и сразу почувствовали себя богами пустошей.
Я искренне усмехнулся. Вся их пафосная картинка начала стремительно складываться в единый, очень ироничный пазл.
– Но вы ни хрена не понимаете, как всё это работает, верно? – я посмотрел на командира. Тот лишь крепче сжал челюсти и отвёл взгляд. – Вы не учёные и не инженеры. Вы просто дикие обезьяны, которые удачно откопали в песке клад.
– Следи за языком, грязный аристократ! – прорычал командир, резко дёрнувшись вперёд.
– Сидеть! – рявкнул я так, что он инстинктивно вжался обратно в кресло.
Староста примирительно поднял иссохшую руку.
– Он прав, командир. Нет никакого смысла отрицать очевидное перед тем, кто видит нас насквозь, – старик снова перевёл взгляд на меня. – Да, мы варвары. Последователи культа Карго, как было написано в одной из старых бумажных книг, которую мы нашли здесь, в жилых блоках. Мы научились собирать оружие и заряжать батареи от генератора. Мы умеем отлично стрелять, опираясь на забавные цветные картинки и простые пиктограммы в инструкциях для пехоты. Но мы не понимаем сути. Если умный терминал ломается – он умирает для нас навсегда. Мы не можем его починить. Мы умеем только жать на те кнопки, которые приветливо горят зелёным светом, и о которых говорилось в книжках.
– А что насчёт того огромного сервера в подвале? – я прищурился, вспоминая жёлтую распечатку с упоминанием орбитальной станции. – Вы же охраняете его, как зеницу ока. Вы обвесили всю вентиляцию смертельными лазерными сетками.
