12 марта 1938 года
Слова Фридриха подтвердились, копьё Лонгина действительно находилось в столице Австрии городе Вене во дворце Хофбург и его охраняли совсем не простые солдаты. Некий Орден или культ, назвавший себя «Воинами Света». Их выходцы некогда входили в ряды охотников Ордена «Света», но из-за разногласий покинули его и основали на территории тогда ещё Австро-Венгерской Империи мощную оккультную организацию с поддержкой правительства. После войны, правда, их сила сошла на нет, они ослабли, потеряли из-за войны много людей, но каким-то образом сумели заполучить в свои руки копьё Лонгина. Ходили слухи, что в их ряды даже входят ангелы.
Александр несколько раз пытался с ними договориться, те, ожидаемо, отвечали категоричным отказом. Холодная война между германской частью Ордена и «воинами света» продолжалась почти два года. Обе стороны знали, что хочет каждая, но никаких действий для захвата копья или его защиты не предпринимали. Так продолжалось бы и дальше, если бы не сознательная помощь правительства Германии. Гитлер давно мечтал овладеть территориями своей исторической родины. Поэтому, после усильного давления Берлина, Вена капитулировала, в стране забурлили нацистские движения, требовавшие скорейшего аншлюса – вхождения Австрии в состав Германии. Канцлер Курт Шушниг, попытался взять ситуацию под контроль, искал поддержку у Англии и Франции. Впустую. Первые вовсе отказались вмешиваться, а вторые сами испытывали в своей стране правительственный кризис.
В итоге канцлер Шушниг ушёл в отставку, а новый канцлер Зейсс-Инкварт сформировал новый кабинет, продиктованный ему по телефону Герингом, а также сразу попросил Гитлера ввести войска в Австрию. Те, в свою очередь, получив заверения от Италии не вмешиваться в дела Германии, ввели полки Вермахта, заранее сосредоточенные на границе по плану «Отто», отдали команду ступить на территории Австрии, чьи полки получили приказ не оказывать сопротивления и сложить оружие0.
Утром двенадцатого марта в Вену прибыло германское правительство: Гиммлер, Гесс и другие. В тот же день в столицу Австрии прибыл и Гитлер, он решил проделать свой путь через свой родной город Браунау. Вместе с ними в город прибыл и Александр с Верой. Он хотел, чтобы дочь была рядом с ним, когда он заполучит в свои руки копьё Лонгина.
Правда с самого начала всё пошло не по плану. Ряды эсэсовцев Гиммлера оккупировали дворец Хофбург, перевернули всё с ног до головы, но след копья простыл, словно его и не было. Слуги, что работали в нём молчали. Великому Магистру пришлось брать ситуацию в свои руки.
Его машина, чёрный мерседес, к десяти часам утра прибыла в бывшую резиденцию австрийских Габсбургов, что правили Австрией вплоть до конца Первой Мировой Войны. Александр недовольный, не выспавшийся и взбаламученный последними известями о не находке копья, ступил на аккуратно уложенную плитку площади перед дворцом. Он бегло огляделся.
Надо признать, Хофбург являлся настоящим архитектурным произведением искусства. Не просто дворец, а целый дворцовый архитектурный комплекс. Один из самых больших в мире. В нём смешивались сразу несколько архитектурных стилей. На протяжении почти семисот лет, практически каждый правитель старался дополнить дворец пристройкой различных помещений, вносил всякие изменения и переделки.
Конечно, Александра мало интересовала история Хофбурга. Он тяжёлыми шагами шёл по площади Ин-дер-Бург. Он хотел лично осмотреть дворец. Миновав статую императора Франца I, он остановился. Из дворца бойцы СС, под дулами автоматов выволокли на улицу пожилого мужчину во фраке. Видимо дворецкий. Позади него гордой походкой шёл Гиммлер, поблескивая своим пенсе, держа руки за спиной.
Он углядел стоящего в тени Александра и отсалютовал ему:
– Hail Orden!
– Hail Orden! – с большой не охотой, держа руки за спиной ответил Александр. – Герр Гиммлер, что-нибудь узнали?
– Ja, Großmeiste! Данный человек, рассказал… erzählen Sie, was passiert ist? – обратился Гиммлер к дворецкому. Молчание. – Ладно, скажу сам. Вчера копьё вывезли из дворца. Все «Krieger des Lichts», что находились в Хофбурге уехали вместе с ним за город. Тут к северу неподалёку есть деревня Гринциг, вот там у них есть поместье. Если верить данному мужчине, копьё сейчас там и очень хорошо охраняется.
– Значит нужно отправляться за ним! – твёрдо решил Александр. Для этого ему нужны были люди. Из всего Ордена в Австрию прибыли только трое: он, Гесс и Гиммлер. От Рудольфа помощи ждать не стоит, Генрих тоже мало на что годится, а вот его солдаты, совсем другое дело. Можно обратиться к совсем небольшой части местных охотников, но их в свои планы Великий Магистр посвящать не собирался. Даже информацию о копьё узнавали не они, а люди Гиммлера. – Мне нужны твои люди…
– Wie viele?– Гиммлера не меньше Александра интересовал удачный поиск копья.
– А сколько у тебя есть?
– Сейчас немного. Всего один полк. Большая часть которого сейчас задействована. Восемьдесят хватит?
– Да! У тебя есть человек, кто доставит меня в Гринциг?
– Ганс, родом из этих мест. Должен знать.
– Пусть сядет за руль моей машины. Мы сейчас же отправляемся. Остальные пусть следуют за нами.
– Как прикажите, Großmeiste! Как только в город прибудет ещё один полк, я вышлю к вам ещё людей.
Гиммлер подозвал к себе высокорослого блондина в звании унтерштурмфюрера и, дав указания, отдал его в подчинение Великому Магистру вместе с двумя грузовиками с вооружёнными до зубов солдатами.
Усевшись в машину, Александр рассказал куда ехать. Ганс молча кивнул, вылез в окно и крикнул водителям грузовиков, следовать за ним.
Машина тронулась и с ветерком понеслась к деревне Гринциг.
– Verstehen Sie Russisch? – спросил Александр офицера.
– Софсем чут чуть. – с сильным акцентом ответил Ганс.
– Sie wurden in Österreich geboren?
– Ja, Großmeiste, я родиться ф Вэне, но поткхом мой откхец перебраться в Германию. Я рад, что Австрия скхоро стканет часткею Рейха!
– Danke Hans!
Александр повернулся к Вере. Он совсем забыл о дочери, что ждала его в машине. Сегодня её может ждать настоящее боевое крещение и наверняка она увидит смерть. Это не её война, но она должна знать, чем занимается Орден.
– Всё в порядке?
– Да, отец! – ответила Вера. – В Вене нет того, что мы ищем?
– Нет, его успели вывезти из дворца в Гринциг. Деревня, недалеко от столицы. Боюсь без боя мы ничего не получим. Нам могут противостоять ангелы…надеюсь ты ещё не пожалела, что отправилась со мной?
– Я готова ко всему, твои тренировки не прошли даром. – уверенно произнесла Вера. Оделась она тоже подходяще. На ней была коричневая кожаная куртка, без опознавательных знаков, болотного цвета, облегающие её ноги, бежевые тканевые штаны, высокие армейские сапоги. Не забыла и вооружиться. Рядом с ней на сиденье лежала кобура с вальтером, ножны с саблей и деревянная шкатулка. – Мне обязательно её надевать? – в шкатулке лежала золотая перчатка.
– Да, если она будет на тебе, мне будет спокойнее.
– Хорошо, отец.
Александр довольно ей улыбнулся и вернул свой взгляд к дороге. Машина неслась мимо холмов с виноградниками, снег ещё не везде растаял, он белыми пятнами покрывал землю. Вдалеке возвышались венские леса и маленькие каменные домики Гринцига. Погода сегодня тёплая, два-три градуса тепла, но нет ветра, отчего солнечные лучи, попадая на тёмные поверхности, сильно их нагревали.
Спустя двадцать минут пути, машины съехали с дороги и, меся грязь, подъехали к единственному в округе большому трёхэтажному особняку, по форме издалека напоминавшему католическую церковь, обнесённому высоким каменным забором,
У железных ворот, машины остановились. Солдаты в серой форме повыпрыгивали из грузовика и с винтовками наперевес оцепили периметр. Ганс раздал указания – без его или Александра указаний не стрелять!
Александр с Гансом подошёл к железным воротам, Вера стояла поодаль, убрав левую руку в золотой перчатке в карман.
С другой стороны ворот, в чёрной мантии, скрывающей лицо под капюшоном, стояла фигура. Человек, что прятал лицо, ждал прибытия незваных гостей. Его люди скрывались за окнами дома, держа оружие наготове, они готовились дать бой. Их было в два раза меньше, но у них есть укрытие в отличии от немецких солдат, которые если окажутся за воротами, будут как на ладони.
– Öffnet die Tore! – прокричал Александр громко пошатав железные воротины. Замка нет. Но закрыты. Их как будто держит магия. – Oder wir eröffnen das Feuer!
– И вам доброго дня, Великий Магистр. – неожиданно для Александра, фигура заговорила на чистом русском. – Мы вас ждали!
– Раз ждали, то открывайте! Быть может мы сможем договориться. Не заставляйте нас применять силу!
– Договориться!? – показательно рассмеялась фигура. – Ну давайте попробуем! Входите, господа.
Двери сами начали открываться и только Александр, Ганс и Вера ступили на территорию дома, как дверь резко захлопнулись.
Солдаты засуетились. Но без команды, ничего делать не собирались. Ганс напрягся. Только Александр оставался спокойным, Вера прижалась к его спине.
– Интересно вы встречаете гостей, а как же мои люди?
– Они не ваши. На их рукавах нет символа Ордена!
– Согласен, но сейчас они подчиняется мне. – Александр начал медленно приближаться к фигуре. – Вам должно быть известно, что Австрия в скором времени станет частью Германии, отныне мы здесь власть и прошу вас, отдайте то, зачем, я пришёл.
– Мы скорее умрём, чем Орден получит святыню. Прошу уходите. Не будем проливать кровь.
– Ваше право! – Александр повернулся лицом к дочери. – Впусти ребят…
Вера испугано вынула руку из кармана и направила на ворота, сжав кулак. Секунда и от магии, что сковывала ворота не осталась и следа. Отец научил её пользоваться силой перчатки.
Ганс, не ожидая приказа, понял, что к чему. Отдав команду, солдаты ворвались во двор дома. Одно слово, и они откроют огонь.
– У меня есть ещё козырь в рукаве! – довольно прокричал Александр. – Может теперь поговорим?
Люди человека в мантии, ожидали приказ начать оборону. Но их лидер медлил.
– Вы меня удивили. Ангельская перчатка. – удивилась фигура и медленно начала пятиться к двери дома. – Вы получите копьё только через мой труп.
– Я вас за язык не тянул. – Александр тоже начал пятиться назад и скрывшись за спинами солдат отдал приказ. – Es darf keine Überlebenden geben. Feuer frei!
Александр обрёк солдат на смерть. Стоило им начать поливать дом свинцом, из окон в ответ начали высовываться дула винтовок и открыли огонь в ответ.
Крики боли, нецензурной брани, гул выстрелов, всё смешалось в одну колыбель смерти. Падающие тела одни за одним, усеивали собой двор, покрывая свои мёртвые тела, грязным месивом, что остались от растающего снега. Никаких укрытий, ничего!
Четыре десятка выживших солдат смогли пробиться в дом, начался штурм. Уже оттуда начали доноситься крики и выстрелы.
Наблюдающий картину смерти, Александр успел укрыться за небольшой пристройкой. Выждав момент, он схватил дочь за руку, и они ринулись к дому.
Пройдя через главный вход, они оказались внутри. Дом казался ещё больше. Пустое пространство вестибюля, никакой мебели, Кругом тела, перестрелка переросла в ближний бой. Куда идти непонятно, но он знал. Его звал Артефакт.
Обнажив саблю, Александр принялся прорубать себе путь вперёд. Вера поступила также.
Их первыми жертвами стали двое молодых парней в форме австрийской армии, тёмно-зелёные блузы и серые штаны, на головах мягкие кепи. У них, судя по всему, закончились патроны, у одного в руках была винтовка со штык ножом, а у другого длинный кинжал. Их встреча с Александром была заведомо проиграна.
Уклон от колющего удара штык ножом и сабля Великого Магистра вогналась ему в живот. Попытка второго ударить ножом. Уклон с разворотом и вот уже Александр за его спиной, не думая, вгоняет клинок солдату в спину.
За данным зрелищем наблюдает Вера. В её голове вспыхивают давно забытые воспоминания. На секунду её охватывает ужас. В бою нельзя медлить иначе смерть. За спиной девушки возникает фигура. Ещё секунда и смертельный удар повалит её на землю. Не сегодня.
Молниеносный выстрел кольта и противник тяжело падает на спину с дырой в лбу. Брызги крови слегка обогревают её одежду.
– Не спать, сударыня! – прокричал ей отец с пистолетом в руках. – За мной! Я знаю оно здесь, оно рядом. Оно зовёт меня. Ты разве не слышишь?
Вера не совсем понимала о чём говорит ей отец, однако стоило ей прислушаться, как неизвестные голоса в голове непонятным языком что-то ей нашёптывали. Перчатка позволяла ей их слышать.
Они направились ко входу в подвал. Александр чувствовал, копье хранят под домом. Осталось найти туда проход. В пылу кровавой бани сделать это непросто. Особенно когда в особняке десятки помещений.
– Я чувствую мы рядом… – бормотал себе под нос Александр держа в одной руке саблю, а в другой пистолет.
В коридорах солдаты СС сражались с «воинами света». Крики боли и безумия, что никак не интересовали Великого Магистра. Он продолжал медленно ступать по мокрому от крови паркету, двигаясь вперёд, он искал проход в подвал. Нашёл. Оказавшись в другом конце дома, в этой части оказалось почище, его солдаты ещё не успели сюда добраться, в комнате справа от него, в стене открыт потайной проход, а за ней проглядывается массивная винтовая лестница.
Чувство успеха затмило его разум. Кроме хода Александр не мог ничего заметить. Его взгляд был направлен только на проход.
Три пистолетных выстрела вернули его в реальность. Он обернулся, а за ним на паркете распластались тела.
– Не спать, сударь! – Вера ответила отцу его же словами. – Мы не в театре!
– Неплохо, – Александр похвалил дочь, а та прицелилась и выстрела. Пуля пролетела в сантиметрах от его щеки, – Что ты!? – он обернулся, у входа на лестничную площадку корчился солдат, зажимающий горло руками. – Два один в твою пользу!
Вера улыбнулась на похвалу отца. Что она чувствовала, убив четырёх человек!? Ничего! Ни жалости, ни отвращения. Бойцы хотели убить её отца, значит смерть они заслужили!
Они прошли мимо умирающего парня и начали спускаться по лестнице. Узкий проход вёл их в подземные помещения особинка.
Спустившись в самый конец. Они очутились в тёмном сыром подвале, освещённом факелами. Осмотревшись, они нашли каменный коридор, что вёл в святилище, повторявшее в точности помещение католического храма. Ряды скамеек, стоящих на мраморном полу меж несущими колоннами, по бокам ряды с зажжёнными свечками, что более чем освящали данное место, а в самом конце, в месте, где должен был располагаться алтарь, каменная статуя ангела, с массивными крыльями за спиной, стоящая на одном колене, с опущенной головой, в чьи вытянутые руки было вложено копьё! Золотое копьё Лонгина!
Александр нашёл его. Так просто и не важно, что за его путь, пол сотни солдат отдали свои жизни.
Он в предвкушении, крутя саблей в руках, меж рядом скамеек направился к копью. Голоса в его голове нашёптывали ему, что он у цели, осталось только забрать копьё!
Только были и те, кто собирался ему помешать. Из-за спины статуи вышагнули две фигуры, закутанные в белые плащи, со скрытыми лицами под капюшонами, от их тел исходило бледное сияние.
– Прошу тебя, уходи, оно не для людей! – монотонным голосом сказала одна из фигур.
– Мы не хотим причинять тебе вреда. Уходи! – сказала вторая фигура. – Ты не понимаешь, что оно не принесёт тебе ничего кроме боли…
Александр остановился:
– Я сам решу, что мне с ним делать! – направил саблю на них. – Меня ничто не остановит. Годами я мечтал им обладать, чтобы сейчас уйти!? Нет! – взглядом он прилип к копью. – Оно так манит!
Фигуры переглянулись.
– Брат, оно его зовёт. Ему уже не поможешь…– обратилась одна фигура к другой.
– Я вижу, брат. Придётся его остановить, ценой нашей клятвы!
– Другого выхода нет!
Фигуры направились к Александру. На ходу вскинули свои капюшоны, под ними оказались молодые лица двух юношей с длинными светлыми волосами. Они распахнули белоснежные, сияющие ярким светом крылья. Ангелы, что служили «воинам света». Они ускорили шаг.
Александр тоже перешёл на бег и набросился на ангелов.
Воины Господа не ожидали такой прыти. Они попытались его повалить на Землю, но у них ничего не вышло. Их сила, словно исчезла, не распространялась на него. Тогда оба ангела выхватили из-за пояса по два длинных кинжала.
– Да кто ты такой? – не понимая почему пришедший к ним человек равен им по силе.
Александр оставил их без ответа. Убрал левую руку за спину и словно насмехаясь, стал отбивать шквал ударов. В фехтовании ему не было равных. Воины Господа слишком сильно надеялись на свои силы, их умение владеть оружием было не самым сильным их качеством.
Увернувшись от очередного удара, Александр полоснул справа от себя ангела по крылу, тот взвыл. Брат, взвывший от боли, привёл в ярость второго. Ухитрившись, он вонзил кинжал человеку в плечо, вторым попытался ударить в живот, но не вышло.
Теперь от боли прокричал Александр. Он отринул от ангелов, убрал левую руку из-за спины и вытащил клинок из плеча. Из раны хлынула кровь, но с каждой секундой её поток становился всё меньше и меньше, пока совсем не прекратился. Рана затянулась и Александр снова готов к бою.
Ангелы не понимали, как он это делает.
В это время, пока отец сражался в не равном бою, Вера прошла к ангелам со спины и проткнула ближнего к себе саблей. Клинок не мог убить воина господа, но не мог не причинить боль. Взмахом крыльев он отбросил девушку от себя.
Данная картина привела Александра в ярость. Уклонившись от очередного удара, он в прыжке разящим ударом отсёк одному из ангелов крыло, под брызги крови он приблизился ко второму и схватил за горло. Нечеловеческим взглядом, посмотрев ему в глаза, поднял над полом и со всей силы впечатал его между скамеек. Послышался хруст костей.
– Ангела можно убить или вашим же оружием или просто отрубив вам в голову. – Александр поднял раненого ангела за шкирку, положил его шею на спинку скамейки, размахнулся и отсёк тому голову. – Вы мне не ровня!
Голова ангела с открытым ртом и высунутым языком покатилась меж рядом.
Не обращая внимания на всхлипы второго, что хватался за место, где раньше было его крыло, Александр подбежал к дочери. Вере сильно досталось, но сила перчатки поможет ей восстановится.
– Всё в порядке? – спросил её Александр.
– Кажется да… – Вера открыла глаза, – теперь я понимаю, что ты чувствуешь, когда сила перчатки охватывает твоё тело…
– Оно прекрасно! Неправда ли?
Вера согласно кивнула. Отец помог ей подняться.
– Что будет с ним? – она посмотрела на раненого ангела.
– С ним? – задумчиво произнес Александр. – Дай мне перчатку.
Вера послушалась отца и, сняв перчатку, передала её ему. Александр надел её и подошёл к ангелу, стоящему на коленях, тот больше не мог сопротивляться.
– У тебя израненная душа. За силу ты расплачиваешься душой… – еле пропищал ангел, увидев на его руке золотую перчатку, он понял, откуда человек имеет такую силу. – она не даёт, она только забирает…
Великому Магистру было плевать на слова воина Господа, он повалил его на спину, встал на колени и начал душить.
– Последнее, что ты увидишь, буду я! – злобно прокричал Александр. – Я получу, что хочу и теперь никто меня не остановит.
Ангел хрипел, не пытаясь даже разжать хватку.
– Отец! – побежала к отцу Вера, – Прошу не надо…сегодня было столько смертей. Не надо ещё одной!
От слов дочери, Александр пришёл в себя. Он ослабил хватку. Ангел задышал, ртом хватая воздух.
– Хорошо! Дочка! – спокойным голосом ответил Александр. Он поднялся на ноги, поставил ангела на колени, размахнулся саблей и от сёк ангелу второе крыло. Воин господа взвыл. – Ангел без крыльев, что певец без голоса. Убирайся!
Всхлипывая от боли, ангел не оборачиваясь поплёлся к выходу. Без крыльев он не опасен. «Воинов света» ждёт забвение, а если он служил им, значит с небесами у него не совсем гладкие отношения. Александру нечего бояться. Можно и сохранить ангелу жизнь.
Сняв перчатку, Александр, передал её обратно Вере, та её надевать не стала.
– Надеюсь наш путь этого стоял? – она посмотрела на копьё. – Оно и правда манит!
– Стоил, дочка! – Александр сам посмотрел в сторону статуи, что держала артефакт. Он убрал саблю в ножны и подошёл к каменному ангелу. – Как же оно прекрасно!
Александр завернул копьё в первую попавшуюся ткань и вместе поспешил поскорее убраться из этого чёртового особняка.
К моменту, когда они поднялись обратно в дом, оставшиеся в живых солдаты полностью зачистили здание от «воинов света». Тех, кого не убили, взяли в плен, ангелу удалось сбежать. Выйдя на улицу, машин у ворот прибавилось, вместе с подкреплением прибыл и сам Гиммлер. Он стоял рядом с раненным, но выжившим Гансом, офицера ранило в руку, несмертельно. Ему, как и другим оказывали первую помощь. Из восьмидесяти человек, выжило всего тридцать три.
– Вы нашли его, Großmeiste? – тихо спросил Гиммлер.
– Оно теперь у нас. – ответил Александр.
– Можно мне на него взглянуть? – с трепетом прошептал Гиммлер. – Хоть мельком.
– Не сейчас…вернётесь в Берлин, и я тогда представлю его Ордену.
– Как скажете, Großmeiste!
Александр направился с Верой к своей машине, подойдя к двери он остановился, прежде чем сесть, он посмотрел на двор, усеянный трупами.
– Прикажи направить помощь семьям погибших и награди выживших! – крикнул он Гиммлеру.
Генрих блеснув пенсе:
— Das versteht sich von selbst.
Заведя двигатель, Александр с Верой вернулся в Вену, оттуда, в сопровождении солдат на поезде, они добрались до Берлина.
На постоянное место жительства в столицу Германии перебрались недавно. После олимпиады, дел в Ордене прибавилось, его влияние теперь распространялось и на Восточную Европу. Отныне приходилось чаще бывать в городе. Вдобавок, дочь поступила в столичный университет.
Часы пробили полночь, когда обессиленные от долгой дороги отец и дочь вернулись домой. Александр зажёг в кабинете свет и положил завёрнутое копьё на стол. Снял китель, перчатки, кобуры и ножны и с тяжёлым вздохом повалился в мягкое кожаное кресло, под его весом заскрипела кожа. Ноги в сапогах ныли, собравшись с силами, он снял их, оставшись босиком. Так хочется спать. Может пойти и лечь?
Великий Магистр так и решил поступить, но, замеченная краешком глаза, ткань, скрывающая копьё, заставило передумать. Под тусклым светом светильника, освобожденное от ткани копьё не казалось таким золотым, каким он видел его под особняком в Гринциге. Аккуратно прикоснувшись к нему, ничего н произошло. Никаких ощущений. Голоса, что вели его к нему, пропали.
Взяв его в руки, Александр, принялся рассматривать. Не считая того, что оно сделано из золота или подобного драгоценного металла, выглядело оно просто как копьё времён римской империи. По правде, это даже не копьё, а только часть втулки, кое насаживалось на древко. Всё ещё острое, Александр порезал палец, когда коснулся острия.
– Какие ты хранишь секреты? – размышлял вслух Александр. – Может если докоснуться до тебя другим артефактом, ты раскроешь свою силу? Надо попробовать! Вера, дочка, подойди ко мне пожалуйста и принеси перчатку.
Вера появилась в дверях:
– Что такое? – она поставила шкатулку с перчаткой на стол.
– Присядь. – попросил Александр, отложив копьё, достал перчатку и надел её.
Вера присела в кресло напротив него.
– Что хочешь делать? – спросила Вера. – Я думала, до утра ты ничего делать не будешь.
– Я мечтал обладать им больше двадцати лет… – Александр вернул свой взгляд на копьё. – больше ждать я не хочу. – он посмотрел на дочь. – Прошу, дай мне свою правую руку, а левую положи на копьё. – Вера подчинилась. – Я не знаю, что произойдёт дальше и произойдёт ли вообще. Но я хочу, чтобы если копьё откроет свои секреты, ты их увидела со мной.
Вера крепко сжала крепкую ладонь отца и, улыбаясь, посмотрела не него сонными глазами. Разве она может быть не с ним?
Александр улыбнулся ей в ответ и с трепетом положил левую руку с надетой перчаткой частично на руку Веры, частично на копьё. Оно, соприкоснувшись с перчаткой, ярко засветилось, его свет озарил весь кабинет, после которого пред Великим Магистром, предстала удивительная картина.
Вместо удобного ему кресла, он оказался на горной дороге. Полуденная солнечная погода, но тело обдувает мерзкий холодный ветер. Повсюду слышался его гул. На Александре туника поверх, неё тяжёлый панцирь из гибких металлических пластин, под ним, кожаный пояс с прикреплёнными к нему ремнями, обитые железом. В потёртой левой руке длинное копьё с золотой втулкой, правая поддерживает меч на поясе, на голове ощущается тяжесть шлема, за спиной развевается красный плащ. Рядом с ним десятки солдат. Они разговаривает на несовсем понятном ему языке, похоже латынь или греческий. Нет сомнений, он видит глазами римского легионера или, скорее их командира – сотника, так как солдаты с уважением смотрят на него. Только в ответ он смотрит прищурено, перед глазами, словно пелена.
Александр вместе с войском бредёт по протоптанной каменной дороге в гору, он не управляет телом, только смотрит. От каждого шага, надетых на ноги кожаных сандалий, мелкий щебень потоком скатывается вниз. Римлянин тяжело дышит, под панцирем ощущаются струйки пота, мерзко стекающие по телу. Хочется пить. Вдруг, он резко ускоряет шаг, проходит мимо рядом таких же солдат, как он видит картину…
Измождённый длинноволосый мужчина с тёмными волосами, скрючившись под тяжестью креста, еле передвигает ноги, неся его в гору. На нём изодранное платье, у него ссохшиеся губы, на голове венец из терновника, чьи шипы впивались бедняге в лоб, по рукам стекает кровь.
В голове проносятся мысли о ненависти к бедному мужчине, никакого сострадания, только гнев, желание самолично его убить. Но что он ему сделал? Почему неподвластный гнев одолевает воина? На этот вопрос, не мог ответить даже он сам.
Проходя мимо мужчины, тот повернул голову на него, но смотрел ему не в лицо, а на копьё и заговорил на неизвестном ему языке, но смысл которых Александр услышал в голове:
– Оно не принадлежит людям…и никогда не принадлежало…– бедняга отвернулся от него. – сейчас ты слеп, но сегодня ты прозреешь…
Слова римлянина напугали, по телу пробежала дрожь. Он ускорил шаг и продолжал идти пока не дошёл до пункта назначения. Вокруг много людей, кто-то плачет, им больно видеть его мучения, а кто-то готов плевать в обессиленного мужчину, вдобавок выкрикивая в его сторону грязные слова.
Александр понял, что видит глазами воина Лонгина распятие Иисуса Христа, а они на Голгофе, возвышенности к западу от Иерусалима. Крест, что нёс Сын Божий, это орудие казни вместе с которым, смерть сегодня готовились принять двое преступников.
Тяжёлый крест с телом Христа прикопали между ними, а к его нижней косой перекладине прибили железными гвоздями обе стопы пленника. К кресту также прибили табличку со словами на трёх языках – еврейском, латинском, греческом – «Иисус Назорей Царь Иудейский».
Порванное платья Христа разыграли жребием римские воины. Верхнее платье они разодрали на четыре части – каждому по одной, нижнее же – хитон – которое было единым, решили разыграть. У этих воинов тоже не было никакой жалости к умирающему. Они ощущали себя выше него и вместе с другими воинами и простыми людьми смеялись над ним:
– Других спасал; пусть спасёт Себя Самого, если Он, Христос, избранник Божий.
– Почему он себя не спасает?
– Он лжец!
– Самозванец!
– Я думала ты Сын Божий!
Погода начала меняться. Резко налетевший ветер, скрыл солнце за густыми чёрными облаками. Надвигался дождь. Сами Небеса были готовы взывать от происходящего на Голгофе.
За происходящим наблюдал и Александр, плавающими словно в тумане глазами. Он стоял рядом с пригвождённым Христом и услышал слова одного из умирающих пленников сказавшего другому, что смеялся вместе с народом над Сыном Божьим:
– Мы осуждены за грехи наши, потому воздалось нам за наши деяния, а Он ничего худого не сделал… – пленник перевёл взгляд на Христа и обратился к нему. – Спаситель, прошу помяни меня в Царстве Небесном…
– Сегодня мы вместе вознесёмся в Рай! – ответил ему Христос и, посмотрев на небо, продолжил, – Отче! Отпусти им грехи, ибо не ведают, что творят…
Александр ощутил, как после слов сына Божьего в руках Лонгина задрожало копьё.
Вскоре наступят последние минуты. Страдания Христа подходили к концу. Ссохшимися губами он выдавил:
– Воды…
Один из солдат вышагнул к нему и поднёс на копье губку к его губам, смоченную в уксусе.
«Испив» горечь, Христос посмотрел на окружающих его людей:
– Отче…свершилось! В руки Твои предаю дух Мой…
Спаситель издал последний вдох и умер за искупление грехов человечества.
Пошёл сильный дождь, люди стали расходиться.
Лонгин подошёл к кресту, вскинул копьё и дабы проверить смерть Христа вонзил ему в правый бок между рёбер своё копьё. Вонзившись в тело Спасителя, оно засветилось ярким светом, а брызнувшая из раны кровь полетела в его лицо. Глаза, что были поражены болезнью исцелились. Мир стал ясным, можно снова видеть яркие краски. Правда отныне ему не на что смотреть. На смерть? Или на грязь вокруг?
В тот момент прозрели не только глаза Лонгина, но и он сам. Вытащив из тела Христа копьё, он упал на колени прямо в размокшую от дождя землю. Окружившие его воины, не понимали, что с их командиром. А Лонгин беспрерывно плача кричал:
– Что мы натворили! Истинно Человек сей был Сын Божий!
После этих слов Александр вернулся в реальность, пытаясь осмыслить увиденное, он, то и дело сглатывая слюну, быстро дышал, его прошиб холодный пот, он отринул от копья, больше не желая прикасаться к артефакту. Мир плыл перед глазами. Посмотрев на Веру, он спросил:
– Ты видела тоже, что и я?
– Да, отец. – она сама находилось в состоянии шока.
– К таким знаниям, я готов не был… – Александр встал и вышел из-за стола. – Мне нужно поговорить с Асмодеем.
Дрожащими пальцами, он начал набирать его номер телефона. Несколько минут гудков и ничего. Видимо он не дома. Нужно срочно его найти. Благо Александр догадывался, где он может быть. Больше ничего не сказав дочери, он молча покинул дом!