Марина [НЕ] грустит: Тяжёлая музыка

Николай Галеев
Марина [НЕ] грустит: Тяжёлая музыка

Да-да! Открытая машина и экскурсия по невиданному городу по пути в отель – у меня, разумеется, случилось дежавю.

Нет, можно было, конечно же, воспользоваться телепортом, но вы же понимаете: поглазеть-то интересно! Гид на прекрасном русском увлекательно рассказывал о городе, его истории и особенностях местного жизненного уклада. Я не без удовлетворения узнал, что изначально старый город, прилепившийся к горе, в основном населяли рыбаки, тогда как сегодня Диллиан развился в огромный туристический центр со всеми вытекающими. Тем не менее рыболовецкие традиции тщательно соблюдались местными, и мы довольно скоро в этом убедились, посетив абсолютно шикарный рыбный ресторан, где нам предоставили возможность выбрать себе обед прямо из аквариумов.

Впрочем, последнее некоторым образом вызвало во мне замешательство – всё же рыбы и различные морские обитатели в упомянутых аквариумах были живыми. Выходило как-то дико: их едят – они глядят.

«Убейте мне вот этого!» – УЖАСНО!

Так и до вегетарианства недолго дойти.

И тем не менее, честное слово, в жизни ничего вкуснее не ел! Кстати, не обошлось и без деликатесов из рыбы тирасу, которую доставили прямо из Вол-Маред. Это единственное кушанье, которое я запомнил, когда мы в последний (и единственный) раз покидали Землю, и с тех пор всё хотел попробовать снова. Как результат – узнавание переросло в настоящий восторг как у меня, так и у её кулинарного величества.

– Это невероятно! – вопила Маруся, бесцеремонно пробуя у всех нас из тарелок. – Сумасшествие какое-то – что за вкуснота!

По поводу сумасшествия я как-то прямо даже склонен был согласиться, глядя на неё. Гастрономическое помешательство как есть, надо бы психиатрам подсказать тему для диссертаций.

Впрочем, и без помешательства Маруси хватало странностей, вот только в несколько иного свойства. В данном случае «иное свойство» встречало в порту, ехало за нами следом на здоровенной машине и теперь зыркало в нашу сторону из-за соседнего столика. И если вы пока не поняли, – да – нас охраняли. На ангелов это не было похоже, и, зная эльфов, я мог сказать и тогда, и позже, что просто так они бы телохранителей к нам не приставили. Тут бы мне насторожиться. Тут бы поднять тревогу! Не надо же быть семи пядей во лбу – Шифтеры делали то, что нужно. Есть опасность – дают охрану, причём такую, чтобы именно против данной конкретной угрозы. А тут защиту в лице Милены Шифтеры посчитали недостаточной – какой надо сделать вывод? К гадалке не бежать: нас снова использовали втёмную как приманку, даже не предупредив.

При этом ангелов-то рядом не было! Забавно, да? Нет, если что – не забавно.

Надеюсь, вы сейчас несколько иначе взглянули на наше положение? Ну, чесслово: белые яхты, море, внимание прессы, концерт – это ж не жизнь, а идеал с картинки в журнале. И коль скоро кто-то взялся нам подобное организовать, то и попросить должны были куда больше, чем отработать концерт.

Ну хорошо! Может, мы и не в теме. Может, нас и можно превращать в наживку. Но мы же не слепые и не тупые!

– Ай, Ярик! Попробуй вон ту штуковину у Милы!

«Ладно, допустим, мы слепые и тупые…»

И знаете что? Меня переклинило. Откуда-то из глубин поднялась какая-то волна. Вот, знаете, то неловкое ощущение, когда сам понимаешь, что сейчас вот-вот отмочишь нечто для себя несвойственное, да ещё от этого потом станет только хуже. Шея напрягается, и мурашки пробегают по голове снизу вверх. Словно ты рычишь окружающим: «Ну, всё, держитесь!» При этом одновременно себе просто орёшь: «НЕ НАДО!!!» – и всё равно начинаешь с хлопка ладонью по столу.

– Эм… Ты чего это? – Маруся уставилась на меня в упор.

– За соседним столиком эльф в костюме. Мила? – молвил я без предисловий.

Эльфка быстро кинула взгляд в нужном направлении:

– Да, мы приставили охрану.

– ПРИЧИНЫ, – только и сказал я, даже не утруждаясь вопросительной интонацией. И да, это было театрально в какой-то мере. А в какой-то – и по-хамски. Мы-то с вами понимаем сейчас, а мне тогда подобное казалось единственно верным ходом. Я обязан был показать свою крайнюю степень возмущения, раздражения и даже агрессии. Именно показать это. Так, чтобы даже эльфы могли прочитать по мне всё, что нужно. Ощущал ли я что-то такое на самом деле – это уже вопрос десятый. Само собой, переиграть эльфов на их же поле я не рассчитывал. А вот спровоцировать Милу и получить хотя бы базовые данные – это да. К тому же я всерьёз рассчитывал на поддержку Игната: у этого деятеля не было причин потакать нашим остроухим друзьям.

– Почему обязательно должны быть причины? – Мила сделала вид, будто всё ещё не распознала мою ловушку, и пыталась сыграть в поддавки – как обычно.

– Вот только не надо вот этого вот! – процедил сквозь зубы вампирчик. – Вы эльфы ничего без причин не делаете.

Мой расчёт оправдался, Игнат высказался в строго нужном ключе. Пришло самое время зайти с козырей!

– Мила, что происходит? Только не ври! – это ожидаемо высказалось моё любимое величество. И раз уж сплотилась вся команда, Миле пришлось отвечать прямо.

– Вы заметили, что с нами нет ангелов? Это, безусловно, очень небольшая и малозначительная деталь, но всё же мы, хоть и с трудом, обратили на неё внимание, – в голосе эльфки сквозил сарказм. Её явно раздражало, что мы снова заподозрили её и Шифтеров в нечестной игре. Это, разумеется, никак не отменяло самих догадок. Или самой нечестной игры.

– Допустим. И что с того? Ну, обратили вы внимание на что-то – а дальше? Вы что-то выяснили? У вас есть какие-то инструкции от Снежаны? – Маруся была непреклонна и жаждала ответов.

Эльфка положила вилку и обвела нас всех долгим взглядом. Она как бы говорила: «Объединились? Ну-ну, самое время». Наконец, она выдала ответ:

– Нету у нас инструкций, как и понимания, где сейчас Снежана и Рита, когда они появятся и появятся ли вообще.

Мы прикусили языки, а Мила развивала успех:

– Яр, что тебе сказала Снежана?

– Что в пространство эльфов сразу с нами не пойдёт, останется на Земле, потом полетит по своим делам и догонит нас на концерте, – припомнил я.

Весь вид Милены как бы говорил: «Куда ты полез, пацан?»

И вот, ёлки-палки, она же действительно в лёгкую сделала нас. Обыграла, не моргнув и глазом, и теперь могла долго и со вкусом раскатывать нас в тоненький блин:

– Вот видите! А нам она не сообщила даже этого.

«А, нет, ещё есть пара ходов», – зацепился я. И тут же попытался перехватить инициативу:

– Ты могла бы спросить нас.

– Я могла бы. А руководство Шиф’таэри рассудило вот так. И поверь, у них опыта больше.

– И с пресс-конференцией то же самое? – наседал я. И пока спрашивал, сам чуть не подпрыгнул на стуле от догадки. – Или это такой хитрый манёвр, чтоб на мероприятии никто не заготовил сюрпризов?

Эльфка подняла бровь:

– Каких сюрпризов?

– Да мало ли каких!

Мы все уставились на эльфку, а она с кислой миной махнула на нас рукой и притворилась, что сосредоточенно пьёт воду из стакана. Всем своим видом она продемонстрировала, что не намерена продолжать разговор, и согласитесь, это было очень некрасиво с её стороны. Нам же оставалось лишь смириться и надуться.

Ну да – её эмоциональное высочество тут же надулась, точно мышь на крупу. Картинно скрестив руки и оттопырив губу, Маруся уставилась куда-то в сторону.

Помолчали.

– Не поеду я ни на какую экскурсию, – сообщила девушка. Ну, как сообщила – буркнула себе под нос. Мы не то чтобы расслышали её слова, скорее, догадались из контекста. В принципе, этого следовало ожидать. Настроение было испорчено и ехать смотреть резные узоры на арочках эльфских домов хотелось в самую последнюю очередь.

– В отель? – спросил я, имея в виду, что нужно закрыться в комнате, и чтобы все отстали хоть на время.

– Да не знаю я, – огрызнулась моя девушка, после чего наши взгляды встретились и несколько мгновений мы смотрели друг на друга почти в упор. Здесь так хотелось бы написать, как мы что-то там прочли в глазах друг дружки и поняли без слов, бла-бла-бла. Но правда в том, что я ни черта не понял про Марусино настроение. Она явно хотела чего-то, и сама не знала, чего. Ей было грустно, она не понимала обстановки, ей не хотелось, чтобы её снова использовали – чтобы это понимать, не требовалось вычитывать что-то там в глазах. А как это состояние победить?

В сущности, вряд ли это был мой вопрос, Маруся – свой собственный человек, и за состояние своих мозга и (ежели угодно) души отвечала только лишь она одна. И всё же.

И всё же надо понимать эту простую вещь – иногда ты сам возлагаешь на себя ответственность. Не обязан, да, но просто именно так правильно. Не знаю, как это объяснить, просто глядя на сдвинутые Марусины брови, я понял, что не хочу видеть её такой. Что я готов на какие-то действия, лишь бы она не чувствовала себя вот так.

– Тут пляж какой-нибудь есть? – обратился я к Миле. – Желательно уединённый.

Краем глаза я отметил, как Маруся чуть выпрямила спину, а потому прибавил:

– И мороженого надо с собой взять.

Эльфка пожала плечами и поискала глазами официанта.

Маруся уже тоже искала официанта.

А вампирский деятель искал глазами меня, чтобы одобрительно моргнуть.

– На машине не поедем, – снова обратился я к Милене – в другой раз осмотрим достопримечательности....

– К тому же надо экономить время, у нас ведь скоро пресс-конференция, – Мила «наступила мне на хвост», но тут же осеклась. Не лучший был момент озвучивать планы, когда Маруся разобиделась всеми… фибрами души (интересно, так вообще говорят?) Хорошо хоть она, заслышав о планах, вообще не психанула и не отказалась от мероприятия.

В общем, все заткнулись и засобирались, после чего под моим чутким руководством (а точнее сказать – при посредничестве!) отправились в специальную комнату.

Есть несколько научных теорий о том, как могла бы происходить телепортация, и, насколько мне известно, человечество лишь в начале пути по их доведению до ума. Эльфы же, не мудрствуя лукаво, воспользовались магией. Да настолько ловко, что для некоторых телепорт превратился в обычную альтернативу личного авто. Делали так: приходили в специальную комнату, кабину или площадку, при помощи технических средств убеждались, что в пункте назначения аналогичная площадка свободна, после чего перемещались без опасности оказаться внутри какого-либо объекта или существа. Интересно, что умения Милы позволяли перемещаться почти на любые расстояния в пределах планеты, да только без специальных комнат наша эльфка не рисковала. Зато разбросанные по городу штатные площадки, снимали проблему, и теперь и мы смогли оценить прелесть этого вида путешествий.

 

Пляж, который для нас приметила Мила, раскинулся довольно далеко от города, но благодаря телепорту мы оказались на месте за секунду. Сам процесс – как обычно: ты видишь вокруг себя комнату в ресторане, а потом внезапно что-то совсем другое. Словно переключили канал на телевизоре.

Площадку для перемещений оборудовали метрах в пятидесяти от воды под открытым небом. Круг из кремового мрамора отсвечивал в лучах местного солнца и казался полупрозрачным. Прибой шуршал мелкой белоснежной галечкой, лазурная вода манила бликами. Свежий ветер слегка охладил лицо, заставил вспомнить о том, как славно было идти сюда на нашей яхте.

– Ух ты! – прошептала Маруся рядом со мной. Даже испорченное настроение не мешало ей восхищаться красотой.

– Мороженого дай нам, – обратился я к Игнату, который нёс сумку-холодильник.

Я обошёлся без «пожалуйста», и меня даже самого это покоробило. Вампир же и ухом не повёл. Надеюсь, он понимал ситуацию. Просто выдал мне два больших стакана, накрытых крышками.

– Идём? – обратился я к Марусе, взяв лакомство.

Не удостоив меня ответом, её высочество двинулось прочь в сторону воды. Я последовал за нею, и, поравнявшись, протянул ей мороженое.

– Забыла!

– Пасиб!

Девушка приняла холодный стакан, пошерудила в нём специальной длинной ложечкой.

– Клубничное, – сообщил я, предугадав вопрос.

Маруся попробовала. По изданному ею мычанию я понял, что лакомство пришлось по вкусу, а потому тоже принялся за своё. С какими-то местными фруктами, похожими на наши абрикосы.

Так мы и пошли вдоль кромки воды.

Я не пытался болтать, развлекать, донимать рассуждениями. Просто шёл рядом, давая её неугомонному высочеству время остыть, пережить все превратности и начать рассуждать здраво и предельно конкретно. Нам нужна была какая-то тактика, чтобы придерживаться в дальнейшем, и мне это было ясно как божий день.

– Мы же сыграем без Снежаны? – обронила Маруся невпопад, и я понял ход её мыслей.

– Да мы всех порвём, вообще! – веско и очень аргументированно заявил я.

Её губы тронула улыбка. Совсем чуть-чуть. Такая, знаете, лёгкая усмешка, какая бывает, если попытка пошутить смешнее самой шутки. Я обхватил её за плечи и прижал к себе.

– Мась, мы так сыграем, что эти эльфы захотят переехать на Землю! – сказал я ещё более веско и обоснованно.

И тут она рассмеялась:

– Ну ты дура-ак!

Вынув ложку из своего стакана, она точным движением испачкала мне нос мороженым, после чего вывернулась из объятий и кинулась бегом вдоль берега. Поймать чертовку было непросто: она выворачивалась, толкалась и в конце метнула в меня опустевший стаканчик. Но и я был не прост – увернувшись, сгрёб её в охапку – и мы оба повалились в воду, хохоча и поднимая снопы искрящихся брызг. Чувствуя дыхание, видя шальные искорки в глазах, пробуя морскую соль на её губах, я с наслаждением ощутил, как вселенная сжалась и осталась у меня в руках этой чудесной девушкой. И моё воодушевление не знало больше границ и пределов.

Какое-то время мы не могли оторваться друг от друга, позабыв и о Миле с Игнатом, и об отдыхавших неподалёку эльфах. И хоть я обычно против публичных проявлений чувств, момент обязывал. И соответствовал.

И видимо, не только мы это поняли, потому что остальные дали нам время, не лезли, не мозолили глаза, не вмешивались, а тихонько беседовали себе, сидя на пирсе и болтая ногами в прохладной воде.

Разняв объятия и всё ещё не проронив ни слова, мы с Марусей улеглись в волнах и просто слушали прибой. Краем глаза я видел, как Мила скинула своё платьице и, вытянувшись в стремительном прыжке, нырнула. Вампирский Игнат же сиганул за нею прямо как был – в шортах и красной рубахе.

– Дикие… – обронила Маруся. Она тоже наблюдала за нашими спутниками. Я кивнул и покрепче прижал её плечо.

– Похоже, у них это обычное дело, а? – снова заговорила Маруся, кивнув в сторону эльфки. – Вот так запросто скинуть одежду и прыгнуть в воду. Наверное, эльфы не воспринимают это как что-то «ТАКОЕ».

– Ну она ж в этих своих ленточках… – ответил я. И здесь мне придётся кое-что пояснить.

Одной из ТОНКОСТЕЙ эльфского жизненного уклада была их мода. Причём тонкостью она была во всех смыслах. Тонкие ткани, тонкие ленточки, тонкие намёки. Здесь, в своём мире наша Мила безо всякого стеснения одевалась по-эльфски, то есть по земным меркам довольно спорно, а местами совершенно неприемлемо. Мы-то привыкли в ней видеть даже не просто молодую девушку, а и вовсе школьницу! А тут вдруг начались очень короткие платья, какие-то откровенные вырезы и провокационная прозрачность – для Милы всё это было нормой! У эльфов оказалось принято, что, если позволяет климат, женщины одеваются максимально открыто, всячески подчёркивая свою красоту и изящество. «Ленточки» на груди, малюсенькие шортики, лёгкое платье яркой расцветки – и вот вам типичная жительница эльфского южного города днём на улице. У одних горизонтальные ленточки, у других вертикальные, а пару раз я наблюдал персонажей и вовсе без лент, но в их адрес Мила съязвила, мол, это безвкусно.

Не неприлично, а БЕЗВКУСНО, понимаете? Особенности мышления берегли эльфов от всяких ненужных мыслей – именно это позволило установиться подобной моде как норме жизни. Такого безобразия, как разводят у себя в голове хомо сапиенсы, у эльфов попросту нет.

Не надо только ханжой меня считать, хорошо? Я понимаю, что это их культура и их особенности, и коль скоро это мы прибыли на их планету, неплохо бы относиться с уважением. Это на Земле все привыкли идти на поводу у меньшинства, если оно достаточно крикливо возмущается. Но здесь не Земля, а эльфский космос. Так что наилучшим выходом было просто молчать себе в тряпочку и научиться не обращать внимания. Лично я поступал именно так.

Ну хорошо – пытался.

Пытался – в отличие от Маруси, которую подобный подход к одежде очень беспокоил, и она даже попыталась как-то сделать Миле замечание. Эльфка немало удивилась и высказалась в том смысле, что вызывающая одежда – вопрос личного восприятия смотрящего, а в Риме неплохо бы жить как римляне. И не стала ничего менять. И вот, к чему мы пришли: Мила взялась купаться в своих ленточках – впрочем, сравнительно приемлемых по меркам земных бикини – а Марусю это по обыкновению коробило.

На минуту ко мне закралась мысль, что Маруся и сама бы с интересом и удовольствием носила всякие эльфские наряды, но стеснялась. И раздражалась именно от этого. Догадка даже заставила меня сдержанно улыбнуться. Ещё бы – Маруся прекрасно знала мои вкусы, и могла опасаться выставить себя передо мной в дурном свете. Я же вообще-то не был никаким консерватором. Да, рассуждаю о скромности, и никто меня не переубедит в её пользе, но ни на каких юбках в пол не настаиваю и паранджу всем носить не предлагаю. Ну, и в общем, я взял, да и ляпнул:

– Если ты тоже хочешь так одеться, то здесь – самое место и время. Никто не будет смотреть косо и осуждать.

Маруся удостоила меня очень долгим взглядом:

– Ну-ну.

Потом как-то очень порывисто оседлала и чмокнула в нос.

– В общем, так! – торжественно заявила моя девушка, выпятив грудь и уперев руки в боки (всё ещё сидя на мне верхом). – Властью, данною мне мной, повелеваю! Отыграть крутейший концерт!

– Слушаю и повинуюсь! – сложил я ладони на манер восточных придворных из сказок.

Улыбка всё ярче расцветала у неё на личике, и сумасшедшинка в уголках глаз уже проявилась озорными искорками. Я провёл ладонью по её предплечью, как любил делать, и Маруся окончательно отошла от меланхолии, что ознаменовалось новой выходкой. Вскочив на ноги, девушка кинулась прочь с воплями «Не догонишь!»

«Да сколько тебе лет-то?»

Поймать её быстроногое высочество, кстати, было не так-то легко. Вы же не забыли, что она хороша фактически во всём – естественно и лёгкая атлетика не исключение! В общем, насилу настиг, сгрёб в охапку. Мы снова полетели в воду и снова возились непродолжительное время, щекоча друг дружку и ухахатываясь. Когда же улеглись погреться, усталые, Маруся неожиданно выдала:

– Этого следовало ожидать.

Я сел.

– Чего следовало ожидать?

– Что-то просто обязано было пойти наперекосяк.

– Да ладно тебе-то! – пожал я плечами. – Отыграем в лучшем виде.

Не зная, как относиться, я заглянул ей в лицо. К моему огромному облегчению, даже тени былой хандры не обнаружилось – ни тебе надутых губ, ни нахмуренных бровей. Маруся просто рассуждала. И рассуждала здраво:

– Всё это изначально было странной затеей. Мы не артисты. Мы хотим ими быть – это да. Но это не тот уровень, чтобы представлять мировую культуру на других планетах. К тому же никто не назначал нас послами доброй воли, раз уж на то пошло. Шифтерам зачем-то понадобился этот проект, и сейчас Снежана с Ритой смешали их планы.

Каково, а? Эта чертовка озвучила мои мысли один в один.

– По большому счёту версия, которую донесли до нас, просто разваливается, – поддержал я разговор, после чего коротко рассказал девушке всё, что думал о сложившемся положении. Разоткровенничавшись, я даже приплёл кое-какие детали из тех, что мне поведал Сергей Борисович Цурюпа, когда вызывал меня перед отправкой. Это касалось жизни разумных народов множественной вселенной после изменения нами Порядка Вещей – их разобщённости даже перед лицом демонической угрозы, их неразрешимых противоречий, изоляции квирчей в Нестралехе и проблем с вампирскими домами, которые в теории теперь представляли собой самую непредсказуемую военную силу в обитаемых мирах.

Естественно, мне детально никто ничего не описывал, и потому я и сам не мог рассказать Марусе хоть сколько-нибудь конкретные вещи – всё лишь на уровне умозаключений и домыслов. Судите сами: даже когда всем угрожало вторжение из-за пределов вселенной главные эльфские государства – Золотая Сотня и Империя Воды не заключали союзов. Конфедерация обошлась без Империи и прорабатывала свои варианты противостояния угрозам. Противоречий там было пруд пруди – от религиозных разногласий до претензий на отдельные планеты. Войну никто, конечно же, не начинал – какой там, если в любой момент через какую-нибудь нору могла полезть нежить!

Но вот время миновало – демонов больше нет. А противоречия между Сотней и Империей остались. Как осталась армия Конфедерации, которую активно комплектовали чародеями и орками. Как будто этого мало, вампирские Дома с Полигон-Прайм заявили о том, что с уходом демонов они более не признают юрисдикцию Конфедерации. Как на подобные вещи должны отвечать эльфы?

А в довершение всего в Мультивселенной остались ангелы, которые в теории были самыми могущественными существами – тут-то и встал вопрос о том, кто они, где они живут и кому подчиняются. Никогда и никого это не заботило, пока они тупо всех спасали – а теперь вот, пожалуйте.

И среди этого бедлама нам предстояло вести свои скрытые операции. Даже если допустить, будто гастроли «Полундры!» – это лишь прикрытие для чего-то по-настоящему тайного, то сам факт публичности обесценивает конспирацию. Тогда зачем?

Маруся слушала меня, не двигаясь и даже иногда забывая дышать.

– Как вариант, – рассудила она, стоило мне закончить, – это логика эльфов – хочешь спрятать что-то – сделай, чтобы было слишком светло, и тогда противник сам закроет глаза.

Я молча скривил саркастическую мину.

– Ну да, – согласилась девушка. Теперь мы сидели, обнявшись, у самой кромки воды, позволяя волнам накатываться нам на ступни. Самый подходящий момент обсудить превратности положения, не находите! Мне бы о поцелуйчиках думать – ан нет! Вместо пылких речей «о бесконечной любви, затмевающей это солнце», я предложил:

– Давай смешаем им планы, а?

Ей даже не нужно было открыто выражать согласие.

Я и так знал, что мы на одной волне.

Я и озвучил это намерение лишь для того, чтобы вместе прикинуть, что именно мы собираемся отколоть.

– А вызови сюда Снежану. Ты же можешь вызвать её, да?

– В теории… – я пожал плечами.

– Так давай! Во-первых, посмотрим, что она скажет, во-вторых – расспросим. В-третьих, поставим в неудобное положение эльфов, ведь они объясняют охрану и слежку именно отсутствием ангелов.

 

– А ещё заставим её сыграть на концерте, – подытожил я, отметив, что Маруся не может до конца смириться, что концерт предстоит играть в неполном составе.

– А ещё если Снежана не появится, то это будет для нас вполне понятный сигнал, что опять начинается какая-то заварушка, и нас снова держат за слепоглухонемую приманку.

Маруся заглянула мне в лицо.

В тон её голоса закралась нотка железа.

– А ещё мы сможем поставить им задачи в своих интересах, если всё же получится, – продолжала Маруся, пока я размышлял, – всё же у нас особое положение, и ангелы обязаны нас слушаться и считаться с нами. Это благодаря нам – и даже не нам, а тебе – они теперь свободные существа с индивидуальной волей и сознанием.

Сказанное было слишком эмоционально. Слишком импульсивно. Слишком…

Я, разумеется, покивал, но мы словно затевали слишком крутой поворот, последствий которого сами не видели. Как если бы мы влетели на горный серпантин, не сбавляя скорости – что нас там ждало? Удастся ли вырулить?

– Снежана! – позвал я.

И ничего не случилось. Ну то есть вообще ничего. Такое ничего, что «ничегее» некуда. Ничего, как если бы кто-то пропылесосил межзвёздное пространство от космической пыли.

Я сосредоточенно морщил лоб и сжимал кулаки, но «ничего» осталось неизменным. Непоколебимым, как – не знаю даже! – как… решимость комара испортить вам сон. Как Джомолунгма, если бы её ещё Килиманджаро страховала.

Даже отзвука мыслей маленького ангела в моей голове не случилось.

Тут, конечно, всё было уже понятно, но в последней попытке я попробовал заорать погромче.

Тут, к слову, эффект уже был! И какой: эльфы покосились на меня как на умалишенного, хотя расположились довольно далеко от нас. Эка невидаль – хомо сапиенс пришёл на пляж и вопит. Шоу на славу. Небось, на какой-нибудь их эльфский Ютуб можно будет видео повесить.

Да ну их – чёрт с ними с эльфами и их взглядами! Шуточки в сторону: ангел-то не появился. И всё – тут даже проговаривать вслух ничего не пришлось. Маруся только уточнила:

– Может, потребуем, чтобы нас прямо сегодня вернули домой на Землю?

– Это мы успеем всегда. Сейчас надо установить, с чем имеем дело. Может, это такая гадость, что её вообще нельзя тащить к нам домой.

Маруся протянула какой-то неопределённый звук.

– Если что, я при помощи Интерфейса Полигона-3 закрою доступ на планету вообще всем.

– И это наш плюс! – согласился я. – А все козыри выкладывать сразу мы не будем.

Давай ещё для начала с Игнатом поговорим? Он всё же землянин, как и мы, к тому же к затеям Шифтеров относится довольно скептически. Если уж мы начинаем свою игру, то давай заручимся союзниками.

– А что – давай, – кивнула Маруся и тут же поискала вампирчика глазами.

Я последовал её примеру и скоро обнаружил наших спутников в шезлонгах за распитием чего-то из огромных украшенных стаканов. Причём стаканы были именно что огромные – они прекрасно просматривались даже с такого большого расстояния, на которое мы с Марусей отбежали. Вообще интересно как общался Игнат с Милой – с одной стороны он непрерывно вслух декларировал неприятие целей и методов Шифтеров. С другой же не упускал возможностей поболтать с эльфкой наедине, причём всякий раз вызывал у неё неподдельный смех. С расстояния можно было подолгу наблюдать, как он о чём-то разглагольствовал с кривой ухмылкой, тогда как разведчица заливалась то краской, то хохотом, то и дело кокетливо наматывая на пальчик локон. Не знай я, кто эти деятели – сразу бы предположил у них взаимный романтический интерес. Они разве что за ручку не ходили и не обнимались украдкой – в остальном же…

…Ай, о чём это я? Вот ещё не хватало сплетни распускать!

В общем, пока Игнат развлекал нашу шифтершу, шансов переговорить с ним начистоту не предвиделось. Ну и ладно…

– В конце концов, за нами же никто пока не гонится… – молвила Маруся, точно с моего языка сняла.

– Угу, – кивнул я, и мы без слов исправили план. – Вечером?

– Вечером.

– Идём к ним. Посмотрим, чего у них там за вкусняшки. И потому на прессуху, да?

– Да-да, – утвердило план её бесподобное величество, и мы, взявшись за руки, побрели к товарищам.

И всё бы ничего – и план вроде придумали, и что делать наметили – а всё не то. Вот знаете, бывает так: вроде и ботинок удобный, а в неожиданном месте почему-то давит, стоит как-то неосторожно шевельнуть ногой. Или, например, в новой рубашке иногда забывают иголки, которыми она заколота в упаковке. И надеваешь такой, идёшь весь красивый, а в самый неподходящий момент – Оп! Вот как-то так я себя и ощутил: вроде внешне всё прилично, но оставалась неприятность, которая беспокоила и могла в любой момент вылиться в настоящую беду.

И при этом пришлось сделать непринуждённое лицо и продолжать играть за Шифтеров, хоть их мотивы и представлялись туманными. И ведь чувствуешь, как затягивает, как сам себя загоняешь либо позволяешь загнать! Осознаёшь, как с каждым витком этой игры тебе всё труднее будет вырваться – и всё равно позволяешь увлекать себя, точно плот по реке. Не, не как плот – у того хоть весло или шест иногда бывают, что позволяет хоть как-то управлять. Мы же постепенно лишались даже минимального выбора. Даже иллюзии выбора. Ну, не считать же выбором возможность отказаться от пресс-конференции? Хотя и об этом у нас не спрашивали, кстати.

И вот уже мы оказались за столом, а перед нами столпились какие-то странные люди и инопланетяне.

– Пожалуйста, номер тридцать пять! – сказала Мила Краснова и указала на журналиста в красном костюме. На Земле его наряд посчитали бы клоунским, а эльфам нормально.

– Благодарю, – молвил эльф, как только ассистент пробился к нему с микрофоном, и сразу перешёл к вопросу, забыв представить своё издание. – Ни для кого не секрет, что в составе группы «Полундра!» задействован вампир.

– Вообще-то, как раз секрет, – перебила Маруся с улыбкой, словно пытаясь свести вопрос к шутке. Насмотрелась же подобного в американских фильмах! Эльф, впрочем, не оценил. В его понимании, наверное, это был очень провокационный и неудобный вопрос.

– И тем не менее прокомментируйте, пожалуйста, присутствие вампира в группе. Неужели среди семимиллиардного населения Земли вы не нашли достойного музыканта?

Краем глаза я скользнул по невыразительному лицу вампира. Казалось, его вообще не волновало ни происходящее, ни сказанное. Как сел с таким лицом за стол, так и уйдёт, поди.

– Именно на Земле мы и нашли Игната, – спокойно сообщил я, – и не надо делать сенсации, все это знают. Комментировать нечего: Игнат Изюмов – наш барабанщик, но прежде всего – друг. Люди Земли считают недопустимой любую дискриминацию, в том числе и по признаку видовой принадлежности.

Эльф поморщился.

Игнат улыбнулся ему (и, возможно – мне, ведь по сути-то с моей стороны высказывание не было правдивым: на деле на Земле равноправие лишь декларировалось. Однако от моих ответов зависело мнение инопланетных обывателей, не мог же я представить свою планету в дурном свете!)

В общем, вот в таком духе и шло.

Вскоре, однако, я проникся, подзабыл о своих заботах и целиком сосредоточился на мероприятии, интерес к которому мгновенно возрос, стоило лишь Миле вызвать следующего журналиста:

– Пожалуйста, девяноста пять!

Корреспондент оказался гномом. Желая быть увиденным, он без затей встал на кресло, на котором сам только что сидел, и, улыбаясь в бороду своей остроумной находке, дождался ассистента.

– Добрый день! Журнал «Шахтёр», Кремень Набекрень. Ваш тур организован в связи с высокой популярностью изданного недавно сборника песен. Будут ли на концертах исполняться композиции, не вошедшие в сборник? И ещё: планируете ли вы разучить и исполнить песни тех народов, перед которыми будут выступления?

Не скрою, было чему удивиться: во-первых, гном говорит по-русски без акцента, а во-вторых, его звали Кремень по фамилии Набекрень. В-третьих, он сочетал обычный серый костюм, белую рубашку и галстук с, вероятно, традиционным для гномов рогатым шлемом. В-четвёртых, пряжка его ремня была такой огромной, что я смог её рассмотреть на расстоянии: она была сделана в виде косо установленного щита с изображением кирки и топора. (Я предположил, что это родовой герб Набекреней.) Наконец, сама идея гнома-журналиста была весьма нетривиальна, поскольку у меня в сознании, как, полагаю, и у многих, гномы ассоциировались с кем угодно: с воинами, там, или рудокопами, ювелирами, кузнецами или даже механиками, но только не с журналистами. Не при галстуке. Не с диктофоном в руках. Словом, впору было останавливать пресс-конференцию и идти осматривать эту невидаль.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26 
Рейтинг@Mail.ru