Мэри Мэйсон Агентство "Альма Трейд"

Служба закончилась, прихожане расходились по домам, и сквозь блеклые лучи, пробивающиеся из-за туч, он увидел её.

Мишель Харрингтон вышла из боковой двери церкви с корзинкой в руках. Чёрное кружевное платье, каштановые волосы собраны в строгий пучок, лицо бледное. Она остановилась на крыльце, посмотрела на небо, потом на улицу, и что-то в её взгляде заставило Айдана замереть.

Она не выглядела как девушка, продавшая душу. Не было в ней ни отчаяния, ни злобы, ни той лихорадочной решимости, которую он привык видеть у клиентов. Мишель кротко улыбалась прощавшимся с ней прихожанам и перехватывала в руках корзинку. Ей явно было тяжело.

Вскоре, когда толпа разошлась, она пошла по улице, и Айдан последовал за ней на расстоянии. У него было желание перехватить эту чёртову корзинку, которая заставляла девушку согнуться, словно Квазимодо, но он боялся её спугнуть. Она завернула в переулок, потом ещё раз, и вскоре остановилась у старого здания с покосившейся вывеской — сиротский приют. Мишель постучала, дверь открыла женщина в переднике.

— Я принесла хлеб. — Голос мисс Харрингтон оказался тонким, сиплым, словно пять минут назад её душили. Она отдала содержимое корзины женщине. — И немного денег. Хватит на уголь до конца недели.

Хозяйка приюта начала благодарить, но Мишель уже уходила.

Айдан стоял в тени и смотрел ей вслед. Внутри что-то шевельнулось — не жалость, нет. Демоны не испытывают жалости. Скорее... недоумение. Мишель была похожа на ангела. Готовы ли ангелы самовольно отправиться в Ад на вечные муки? Ответ очевиден. Это не укладывается в привычную схему.

Он догнал её на следующем перекрёстке. Просто вышел из тени и оказался рядом, будто случайный прохожий.

— Мисс Харрингтон?

Она вздрогнула, обернулась. Вблизи он смог рассмотреть её бездонные, цвета кофе с молоком глаза.

— Вы меня знаете?

— Наслышан, — Айдан улыбнулся той самой кривоватой улыбкой, которая всегда работала не только на демониц, но и на простых смертных. — Я представляю определённые интересы, связанные с вашим недавним решением.

Она поняла сразу. Это было видно по тому, как напряглись её плечи, как пальцы сильнее сжали ручки корзины. Та была пустой, но, очевидно, всё ещё тяжёлой для девушки, которая едва держалась на своих двоих. Правда, виду она не подавала. Спина стала ровной, вздёрнутый нос тянулся к небу и к Айдану. Что уж взять, его волосы были такими же длинными как он сам.

— Вы из агентства. — Как ловко она избежала слово «дьявол».

— Из «Альма Трейд», — подтвердил он. — Меня зовут Айдан Флеминг. И я здесь, чтобы обсудить условия. Не прямо здесь, разумеется. Может быть, вы позволите угостить вас чаем?

Она молчала долго. Слишком долго для человека, который уже всё решил Потом кивнула.

— Хорошо. Но недолго. Меня ждут дома.

— Конечно.

Айдан, не переставая улыбаться ловким движением перехватил у Мишель корзину. Она нахмурилась, но отбирать не стала. Он предложил ей свободную руку. Она не взяла. Перебор.

Они пошли рядом по улице в поисках ближайшей чайной. Мишель проявила инициативу и пройдя вперёд, указала на первое попавшееся заведение с выцветшей надписью «Чайная мадам Рэд». Айдан нервно сглотнул, но, сохраняя улыбку, кивнул.

Чай оказался отвратительным. Айдан пил его из вежливости, наблюдая, как Мишель держит чашку обеими руками, явно пытаясь согреть ледяные пальцы. Такие же были и у Айдана. Он пробыл в Лондоне чуть больше часа и уже желал вернуться в душный кабинет к крепкому кофе, болтовне Несс и сёстрам Бронте. Может, стоит взять отпуск после этого дела?

— Итак, — начал он, — вы согласились продать душу. Добровольно. Две недели назад. Сделка вступила в силу. По условиям будущего контракта, я должен забрать её до конца текущего месяца.

— Я знаю, — ответила она спокойно. — Я читала контракт.

— Тогда вы понимаете, что пути назад не будет, особенно после подписи.

— Понимаю.

Айдан отставил чашку. Это было не то, к чему он привык. Клиенты обычно плакали, умоляли, пытались торговаться, ну, или как минимум спрашивали о деталях контракта. А точно ли на них свалится мешок денег? Точно ли муж вернётся от любовницы?

Но Мишель просто сидела и смотрела на него, ожидая продолжения. В этот момент он заметил шрам поперёк её шеи, выглядывающий из-под воротника, словно кто-то когда-то пытался её зарезать.

— Не желаете поделиться историей? — спросил он, глядя не в глаза девушки, а на грудь. Не то чтобы его интересовали телеса человеческой девушки… На её мерно поднимающейся, и всё-таки неплохих размеров груди, лежал увесистый, полный драгоценными камнями, серебряный крест. — Я, как собиратель душ, должен быть уверен, что вы не будете сопротивляться и точно понимаете, что делаете.

Она посмотрела на него долгим взглядом.

— Вас смутило то, что я дочь священника? — рука Мишель потянулась к кресту. — В отделе мне сказали, что проблем с этим не возникнет.

Айдан знал, как сильно хохотали потом сотрудники из Лондонского филиала «Альма Трейд». К ним пришла дочь пастора — для Ада это было сенсацией.

Но на деле… Айдан не удержался и вздохнул. Он мог соврать, придумать что угодно, но отчего-то ему захотелось сказать правду.

— Никаких проблем, мисс Харрингтон. Банальный интерес. Такие, как вы, понимаете ли, редко обращаются к нам. Точнее сказать — никогда. Для помощи у вас есть другие, скажем так, контакты.

Мишель сжала крест в руке так сильно, что её костяшки побелели.

— Я двадцать три года, каждый день, сколько себя помню, молилась этим контактам. Но Небеса глухи к моим молитвам. Поэтому я обратилась к вам, мистер…

— Флеминг. Айдан Флеминг. — Напомнил он.

— Мистер Флеминг, — она надела перчатки, поднялась, накинула плащ. — Боюсь, что не удовлетворю ваш интерес.

— Почему? — Айдан глупо смотрел на неё.

Следующую минуту он, едва поспевая бросить пару пенни за чай официанту, побежал следом за уходящей девушкой.

Мишель шла дальше, игнорируя его.

— Я вас чем-то задел? — Айдану не составило труда обогнать её и перегородить путь.

— Мистер Флеминг, вас явно забавляет моя история. — Она опустила взгляд и спохватилась. Корзинка осталась в заведении. — А я не привыкла быть шутом.

Мишель развернулась, чтобы вернуться в чайную, но Айдан снова встал на её пути.

— Мистер Флеминг… — начала злиться девушка. На её лице появились красные пятна, а тонкие губы сжались в линию.

Айдан выставил руки в примирительном жесте.

— Я не собираюсь смеяться над вами. Мне действительно интересно, что толкнуло вас на этот шаг.

Мишель закатила глаза. В этот момент она показалась Айдану почти что… Дерзкой? Этим словом можно было описать Несс, суккубов на втором круге, но никак не ангела, стоящего перед ним. И всё же этот жест понравился ему. Словно девушка впервые за долгое время сбросила маску невинности.

— Мисс Харрингтон… — Айдан сложил руки, словно собирался прочесть молитву. — Вы же тоже слышали о том, что Ад переполнен? Мы не справляемся с переработкой душ. Именно поэтому я здесь. Ваша душа явно принадлежит Раю с самого вашего рождения. И я не могу допустить, чтобы мой мир, мой дом лопнул от таких, как вы. Возможно вы не видите иного выхода в ситуации… Но вдруг он есть?

— Сомневаюсь, — отрезала она, вновь хватаясь за крест. — И разве не вы двадцать минут назад твердили о том, что назад пути нет?

Айдану захотелось отрезать себе язык. А ещё ему стоило прочесть вторую и третью страницы в папке, где совершенно точно и ясно Несс расписала все детали. Но интерес взял верх и теперь ему приходилось оправдываться перед человеком.

— Контракт ещё не подписан, — Айдан потому и поднялся, основная его задача была подпись и забор души, по крайней мере так он напишет в отчёте. — До конца месяца ещё две недели.

Мишель сглотнула, повернула голову в сторону, туда, где умывался бродячий кот. Стоило животному замереть и посмотреть прямо, как Айдан сразу узнал его — это оказался Маффин. Однажды он притащил Айдану золотую цепочку. Сегодня Маффину повезло поймать и слопать воробья.

— Хотите узнать мою историю? — Мишель подняла на Айдана полный решимости взгляд.

Айдан кивнул, тут же забывая о знакомом коте.

— Тогда приходите после десяти вечера в нашу церковь. Точнее… к её воротам. Вы же не можете войти.

— Мне есть, чем вас удивить, мисс Харрингтон, — улыбнулся Айдан. Мишель только снова сглотнула.

— Принесите мне корзину, затем подпишем контракт.

— Хорошо, — Айдан не собирался ничего давать ей подписывать, пока не узнает всю историю. И не из папки Несс, а из блеклых тонких уст Мишель Харрингтон.

***

Ад встретил его привычным гулом. Лондонский филиал ютился на границе второго и третьего круга, в здании, которое снаружи выглядело как обычный доходный дом, а внутри растягивалось на километры коридоров. Айдан не пошёл к себе, пробираться через суккубов не было желания.

Он направился прямиком в котельную, к самому стыку кругов, разлому, где открывался вид на бурлящую лаву. Айдан сел на каменную скамью, вытянул ноги, впитывая тепло. В его руках была чашка кофе. Правда кофе в этом районе варили такой же отвратительный, как и чай у Мадам Рэд.

Айдан всё равно допил чашку, чтобы согреться изнутри и скурил сигарету.

Вечером он поднялся обратно, успел забежать в магазин одежды до закрытия и выбрать пальто. Самое тёплое из возможных — чёрное, из плотной шерсти и тяжёлое, почти до щиколоток, с высоким воротом — то, что нужно.

Ночь встретила его холодом. Настоящим, кусачим, не таким, как днём. Изо рта шёл пар — Айдан всегда находил это забавным. Дыхание, как у человека.

Церковь стояла на окраине Гэмпшира, куда он добрался к десяти. Вблизи она оказалась ещё больше, а ночь накинула на неё таинственности. Массивные каменные стены, высокая колокольня, витражи святых, тёмные изнутри, но всё равно угадывающиеся по очертаниям. Ворота были приоткрыты.

Айдан постоял минуту, вглядываясь в темноту за оградой. Потом толкнул створку и вошёл.

Внутри церкви было просторно. Высокие своды терялись в полумраке, скамьи стояли ровными рядами, алтарь в глубине мерцал свечами. Пахло воском, ладаном и почему-то мокрой тряпкой. Айдан поморщился от ладана, даже собирался чихнуть, но вовремя почувствовал на себе чужой взгляд.

По середине церкви, в проёме между лавочек, стояла хрупкая, почти сливающаяся с убранством девушка. Серое платье, серые стены, серый полумрак — она была как часть этого места. В руках — швабра. Полы платья были закреплены чуть выше колен, открывая тонкие щиколотки и чёрные чулки. По бледному виску стекала капля пота.

Мишель уставилась на Айдана так, будто он был самим Господом Богом, вошедшим внутрь.

— Ты как… — Она осеклась, сильнее прижав к себе ручку швабры. — Вы разве можете заходить в такие места?

Айдан улыбнулся.

— Могу, — он подошёл ближе. — Если очень захочу. Освящённая земля — словно кислота для слабых демонов. Для таких, как я, — просто неприятный запах, иногда может кружиться голова. Но терпимо.

Он дошёл до передних скамей и сел на край. Положил ногу на ногу и подпёр рукой щёку, поставив локоть на спинку лавки спереди. Айдан пожалел, что не собрал волосы в хвост. Прядь упала на лоб, закрывая обзор. Он сдул её, но она вернулась. Мишель всё ещё смотрела на него. Швабра в её руках дрожала.

Айдан скользнул взглядом ниже. Заметил синяки на её запястьях. Круглые, тёмные, будто от верёвки.

— Я думал, что священник такого уровня, как ваш отец, может позволить себе пару служанок. И я более чем уверен, что среди прихода полно желающих убраться в церкви после службы бесплатно. Послушание от пастора тоже своего рода искупление, по крайней мере, так многие думают. Так почему вы занимаетесь этим?

Мишель проигнорировала его — она озиралась по сторонам.

— Где моя корзина?

Айдан удивлённо уставился на неё. Это было единственным, что волновало её? Он щёлкнул пальцами и корзина появилась у ног Мишель. Девушка вздрогнула, но не закричала. Успокоилась слишком быстро для той, кто впервые видит силу демона.

— Благодарю. — Она подняла корзину и поставила на ближайшую лавку.

— Вы же не собираетесь продолжать? — вопрос Айдана оказался риторическим. Мишель уже продолжила оттирать пол от засохшей грязи, отпавшей с ботинок прихожан.

— Я не бессмертная, чтобы позволить себе бездельничать, мистер Флеминг, — она не отрывалась от тряпки и пола. Нагнулась так низко, что Айдан не мог разглядеть выражение её лица. — Мне нужно закончить работу…

Айдан закатил глаза и поднялся. Он развёл руки в стороны, и на миг церковь поглотила яркая красная вспышка, словно беззвучный взрыв.

Мишель зажмурилась, прикрыла лицо руками и, когда свет отступил, открыла глаза.

Церковь преобразилась: пол засверкал, словно новый, лики святых на витражах стали ярче, Айдан не поленился убрать даже паутину на потолке и прилипшие к пресвитерию[1] капли воска.

Затем, как самый настоящий искуситель, протянул руку.

— Вам так нравится всё забирать? — девушка покорно протянула ему рукоять швабры и, опустив полы платья, села на край лавки напротив Айдана. — Души, корзины, работу.

Признаться, Айдану хотелось, чтобы она хотя бы чуть-чуть изобразила удивление. Да, люди знают о существовании Ада и Рая с незапамятных времён, но существа потусторонних миров редко показывают свои способности, да и самых себя, собственно. Создавалось впечатление, что эта девушка каждый день видит, как вещи сами собой появляются и исчезают, а зубы ей чистят ангелы.

— Мне вернуть всё как было? — Айдан наигранно посмотрел по сторонам и вытянул руки, словно собирался применить силу.

— Не нужно, — быстро ответила Мишель. — Благодарю.

Она снова схватилась за крест на груди. А Айдану захотелось её раздеть. Не для того, о чём можно подумать. Он хотел знать, сколько ещё шрамов и боли скрывает это тело. От отблесков свечей Мигель стала похожа на восковую куклу.

— Какова цена вашей души? — тихо спросил Айдан. — Ради чего вы пошли на этот грех?

Мишель положила руки на колени, смяла в ладонях складки платья.

Они сидели друг напротив друга, разделяемые небольшой дорогой, ведущей к алтарю. К освобождению и прощению всех прегрешений. Но демону и человеку, продавшему душу, уже никогда не получить искупление.

Рай временно закрыт, приходите в другой жизни, хорошего дня.

— Все демоны такие? — Мишель наклонила голову, изучая его.

— Какие? — Айдан хоть и согрелся в церкви и даже попривык к зудящему носу, но его терпение начинало трещать по швам.

— Красноволосые, пытаются играть в джентельменов и моют полы.

— Я не мыл пол, — скривился Айдан. — Просто отправил всю грязь этого здания в недра Ада. — Он откинул волосы за спину. — А касаемо остального: могу сказать, что вам повезло, мисс Харрингтон. Такого, как я, ни в одной точке Вселенной вам не найти.

— Вы ещё и скромны. — Она наконец улыбнулась. Напряжение начало спадать, хрупкие плечи опустились.

— Не без этого, — Айдан расстегнул и стянул с себя пальто, свечи делали своё дело и грели не хуже печи. — Как там поётся? Блаженны кроткие?

— Ибо они наследуют землю, — продолжила Мишель. — Всегда было интересно, работают ли эти молитвы. Судя по тому, что демон может спокойно их зачитывать, не особо.

— И, полагаю, с вами они тоже не сработали? — Айдан желал вернуться к разговору о проданной душе. Казалось, что ещё немного болтовни о его волосах или церкви и он забудет, что является Айданом Флемингом — лучшим сотрудником «Альма Трейд» и в первую очередь собирателем душ.

Он чувствовал, как где-то внизу одна демоница уже кусает локти от переживания. Несмотря на то, что все дела Айдана заканчивались успешно, Несс тревожилась всякий раз так, будто он делал это впервые.

Мишель молчала. Айдан знал, что с такой, как она нельзя торопиться, но ему очень хотелось сделать что-то, чтобы развеять эту блаженную тишину, узнать историю отчаявшийся души и поскорее убраться из святого места. Он прочистил помещение, но запах ладана, который спустя столько служб уже въелся в стены, всё ещё щекотал нос.

— Мисс Харрингтон… — он почти простонал её имя, но она не дала закончить фразу.

— Мишель. Не хочу слышать эту фамилию. К чёрту формальности. — Она спохватилась, закрыла губы пальцами и посмотрела на алтарь, словно прося прощения. Потом повернулась к Айдану. Её взгляд переменился, стал строгим, холодным. Айдану захотелось натянуть пальто обратно.

— Мишель, — произнёс он, ломая стену между ними. Это выходило за рамки работы. С другой стороны… — Зови меня Айдан.

К чёрту формальности.

— В детстве я считала, что дьявол живёт в Аду. Я думала, что если буду молиться и вести праведную жизнь, никогда его не встречу. — Она свела руки в замок, начала поглаживать большие пальцы друг о друга. — Но он всегда был рядом. Так близко, что вырваться из его лап было невозможно.

Айдан всё понял. Синяки, шрам на шее, запуганность. Кто-то очень постарался над тем, чтобы превратить эту девушку в размазню. И теперь он знал, кто именно.

— Самое ужасное и беспощадное существо поднялось из глубин тартара, обрело плоть и приняло облик Эдварда Харрингтона.