Марина Север Последний ритуал

Максим и Сергей были на больничном. Вика ходила на перевязки к фельдшеру. И во всем этом была виновата она.

Супруг находился в деревне. Он получил сильный ожог, поэтому его отправили лечиться. Максиму пришлось долго отчитываться начальству, объясняя, что с ним произошло. Но они с Филипповым придумали историю, в которую все поверили, потому что тот тоже выглядел так, как будто вылез из ада. Максима отвезли в больницу, где он провел пару дней, а потом отпустили. Теперь он находился в деревне, и Марина была полностью у него на виду. Он ездил в город на перевязки, потом возвращался назад в деревню.

Через неделю Марина с Максимом собирались в отпуск. Потом — свадьба Вики и Сергея. Еще она спасла бабу Глашу, но тьмы в ее сердце стало больше, и девушка это чувствовала. Марина в тот день вспомнила, как она получила дар. Она так и не поняла, почему он достался именно ей.

После излечения старухи, на следующий день, Марина пришла к ней и рассказала о том, что произошло несколько лет назад, когда умерла свекровь.

Баба Глаша сидела на крылечке, когда девушка пыталась зайти в калитку, но у нее плохо получалось. Она ее дергала, ворон на штакетнике орал во все горло, но калитка так и не открылась.

— Баба Глаша, что это? Почему я не могу зайти? У вас дверь заедает.

Старуха поднялась с лавки и, спустившись с крыльца, подошла к девушке. Лицо ее хмурилось, брови сдвинулись к переносице. Она взялась за калитку рукой, а внизу на земле пошаркала ногой — и дверь открылась.

— Что это было?

— Это защита моя тебя не пускает. Ты много тьмы в себя впустила. Стала почти ведьмой с демонической силой.

Она помотала головой и зацокала языком.

— Ох, девонька, что же ты натворила! Зачем мне помогла? Я уже свое отжила, а тебе еще жить да жить. Теперь ты готова к тому, чтобы тебя свои приняли. Теперь только ждать, что и кто тебя к себе призовет. Будь начеку.

Марина обняла старуху и прижалась к ней всем телом, уткнувшись лицом в грудь. Слезы покатились по щекам.

— Баба Глаша, прости меня. Но я не могла допустить, чтобы ты умерла. Ты единственный человек, который принимает меня как родную внучку. Понимает меня, жалеет, помогает. Я не справлюсь сама. Тем более баба Матрена сказала, что так твои года продлятся, если я дам тебе немного тьмы.

Старуха отстранила девушку от себя и посмотрела в ее заплаканные глаза.

— Матрена сказала?

Марина закивала головой.

— Понятно.

Старуха выглядела чернее тучи.

— Пойдем в дом, девонька. Будем разбираться с твоим даром. Ты же за этим пришла?

— Да. Я все вспомнила.

— Ох, как же поздно это случилось! Ну ничего, мы что-нибудь придумаем.

Старуха вновь закрыла проход на земле, и они с девушкой зашли в дом. Разговор будет долгим.

Когда у Глафиры Герасимовны обнаружили онкологическое заболевание, она в это не поверила. Женщина считала, что это обычный вирус, просила купить ей таблетки и проколоть антибиотики. Максим не спорил с матерью и все делал так, как она говорила. Глафира была уверена, что прошлый недуг она вылечила с помощью колдовства. Ведь не зря у нее имелась сила, которую она приняла. Она демоническая, а значит, жить ей долго, как Глашке.

Сама она пила лечебные травки, не подозревая о том, что диагноз поставлен верно. Упустив самый страшный момент, когда уже ничем нельзя помочь, старуха прожила еще год. Последний месяц для нее был самым страшным. Она это понимала. Но ей нужно было передать свою силу, а вот кому — она не знала. Старшая дочь исчезла много лет назад, и ее уже не было в живых. Да и силу ей она не хотела отдавать. Внутри Гали была тьма, и женщина боялась, что дочь устроит хаос с таким даром. Сыну не передашь, так как сила семи ведьм передается только женскому полу, а детей у Максима еще не было. Так и придется унести ее с собой в могилу. Но отпустит ли ее дар или станет она долго мучиться?

Глафира знала, что умирать ей придется ой как тяжело. Она будет страдать и изнывать от боли, которая начнет съедать ее изнутри. Ведьмы и колдуны всегда тяжело умирают. Но женщина знала, что если кому-нибудь передать свой дар, то она спокойно, без боли уйдет из жизни.

Сын и невестка жили с ней уже два года. Если она передаст дар Марине, то спокойно умрет. Невестка — простой бухгалтер, ну что она в этом понимает? Тем более девушка — не родная кровь. Главное — отдать сережку, в которой таится сила семи ведьм. Дар ее не примет, но зато старуха не будет мучиться. А что будет с девушкой, Глафире все равно. Если не выживет, Максим погрустит и на другой женится.

Ох, как хорошо, что на этом сила остановится! Как хорошо, что в свое время она не передала сережки своей дочери, когда той исполнилось восемнадцать лет! Сейчас бы достались они какому-нибудь проходимцу и потерялись со временем. В этих украшениях просто огромная сила.

Может, у Максима и Марины когда-нибудь родится дочка, и эти серьги Максим отдаст ее внучке. Было бы хорошо, если только дар не поглотит девушку и не убьет ее. Она же не из рода ведьм.

Последний месяц Глафира была сама не своя. Она кричала, звала мать, металась по подушкам. Разум ее туманился, боль съедала изнутри. Она почти никого не узнавала. Ей везде мерещились черти и демоны.

— Мама, как тебе помочь?

Максим проводил много времени возле кровати родного ему человека. Марина помогала протирать тело, менять памперсы, поила свекровь водой.

— Сережки, сережки, — сказала старуха, расширив свои глаза, которые на секунду стали черные.

— Что, что сережки, мама?

Максим не понимал, чего она от него хочет.

— Марина, сережки….

Старуха кричала и металась по кровати, но сын не понимал, чего хочет мать.

В один из дней, когда Марина оставалась с свекровью одна, женщина начала вновь кричать и метаться. Девушка подбежала к ней и села рядом. Женщина схватила ее за руку мертвой хваткой. Лицо ее вспотело, глаза стали черными, отчего Марина испугалась. Она попыталась вырвать руку, но свекровь держала ее крепко.

Глафира свободной рукой взялась за сережку и с силой сдернула ее с уха. Протянув ее девушке, сказала:

— Возьми.

Голос женщины при этом был грубым, не похожим на свой, родной. Марина была настолько перепугана, что взяла сережку и зажала в кулаке. Глафира зло ухмыльнулась, а потом, закрыв глаза, откинулась на подушку, отпустив руку Марины.

Девушка дернулась назад, сжимая в руке украшение. Она испуганно смотрела на свекровь, но та тихо лежала, не издавая ни звука. Ее грудь медленно вздымалась при каждом вдохе.

Марина положила единственную сережку на сервант и выскочила из комнаты. Через несколько дней Глафира Герасимовна умерла. Почему эту историю Марина вспомнила только сейчас, она не знала. Девушка забыла все, что тогда с ней случилось. Но вот почему сила семи ведьм перешла к ней, все еще оставалось загадкой.

— Баба Глаша, как такое может быть, что я все напрочь позабыла и вспомнила только сейчас?

Старуха странно посмотрела на девушку.

— В тебе что-то есть. Потому тьма и приняла тебя. Тут надо подумать.

Марина опустила голову, рассматривая свои руки.

— Вы мне сможете помочь?

Старуха помолчала немного, а потом сказала:

— Приходи завтра, вечером, одна, и принеси книгу. Только никто, слышишь, никто не должен об этом знать. Ни Максим, ни лучшая подруга. И книгу ты должна взять так, чтобы никто этого не видел.

Марина улыбнулась.

— Вы знаете, так смешно, но со мной на чердак повадилась лазать черная кошка, Ночка. Она к нам стала приходить почти год назад, когда я столкнулась с русалкой. Я на чердак — и она со мной. Я книгу читаю, и она смотрит, как будто что-то там понимает.

Старуха вновь нахмурилась.

— Нехорошо это. Знаешь что сделай? Когда соберешься на чердак, собаку отпусти.

— Зачем?

— Пусть побегает. А ты спокойно за книгой отправишься.

— А что я Максиму скажу?

Старуха встала и взяла из шкафчика какой-то мешочек. Отсыпав оттуда немного сухой травы, дала ее девушке.

— Вот. Завари мужу чай. Травка успокаивающая. Он отдохнет, и ты спокойно у меня побудешь.

Девушка расширила глаза в недоумении.

— Не бойся, не отрава это. Просто немного сонливости ему придаст, пока ты у меня будешь.

Марина согласно кивнула и обняла бабу Глашу.

— Спасибо вам за все.

— Да не за что пока. Пойдем, я тебя провожу.

Старуха вывела Марину за калитку и плотно прикрыла ее, начертив заново защиту. Не нравилось ей, что столько тьмы стало в девушке. Надо бы поторопиться.

***

Максим сидел в беседке, ждал Марину с работы. Она предупредила, что задержится. Он хотел ее встретить, но супруга отказалась. У нее накопилось много работы, которую необходимо закончить.

Максим потер грудь, на которой была марлевая повязка. Кожа почти зажила. Врач сказала, что через пару дней можно уже снять бинты, а еще через день ему закроют больничный.

Парню не хотелось вспоминать тот день, когда он видел супругу в чудовищном обличье. Они тогда уничтожали существ, но Максима с тех пор мучил кошмар: он видел, как жена превращается в нечто ужасное. Ее глаза стали полностью черными, руки превратились в щупальца, а лицо — в чудовищную маску. Она бросала в него огненный шар, и он просыпался в холодном поту.

Они много и долго разговаривали о ее силе, о матери Максима. Он пытался все принять, пытался не бояться супруги. А она просила помочь ей избавиться от этого дара, ведь здесь была и его вина. Почти год назад именно Максим дал ей эти серьги, которые остались от матери. Именно в них таился дар семи ведьм, которым управляла его мать. Ее называли ведьмой, хотя он никогда ничего плохого за ней не замечал. Да, куры неслись постоянно, и яиц им хватало, корова давала много молока, и мама им торговала. Но разве было в этом что-то особенное?

Максим не помнил, чтобы он когда-нибудь болел. Мать умерла от онкологии и почему-то не смогла себе помочь. Почему? Что произошло? Неужели колдовство оказалось бессильно?

У Максима было много вопросов. Но пока не было ответов. Марина боялась, что он отвернется от нее после того, как узнает правду о ней и его матери, но Максим любил свою жену. Теперь он в ответе за нее и то, что с ней произошло. Не заставь он надеть Марину те серьги, ничего бы не случилось.

Максим помнил тот день. Парень взял серьги, попросил Марину надеть их и сказал, что мама этого хотела бы. Почему он это сказал, Максим и сам не понимал.

Парень вспоминал тот сон, который ему приснился, когда начался весь этот ужас с духами-двойниками. Дом, мать, отец, его сестра, которую он так и не смог разглядеть. Ее образ был расплывчатым, неузнаваемым. В последний раз он ее видел в десять лет. Потом она уехала, и ее объявили умершей. По крайней мере, мать так сказала.

Но было ли это в доме, где они с Мариной сейчас живут? Он помнит этот дом с тех пор, как пошел в третий класс. А где они с родителями жили раньше? Такое чувство, будто кто-то стер у него из памяти первые десять лет жизни и его сестру. Но зачем? Если ее нет в живых и родители умерли, то кому нужно, чтобы он все забыл, кроме жизни в деревне?

Максим решил во всем разобраться, пока он хоть что-то помнит. Имя сестры, их прежнее место жительства, школу, в которой он учился, прежде чем переехать сюда.

Вынув мобильный телефон из кармана, Максим набрал номер друга и коллеги Димы Филиппова. В последние полгода парень в теме, что на самом деле происходит вокруг. После того, что он видел на кладбище, а особенно то, как изменилась при этом его жена, Максиму пришлось рассказать и о том, что он сам узнал совсем недавно.

— Привет, братан. Как дела? Что нового на работе?

— Привет, Макс. Пока все нормально, не считая того, что приходится писать рапорт, от чего умерли жертвы, ну ты сам знаешь какие. Ты как себя чувствуешь? На работу когда планируешь выходить?

— Через пару дней. А пока можешь кое-что для меня пробить?

— Не вопрос. Говори.

— Слушай, мне кажется, что из моей памяти стерлись первые десять лет жизни. Почти не помню, что и как. Это понятно, что каждому человеку свойственно забывать детские годы, когда мозг только начинает формироваться…

— Короче, Макс. Хорош задвигать умные термины и философские рассуждения. Давай кратко.

— Если короче, попробуй пробить, где мы с родителями жили раньше, по какому адресу. Кто был там прописан и где они сейчас. Я ни в чем не уверен, но мне кажется, что с нами жила старшая сестра. Мать всегда говорила, что она умерла. Но я почему-то думаю, что от меня скрыли, что с ней произошло. Если есть ее фото, тоже распечатай.

Филиппов помолчал пару секунд, а потом сказал:

— Ничего себе ты закрутил. Опять что-то намечается? Мне кажется, наши монстры стали чаще показываться на поверхности в мире людей. Ты так не думаешь?

— То, что это уже на постоянной основе, я и без тебя понимаю. Но пока у нас все тихо. Приглядываю за женой. Цель — она. И теперь ты уже знаешь почему.

— Угу, — отозвался Дима. — Всему виной серьги, в которых заточили силу семи ведьм, которыми теперь владеет твоя жена. Бедная Маринка, и за что ей такой подарок?

— Сам переживаю. Надеюсь во всем разобраться. Раз дар семи ведьм переходил по наследству и только по женской линии, я должен узнать все о своей семье, в особенности о сестре. Почти ничего о ней не помню. Да и мало мне лет тогда было, когда я видел ее в последний раз.

Парни поболтали еще минут пять, и Максим отключился. Времени было много, а жены все еще не было.