Марина Соль Яр. Цена предательства

Глава 6. Два жениха

Шесть лет назад, август

За окном царил душный, плавящийся от зноя полдень. Воздух застыл липким маревом. На улицах почти не было прохожих, люди предпочитали переждать это адское пекло, сидя под кондиционерами, и даже голуби прятались от палящих лучей в тени.

Ярослав стоял перед зеркальной дверцей шкафа, критически разглядывая собственное отражение. Вместо привычной косухи и футболки на нем была белоснежная рубашка с жестким воротничком и легкий темно-синий пиджак итальянского кроя. Он чувствовал себя в этом наряде как волк в овечьей шкуре, но ради Дианы был готов потерпеть.

- Ну как? - Диана заглянула в комнату, уже готовая, в льняном брючном костюме, который делал её похожей на примерную студентку консерватории, а не на ту яростную валькирию, что разносила барабаны по ночам.
- Как будто я иду подписывать контракт на поставку всей нефти мира, - усмехнулся Яр, поправляя манжеты. - Твой отец ведь ценит серьезный подход?
- Он ценит дисциплину и статус, - Диана подошла к нему, поправляя воротничок. В её глазах плескалась тревога, которую она безуспешно пыталась скрыть. - Яр, мой отец... специфический человек... так что если он будет… невежлив, просто помни, что ты для меня в сотню раз важнее, чем его мнение.

Ярослав перехватил её руку и поцеловал ладонь.
- Не переживай, Ди. Последние четыре года я только и делаю, что договариваюсь с людьми, которые считают себя богами. Твой отец просто очень высокопоставленный человек, который любит свою дочь. Я найду к нему ключ.

* * *

Дом генерала Шербута встретил их оглушительной тишиной и запахом дорогого табака. Владимир Сергеевич был в библиотеке. Просторный зал с высокими потолками и тяжелыми шторами прекрасно защищал от уличной жары. Генерал стоял у стеллажа, полного книг по военной истории, сосредоточенно перелистывая какой-то том.

Услышав их шаги, он отложил книгу и медленно развернулся на пятках. Сначала коротко взглянул на дочь, затем окинул Ярослава тяжелым, сканирующим взглядом, от которого у любого другого поджилки бы затряслись. Но Яр не отвел глаз. Он прошел вперед, протянул руку для рукопожатия - твердо, без тени подобострастия.

- Ярослав Мирошник. Рад знакомству, Владимир Сергеевич.

Генерал помедлил секунду - пауза была профессионально выверенной - затем коротко сжал его ладонь. Рука Шербута была сухой и жесткой, как подошва солдатского сапога.

- Взаимно. Хотя я ждал вас раньше. Вы же встречаетесь с Дианой уже ммм… больше месяца?
- Верно. Прошу прощения, что так долго тянул со знакомством. Большая загруженность по работе, - с покаянной улыбкой проговорил Ярослав.
- Что ж, понимаю. - Владимир Сергеевич повел рукой в сторону двойных дверей в боковой стене. - Прошу в столовую. Ростбиф уже ждет.

Обед прошел под аккомпанемент светской беседы, которая больше напоминала допрос. Шербут расспрашивал о бизнесе, о логистических цепочках, о том, как “парень из ниоткуда” умудрился занять нишу негабаритных перевозок. Ярослав отвечал спокойно, уверенно, приводя цифры и факты. Он видел, что генерал оценивает его не как человека, а как ресурс, но его это не трогало. Пусть так.

После обеда они переместились в гостиную. Диана вышла на кухню, чтобы распорядиться насчет чая, и между двумя мужчинами повисла густая, осязаемая тишина. Шербут откинулся на спинку кресла, закурил, выпуская облако душистого дыма.

- Вы амбициозны, Ярослав, - произнес он, глядя на тлеющий кончик кубинской сигары. - И, признаю, неглупы. Но Диана - это не контракт, который можно закрыть удачными переговорами. Вы понимаете, что её образ жизни, все эти клубы, музыка, сомнительные компании - это временная блажь, которую я терплю только до поры до времени? Рано или поздно ей придется повзрослеть. И рядом с ней должен быть человек, способный направить её энергию в нужное русло. Вы планируете быть этим человеком или просто... временным попутчиком?

Ярослав выпрямил спину. Он не собирался юлить.
- Я люблю вашу дочь, Владимир Сергеевич. И мои намерения серьезнее, чем вы, возможно, думаете. Брак с Дианой для меня - не вопрос без ответа, а единственно возможный исход наших отношений. Мы встречаемся совсем недолго, поэтому сейчас Ди вряд ли ожидает разговора о браке. Но когда она будет готова - я сделаю ей предложение, не сомневайтесь. И я приложу все силы, чтобы ваша дочь никогда ни в чем не нуждалась.

Лицо генерала на мгновение напряглось, под скулами перекатились желваки. Он медленно затушил сигару в хрустальной пепельнице.

- Брак, значит, - повторил он почти беззвучно. - Что ж. Ваша честность похвальна, Мирошник. Но имейте в виду: жизнь редко идет по плану, особенно если этот план строит кто-то другой.

* * *

Вечером того же дня группа “Импульс” репетировала свежий трек на старом складе на окраине. Звук барабанов Дианы разлетался по всей округе, перекрывая шум редких машин и даже заливистый лай собак у гаражного кооператива неподалеку.

Черный тонированный седан бесшумно подкатил к распахнутым дверям склада. Из него вышел Тимур, шофер генерала Шербута и человек с лицом, лишенным всякой мимики. Не дожидаясь перерыва в репетиции, он твердым шагом проследовал вглубь помещения и тронул за плечо сидящую за ударной установкой девушку.

- Диана Владимировна. Отец просит вас заехать. Это срочно.

Диана стерла пот со лба, чувствуя, как внутри зарождается нехорошее предчувствие.
- Хорошо, Тимур. Передай, что я заеду через час.
- Он просил сейчас. Я не глушил машину.

Диана шумно выдохнула и виновато взглянула на замерших в ожидании товарищей по группе.
- Ребят, извините, мне надо ехать. Завтра наверстаем.

Через сорок минут она уже стояла в кабинете отца. Свет был приглушен, а на столе перед генералом лежала папка - тонкая, но, судя по его лицу, весомая.

- Папа, что случилось? Ты по поводу Яра? Ваша встреча вроде бы прошла нормально...
- Твой Ярослав - способный малый, - перебил её Шербут, не поднимая глаз. - Но это не отменяет того факта, что он - никто из ниоткуда. Пыль на ветру. Сегодня его бизнес процветает, а завтра его раздавят те, кто действительно владеет этим городом. Я не для того растил тебя, Диана, чтобы ты связала жизнь с решалой из общежития.

- Папа, мы это уже проходили! - Диана всплеснула руками. - Я люблю его! И мне плевать на его родословную!
- Хватит! - голос генерала хлестнул, как плеть. Он поднялся, нависая над столом. - Твои игры в любовь закончены. У тебя уже есть жених. Сын генерал-лейтенанта Тарасова, Георгий. Это решенный вопрос. Семьи обо всем договорились.

Диана замерла, не веря своим ушам. Воздух в комнате вдруг стал слишком густым.

- Жених? Гера Тарасов? Тот маменькин сынок, которого я видела два раза в жизни в десятилетнем возрасте? Ты... ты сейчас серьезно?
- Ты выйдешь за него через год, когда закончишь обучение в университете. Это обеспечит твое будущее и мой покой. А с Мирошником расстанешься. Завтра же.

Пораженная Диана смотрела на него и видела в глазах отца не заботу, а холодный расчет кукловода.

- Нет, - тихо, но твердо произнесла она.
- Что ты сказала?
- Я сказала “Нет”. Я - не вещь, папа. И не твоя разменная монета в играх с Тарасовыми. Я люблю Ярослава. И если ты не готов с этим смириться, значит нам больше не о чем говорить…

Она развернулась к двери, чувствуя, как сердце колотится о ребра.

- Диана, вернись! Если выйдешь за эту дверь, клянусь, ты пожалеешь! - закричал Шербут ей в спину.
- Я пожалею, если останусь здесь, - бросила она, не оборачиваясь.

Дверь кабинета захлопнулась с таким грохотом, что, казалось, по мраморным колоннам дома побежали трещины. Диана почти бежала к выходу, глотая слезы ярости. Она уже решила - Яру незачем знать о том, что её отец сошел с ума и строит из себя боярина допетровской Руси. Пусть идет к черту. Она свой выбор сделала.

Глава 7. Небесное видение

Вторник начался с того, что Диана десять минут гипнотизировала свое отражение в зеркале ванной. Проступающая даже сквозь остатки летнего загара бледность, фиолетовые круги под глазами, загнанный взгляд. Нервные потрясения вчерашнего дня объединились с давно ставшими привычным ночным фоном кошмарами, и вот результат. Из зеркала смотрит мумия панды средней засушенности. Так не пойдет.

Достав из недр шкафчика тощую косметичку, она тщательно растушевала консилер под глазами, пряча следы бессонницы. Немного поколебавшись, добавила каплю алой помады - не для красоты, а как боевой камуфляж. Сегодня ей как никогда необходимо быть во всеоружии.

Одежду Диана тоже выбирала тщательнее обычного. Широкие графитовые брюки, которые не сковывают движений. Глухой кожаный жилет - её персональная броня, защищающая сердце от ядовитых взглядов и резких слов. Тяжелые ботинки на шнуровке в качестве заземления. Белая рубашка застегнута на все пуговицы, скрывая висящее на серебряной цепи кольцо. Но сама Диана ни на секунду не забывала - печатка Яра лежит точно против её сердца, попеременно обжигая кожу жаром и холодом.

* * *

Компания “Файн Инвестментс”, в которой Диана вот уже шесть месяцев занимала пост ведущего аналитика по рискам, расположилась на верхушке башни “Олимп” в Москва-Сити. Три этажа, пропитанные стремлением к большой власти и большим деньгам. Место, где даже младшие сотрудники щеголяли в брендах и говорили на смеси русского и английского бизнес-сленга. Оазис культа эффективности. Безупречно оформленный террариум.

На семьдесят четвертом этаже раскинулся современный опенспейс. Аналитики, трейдеры, юристы, айтишники, бухгалтерия, эйчары - огромный муравейник из стеклянных перегородок вмещал больше трехсот человек. Шумопоглощающие панели давали видимость приватности, но это была лишь иллюзия. Здесь все наблюдали за всеми. Оценивали. Обсуждали. Осуждали.

Семьдесят пятый этаж был территорией общественных пространств. Корпоративная столовая “Glass House” с кухней уровня мишленовского ресторана предлагала блюда на любой вкус, включая детокс-бар, вегетарианское и безлактозное меню. Фитнес-зал “The Iron Core” был оборудован по последнему слову спортивной техники, включая ринг, которым Диана регулярно пользовалась. Клиентская зона манила уютом дорогих диванов, громадным аквариумом с японскими карпами, запахом белого чая и сандала, распространяющегося из озонаторов.

На семьдесят шестом царила элита из элит. Кабинет генерального директора с приемной, парочка кабинетов высших управленцев, переговорные и конференц-зал. Здесь полы сверкали полированным камнем, окна уходили в пол, а свет, температура и влажность воздуха управлялись голосом и, кажется, самим Господом Богом.

Кабинет Дианы располагался в северо-западном углу опенспейса - вроде бы вместе со всеми, но немного особняком. Это отражало и её положение в компании. За все шесть месяцев работы никто из коллег не стал ей другом. Да даже и приятелем, с кем можно выпить в пятницу вечером и обсудить выкрутасы руководства, никто не стал. Диана была слишком независимой, слишком неудобной. Из тех людей, кто не будет улыбаться в лицо, если не хочет. Кто пахнет мотоциклетной смазкой, а не парфюмом Том Форд. Кто предпочитает в обеденный перерыв ездить в обшарпанную кофейню в полуподвале, а не цедить смузи с сельдереем в Гласс Хаузе. Диана не расстраивалась. Она давно привыкла быть одна.

* * *

Через час после того, как она вошла в свой кабинет и опустилась в кресло, на столе зазвонил внутренний телефон.

- Диана Владимировна, Ярослав Викторович ждет вас с отчетом по объекту “Северный терминал”. Прямо сейчас, - голос Карины звучал сухо и профессионально.

Диана встала, чувствуя, как предательски подгибаются колени. Она аналитик по рискам. Она профессионал. Она выжила под глыбой отцовского давления. Выжила после нападения и ножевых. Она точно справится с одним призраком из прошлого.

Лифт звякнул и открыл двери, готовый везти Диану на семьдесят шестой круг ада. Точнее на этаж руководства. Она вошла и… увидела нечто абсолютно инородное для этого офиса из стекла и стали.
В лифте стояла девушка. Хрупкая, почти прозрачная, в кашемировом пальто цвета взбитых сливок, которое стоило как годовая зарплата младшего аналитика. Её золотистые волосы рассыпались по плечам мягкими волнами, а огромные голубые глаза сияли таким искренним дружелюбием, что Диана невольно замедлила шаг.

- Здравствуйте! Вы такая красивая, вам так идет этот стиль! - девушка искренне улыбнулась, задержав восхищенный взгляд на кожаном жилете Дианы. - Я Софья. Софья Файнштейн. А вы?...
- Диана Шербут.
- Очень приятно, Диана! Надеюсь, мы подружимся, я теперь буду часто здесь бывать. Ярик так много работает, что на меня времени у него почти не остается. Придется самой его навещать, а то бедняжка забудет, как я выгляжу, - и она рассмеялась, звуча, как хрустальный колокольчик.

- Ярик?! - “Пожалуйста, господи, сделай так, чтобы я ослышалась, чтобы я все неправильно поняла”, - мысленно взмолилась Диана, прикрывая глаза. Это короткое, нежное прозвище ударило её под дых сильнее, чем хук от самого сильного спарринг-партнера.

Софья, не заметив перемены в лице собеседницы, смущенно пролепетала:
- Ой, извините. Конечно, для вас он Ярослав Викторович, новый генеральный директор. Кстати, вы не покажете мне его кабинет? Тут такие лабиринты, что я боюсь заблудиться.
- Конечно, - через силу улыбнувшись этой милой девочке, вымолвила Диана. - Нам в одну сторону.

Лифт снова звякнул, извещая девушек о прибытии в конечную точку их маршрута.

Ступив на серый ковролиновый пол, Диана указала рукой в нужном направлении и произнесла:
- Кабинет Ярослава Викторовича прямо по коридору и налево. Его секретарь Карина вас встретит.
- Огромное спасибо! - прозвенел нежный голосок без капли фальши или высокомерия. - Мне было очень приятно с вами познакомиться!
- Мне тоже. До свидания, Софья.

Застыв у лифта, Диана смотрела вслед эфирной девушке, которая несла себя, как драгоценную вазу. От неё пахло чем-то весенним, цветочным, легким. Запах счастья, которое никогда не знало боли и потерь. Она была всем, чем Диана давно запретила себе быть.

Дверь кабинета Яра распахнулась еще до того, как Карина успела доложить ему о гостье. Диана видела это сквозь стеклянные панели, отделяющие приемную генерального от общего холла. Она видела, как ледяной мужчина, который вчера смотрел на неё как на пустое место, шагнул навстречу хрупкой блондинке. Его лицо не стало мягким, нет, но в движениях появилась какая-то оберегающая, собственническая властность.

Софья буквально влетела в его объятия, и Ярослав на мгновение прижал девушку к себе.
- Зачем ты здесь, Соня? Что-то случилось? - донесся его низкий голос, в котором слышалось ворчливое, но очевидное тепло.
- Ты что, не рад меня видеть? - ничуть не смутившись, проворковала она и, как птичка, склонила голову набок.
- Конечно, рад. Пойдем в кабинет. Карина, принесите нам кофе, пожалуйста. Черный и капучино. - он втянул Софью внутрь кабинета, и дверь закрылась, отрезая Диане обзор на их идиллию.

Она стояла посреди пустого коридора, и её массивные ботинки казались ей сейчас тяжелыми, как кандалы. В её и без того невероятно сложном мире только что появилась Софья Файнштейн. Девушка, которая с полным правом обнимает генерального и называет Яриком (и он ей это позволяет!). Девушка, которая очевидно живет в ладу с этим миром. Девушка, которую невозможно ненавидеть. И что прикажете с этим делать?

Глава 8. Contra mundum

Шесть лет назад, ноябрь

Хотя они с Яром встречались всего четыре месяца, Диане казалось, что они были вместе всю её жизнь. Она больше не помнила себя до него. Какой была Диана Шербут до встречи с Ярославом Мирошником? О чем мечтала, чего хотела? Она не знала и не хотела знать. Это больше не имело никакого значения.

Сегодня у Яра был день рождения, ему исполнялось двадцать шесть. Они не стали покупать торт и задувать свечи, это было не в их стиле. Вместо этого Ди и Яр, взявшись за руки, поднялись на крышу четырехэтажной сталинки в центре, в тайное место, откуда любили смотреть на живущий своей жизнью город. Открывающийся вид казался лишь декорацией к их роману. Там внизу куда-то спешили люди, мчались машины, мигая золотыми глазами фар, деловито сновали по тротуарам голуби. А они сидели на парапете, обнявшись, и говорили обо всем. Или просто молчали. Этого было вполне достаточно для счастья.

Сегодня ветер был особенно холодным, он гнал по небу тяжелые тучи и приносил обещание скорого снега. Яр распахнул свою куртку, Диана скользнула под полу, прижалась к его груди, положила голову на сильное плечо, зарылась лицом в пахнущие дождем и ветром волосы. Он уткнулся носом в её щеку и обнял обеими руками, даря ощущение тепла и безопасности. Они не говорили о любви вслух, но как будто говорили. Каждую проведенную вместе секунду.

- У меня для тебя есть подарок, - прошептала она наконец, неохотно отстраняясь и выуживая из кармана маленькую коробочку, перевязанную крест-накрест черной лентой. - С днем рождения, Яр.

Внутри лежала массивная серебряная печатка. Грубая, тяжелая, словно выкованная в кузнице, а не купленная в ювелирном. Ярослав взял её, чувствуя холод металла.

- Ди… По логике кольцо тебе должен бы подарить я. - в его голосе послышалась затаенная улыбка.
- Еще успеешь, - она улыбнулась в ответ и сама надела кольцо ему на безымянный палец. - Там внутри гравировка. На латыни.

Он снял печатку и поднес к глазам, пытаясь разобрать мелкие буквы в меркнущем вечернем свете.

- Contra mundum, - прочитал он вслух. - Против всего мира?
- Именно. Что бы ни случилось, Яр. Кто бы ни пытался нас разлучить - мы будем вместе против них всех. Это мой оберег для тебя. И моя клятва. Я всегда буду на твоей стороне. Обещаю.

Ярослав притянул её к себе и долго целовал с какой-то отчаянной нежностью, от которой у Дианы перехватило дыхание. Он верил ей. Каждому слову.

- Contra mundum, - эхом отозвался он в её губы. - Вместе.

Глава 9. Правила игры

Диана стояла за углом коридора, вжавшись лопатками в холодную стену. Она чувствовала себя нелепо - ведущий аналитик крупной компании, взрослая женщина, прячется, как школьница, чтобы не столкнуться с воздушной феей по имени Софья. Глупо, да, но встретиться с ней еще раз, увидеть это сияющее счастье и услышать еще хоть одно ласковое слово в адрес “Ярика” было выше её сил.
Прошло бесконечных тридцать минут. Наконец двери кабинета открылись и появилась Софья в сопровождении Ярослава. Он не улыбался, но шел рядом с ней, и в том, как он придерживал её за локоть, чувствовалась тихая, почти звериная потребность защищать.

- Позвони, как доберешься до галереи, - донесся до Дианы его глухой голос.
- Обязательно, ворчун! - Софья на мгновение прижалась щекой к его плечу, помахала Карине и скрылась в лифте.

Ярослав еще несколько секунд смотрел на закрывшиеся створки, потом резко развернулся и ушел в кабинет, хлопнув дверью так, что в приемной вздрогнули папки на столах.
Диана выждала еще пять минут, приводя в порядок сбившееся дыхание, и только тогда вышла из своего убежища.

- Карина, я к Ярославу Викторовичу. Он ждет отчет.

Секретарь лишь молча кивнула на дверь, глядя на Диану с сочувствием, которое сейчас бесило больше, чем открытая враждебность.

* * *

Атмосфера в кабинете Ярослава была густой, как застывающая смола. Он сидел за столом, склонив коротко стриженую голову над папкой с документами. Рукава рубашки закатаны, открывая сильные предплечья с порослью черных волосков. Пиджак висит на спинке кресла, безупречный жилет надет, но расстегнут. “Так значит тебя все-таки тяготит офисная сбруя, Яр. Хоть что-то осталось прежним”, - подумала Диана, приближаясь к столу.

- Вы наконец соизволили явиться, Диана Владимировна? - он не поднял головы, но голос прозвучал как удар хлыста. - Я вызвал вас сорок пять минут назад. Моё время стоит слишком дорого, чтобы тратить его на ожидание рядового сотрудника.

Диана выпрямила спину еще сильнее и положила папку с отчетом прямо перед ним.
- Прошу прощения, Ярослав Викторович. Я не хотела прерывать ваше общение с невестой. Показалось неуместным врываться с цифрами, когда у вас… такие важные гости.

Ярослав медленно поднял взгляд. Его серые глаза сузились, превратившись в две тонкие полоски стали. На мгновение Диане показалось, что он сейчас сорвется, но он лишь криво усмехнулся.

- Ваша забота о моей личной жизни трогательна, но излишня. И раз уж мы заговорили о “неуместном”… - его взгляд прошелся по её кожаному жилету и тяжелым ботинкам. - Вам, кажется, забыли выдать памятку о корпоративном стиле? Или вы считаете, что общие для всех правила на вас не распространяются? Здесь офис инвестиционной компании, а не байк-фестиваль.

Диана почувствовала, как внутри закипает привычная ярость, помогающая держать спину прямо.

- Мой внешний вид был согласован с прежним руководством, Ярослав Викторович. Кроме того, он никак не влияет на качество моих расчетов, - отчеканила она. - Если вы посмотрите отчет, то увидите, что риски по Северному терминалу снижены на двенадцать процентов благодаря предложенной мной схеме. А во что я при этом одета - вопрос десятый.

Ярослав ничего не ответил. Лишь смерил её уничтожающим взглядом с головы до ног, открыл папку и погрузился в чтение. В кабинете воцарилась тишина, нарушаемая только его мерным дыханием и шелестом листов бумаги.

Пользуясь моментом, Диана жадно, почти болезненно всматривалась в его лицо. Ей до сих пор не верилось, как сильно изменился Яр, которого она так сильно любила. Исчезла мягкость губ, исчез вечный прищур смеющихся глаз. Теперь это было лицо человека, который прошел через ад и вернулся живым, но обугленным. Короткая стрижка сделала его внешность старше и суровее, обнажив резкие углы нижней челюсти и ту самую “волчью метку” на ухе, на которую Диана изо всех сил старалась не смотреть.

Она и не заметила, как рука сама собой поднялась к груди. Пальцы через ткань рубашки нащупали контур кольца. Она привычно потерла грудную клетку и слегка поморщилась - там, глубоко под кожей и ребрами ныло старое, так и не зажившее чувство. Это движение было безотчетным, превратившимся в привычку за долгие годы их разлуки.

Ярослав резко поднял глаза и замер, глядя на женскую руку, прижатую к сердцу. На долю секунды в его взгляде что-то дрогнуло. Но он тут же вернулся к отчету.

- Здесь ошибка в расчетах по хеджированию, - холодно произнес он, указывая на график. - Или вы намеренно игнорируете возможность скачка валюты?
- Это не ошибка, это прогноз с учетом лага в тридцать дней, - спокойно ответила Диана. Она была на своем поле. Она знала каждый символ в этом отчете.

Следующие тридцать минут превратились в интеллектуальную дуэль. Он атаковал, пытаясь подловить её на неточностях, задавал каверзные вопросы, буквально препарировал каждое её слово. Диана отвечала - четко, уверенно, не давая ему ни единого шанса загнать себя в угол.

Наконец, он захлопнул папку и откинулся на спинку кресла.
- Допустим. Идите и перепроверьте данные по логистике еще раз. К вечеру жду чистовик.

Диана не двинулась с места. Она смотрела в эти свинцовые, когда-то такие любимые глаза, и внутри неё закипала ярость. Дыхание участилось. Маска невозмутимого профессионала душила её. Она больше не могла делать вид, что между ними только рабочий стол и графики доходности очередного проекта.

- Послушай, Яр, - она выделила его имя, и оно прозвучало в тишине кабинета как выстрел. - Если ты собираешься меня уволить, давай сделаем это прямо сейчас. Не надо устраивать этот цирк с проверками на вшивость. Потому что официальных поводов ты все равно не найдешь. Я лучшая в своей работе.

Ярослав замер. Тишина стала звенящей. Он медленно поднялся, оперся ладонями о стол и подался вперед, сокращая дистанцию. Теперь их разделяло всего несколько десятков сантиметров. Диана почувствовала его аромат - тот самый терпкий можжевеловый парфюм, который теперь казался ей запахом опасности.

- Уволить тебя? - его голос опустился до едва слышного, вибрирующего рычания. - Не-е-ет, Диана. Это было бы слишком просто. Слишком милосердно.

Он окинул её тяжелым, хищным взглядом, задержавшись на алых губах.
- Не дождешься. Я только начал развлекаться. Мне интересно посмотреть, на сколько тебя хватит, прежде чем ты приползешь ко мне с заявлением об уходе по собственному.

Он выпрямился и кивнул на дверь.
- Вон отсюда. И чтобы обновленный отчет был у меня до шести.

Диана развернулась и вышла, не сказав ни слова. Сердце колотилось так, что казалось, вот-вот пробьет клетку из ребер и упадет к ногам. Что ж, значит война официально объявлена. И пленных в ней не будет.