Высшая правовая магическая академия. Работа под прикрытием

Маргарита Гришаева
Высшая правовая магическая академия. Работа под прикрытием

Я так хорошо пригрелась на этом диванчике, что выплывала из дремы еле-еле. Потихоньку просыпаясь, начала вылавливать обрывки разговора, которые, видимо, и разбудили меня.

– …эксплуататор. Завалил мелкую делами, а сам забыл про нее. Забыл ведь?

– Забыл, – вздохнули у меня над головой, и я ощутила, что меня кто-то гладит по голове, перебирая растрепавшиеся пряди. – Но я не один такой.

– Да, я тоже безголовый, – согласились в ответ. – Такими темпами мы с тобой девчонку угробим быстрее, чем она сама могла бы это сделать своими ночными прогулками.

– Даже не напоминай, – явно раздражаясь, заметил второй голос. – Я как представлю, что она уже третий год по ночным улицам шастает, только диву даюсь, как до сих пор живая. А главное, с такой легкостью все магические защиты вскрывает, хочется одновременно и похвалить, и руки оторвать.

– А ты спрашивал, как она это делает?

– Конечно.

– И?

– Молчит, рычит и огрызается.

– Ясно.

И тишина. Я, наверное, просто снова уснула? Правда, даже во сне мне продолжали чудиться прикосновения. Вот ласково провели рукой по щеке, и так хочется прижаться к этой горячей ладони, потереться как кошка, и замурлыкать…

– Дейм, – раздался очень тихий и до невозможности серьезный голос. – Не знаю, что у вас там с ней происходит, но не обижай девчонку, ей в жизни досталось.

– Я не могу ее обидеть, – так же тихо донеслось в ответ. – Из нас двоих именно она проделывает это с завидной регулярностью.

– Надо же! – Тихий смешок.

А я уже осознала, что все это мне не снится, и узнала говорящих, поэтому в данный момент пыталась скрыть, что пришла в себя.

«Я сплю. У меня равномерное дыхание, чуть замедленный, но уверенно ровный стук сердца. Давай же, родной организм, не подведи», – уговаривала я, понимая, что стоит хоть чему-то измениться, как магистр это засечет. Что у него необычайно хороший слух, я уже убедилась. А мне, хоть это не очень порядочно, до жути хотелось послушать, о чем же они будут говорить.

– Может, разбудить ее все-таки? – поинтересовался Рик. – Покормим хоть.

– Пусть лучше отоспится, – возразил Бриар. – Судя по всему, ей это нечасто удается. Проснется сама, тогда и будем кормить.

Точно с маленьким ребенком! Странно, что еще не решают, кто меня будет укачивать, если заплачу во сне… Я с трудом сдержала возмущенное фырканье.

– Ладно. – Диван слегка выгнулся, видимо, магистр встал. – Поговорим о более серьезных делах.

И упала такая гробовая тишина, что сразу стало ясно: кто-то сильно не желал, чтобы дальнейший разговор слышали.

Вот ведь несправедливость. Внезапно позади меня что-то пошевелилось.

Хран!

Не представляю, что сделал кот, одно можно сказать точно: он, как и я, не был согласен с таким отношением. Через пару мгновений пелена безмолвия пала.

– …Этот жук прикрыл несколько тел, связанных с нашим «цветком». Как догадался-то? – со вздохом сетовал Аларик.

– Слишком много у нас в последнее время объявилось богатых наследников.

– Ясно. Бумаги по всем «потеряшкам» я принес, но меня вот что интересует. Получается, Каська все же не права была? Новые тела никак не вписываются в ее схему.

– Не-е-ет, – задумчиво протянул магистр. – Тут, на мой взгляд, дело в другом. Я согласен, что на территорию империи эту дрянь помог ввезти кто-то из высших лордов. Но здесь, в столице, распространение покрывал другой человек. Кто-то, занимающий высокое положение. И этот «кто-то» решил заработать на чужом плане.

– То есть какой-то вольный художник добавил нам на карту лишних точек? – прозвучала в голосе Рика усмешка. – Тогда странно, что главный организатор не устранил экспериментатора. Ведь это портило картинку ритуала.

– Видимо, нет. А вот возможность отвлечь нас от этой самой картинки была прекрасная. Но этот самый экспериментатор сглупил, взяв в долю Крейва. За что большое ему спасибо, потому как иначе мы рисковали этот чертов ритуал вообще не засечь.

– Чем больше раскрывается подробностей, тем мрачнее становиться это дело, – пробормотал оборотень. – Вовремя мы Касс от него отстранили.

– Не вовремя, – мрачно возразил магистр. – Раньше нужно было. Она много где засветилась. Может, нам хотя бы удастся свести риск к минимуму.

– Так каков дальнейший план?

– До лорда не добраться, на него нет никаких выходов, а прощупывать каждого – слишком долго и сложно. Лучше выманим крысу, что затесалась в местную власть.

– А вместо сыра хочешь подсунуть наиболее выгодную жертву? – мигом сообразил Аларик. – Уже есть клиент на примете?

– Конечно. Небезызвестный тебе барон Стейрин с супругой два дня назад отбыли отдыхать на юг страны. Никто особо не удивится, если он вдруг вернется без благоверной и пустится во все тяжкие. Не первый раз. Весь высший свет знает: он спит и видит, как баронесса помрет и оставит ему все свои деньги. Сам-то он гроша не стоит. Качественная иллюзия, пара пьяных монологов о тяжкой семейной жизни, и нужные люди сами на нас выйдут. Главное – ловко все это провернуть. А там уже… Мелкой шушере такая личность, как барон, не поверит, поэтому на встречу с ним пойдет, конечно, главная шишка или кто-то из приближенных. И наша крыса сама забежит в клетку. А там уж я из него вытрясу, кто из высших у нас развлекается, – как-то особо зловеще пообещал Бриар.

Я с трудом контролировала ровный стук сердца. В первые же минуты я осознала, что разговор велся крайне важный. Неудивительно, что они хотели его скрыть. Появилось предчувствие, что в действие этот план они будут приводить вдвоем. А тут мы с Храном, значит, лежим рядом, ушки греем. Ай, не хорошо-то как получилось. Так, Каська, дергаться нельзя, или будет ясно, что я подслушивала. Так что ждем окончания диалога, а потом изображаем свежепроснувшуюся соню.

– Звучит складно, – признал Рик. – Если все разыграть как по нотам, то дело выгорит.

– Если бы не одна деталь. Есть вероятность, что распространением смертельной смеси и чистого наркотика заняты разные люди. Нам нужно выйти на того, кто связан со смесью, потому что этот тип облечен властью. Его нельзя спугнуть раньше времени. Как понять, что нам подсунут, – оригинал или смесь? Анализ не светит, придется определять мгновенно, на месте. Надо искать способ это сделать.

– Да, проблема, – загрустил оборотень. – Может, найти алхимика? Лучше девушку. Поставим тебе в пару, будет изображать любовницу, а заодно проверять вещества!

– Мысль хорошая, – согласился Дамиан, – только нужен проверенный человек. И сначала надо выяснить, можно ли в принципе на глаз определить состав вещества.

– Я могу это сделать, – внезапно подала я голос, открывая глаза.

Сидевшие за столом мужчины резко развернулись, и взгляды их мне, откровенно говоря, не понравились.

– Полагаю, бессмысленно спрашивать, как ты обошла защиту? – мрачно проговорил магистр.

Вот дур-р-ра, забыла про заглушку!

– Да, – кивнула я, медленно садясь на диване.

– Давно не спишь? – прищурился он.

– Достаточно, – уклончиво ответила я.

– Значит, мы еще и ритм сердца умеем контролировать. Ты полна неожиданностей, – иронично заметил он.

– Касс! – возмутился Рик. – Ты же понимаешь, что этот разговор не предназначался для твоих ушей? У тебя совесть есть, ребенок?

– Когда я это поняла, вы зашли уже слишком далеко, и встревать мне как-то не хотелось, – замялась я. – Момент не очень удачный был. Я надеялась переждать, – потупившись, призналась я.

– То есть этот момент ты посчитала более удачным для пробуждения? – уточнил Бриар.

– Нет, просто вы коснулись области, которая затрагивает мои знания и возможности.

– Даже не думай, Касс, – посерьезнел магистр. – Я тебя на пушечный выстрел не подпущу. И если попробуешь возражать, вообще память сотру за последние несколько часов. Есть такое зелье в моих запасах. Даже проще будет, если ты забудешь подслушанное. – Вот он, холодный, пронизывающий взор, знакомый мне с первой минуты нашей встречи! Как будто тебе мозг и душу одновременно вскрывают скальпелем. Но у меня на него уже срабатывало противоядие.

– Не получится, – с сожалением заявила я. – У меня, как у целителя, врожденный иммунитет на некоторые зелья. Мне повезло, в мой список входит зелье по стиранию памяти.

– Тогда, пользуясь своим авторитетом, заявляю: ты не участвуешь! – прошипел мне в ответ магистр, явно выходя из себя.

– Дамиан, послушай, – решила я попробовать неоспоримую силу логики. – Я, как алхимик и артефактор в одном лице, утверждаю: изготовить амулет, который будет проверять наличие или отсутствие какого-либо вещества, можно. Но использовать его незаметно не получится! А любое неверное движение спугнет вашу «крысу», – скривилась я. – Зато мне для определения, нужное ли это нам вещество, достаточно просто взглянуть на него!

– Как так? – влез в мою тираду заинтересовавшийся Рик.

– Врожденное свойство дара, – напомнила я. – Я же определяю любые составы растительного происхождения, а уж чистый наркотик от смеси точно отличу. Я их ауры уже заучила. Это же идеальный вариант! Я обеспечу дополнительную маскировку. Молодая любовница – чем не повод избавиться от надоевшей жены? И мое присутствие не будет выглядеть подозрительно! – пыталась я донести до магистра все преимущества моего участия.

Не то чтобы я рвалась участвовать в этой авантюре, но если в моих силах остановить распространение этой гадости и сократить количество смертей, почему бы нет?

– Это не обсуждается, – рявкнул Бриар. – Ты уже засветилась, тебя узнают!

– Изменить цвет волос, накраситься и одеться поярче, и кто признает в ночной бабочке невзрачную серенькую адептку? Внешность – это не проблема, тут даже иллюзии не понадобится, – опровергла я его аргумент.

– Дия, мы сейчас закрываем эту тему и больше к ней не возвращаемся. Я уже сказал, ты вне игры, – отчеканил он нарочито спокойно, но в глазах плясало настоящее пламя, предупреждавшее, что спорить опасно.

 

Я не стала возражать. Главное, что я уже заложила в их мысли подобную возможность. Когда они переберут остальные варианты и осознают, что мой – самый удачный, тогда мы поговорим снова. Психология – великая вещь. А теперь, исходя из той же прекрасной науки, мне следует глубоко обидеться. Что я и поспешила сделать, надувшись и отвернувшись от Дамиана к Рику, который с интересом наблюдал за нашей пикировкой. Поймав мой взгляд, оборотень незаметно подмигнул. Что ж, один сторонник имеется, значит, победа уже, считай, в моем кармане.

– Касс, не дуйся. Бери стул и садись ужинать, – вздохнул магистр.

Я гордо проследовала к столу и устроилась рядом с Алариком, продолжая игнорировать Бриара. Передо мной тут же оказалась большая глиняная кружка, полная дымящегося травяного отвара, и пирог, судя по запаху, мясной. Предчувствую, что сейчас я, маленькая и скромная, влегкую одолею огромный кусок, потому что довели! До голода! Я же весь день ничего не ела!

– Изверги, – пробормотала я себе под нос с набитым ртом. Но магистр каким-то образом различил это слово.

– Прости… – Похоже, он действительно раскаивается? – Я так заработался, что совсем про тебя забыл. В качестве компенсации освобождаю тебя от завтрашней отработки.

Это меня очень даже устраивало, поэтому я благосклонно кивнула ему.

– Хорошо, – тепло улыбнулся он. – Жуй спокойно, никто тебя не прогонит и пирог не отнимет! – Он усмехнулся, глядя, как я шустро заглатываю один кусок за другим, почти не жуя.

– Просто я очень голодная, – смутилась я, продолжая уже более спокойно и аккуратно.

– Бедный ребенок, – посочувствовал Рик, обнимая меня. – Заморили мы тебя.

– Ничего, бывает, – пожала я плечами. – Я сама, когда заработаюсь, поесть забываю.

– Балда, – снова потрепал он меня по голове, а я решила, что со следующего раза начну кусаться за такие фамильярности. – Рассказывай, как день прошел? Приходил кто?

Я тут же напряглась, отставляя кружку.

– Приходил, – серьезно кивнула я.

– И что же тут произошло? – тут же нахмурился магистр. – Эх, везде ты умудряешься найти проблемы.

Я, сжав зубы, проигнорировала фразу про обилие проблем вокруг моей персоны.

– Сразу после того, как ты ушел, – кивнула я Рику, – приходил мужчина. Высокий, крупный, светловолосый, отдел 2–34Б, приносил разрешение на проведение обыска. Подпись проверила, печать поставила, – отчиталась я.

– С этим все ясно, – отмахнулся Бриар. – Какая проблема возникла потом?

– А часа через два явился молодой парень, ненамного меня старше. Среднего роста, брюнет, глаза серые, нехорошие какие-то, бегающие. Отдел 2–37Б. Приносил заявление на закрытие дела, – рассказала я все, что запомнила. А с именами у меня проблема.

– Ты можешь, в конце концов, перейти к сути? – опять начал раздражаться магистр.

– Подпись была поддельная, – выдохнула я.

– Надо же, – удивился Бриар. – Докатился Эверин, такой наглости я не ожидал. Ты бумажку, которую он тебе подсовывал, сохранила? Может, наконец-то избавимся от этого жука. Давно мечтаю это сделать.

– А почему не сделаешь? – Я удивилась: магистр явно не из тех людей, которые будут терпеть неквалифицированных работников.

– Его сюда по блату устроили, – недовольно ответил шеф. – Кое-кому я не смог отказать. И этот гаденыш пока не подставлялся, не давал повода его уволить. Так что там с подделкой, она у тебя? – выжидающе уставился он на меня.

– Нет, – насупилась я, потирая запястье, на котором остался синяк. – Я об этом не подумала, – честно созналась я. Откровенно говоря, не до этого было. Я больше волновалась, как бы выпроводить мерзкого субъекта без потерь с моей стороны.

– Это ведь не все? – подозрительно прищурился магистр. – Что-то мне подсказывает, так просто этот тип не отступил бы. Как ты его выпроводила?

– Челюсть заморозила, – призналась я. – И пригрозила, что полностью обездвижу и оставлю в таком виде до вашего возвращения.

– Сильна, – рассмеялся Аларик. – И что, действительно смогла бы?

– Только если бы мне очень повезло, – скривившись, призналась я.

– Все?! – вперился в меня взглядом магистр.

– Да, – скорчила я предельно честное лицо. Вот не хочу я ему лишний раз предоставлять доказательства свой беспомощности.

– Прекрасно. А теперь, радость моя, покажи-ка мне свои безмерно талантливые ручки, – обманчиво мягко попросил Бриар.

– Зачем? – Я изобразила удивление, судорожно соображая, что делать. А, дурья моя башка, я же себя залечить могу! Главное – выиграть пару мгновений.

– Ребенок, ты не спрашивай, ты просто покажи! – Теперь и Рик явно насторожился.

– Ладно, – пожала я плечами, вытянула над столом правую руку и покрутила во все стороны.

– Другую, солнце мое… – Голос такой мягкий, зато в глазах взметнулось только что погасшее пламя. Но я уже успела исцелить небольшой кровоподтек. Делов-то. Поэтому все с тем же недоуменным выражением вытянула и вторую руку, показывая абсолютно чистое запястье.

– В чем, собственно говоря, дело? – совершенно искренне поинтересовалась я.

А пламя в глазах Дамиана вспыхнуло еще ярче.

– Дело, радость моя, в том, что пару секунд назад с тебя слетел мой маяк. И как удачно, что ты недавно меня просветила, в каком случае это может произойти.

Мне захотелось побиться головой об стол. Я когда-то считала себя умной? Знай, Каська, ты непроходимая идиотка! Забыть про маячок и так подставиться могла только настоящая дура!

– А теперь ты мне честно расскажешь, что произошло, – сверкнул зрачками магистр.

Хочешь не хочешь, а рассказывать придется.

– Он угрожал, – пробормотала я. – Что-то вроде: «Ты же не хочешь проблем?» Ничего страшного.

Бриар покивал, а потом бросил на меня серьезный взгляд.

– Меня интересует та часть, в результате которой тебе пришлось себя лечить.

– В руку он мне вцепился, пока угрожал, – отвела я глаза. – Синяк на запястье оставил.

Минута тишины, в течение которой я упорно разглядывала стену напротив, стараясь не коситься на Бриара, ибо чутье мне подсказывало: выражение его лица мне ой как не понравится.

– В общем, дни гаденыша в нашей конторе сочтены, – раздался мрачный голос Рика.

– Можешь даже не сомневаться, – донесся зловещий рык магистра, и я поняла, что не зря отвела глаза.

– Касс, – позвал через пару минут магистр уже более спокойно, – доедай, и я отправлю тебя обратно в академию, уже поздно.

Убедившись, что на лицах мужчин явная жажда чужой крови сменилась небольшой хмуростью, я вернулась к своей поздней трапезе.

– Да, я тоже уже засиделся, – со вздохом поднялся оборотень. – И так от Лиры достанется. Эх, в какой раз ужин пропускаю! – Он бросил на меня взгляд и повеселел: – О, я тобой, Каська, прикроюсь!

Я аж подавилась от такого заявления.

– Ты же не против? Дети – это святое, если я скажу, что за тобой присматривал, то мне все простят, – сверкнул он улыбкой… И снова сделал это! Снова растрепал мне волосы. – Спасибо, ты просто чудо! – выкрикнул он, уже выходя из кабинета, а я даже не успела возразить. Перевела возмущенный взгляд на магистра.

– Он пошутил, – прокомментировал тот. – Рик никогда не врет жене, он честно расскажет, что заработался. Хотя тебя, возможно, и упомянет, для смягчения приговора, – усмехнулся магистр, глядя на мою недовольную мордашку.

Я уткнулась в кружку с травяным настоем, дожевывая последний кусок пирога. Я же все еще обижена, раз мое предложение о помощи даже не стали рассматривать.

– Касс, что не так? – вздохнул Дамиан. – Я уже извинился, что бросил тебя на весь день совсем одну. И ты меня даже простила. Или нет?

Я краем глаза покосилась на него и поняла, что забастовку придется откладывать. Он вымотан, а тут еще я ему нервы трепать буду. Целитель во мне строго заявил, что мучить человека, который и так умотался, – не дело.

– Простила, – кивнула я.

– Тогда в чем проблема? – пытливо взглянули на меня усталые глаза.

– Ни в чем, – отмахнулась я, – мы все немного заработались.

Бриар помолчал.

– Касс, – наконец вздохнул он, – ты же сама понимаешь, это опасно. Вспомни, чем чуть не обернулся твой последний опыт «полевой» работы?

– Признаю, я была не права, что полезла, – недовольно пробормотала я. – У меня слишком мало опыта, чтобы выведывать информацию у таких профессионалов, как дроу.

– Сейчас тоже не вариант для наработки опыта, Касс, – уговаривал меня он.

– Возможно, – согласилась я. – Но тут и ситуация другая. Мне не нужно ни у кого ничего вызнавать, надо лишь войти в образ. Даже с распространителем общаться не придется!

– Вот именно, что войти в образ, – раздраженно выдал он. – Касс, ну какая из тебя ночная бабочка? Ты не подумай, меня это, несомненно, радует, но ты эту роль не вытянешь. Я тоже признаю, что в тот раз ты хоть и провалила допрос, зато была органична. Я даже не ожидал! Этакая веселая птичка-певичка, развлекающая народ и веселящаяся сама. Но это… Ты не испорчена, – нежно улыбнулся он. – Что опять-таки не может меня не радовать.

– Так вот в чем проблема? – распахнула я глаза в удивлении. – Ты считаешь, я не смогу себя вести достаточно… – поискала я подходящее слово, – откровенно? Нет, я признаю, что так себя не веду, и в жизни бы не стала. Мне такие замашки совсем не нравятся, – поморщилась я. – Но я тебя уверяю, любая девушка – актриса. Если я нащупаю подходящее настроение, то комар носа не подточит.

Дамиан снисходительно посмотрел на меня.

– Кася, я твое вранье и недомолвки за версту чую.

– Давай проверим? – уже захваченная азартом, предложила я. – Проведем вечер в городе, я буду изображать прожженную вертихвостку. Сам убедишься, достаточно ли достоверно.

Бриар широко усмехнулся.

– От такого предложения мне сложно отказаться. Даже удивительно, ты сама приглашаешь меня провести вечер вместе, да еще и в городе. Заманчиво! – Я покраснела, ведь мое предложение могло показаться далеким от делового. – Но это не значит, что я согласен на твое участие в деле, – более серьезно добавил он.

– Я понимаю, – кивнула я.

– И когда вечер твоего блистательного дебюта? – вновь хитро улыбнулся магистр.

– Завтра, – решительно заявила я, понимая, что тянуть нельзя, осталось девять дней до ночи долгой зимы и императорского бала, где запланировано последнее убийство. Чем скорее мы приступим, тем лучше. – Так что срочно возвращай меня в академию, мне нужно много чего обдумать и приготовить, – поторопила я, вскакивая из кресла.

– Сколько энтузиазма, – весело покачал головой Дамиан. – Кто бы мог подумать, что для такой реакции нужно просто предложить работу под прикрытием.

Я снова смутилась. Вся ситуация выглядит как-то неоднозначно. Может показаться, что я просто рвусь провести вечер в его обществе.

– Ладно, решительная моя, – произнес он, подходя ко мне. – Пообещай, что сейчас ты пойдешь спать, а всем остальным займешься завтра. Твоя сонная мордашка для меня очаровательна в любом случае, но вот образ роковой красотки однозначно испортит, – тихо рассмеялся он, так близко рассматривая меня искрящимися глазами.

– Ладно, – согласилась я, отчаянно краснея.

– Тогда завтра я зайду за тобой в семь, – прошептали мне в губы.

– Да, – согласно выдохнула я.

…Легкий сладостный поцелуй, от которого сердцу снова становится капельку теплее, и меня подталкивают в сторону портала.

– Спокойной ночи, радость моя, – донеслось мне вслед.

По-моему, это уже было. Так ведь и привыкнуть недолго! Я вздохнула и направилась в спальню: обещала ведь сразу лечь, а обещания надо выполнять. Тем более если они не противоречат моим собственным желаниям.

– Да, насыщенный день у тебя получился, – пробормотал кот, устраиваясь на кровати.

– Ты же знаешь, я без проблем не могу, – мрачно заметила я.

Залезла под одеяло, пожелала кошаку спокойных снов и приготовилась провалиться в сон, но не тут-то было. Вредные мысли оккупировали голову, не давая погрузиться в негу. До меня дошло, на что я подписалась. Осознание, как я буду воплощать свой план, до мозга дошло только сейчас. Это же мне весь вечер нужно будет вешаться на магистра, изображать бесконечную любовь и, о ужас, целоваться! Скорее всего, много и у всех на глазах! Дух авантюризма во мне неистребим. Стоило запереть меня в академии, как я тут же нашла способ обеспечить себе веселую, полную приключений жизнь. И как же я завтра буду играть? Около получаса я крутилась с боку на бок, пытаясь унять нервные клетки, судорожно бьющееся сердце и то краснеющие, то бледнеющие щеки. В конце концов, поняв, что сама не успокоюсь, разбудила кошака.

– Хра-а-ан, – растолкала я его. – Хран, усыпи меня, пожалуйста!

Кот удивленно распахнул глаза.

– Это зачем?

 

– Я уснуть не могу, нервничаю, а мне нужно выспаться, – пожаловалась я. – И еще завтра вставать рано, так что не забудь меня разбудить.

Хранитель пару секунд задумчиво смотрел на меня.

– Как скажешь, – пробормотал он, и в следующую секунду я отключилась.

Проснулась я оттого, что хранитель скакал по мне и голосил на всю комнату:

– КА-А-АССС, ВСТАВА-А-АЙ!

– Чего ж ты орешь? – поморщившись, я попыталась спрятаться под подушкой.

– Сама знаешь, очень сложно разбудить человека после усыпляющего заклинания, так что или вопли в ухо, или холодный душ, – уже более спокойно отозвался хранитель. – Я выбрал более щадящий вариант, так что ты должна быть благодарна.

– Хранчик, мне сегодня нужна твоя помощь. Нам с тобой нужно сделать черную краску для волос, потом придумать, как затемнить тон кожи, и… – Я задумалась, прикидывая, что еще понадобится, – достать много ярко-алой краски для ткани, – приняла я решение.

– Помогу, конечно, но я согласен с Бриаром, ты не вытянешь роль, – покачал он головой. – Ладно, времени мало, сделать надо много, с краской для волос мне все понятно, объясни мне, зачем тебе красная?

– Будем переделывать одно из моих платьев в более яркий и откровенный вариант, – призналась я.

– Кто будет переделывать? – вкрадчиво уточнил кот.

– Я, кто ж еще.

Хранитель зашелся гомерическим хохотом. Я с недоумением следила за кошачьей истерикой.

– И что не так? – хмуро поинтересовалась я, когда кот немного успокоился.

– Касс, ты прости, конечно, но ты и иголка – это вещи несовместимые. Вспомни монстриков, которых ты производишь с завидным упорством, пытаясь создать более или менее приличную игрушку. Ты серьезно считаешь, что сотворишь что-то приличное из своих платьев? – скептически глянул он на меня.

– А мне как раз неприличное и нужно, – огрызнулась я, обидевшись на кота, даже если насчет моих талантов к шитью он прав.

– Кася, солнце мое, – пропел он. – То, что у тебя выйдет, будет совсем неприлично. Не в смысле, что откровенно, а в смысле, что только шутам надевать. Нет, ты меня прости, но это не вариант.

– А что ты предлагаешь? – раздраженно бросила я, уходя в спальню, чтобы переодеться. – Я не хочу опять к Рине обращаться, да и она таких нарядов в гардеробе не держит.

– А у меня, между прочим, есть очень даже хорошая идея, – радостно оскалился Хран. – Я не успел тебе рассказать, не до того было. Труп этот… мы с тобой разнервничались, потом вообще забыл.

– Про что забыл? – заинтересованно глянула я на него.

– Я же в тот вечер у Кринуса был… – Я кивнула: помню, относил записку, что я не скоро появлюсь. – Так вот, циркачи вернулись, приехали на императорском балу выступать.

– Правда? – обрадовалась я, что мои старые друзья снова в городе, но вспомнила, что заперта в академии. – Вот ведь, даже не смогу обнять Дану. Как назло, – буркнула я.

Дану я знала с детства. В периоды детского бунтарства я, бывало, сбегала из приюта на пару дней и пряталась именно у циркачей. Я подпевала Дане, а она танцевала. Артисты были едва ли не единственными, кто знал, что светловолосая Тоди, выступающая в таверне, это на самом деле Кастодия Серас. Последнее время, правда, труппа появлялась редко, больше года прошло с тех пор, как я видела Дану.

– Ты ведь отнесешь ей письмо? – попросила я.

– Конечно, отнесу, – согласно кивнул кот, широко ухмыляясь. – Ведь она и есть наше спасение.

– В смысле? – не поняла я.

– Касс, Дана танцовщица, уж что-что, а подходящее платье у нее найдется. Попроси одолжить на вечер, не думаю, что она откажет.

– А ты прав, – засияла я. – И, по-хорошему бы, еще пару чулок и туфель спросить. Но меня волнует, как ты донесешь всю эту прелесть-то? – засомневавшись, посмотрела я на кошака.

– Донесу, ты лучше времени не теряй, садись за письмо, – поторопил он меня. – А пока я к ним бегаю, как раз займешься краской для волос.

– Угу, – согласилась я и поспешила за письменный стол.

Столько всего надо рассказать, стольким поделиться и еще о большем умолчать. Зато вот про ее дела можно полюбопытствовать. Наверняка у Даны найдется пара очередных несуразных историй, все-таки они столько путешествуют по стране. Может, и стоило уехать с ней восемь лет назад, когда мне предлагали место в труппе. А может, я и права была, что отказалась. Сейчас я на своем месте. Хотя та жизнь была бы проще. Я была бы гораздо свободнее от собственных страхов. Но я выбрала этот путь и пройду его до конца. И если и жалею, то слегка, ведь иначе я бы не встретила своего хранителя. Ну ладно, не будем углубляться в философские рассуждения. Сейчас важнее попросить у подруги помощи. Надеюсь, она не откажет. Сама же каждый раз пыталась всучить мне очередное яркое платье, а я гордо отказывалась, мол, дерзкие наряды мне не пригодятся. А оно вон как повернулось.

– Написала? – нетерпеливо подскочил кот.

– Да. – Я запечатала конверт и аккуратно заложила кошаку за ошейник.

– Тогда я побежал, а ты займись зельями.

Мы спустились в лабораторию и распрощались. Зелья-то можно готовить на автомате, но предстояла куда более сложная работа. Нужно создать новую личность, продумать ее историю. Чем больше подробностей, тем проще мне будет сжиться с этой маской, понять ее характер и чувства. Ну что, безымянная, как мы тебя назовем? Как еще я не издевалась над собственным именем? У нас есть Касс, Дия и Тоди. Кем будешь ты?

Аста, добро пожаловать в мир живых!

Аста… Ты родилась в небогатой семье, даже бедной. Твоя мать трудилась швеей. Отца не было. С детства ты все время проводила в ателье с матерью, наблюдая за избалованными клиентками. И очень быстро малышка поняла, что сверкающий, полный смеха, тонкого кружева и драгоценностей мир привлекает ее гораздо больше, чем честная, но изнуряющая и неблагодарная карьера швеи. И Аста твердо решила во что бы то ни стало пробиться в этот прекрасный мир. Девочка стала еще пристальнее наблюдать за кокетками, перенимая манеру общения, повадки, жестикуляцию. Взрослея, она поняла: чтобы попасть туда, куда она стремилась всей душой, одной симпатичной мордашки и хорошей фигурки мало, тут нужны и мозги. Чтобы заинтересовать мужчину, нужно не только хлопать ресницами и смеяться, но и поддержать разговор. И девочка занялась самообразованием. Со временем она научилась всему, что помогало в достижении ее цели. И свой билетик в красивую жизнь Аста нашла в том же ателье, где помогала матери. Она просто отбила покровителя у своей же клиентки. Это было даже не сложно, очевидно, та вертихвостка уже надоела благородному господину. Пара лукавых взглядов, смущенная улыбка… И вот она уже красуется перед зеркалом, выбирая дорогой наряд. С того момента много воды утекло. Не обошлось и без ошибок, но главные правила выживания она уяснила. Нужно всегда отслеживать настроение своего друга. Нужно точно знать, когда можно нежно щебетать, когда ныть и обижаться, когда молчать, когда дразнить, когда просить подарки, когда готовить подарки самой (и главный подарок – она сама), когда притягивать, а когда отталкивать. Это была вечная игра на краю, и Аста ее обожала. Как же захватывает умение читать чужие эмоции и восторг от того, что ты угадала, как поступить в нужный момент, и получила достойную награду! Да, Аста подсела на чувство азарта не хуже иного наркомана. Поэтому иногда устраивала своим кавалерам встряску, тут главное – не перебарщивать и тонко выбирать момент. Все мужчины по натуре воины, поэтому время от времени им нужно напоминать, что это не ты благосклонно приняла ухаживания, а он тебя завоевал, и никто другой отбить не посмеет. Это подогревало отношения, когда они начинали остывать. Аста знала все мужские слабости и умело играла на них. Как и на женских, потому что соперниц нужно вовремя отваживать. Она не хотела, чтобы юная вертихвостка, какой когда-то была она, отняла ее законную добычу. А особенно зорко нужно следить за нынешним покровителем. Это сильный мужчина. Слабые женщины всегда тянутся к такому, за которым тебя уж точно не коснется никакая напасть. Но он не так прост. Это чувство опасности и власти, исходящее от него, будоражит чувства и еще сильнее подогревает азарт от игры. Сегодняшняя партия будет яркой. Асте не терпелось раздуть пламя в этих холодных стальных глазах. И даже есть мысль как. Например…

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16 
Рейтинг@Mail.ru