Высшая правовая магическая академия. Работа под прикрытием

Маргарита Гришаева
Высшая правовая магическая академия. Работа под прикрытием

«Мне так холодно», – думала я, стараясь приблизиться к источнику тепла, по капле цедить его, чтобы не закончилось слишком быстро.

– Ах ты, маленькая вампирка, – удивленно вздохнул Дамиан, отрываясь от моих губ и заглядывая в глаза. Не знаю, что он хотел там найти, но я ничего не соображала, желая лишь еще немного погреться в чужом тепле. В далеком детстве осталось похожее, чуть более ласковое и нежное, словно теплый весенний лучик. А здесь… Здесь пылающий камин в холодный зимний вечер. Он прогревает до самых костей, но если не быть осторожной, то можно обжечься, а то и спалить весь дом.

– Ладно, мне не жалко, – донеслось откуда-то издалека, и мне досталась еще искра тепла, чуть более обжигающая, приправленная терпким вкусом вина.

– Согрелась? – спросил мужчина, отпуская из чувственного плена.

Я машинально кивнула. Чувствовала себя довольным, напившимся молока котенком. Сейчас свернусь клубком на коленях у этого теплого человека и замурчу.

– Я бы на это посмотрел, – раздался тихий смех над ухом.

Я сказала вслух? Не важно. Сейчас мне хорошо. Уткнулась носом Дамиану в шею, глубоко вдыхая пряный аромат, чувствуя, как отпускает от напряжения каждую клеточку, как обволакивает спокойствие. Можно, я немного подремлю? И, не дожидаясь ответа на заданный самой себе вопрос, прикрыла глаза, ощущая, как горячие пальцы медленно перебирают пряди на затылке.

– Давно мне не было так спокойно, спасибо, – еле слышно прошептала я.

– Не за что, – гулко стукнуло сердце в груди, на которой я дремала.

– Всегда бы так, – улыбнулась сама себе.

– Я сделаю все возможное, чтобы так и было, – прошептал он, прижимая меня к себе. – Но тебе придется рассказать, кого ты так боишься? Кто может тебя забрать?

Последние слова с трудом достигли сонного сознания. Но вот они сложились во фразы, донесли высказанную мысль. Сон отступил, забирая остатки тепла и возвращая душу к привычному состоянию. Тонкая изморозь быстро распускала плети холода по знакомым территориям в сердце. Я отстранилась и пересела подальше. Подняла совершенно спокойное и холодное лицо, встречая недоуменный взгляд гостя.

– Так вот к чему была эта попытка меня напоить? – Слова срывались с моих губ ледяными осколками. Что ж, тепло – это хорошо, но холод надежнее. – Прошу прощения, никакое вино не развяжет мне язык настолько. Спасибо за вечер, но я попросила бы вас удалиться из моей комнаты, мне завтра рано вставать. – Я поспешила встать с дивана, чтобы скорее скрыться в комнате. Не успела, меня схватили за руку и дернули обратно.

– Когда ты прекратишь обвинять меня без причины? – раздраженно спросил мужчина. – Да, я хочу узнать, что тебя так беспокоит, но не с помощью бутылки! В конце концов, у меня имеются запасы наверняка известного тебе зелья правды. Одна капля была бы гораздо действенней, да и ты бы потом не вспомнила, что наговорила, – сердито заявил Бриар, сверля меня глазами. – Скажи, тебя действительно удивляет, что после признания, что ты устала от страха, я спросил, чего же ты боишься?

Я пытливо смотрела на Бриара. У него была масса возможностей подлить мне пресловутой сыворотки и выяснить все, что он хочет. Неужели я опять стала заложницей собственной подозрительности? Я устало вздохнула и уткнулась лицом в ладони.

– Давай сейчас договоримся, – глухо прозвучал мой голос, – тема моего прошлого закрыта раз и навсегда. Это единственное, о чем я прошу. Хочу никогда не вспоминать того, что произошло, – покривила я душой. – Я готова открыть многое, но не это. И если ты не оставишь больную тему, мне плевать, кто ты: магистр, некромант, дознаватель, хоть сам высший лорд или император, – я найду способ заставить тебя держаться подальше.

В ответ – тишина. Я подождала несколько мгновений, но, очевидно, просила слишком многого. Снова тяжко вздохнула, готовая просто уйти и скрыться своем маленьком мире, когда наконец Бриар подал голос.

– Согласен! – Хотя голос звучал очень недовольно, я вздохнула с облегчением. – На данный момент… – добавил он, и я лишь скривилась, понимая, что по-другому он не может. – Ты не сможешь всегда держать это в себе, но и открыться пока не готова, я понимаю. Значит, просто подожду, когда ты начнешь доверять мне.

– Спасибо, – тихо выдохнула я, на что меня притянули обратно в теплые объятия.

– Ты страшная женщина, – грустно прозвучало над ухом.

– Ты даже не представляешь насколько, – усмехнулась я.

Пара минут прошла в тишине, пока я приводила в порядок взметнувшиеся мысли и подозрения в своей голове. Похоже, участие в оперативной работе лишь подстегнуло все мои страхи. Пора завязывать, это точно. Лучше обратно, в тихие лаборатории. Честно, вот уже ни капельки не расстроена отстранением от дела. В любом случае, ничего хорошего расследование не принесло. Интересно, конечно, но моих нервов и вот таких вот истерик оно не стоит. Держалась же я нормально столько времени, нужно снова брать себя в руки. Ночных походов больше не будет, поэтому я начну высыпаться, следовательно, и общее состояние улучшится. Погруженная в планы по благоустройству собственной жизни, я не заметила, как снова начала засыпать.

– Касс, – тихо позвали меня, – ты хоть до спальни дойди. Я бы тебя и сам отнес, но вход туда мне заказан, так что просыпайся, – прошептали мне на ухо.

– Заклятье не сниму, – пробормотала я, сонно хлопая глазами.

– Понял уже, – усмехнулся Дамиан, поддерживая меня за локоть, когда я поднялась на ноги. – Дойти-то сама точно сможешь?

– Смогу, – уверенно кивнула в ответ.

– И ты помнишь, что у тебя завтра первый рабочий день? – все еще придерживая меня за руки, спросил он.

– Какой рабочий день? – удивилась я.

– Ну как же, штрафные работы, Касс, – улыбнулся мне магистр. – Завтра, как проснешься, жду тебя в своем кабинете.

– Ладно, – расстроенно протянула я, с одной стороны понимая, что вроде как заслужила, а с другой – возмущаясь такой несправедливостью, как работа по выходным.

– Все, ценные указания получила, можешь идти спать, пока прямо тут не свалилась… – Легкое прикосновение к губам, а потом меня развернули и подтолкнули в сторону предполагаемой двери. Точнее, для меня – реальной, а вот для магистра, к моей гордости и радости (все ж таки умыли мы с Храном великого и ужасного, а это дорогого стоит!), лишь предполагаемой.

– Хран, – позвала я, и кот, который все это время упорно притворялся спящим, тут же слетел с дивана.

– Выход сам найдешь, – пробормотала я сонно, уже берясь за ручку двери, – спокойной ночи.

– Спокойной, – донеслось в ответ, и я скрылась в спальне. Раздеваться было откровенно лень, потому что Бриар был прав: я отключалась на ходу. Поэтому я просто завернулась в покрывало и благополучно уснула.

– Просыпайся, малолетняя алкоголичка, – было первое, что я услышала утром, которое, как известно, добрым быть не может.

– Я не малолетняя, – пробормотала я, зарываясь носом в подушку и укрываясь с головой.

– А против алкоголички ты, значит, не возражаешь? – захихикал хранитель.

– Возражаю, – пробурчала я из своего кокона.

– Возражай, – согласился он, – только это бессмысленно, потому что вино ты вчера хлестала будь здоров.

– Вот и остановил бы, – все же вылезла я на свет, понимая, что кошак не отстанет и не даст уплыть обратно в объятия сновидений.

– И как бы это выглядело? – скептически рассматривал меня кот. – Я с громким мяуканьем выбиваю у тебя лапой бокал? Слишком много трагизма, будто он отравленный какой.

Я хмуро посмотрела на Храна, понимая, что весь разговор затевался, чтобы просто разбудить меня.

– Ну как самочувствие? – поинтересовался он. – Голова не болит?

– Нет, – заверила я, прислушавшись к собственному организму.

– А вчерашний вечер хорошо помнишь? – оскалился кошак.

– Не совсем хорошо, но помню, – мрачно ответила я.

– Прекрасно, – еще ярче сверкнул он зубами. – И какие выводы?

– Никогда не превышать дозировку зелья, и тем более не запивать его алкоголем, – закатив глаза, отчиталась я перед хранителем.

– Правильно, – кивнул он. – А теперь вылезай из кровати, приводи себя в порядок. Мне еще с тобой потолковать надо, прежде чем мы отправимся на твои штрафработы. Одну я больше тебя не отпущу, давай в темпе, – спрыгнул он с кровати и направился к двери.

– Есть, капитан, – покорно согласилась я с планом действий.

Расписание дел на утро было привычное, поэтому справилась я быстро. Правда, пришлось потратить чуть больше времени для превращения в брюнетку. И вот, уже устроившись перед Храном на любимом диване, я заметила на столе поднос с пышущим жаром кофейником и тарелкой с булочками.

– А это откуда? – круглыми глазами уставилась я на утреннее богатство.

– Думаю, оттуда, куда испарилась вчерашняя посуда, – фыркнул кошак. – Я, кстати, проснулся пораньше некоторых, но эпический момент доставки завтрака тоже не поймал. Ладно, потом разберемся, сейчас жуй и не подавись от новостей, – заметно теряя радостный энтузиазм, закончил он.

Я насторожилась, но все же поспешила налить себе кофе и вгрызться в румяный булочкин бок.

– Давай, – кивнула я с набитым ртом, – я готова.

– Кассенька, солнце мое, скажи мне, пожалуйста: ты знала, что ты эмпат? – мягко поинтересовался кошак.

Я лишь фыркнула на нелепое предположение.

– Вот уж точно нет. Никогда особо окружающих не чувствовала, а ты говоришь – эмпат. Нет, я, конечно, разработала технику влияния на эмоциональный слой ауры, да и на ментальный, но тебе ли не знать, что ни эмпата, ни менталиста это из меня не делает. Я могу влиять, а не считывать, и то это не врожденный дар, а чистая наука, – объяснила я хранителю и так вполне ему понятные, на мой взгляд, вещи.

– Да нет, – вздохнул Хран. – Сама ты действительно не чистый эмпат, но вот кто-то с очень сильными способностями у тебя в роду явно отметился. Вон как кровь взыграла в сложный момент.

 

– Ничего не поняла. Можешь нормально объяснить, что имеешь в виду? – нахмурилась я.

– А ты не помнишь, милая, что вчера сделала?

Я слегка покраснела.

– Положим, я вчера много чего сделала, что конкретно тебя взбудоражило?

– А то, что ты внаглую тянула эмоции из своего магистра, восстанавливаясь после магического и эмоционального истощения, – внимательно следя за моей реакцией, проговорил хранитель.

В голове резко всплыло вчерашнее: «Ах ты, маленькая вампирка…» Очевидно, не один Хран такой внимательный и догадливый.

– Вот безмирье, – простонала я, утыкаясь лицом в ладони.

– Что-то ты не выглядишь особо удивленной, – раздался подозрительный голос Храна. – Ах, ты уже так делала? – догадался он.

– Давно, – тихо ответила я. – Я этого не помню, но мне матушка настоятельница рассказала недавно. Когда я только попала в приют, ты же знаешь, совсем невменяемая была. Не разговаривала, то забивалась в угол и ни на что не реагировала, то начинала кусаться, как бешеная, царапалась и дралась, в общем, тот еще экземпляр. Оказалось, когда я сидела тихо, то тянула из окружающих положительные эмоции, но удержать в себе не могла, выплескивала и бесилась, с таким-то количеством детской неконтролируемой энергии. Это недолго было, только первую неделю. Но репутация уже была испорчена. Скажем так, это и была причина плохого ко мне отношения. Дети – они хоть и маленькие, но не глупые, и заметили, что рядом с одной девочкой хорошее настроение резко испаряется, причем у всех. Вот такая грустная история. Но я же больше никогда так не делала, с чего вдруг? – вопросительно глянула я на Храна.

– Попробую объяснить по порядку, – вздохнул кошак. – Понимаешь, на самом деле существует два типа эмпатов, просто второй гораздо менее распространен. Таких уже давно не рождалось, так что это от кого-то из твоих предков подарок. Так вот, эмпаты первого типа могут ощущать чужой эмоциональный фон, а если дар сильный, то и усиливать какие-то эмоции. Зато второй тип… Второму от рождения дано то, что ты вывела формулами. Они могут именно внушать людям эмоции, а вот чувствовать чужие – нет. Как раз второй тип в случае крайнего магического истощения, да еще наложенного на эмоциональный срыв, мог заимствовать чужие эмоции и перерабатывать их в магическую энергию. И вот именно это ты, солнце мое, сотворила прошлой ночью. Эмоциональный срыв был налицо, причем, я так подозреваю, не первый за последние несколько часов? – вопросительно глянул он на меня, и я кивнула. – Магическое истощение тоже имелось. Ты-то не заметила, на фоне общего плохого состояния, а вот мне отчетливо было видно. Ты куда-то вбухала прорву магии, и сегодня тебе это расточительство сильно бы аукнулось. А ты себя как ощущаешь?

Я вспомнила попытку спасти Миру, залечить раны и вытащить из кокона черных лент. Да, на магию я не скупилась, выкладывалась по полной…

– Хорошо, – растерянно пробормотала я. – Даже отлично.

– Что и требовалось доказать. Правильно сказал, вампирка и есть, – хихикнул хранитель.

– Погоди, – всполошилась я. – Судя по тому, что творилось в детстве, я эту энергию не усваиваю! У меня что, скоро откат начнется, и я взбешусь?

– Это, конечно, уже область моих предположений, но я уверен, что кусаться ты не станешь, – поспешил успокоить меня хранитель. – Понимаешь, девочкой ты эту энергию без спроса отнимала. Не специально, но против воли других детей. Когда была еще меньше, вообще должна была из всех подряд потихоньку незаметно тянуть, просто так, для роста. А вот вчера с тобой поделились не только по собственному желанию, но и с большим удовольствием, – усмехнулся Хран, а я покраснела.

– Убедил, – пробормотала я. – Но ты уверен, что я не кинусь на кого-нибудь, как только выйду за дверь?

– Не уверен, – спокойно покачал он головой. – Но выйти тебе придется, потому что тебя уже ждут.

– Да уж, – тяжко вздохнула я.

– Бриару как объяснишь свой вампиризм? – поинтересовался он.

– Никак, – буркнула я, поднимаясь с дивана, и заглянула в спальню, чтобы забрать сумку с тетрадями. Может, найдется время в плотном рабочем графике, чтобы заняться уроками, особенно пропущенными. – Буду усиленно делать вид, будто не поняла, что произошло вчера. Хотя так оно и есть, – криво усмехнулась я. – Если бы не ты, ничего бы и не заподозрила.

– Будем надеяться, что драку ты ни с кем не затеешь. Эмоции-то были другие, может, и эффект будет другим? – захохотал кошак.

– Тьфу на тебя, щетка меховая, – обиделась я. – Идем уже, а то опоздаем. А будешь еще издеваться, я тебя вообще тут запру.

– Все, я молчу, – пообещал кот, выскакивая вслед за мной за дверь.

Пока мы неслись по пустым, к счастью, коридорам академии (еще бы – выходной день, все в город убежали), я пыталась определиться, как же мне себя вести. Вчерашний вечер был… странным. Не будь я под влиянием всяких вин и лекарств, вряд ли бы так открылась. И вдобавок вампиризм и истерика. В общем, дел наворотила выше крыши, и как вести себя дальше, я не знала. Плыть по течению? А если, простите, оно нас несет к водовороту или водопаду? Сомнений полна голова. Какая-нибудь работа мне сейчас определенно не помешает, надо срочно отвлечься. Сама не заметила, как мы дошли до кабинета. И как бы мне ни хотелось постоять под дверью подольше – да что там постоять, попинать от души, хоть разок! – это глуповато. Тем более есть все основания подозревать, что Бриар мое приближение слышал, так что мое мельтешение просто смешно. Глубоко вздохнув, я постучалась.

– Входи, – донеслось из кабинета, а я криво усмехнулась своей проницательности. – Утро доброе, – улыбнулся магистр, а потом заметил кота в моих ногах. – Так ты не одна? Везде его с собой берешь?

– Угу, – буркнула я в ответ, стараясь не встречаться с ним глазами.

– И чего мы такие недовольные с утра? – бодро поинтересовался Бриар. – Плохо себя чувствуешь?

Вопрос заставил насторожиться. Разве это не попытка вывести меня на разговор по поводу моей вновь открывшейся (надеюсь, ненадолго) эмпатии?

– Нет, чувствую себя на удивление прекрасно, – изобразила я растерянность. – Я думала, буду вконец разбита, но даже голова не болела.

– Значит, вино действительно хорошее, – невозмутимо заметил магистр, всем своим видом показывая, что вопрос был без подвоха.

– Не знаю, я в винах не разбираюсь. – Я снова помрачнела. – Но все же: вы меня споили! – обвинительно заявила я.

– Ты, – невозмутимо поправил меня хозяин.

– Местоимение не меняет этой вопиющей попытки споить молодую, совершенно непьющую девушку, – сердито выговорила я.

– Мне казалось, этот вопрос мы еще вчера обсудили, – заметил Дамиан.

– Да, – согласилась я. – Но сам факт такого неподобающего поступка дошел до моего сознания только сегодня.

– Касс, – вздохнул он. – Одной бутылкой вина, да на двоих, я тебя при всем желании споить бы не смог. А уж предположить, что оно вызовет такую реакцию, вообще было невозможно. Зато могу клятвенно пообещать: теперь не дам тебе даже приблизиться к спиртному.

– Это слишком радикально, – поспешила ответить я, внезапно понимая, что вино-то мне вчера понравилось. – Но лучше было ограничиться одним бокалом.

– Я запомню это на будущее, – кивнул магистр. – Идем, у нас работы невпроворот. – Он встал из-за стола и прошел ко мне. Но вместо того, чтобы открыть портал в управление, взял кончик моей косы, переброшенной через плечо, и задумчиво провертел в руках.

– Снова перекрасилась? Что же тебя так не устраивает в собственном цвете волос?

Я, не желая отвечать, отстранилась, заставляя его выпустить косу.

Он молча открыл портал, жестом предлагая мне пройти первой. И я сделала шаг, провалившись в темный провал под ногами… В кабинете с моего последнего пребывания ничего особо не изменилось, разве что количество разбросанных бумаг заметно увеличилось.

– Можешь располагаться на моем месте, я все равно сейчас дам тебе задание и уйду, – махнул Бриар в сторону массивного деревянного стола, тоже, кстати, заваленного документами, но меня взволновало другое.

– То есть как – уходите?! – вскинулась я, но наткнулась на осуждающий взгляд.

– Ка-а-асс, – укоризненно протянул он.

– Мы на работе? Значит, субординация! – поняла я, в чем проблема, но не дала ему отвлечь меня от главного вопроса: – Я тут одна останусь? А если кто придет?

– Вряд ли, но, коли придут, план действий такой, – прошел он к столу и начал что-то искать в бумагах. – Если заверять какие-то документы, то вон печать, просто шлепнешь. Но только если есть подпись, моя или Рика, знаешь их? – вопросительно глянул он на меня, а я подтвердила. – И сначала проверь на подлинность. Умеешь? – Теперь отрицательное мотание головой. – Ну, тут все просто, мы с ним только магические автографы ставим, так что потри большим пальцем, слегка воздействуя магией. Если подпись подлинная, то моя на миг станет полупрозрачной, а Рика – серой, с этим все ясно? – Я активно закивала. – Всех остальных гони в шею, раньше нужно было собираться, – сурово заявил он и, отрыв необходимый документ, свернул его и спрятал во внутренний карман камзола. – Станут меня спрашивать, говори: нет, и не будет сегодня. Держи ключи, – протянул он мне связку, – если сильно достанут, можешь запереться. Только не оставляй пустой кабинет открытым.

– Я же не дура, – недовольно пробубнила я, пряча ключи в карман.

– Знаю, прости, – улыбнулся мне Дамиан и потрепал по голове, взлохмачивая волосы. – Все, что ли? – задумчиво потянул он, осматриваясь.

– А делать-то мне что? – напомнила я, что задания мне не дали.

– Точно! – кивнул он и как то нехорошо улыбнулся. – Что ж, все это, – обвел он рукой стопки бумаг, заваливших небольшой диванчик у стены, – теперь в твоем распоряжении. Тут у нас документы по последним закрытым делам. Твоя задача – подшить все по каждому делу в отдельную папку. Чистые папки в шкафу. Сверху пиши номер дела, статью и кто ведет. Задача ясна?

Я с ужасом оглядела эту россыпь. Да уж, нашел, чем меня занять на все свободное время. Тут же можно все разгребать месяцами!

– Поняла, – тяжко вздохнув, я закинула сумку под стол и начала заворачивать рукава, ведь сначала придется рассортировать эту гору бумаг в стопки. Хран удобно устроился на спинке дивана – единственном свободном месте.

– Тогда удачи, – с улыбкой пожелали мне и исчезли в портале.

– М-да, вот так подстава, – мрачно заключила я, сгребая бумаги с дивана. – Может, хоть поможешь? – поинтересовалась у кота.

– Нет, – лениво зевнул он в ответ. – Это исключительно твоя трудотерапия и моя маленькая месть за все переживания.

Я, тяжело вздохнув, вернулась к бумагам.

Через час уже проклинала все на свете. Каждая только что аккуратно собранная стопочка бумаг норовила рассыпаться, когда на нее сверху укладывалась новая. А других вариантов у меня не было. Либо они растут ввысь, либо покрывают весь пол, и тогда передвигаться по кабинету будет невозможно. Но вот последний листочек лег на положенное ему место, и диван опустел, чем я не преминула воспользоваться, чтобы передохнуть минут пять. Но не успела я устроиться, как раздался быстрый стук, и в кабинет влетел Рик.

– О, привет, мелкая правонарушительница! – широко улыбнулся он, подлетел ко мне, потрепал по голове, как недавно магистр (дурацкая привычка, заметила я про себя, поправляя растрепанную косу), и плюхнулся рядом. – Что, отрабатываешь наказание на благо общества? Причем, смотрю, даже успешно, – окинул он довольным взглядом выстроенные мной бумажные башни.

– Отрабатываю, – печально согласилась я. – И, судя по всему, отрабатывать придется очень долго.

– Ничего, тебе полезно, глупостями заниматься не будешь, – усмехнулся он и, не дав мне возмутиться, перескочил на другой вопрос: – Бриар где?

– Ушел, и до конца дня его не будет, – четко, по инструкции, ответила я. – Куда – не сказал.

– Это он так велел отвечать? – прищурился оборотень.

Я кивнула.

– Понятно. Ладно, сам разберусь. – Он прошел к столу, проштамповал листок той самой печатью, которую мне показывал магистр.

– Ты тут останешься? – с надеждой спросила я, рассчитывая хоть на какую-то компанию.

– Прости, ребенок, – развел он руками, пряча документ в папку, которую держал в руках. – Дел много. Вечером заскочу, принесу тебе перекусить чего, – подмигнул он мне.

– Меня здесь уже может и не быть, – заметила я, подумав, что даже забыла уточнить, сколько меня тут продержат.

– Куда ж ты денешься, – достался мне жалостливый взгляд. – Я так понимаю, пока Дейм не явится, сидеть тебе здесь, правильно? А это до позднего вечера. Я уж точно вернусь раньше твоего отбытия.

Я, осознав, что куковать мне тут очень долго, окончательно скисла.

– Эй, выше нос, – слегка дернул меня Рик за упомянутую часть лица, – умотаешься, закройся изнутри да дрыхни на здоровье. Вон, диван, к счастью, ты уже разгребла.

 

– Ладно, – кивнула я, про себя решив, что спать точно не лягу. Лучше постараюсь разгрести как можно больше. Может, если я разберу все бумаги, меня выпустят досрочно?

– Все, ребенок, я убежал, не скучай, – направился он к двери, но на полпути замер. – Слушай, можно вопрос личного характера?

– Ну, давай… – Я внутренне напряглась, вдруг последует вопрос, в каких отношениях я состою с магистром. Отвечать совсем не хочется, тем более что я сама не знаю этого ответа.

– Так ты все-таки брюнетка или блондинка?

– Блондинка, – расслабившись, выдохнула я.

– А красишься зачем? – поинтересовался он. – Тебе светленькой гораздо лучше.

– Чтобы воспринимали серьезнее, – огрызнулась я.

– Как скажешь, – усмехнулся Рик, явно не поверив в отговорку. – Все, теперь точно убежал, – махнул он мне рукой и скрылся за дверью. А я внезапно задалась вопросом, а почему магистр меня о том же не спрашивал? Зачем крашусь, любопытствовал, а вот какой родной цвет – нет. Странно?

Но я решила не углубляться, а приниматься за дело. К счастью, Хран надо мной сжалился и решил помочь, работа пошла веселее. Через полтора часа на полу лежали около десятка папок, по которым я рассортировывала бумаги. Но, к сожалению, очень медленно, потому что зачастую на бумагах не было указано, к какому делу они относятся. Мы вчитывались по очереди, пытаясь разобрать каракули, чтобы понять, куда же пристроить заветный листочек. И вот на исходе третьего часа, проведенного за этим неблагодарным занятием, меня снова навестили. Нагрянула, можно даже сказать, знакомая мне личность.

Громкий стук, и дверь почти сразу же распахнулась. В комнату влетел крупный светловолосый мужчина, который приходил в тот день, когда я составляла таблицу, быстро осмотрел кабинет и, заметив меня, впился взглядом.

– Бриар где? – хрипло осведомился он.

– Ушел, до конца дня не появится. Куда ушел, не знаю, – заученно повторила я.

Мужчина смачно выругался.

– А ты кто такая? – подозрительно прищурившись, спросил он.

– Стажерка из Высшей Правовой, – честно призналась я, – документы сортирую. – И указала на бумаги, подтверждая, что ничем противозаконным в чужом кабинете не занимаюсь.

– Ясно, – мрачно кивнул он и задумался о чем-то.

– А вам что-то нужно? – робко поинтересовалась я, надеясь поскорее выпроводить визитера.

– Бумаги срочно заверить, – поморщился он. – А Аларик скоро будет, не знаешь?

– Только что ушел, – проинформировала я. – Если вам печать поставить, то я могу, – добавила тут же, заметив, что посетитель собрался на выход. Раз уж меня назначили, так сказать, главной, то нужно выполнять свои обязанности.

– Правда? – с радостным удивлением спросил он. – Давай!

Я забрала протянутый документ и прошла к столу. Что ж, роковой момент моей первой попытки проверить магическую подпись на подлинность. Положив лист на стол, пробежалась взглядом, нашла хорошо знакомый мне росчерк магистра. Потерла большим пальцем, отпустив при этом капельку магии. И подпись послушно слегка растаяла, став полупрозрачной, и снова приобрела четкие очертания. Я на радостях от всей души хлопнула сверху печатью.

– Тише, девушка, – раздалось из-за спины, – документ мне не порвите.

– Извините, – смущенно пробормотала я, протягивая бумагу обратно.

– Да ладно, – отмахнулся он, – печать поставили, и спасибо! – Махнул рукой и поспешил удалиться.

Я вернулась к прерванному занятию. Но долго работать нам с Храном не дали, снова прервав стуком. Правда, на этот раз негромким и вежливым. Поскреблись раза три, полсекунды подождали, потом дверь аккуратно приоткрылась, и в кабинет заглянул молодой парень. Окинул взглядом кабинет, обнаружил меня и замер.

– Здравствуйте, – раздался его голос.

– Здравствуйте, – кивнула в ответ я, ожидая продолжения.

Парень наконец просочился в кабинет и, еще внимательнее оглядев его, все же спросил:

– А Бриар где?

– Ушел. До конца дня не вернется. Куда ушел – не сказал, – заученно повторила я.

– Ясно, – задумчиво покивал парень, впрочем, не собираясь выходить. Не нравиться он мне, глаза какие-то… подленькие… бегающие. Хран тоже как-то весь подобрался.

– Если вам надо печать поставить, это могу сделать я, – добавила я после минутного молчания, надеясь отправить и этого посетителя восвояси.

– Да? – сильно удивился он и окинул меня цепким взором. – Это хорошо, я попозже зайду, за печатью. – Развернулся и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.

– Странные они тут все какие-то, – пробормотала я. – И невежливые к тому же.

– Да, – поддакнул кот. – Это же мы с тобой образцы адекватности, – невозмутимо заметил он, и я фыркнула на это явное издевательство.

Дальше дело пошло бодрее. Мы уже приспособились быстро проглядывать документы перед распределением и лихо избавлялись от многочисленных неприкаянных бумаг. В таком темпе прошло еще около трех часов, пока в кабинет не вернулся предыдущий субъект. Никакого робкого стука и тихого приветствия. Парень нагло распахнул дверь и, проследовав прямиком к столу, положил лист. Наверное, и печать бы сам поставил, но для использования, видимо, требовалось разрешение владельца. Мы с котом настороженно переглянулись.

– Ставьте, девушка, – самодовольно заявил он. – И побыстрее, если можно, я спешу.

Ох, чую, тут все не так просто. Я спокойно прошла к столу и, аккуратно оттеснив молодчика, проверила подпись. Предчувствие не обмануло. Подпись осталась равнодушна к моему касанию. Я, нахмурившись, развернулась к парню и вернула ему листок.

– Я не имею права заверять этот документ, – холодно заявила я, внутренне готовясь к последствиям.

– Это еще почему? – опешил он.

– Подпись не соответствует требованиям, – вывернулась я, не желая открыто заявлять, что она подделана.

– Каким требованиям? – процедил сквозь зубы парень.

– Требованиям, оставленным магистром Бриаром, – снова гибко сформулировала я.

– Послушай, девочка, – зашипел он, впившись жесткими пальцами в мое запястье. – Ты же не хочешь проблем? Поэтому ты сейчас по-тихому выполнишь мою просьбу, и мы разойдемся.

– Не имею права, – упрямо заявила я, уже предчувствуя дальнейшее развитие событий и начиная выплетать формулу заклинания. Хран тоже зашипел и ощерился, готовый к любым неприятностям, но пока никаких действий не предпринимал.

– Ах ты, маленькая… – злобно начал парень, но закончить не успел, потому что я уже прошептала пару слов и, слегка подув на его лицо, так удачно сейчас находившееся совсем рядом с моим, активировала заклинание. Злобный хам тут же отскочил, вцепившись руками в перекошенную и замороженную челюсть.

– Если вы еще раз попробуете применить грубую силу, я вас парализую и оставлю в таком состоянии дожидаться Бриара, – пригрозила я, надеясь, что угрозы будет достаточно, потому как на деле это было сложновато. Мне могло просто не хватить времени для создания нужной формулы.

К счастью, бросив на меня злобный взгляд, парень ретировался из кабинета, шарахнув дверью.

– Дурдом, – пробурчала я.

– Еще какой, – согласился Хран.

Я поспешила к двери, чтобы воспользоваться своим правом запереться изнутри. Все, хватит с меня сегодня посетителей, да простит меня Дамиан за такую халатность.

Еще через два часа работы я поняла, что уже не вижу того, что написано на бумажках. Часы показывали половину шестого. Справедливо решив, что необходимую долю документов мы обработали, я собрала уже прилично забитые папки и пристроила в одном из стеллажей, запомнив их место. Закончив с этим, устроилась с котом на диване и печально осмотрела кабинет.

– Есть хочется, – устало потянула я.

– Похоже, про тебя забыли, – бросил на меня жалостливый взгляд кот. – Что делать будешь?

– А что я могу? – скептически вздохнула я. – Спать буду, как Рик и предлагал. Только хорошо бы чем-нибудь укрыться, а то тут прохладно.

И мы полезли по шкафам. В конце концов, если меня тут оставили прибираться, я имею полное право изучить все шкафчики. К сожалению, удалось найти лишь черный плащ, отчетливо пахнущий знакомым пряным ароматом. Ладно, главное, чтобы теплее было, а плащ, судя по всему, из дорогой и плотной ткани, он вполне справится с обогревательной задачей. Так что я забралась на диван, закуталась в добычу, а Хран пристроился у меня за спиной. Потихоньку я уснула, окутанная чужим, но в то же время таким близким запахом…

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16 
Рейтинг@Mail.ru