Секс-тюрьма. Наказание, насилие, пытки

Лили Рокс
Секс-тюрьма. Наказание, насилие, пытки

Алиса пристально, словно не в силах оторвать взгляда, смотрела прямо в соседнюю камеру на грозную фигуру старика, боясь, что он продолжит издеваться над несчастной. Но что в этой ситуации могла сделать Алиса? Она здесь сама на таких же правах, что и Ольга. Не сегодня, так завтра, ее также начнет насиловать какой-нибудь извращенец и возможно, это будет последний день ее жизни.

От этой мысли на глазах навернулись слезы. Ей хотелось жить. Хотелось, как никогда. Все воспоминания детства, которое она считала нерадостным, внезапно показалось таким родным и светлым. Захотелось вернуться обратно, назад в прошлое, где все было понятно и безоблачно…

Судорожно сглотнув и вырвавшись из длительного оцепенения, Алиса огляделась по сторонам. В дальней камере напротив, прямо через всю арену, мужчины продолжали измываться над телом несчастной. Та уже не кричала, да и Алиса не могла ничего разглядеть за спинами мужчин.

В соседней камера старик продолжал избивать Ольгу плетью. Больше ничего не происходило и этот факт немного обнадеживал Алису. Значит есть шанс, хоть и маленький, что с ней этот ужас произойдет не сегодня и возможно, даже не завтра. А значит еще есть время пожить.

Она не знала, почему так отчаянно цепляется за жизнь, ведь выхода из этой тюрьмы ни у кого нет. Это камеры смертниц, хоть об этом Павел и умолчал, когда толкал свою речь.

Но надежда на лучшее всегда заставляла Алису не сдаваться до последнего. Верить и надеяться, что все будет хорошо. Вот и сейчас, глядя на окружающую ее действительность, она надеялась на чудо и просто молилась про себя.

– Хватит! Пожалуйста! – раздался пронзительный крик Ольги и Алиса сразу же посмотрела в сторону соседки.

Та лежала все также распятой на кровати, все ее тело было исполосовано. Кровавые линии были повсюду: живот, ноги, грудь… А разбитое лицо уже начинало синеть. Из красивой девушки Ольга превратилась в нечто жуткое.

Старик на время завис, а затем снова замахнулся и ударил плетью, Алиса обратила внимание на силу удара, мужчина явно старался доставить максимум боли своей жертве.

– Пожалуйста, хватит! – взмолилась Ольга и посмотрела на старика с такой горечью, что тот на секунду отвлекся от своего грязного дела. – Умоляю вас! Не бейте!

Плеть снова взлетела в воздух и замерла. Старик внимательно смотрел на девушку, словно раздумывая.

Затем он отбросил плеть, и хитро посмотрел на Ольгу. Та с ужасом поняла, что только еще больше рассердила этого мужчину.

– Пожалуйста, просто убейте меня! – взмолилась она, закрыв глаза.

Старик снова рассмеялся, а у Алисы в этот момент душа окончательно ушла в пятки. Она прикрыла рукой рот, чтобы всхлипывания случайно не привлекли внимание старика, у которого был довольно хороший слух для столь преклонного возраста. Она точно знала, что этот маньяк не станет убивать Ольгу. Ему нравится издеваться над ней. Но сколько еще страданий сможет выдержать эта отважная девушка? Что она сейчас испытывает? Алиса даже боялась представить себе ее чувства.

Закрыв глаза, она старалась не думать о том, что сейчас этот старик планирует делать с почти лишившейся чувств жертвой.

Старик подошел к Ольге и провел рукой по ее обнаженному телу. Потом он наклонился и провел языком по следам от плети, оставшимся на всем теле девушки.

Затем он схватил зубами сосок и прикусил его так, что все тело Ольги судорожно затряслось, девушка застонала от резкой и тянущей боли, зажмурившись и скривив лицо.

Алиса задрожала, представляя, насколько больно сейчас Ольге. Мужчина проделал тот же трюк с другим соском. Жертва дернулась на кровати и снова вскрикнула, пытаясь высвободиться из веревок, связывающих ее руки и ноги. Старик снова мерзко захихикал и облизнул свои губы, на которых остались следы крови. Потом он подошел к ней вплотную и помахал стоявшим членом, постучав им по обоим бедрам. Член выглядел омерзительно и жутко, но судя по горделивому виду старика, он видимо считал, что обладает чем-то особенным. Он залез на Ольгу сверху, скользя по ней телом и размазывая кровь.

Раздвинув ее ноги, он пальцами раскрыл ее половые губы и грубо засунул свой член в промежность.

Она вздрогнула от неожиданности и приподняла голову, словно хотела удостовериться в том, что все происходящее – реальность, а не страшный сон.

Старик двигался внутри, его член входил и выходил из Ольги, он постанывал от удовольствия и лапал ее за ноги, а потом резко вынул инструмент и засунул его в окровавленный анус жертвы.

Ольга снова вскрикнула от боли, травмированная прямая кишка жутко ныла и каждое движение члена отдавалось резкой и острой болью.

Ощущая внутри посторонний предмет, доставлявший ей боль и дискомфорт, Ольга лежала, выпучив глаза. Мышцы болели, словно были порваны, а проклятый старик снова и снова делал ей больно, двигаясь внутри.

А потом она почувствовала теплую жидкость, вытекающую из ее ануса и стекающую по ягодицам. Старик содрогался от нахлынувшего на него оргазма и тяжело дышал.

Ад продолжается

Вечером, как и в прошлый раз, пришла медсестра. Алиса поняла, что это вечер, только благодаря ее приходу и тому факту, что после этого полностью пропадал яркий свет и оставалось только местное тусклое освещение, от которого становилось еще страшнее на душе.

Санитары быстрыми движениями заталкивали в Алису безвкусную кашу. Несколько раз она пыталась отвернуться или выплюнуть, но каждый раз получала подзатыльник, после чего принималась безропотно жевать эту мерзкую жижу.

А затем последовал укол… Что именно кололи, она не знала. И ей это было не важно. Ей не нравился эффект, которое оказывало это странное лекарство, но от него по-крайней мере, становилось чуточку спокойнее на душе и она могла хоть немного поспать.

Несмотря на то, что тело становилось ватным, разум продолжал работать и Алиса слышала, как в соседних камерах избивают самых строптивых, видимо есть кто-то еще, кто не желает кормиться кашеобразной дрянью.

А затем послышался снова голос хозяина. От этого голоса становилось по-настоящему жутко. Что-то подсказывало ей, что он не просто так пришел… Скоро он заберет ее к себе. Откуда у Алисы была эта уверенность? Она не могла ответить на этот вопрос. Это было некое предчувствие.

Он снова и снова что-то говорил, его голос был монотонный, и Алиса пыталась найти в его словах полезную информацию, но ее не было. Павел торжественно объявлял окончание очередного рабочего дня и желал всем спокойного сна.

Алиса снова задумалась, пытаясь определить, какое сейчас все-таки время суток, но не могла. Вполне могло так получится, что мужчины приходят по ночам, а утром девушек укладывают спать.

Постепенно мысли начинали путаться и вот она уже проваливается в беспокойный сон.

Ледяной страх плотно держал за горло, не давая ей сделать ни единого вдоха. Может, телом она находилась в своей постели, но ее душа была обречена на созерцание мучительных кошмаров, которые она с трудом отличала от реальности. Было ли это сном или ее личным адом девушка не знала.

В какой-то момент она поняла, что уже не лежит в постели, она сидит в кресле, намертво прикованная к нему и ее везут куда-то. Все вокруг казалось призрачным и мрачным, то и дело доносились женские крики, но они были настолько приглушенными, что Алисе даже казалось, что они могли быть не настоящими, а всего лишь плод ее воображения.

Собрав волю в кулак, она постаралась привести свой разум “в чувства”, напрячься и окнчательно скинуть с себя мороку. Она действительно сидела в кресле, похожем на инвалидное и не могла пошевелиться. Руки, ноги, тело и даже голова были намертво зафиксированы. Кто-то сзади медленно толкал кресло, насвистывая веселую детскую песенку.

Девушка пыталась вспомнить эту мелодию, но не могла. Слабые крики, которые не прекращая терзали ее голову, не давали сосредоточиться.

Это был не сон, ее действительно куда-то везли, только вот куда? Она напрягла память, мысли путались и воспоминания никак не хотели складываться в хронологический порядок, все сумбурно металось в памяти и сливалось в одно целое мгновение, не имеющее начала и конца, прошлого и будущего.

– Я обратил на тебя внимание, потому что ты необычная девушка, – внезапно услышала она голос Павла и подняв глаза увидела, что кресло уже давно никуда не едет и стоит посреди какой-то комнаты.

Ей хотелось оглядеться, но прикованная голова не давала этого сделать. Она хотела что-то спросить, но вместо этого ее рот открылся, а язык просто вывалился наружу. Слюни потекли по подбородку на грудь.

– О, бедняжка, давай я тебе помогу. – Павел подошел к ней и бросил на грудь несколько салфеток, – Так лучше?

Алиса смотрела на него, выпучив глаза. Зачем он ее привез сюда? Что он хочет с ней делать?

– Ты не такая, как все эти тупые курицы, в тебе есть то, чего нет у других. – с интересом разглядывая пленницу, проворковал Павел, – Я видел в твоих глазах сочувствие, ты умеешь сопереживать.

Он подошел к Алисе вплотную настолько близко, что она ощутила исходящий от его тела жар. Стало жутко. Она пыталась снова что-то пролепетать, но не могла. Тело вообще не слушалось, словно не принадлежало ей. И если бы сейчас ее не сдерживали эти ремни, то скорее всего, она бы просто рухнула на пол.

– Ты смотрела на меня, я видел. И вчера и сегодня ты смотрела на меня, и меня это завело. Из всех грязных существ, которым довелось родиться женщинами, ты одна из тех, у кого действительно есть шанс очиститься и стать достойной, чтобы служить мужчине с чистой совестью!

Он наклонился к ней и посмотрел в ее испуганные глаза.

– Мне нравится, когда на меня смотрят вот так, как ты. Без осуждения… У меня когда-то была подруга, но она погибла. Затем были еще девушки, но они не смогли пережить трансформации и к сожалению, тоже погибли. В тебе есть тот свет, что меня привлекает, я хочу, чтобы ты была со мной рядом, наблюдала за мной и дарила мне свою любовь.

 

Слова Павла глухим эхом отдавались где-то в помутненном сознании Алисы, она не совсем понимала, чего от нее хочет этот мужчина, но что-то ей подсказывало, что радоваться его особому вниманию не стоит.

– А сейчас я хочу познакомиться с тобой поближе, – улыбнулся он и перед глазами Алисы внезапно сменилась картинка. Лицо Павла исчезло, а вместо него предстало его огромное мужское достоинство.

Она даже не успела испугаться, как горячая головка коснулась ее висячего языка. Павел начал водить своим членом по языку Алисы, собирая капающие слюни и пытаясь протолкнуть свой агрегат поглубже в рот.

Алиса слабо чувствовала эти прикосновения, после лекарств, которые ей вкололи, она вообще довольно странно ощущала свое тело. И сейчас, она видела все происходящее, но словно это было не с ней.

А Павел продолжал водить головкой по языку, блаженно улыбаясь и наслаждаясь процессом.

Достав что-то из кармана, он быстро вставил ей в рот какой-то металлический предмет. Алиса ощутила, как ее рот внезапно расширился и что она уже вообще не может контролировать ситуацию.

– Вот так лучше, – проговорил Павел и начал медленно проталкивать ей в рот свой член. – В досье написано, что ты никогда не была с мужчиной и даже не видела вживую мужской орган, именно поэтому я и заинтересовался тобой.

Он продолжал проталкивать головку, которая уже заполнила собой почти весь рот. Куда он планировал дальше засовывать, оставалось только гадать, но Алиса уже испытывала жуткие неудобства.

Она слышала его голос, но он не успокаивал ее. Перед собой она видела только его голый торс и ощущала, как что-то инородное орудует у нее во рту. Это что-то мешало дышать, а металлический предмет причинял жуткое неудобство, сводило скулы.

Павел медленно начал двигаться, с каждым движением засаживая своего монстра чуть дальше. Миллиметр за миллиметром. Алиса громко дышала носом, сопела, как паровоз, язык по прежнему висел, что заводило мужчину еще больше. Член скользил почти беспрепятственно, и шершавый язычок, задевая уздечку, доставлял особое чувственное наслаждение.

– Ты просто прелесть! – восхитился Павел, – Я давно уже не встречал такой как ты!

Мужчина понимал, что за долгий период, кажется снова нашел ту, в которую способен влюбиться, и это осознание грело его душу. Он вытащил член и снова стал водить им вокруг висящего языка. Его забавляла ее беспомощность и страх в глазах.

Не выдержав напора от переполняющих его через край эмоций, он внезапно схватил ее за голову и резко засадил свой член по самые яйца и начала в бешеном ритме трахать ее.

Алиса окончательно проснулась и запаниковала. Если во рту она не так остро чувствовала скользящий член, то когда он начал разрывать ее горло и пытаться сломать кадык, она ощутила все.

Слабые попытки вырваться ничего не могли дать, ее тошнило, она задыхалась, но Павел уже не мог остановиться. Он сладостно хрипел и стонал, все его тело била мелкая дрожь. Он сгорал от желания соединиться с этой крошкой и ничто его уже не могло оторвать от нее, даже тот факт, что она уже посинела и еле дышит.

Кончал он долго и смачно. Алису продолжало выворачивать и сперму выкидывало из нее через нос. Когда Павел наконец-то вытащил из нее свой стержень, девушка очень долго не могла отдышаться и откашляться.

– Ну что ж, не плохо! – Павел улыбался как ребенок, – Наше первое свидание и ты выдержала испытание! А теперь, пойдем повеселимся?

Он повез ее куда-то, насвистывая тупую песенку, которую Алиса так и не могла вспомнить. Эта мелодия уже начинала вызывать у нее приступ паники.

То что произошло, не укладывалось у несчастной в голове. Павел только что вытрахал ее в рот, взял жестко и грубо, но при этом он ее не бил. Так может быть, все не так плохо, как рассказывала Ольга? Может быть, Алисе даже повезло, что она стала любимчиком Павла?

Долгое время мужчина возил ее куда-то. Половину из того, что она видела, Алиса не могла воспринять. Это было что-то жуткое и больше походило на простой ночной кошмар.

Утром она проснулась в своей камере и голос Павла объявлял о начале рабочего дня. А дальше все повторилось. Только в этот раз приходили другие мужчины и трахали других девушек. Алиса уже была точно уверена, что ей не грозит насилие от этой толпы обезумевших уродов и маньяков, она точно знала, что Павел не допустит этого, он оставил ее для себя, но вот только почему он до сих пор держит ее в этой тюрьме?

В камере слева появилась новенькая девушка. “Опять новая!” – с ужасом подумала Алиса, вспоминая, как вчера в этой камере насмерть замучили блондинку. А позавчера – другую девушку…

“Невезучая камера”, – подумала Алиса и перевела взгляд направо. Ольга лежала на кровати и смотрела в потолок. Она что-то бормотала, но так тихо, что сложно было вообще что либо услышать.

Алиса осторожно встала, и на дрожащих ногах дошла до решетки, сев рядом с ней и склонив голову.

– Оля! – позвала она соседку.

Та не отвечала.

– Оля, ты как? Все в порядке? – снова начала допрос Алиса.

– Отвали! – грубость подруги смутила, но не отбила желание общаться.

– Не злись, я же только хотела помочь… – Алиса подняла голову и посмотрела на лежащую.

– Себе помоги, идиотка! – Ольга приподняла голову и злобно посмотрела на нее. – Катись к черту со своей помощью! Все вы катитесь к черту!

Ее взгляд был настолько злобный, что Алиса от испуга опешила. Она быстро встала и поплелась обратно к своей кровати, села на нее и стала наблюдать за происходящим.

Сегодня она уже смотрела, как в одной камере худой старикашка избивает и трахает одну из них, а в другой камере буквально в нескольких метрах, два молодых парня развлекаются с рыжеволосой худощавой девчонкой. Она настолько юная, что выглядит еще совсем школьницей. Алиса поймала себя на мысли, что сегодня смотрит на все происходящее спокойно, если не сказать, цинично. Словно это все само собой разумеющееся и тут нечему удивляться.

Вечером после ужина снова укол, а затем… Снова он. Павел вновь везет ее куда-то по длинным коридорам. Алиса запомнила лифт, по которому они поднимались из подземелья, а затем солнечный свет. Она так давно не видела его! Сердце встрепенулось и свобода показалась такой близкой, как никогда!

А затем она поняла, что это вовсе не солнечный свет, а просто очередной обман. Кресло катилось по длинному серому коридору, и окна с подсветкой имитировали яркий солнечный свет, казалось, что за стеклом кипит жизнь, но это была иллюзия, за окнами была статическая картинка и не более того. Яркая, красивая, желанная, но не живая.

Алиса оказалась в просторном помещении, где было еще больше света, но по прежнему, она не могла все оглядеть из-за фиксации головы. Ее глаза вращались, как бешенные, пытаясь охватить как можно больше, но это едва удавалось сделать.

В этот раз Павел снова проявил свои чувства немного в нестандартном для понимания виде и взял горло Алисы силой, воспользовавшись ее беспомощностью.

Все происходящее с ней с трудом фиксировалось в сознании и сливалось в одно целое. Приходя в себя утром, она не смогла бы сказать точно, сколько раз уже Павел возил ее таким образом на прогулку. Некоторые воспоминания казались всего лишь сном. А может быть, все это сон? Но следы засохшей спермы и неприятный привкус во рту говорил о том, что все же это не было сном. Это происходило в реальности.

Подойдя к решетке она пристально посмотрела на Ольгу. Та лежала на животе, подложив руки под голову.

– Эй, ты как? Ты видела, как меня вчера увозили? – позвала Алиса соседку.

Та не сразу отреагировала, но все же удостоила ответом:

– Ну, видела. И что?

– Как долго меня не было?

– Хм, я что, твой секретарь, чтобы считать минуты твоего отсутствия? – огрызнулась Ольга.

– Почему ты со мной так, я тебе разве делала что-то плохое? Неужели нельзя по человечески разговаривать? – не выдержала Алиса, которой уже изрядно надоел тон соседки. В конце концов, все они в одной лодке и вести себя так по отношению друг к другу, казалось, очень неразумно.

– Знаешь что? – Ольга кое-как встала с постели и внимательно посмотрела на Алису.

– Что?

– Иди ты, знаешь куда? – лицо Ольги исказилось от злости.

– Сама иди куда подальше! – обижено прошептала Алиса и отошла от решетки, больше разговаривать с этой быдлятиной желания не было. Что бы не случилось там с этой дурой, разговаривать с ней было жутко неприятно.

Алиса легла на кровать и долго думала обо всем. Приходы Павла, невозможность управлять своим телом после уколов, потеря памяти и полная дезориентация. Еще и эта соседка полоумная нагнетает обстановку… И без нее тяжело.

– Тебя как звать? – внезапно послышался голос слева.

Посмотрев туда, Алиса увидела соседку, желающую пообщаться. По глазам напуганной девушки было сразу понятно, что там вообще толком не понимает, куда попала. Либо не хочет понимать…

– Алиса, а тебя?

– Юля. Ты давно тут?

– Не знаю точно, кажется, несколько дней…

Они молча смотрели друг на друга, не зная о чем дальше разговаривать, все было понятно без слов. Они обе находились в жутком месте, из которого нет выхода.

– Юля, можно тебя попросить? Вечером нам будут делать уколы, а затем за мной придут. Можешь примерно сказать, когда меня вернут обратно?

– Тебя куда-то забирают? – удивилась соседка, – И что там с тобой делают?

– Не знаю… Вернее, – запнулась Алиса, – Я плохо помню, все сливается, как во сне. Что-то жуткое происходит, и еще… Этот страшный человек насилует меня…

Алиса умолчала куда именно ее насилуют, не хотелось признаваться в этом новой подруге.

Та сочувствующе посмотрела и отвернулась. Снова возникла неловкая пауза.

– Эй вы, чокнутые! Заткнитесь уже! Устроили тут! – раздался громкий голос Ольги.

– Кто это? – спросила Юля.

– А, не обращай внимания, местное быдло, – довольно громко сказала Алиса, чтобы Ольга услышала.

– Надеюсь, вас обеих сегодня выдерут до смерти! – злобно прорычала Ольга и перевернулась на живот.

Девушки переглянулись, но общаться перестали. Скандалить и ругаться в этом месте – было довольно глупой затеей и если Ольга намеренно искала себе приключений на пятую точку с последующей смертью, то Алиса хотела жить. Она верила, что ей удастся выбраться, она все еще надеялась на чудо.

День начинался как обычно: трогательная речь Павла, а затем некоторые камеры посещали мужчины. В этот день их было опять не много. Алису и ее соседок никто не трогал, но крики о помощи и запах крови не давал расслабиться ни на минуту.

Вечером все повторилось. Алиса старалась фиксировать все в памяти максимально, чтобы потом можно было восстановить события. И раз за разом ей это начинало удаваться.

И вот, в один из дней ей перестали делать уколы. В первую же “прогулку” Алиса заметила разницу. Она помнила каждый момент! Как санитар посадил ее на кресло, как приковал и как повез куда-то. Затем встреча с Павлом. Он радостно встречает ее и далее уже сам везет ее кресло.

Беспомощность, обреченность, страх. Алиса не могла понять, что изменилось, но казалось, что мир вокруг изменился кардинально.

Каждый раз все происходило по одному и тому же сценарию: ее куда-то везли, Павел встречал ее, а затем развлекался с ее ртом, а затем он брал ее с собой на экскурсию, но почему-то она никогда не могла точно вспомнить, что видела там. И вот сейчас, когда ее сознание почти полностью свободно от действия лекарства, она с ужасом смотрит на все происходящее, пытаясь запомнить каждую деталь.

Без лекарства терпеть домогательства Павла было довольно проблематично и Алиса даже думала, что на этот раз точно задохнется, но мужчина довольно быстро сделал свое дело, напоив свою избранницу своим живым семенем.

А дальше он покатил кресло куда-то… После долгих и разнообразных коридоров, они попали в темную комнату, по характерному запаху сырости, расположенная где-то глубоко под землей, и будто специально спрятанную от человеческих глаз.

Обстановка была более чем жуткая, довольно сильно Алису напугал одинокий ободранный стул, стоящий в центре, а возле него тяжелые цепи.

Тусклый свет позволял увидеть обшарпанные стены, на которых можно было заметить следы от крови. Кое-где они были уже коричневого оттенка, совсем старые и потертые, а в некоторых местах еще оставался насыщенно-красный цвет, угрожающе поблескивая при свете. Однако совсем не это больше всего пугало Алису.

В конце комнаты располагалось множество орудий, каждое из которых животным ужасом отдавалось у нее в голове. Павел всегда искусно ими владел, словно ювелир, точно определял, что может принести жертве наибольшую боль, которая служила наивысшим удовольствием для него.

И тут воспоминания начинали складываться, словно пазл. Алиса начинала вспоминать те кошмары, которые ей казались сном. Она уже была в этой комнате, и она помнит эти крики о помощи, крики боли и ужаса. И этот человек… Этот страшный человек, который медленно пытал здесь девушек!

 

Она замирала. Ее сковывал зверский страх, и она не смогла бы пошевелиться, даже если захотела. Против своей воли она становилась сторонним наблюдателем и вечным свидетелем душераздирающих убийств.

Павел этого и хотел. Он неспешно расправлялся со своими жертвами, которыми обычно являлись молодые и симпатичные девушки.

Мужчине хотелось растянуть каждый момент подольше, а Алиса молилась про себя, чтобы это все поскорее закончилось. Пусть лицо Павла всегда находилось в тени, но она четко ощущала на себе его дьявольский взгляд, будто говорящий, что она следующая.

А самое отвратительное, что у нее никогда не получалось отвести глаз от происходящего. Да, ее голову приковали, но ведь она могла закрыть глаза, но неведомая сила заставляла ее смотреть на все его действия, а потом вспоминать, вспоминать, вспоминать…

Широко распахнутые глаза, полные ужаса и отчаяния, Алиса видела каждую ночь. Ей безумно хотелось все забыть, но ничего не получалось. Девушка заставляла себя не спать, но сон все-равно одерживал вверх и переносил ее в эту комнату. Правда, это было мало похоже на сон. Такое чувство, что это было собственное проклятие Алисы, которое заставляло ее сгорать от ужаса каждую ночь. А утром она просыпалась лишь с одним вопросом, который боялась произнести вслух:

– Что, если завтра его жертвой стану я? – мысленно спрашивала себя девушка, унимая подступившую дрожь в руках.

Павел был настоящим маньяком. То что Алисе удалось увидеть, а также восстановить из сокровищниц своей памяти, доказывало тот факт, что быть любимицей такого человека более чем опасно.

– Я не просто так провожу с тобой столько времени, – словно читая мысли, проговорил Павел, подходя к Алисе и трогая ее окровавленными руками. Секундой раньше он разделывал на импровизированном операционном столе какую-то девушку, и даже не удосужился помыть рук. Обычно он себе такого не позволял, но сегодня он был особенно возбужден. Присутствие Алисы придавало ему сил и вдохновения.

Он присел на корточки перед ней и посмотрел в глаза. В них она увидела живой интерес и азарт. Он был по-настоящему болен, этот вид пугал ее до чертиков. Она отчаянно пыталась высвободить голову, чтобы отвести глаза, но проклятые ремни не давали ей этого сделать.

– Давай помогу! – Павел быстро расстегнул ремни и голова моментально обрела свободу. – Тебя связывали, чтобы голова не болталась, после лекарств сама знаешь, ты не можешь контролировать свое тело.

Алиса молчала и с ужасом смотрела на стол, где все еще шевелилось тело его жертвы. Казалось, что это та несчастная до конца не понимала, что с ней происходило. Глаза были закрыты, а рот наглухо забит тряпками и замотан изолентой.

– Ты моя муза! – Павел нежно погладил Алису по голове, – Меня так возбуждает, что ты смотришь, как я работаю! Видишь, как у меня встает?

Он отодвинул плотный фартук, и из под него показался его огромный фаллос. Красная головка нагло смотрела Алисе прямо в глаза и с нее уже капала смазка.

Девушка только успела сглотнуть, как в следующую секунду Павел уже подошел вплотную к ее креслу и схватился за ее голову двумя руками.

Пристроившись пахом прямо над его головой, он слегка застонал от предвкушения. Коснувшись губ Алисы головкой, Павел начал осторожно нажимать на челюсть девушки, чтобы помочь ей принять всего гиганта.

– Сможешь сегодня сама или тебе помочь? – весело спросил он.

Не получив ответа, он быстро достал расширитель и затолкал его в рот Алисы.

– Давай, поиграй с ним! Покажи ему, что ты скучала! Погладь язычком! – У Павла сегодня было явно игривое настроение и он в открытую издевался над своей подопечной, чтобы потом как следует порезвиться.

Алиса вытащила язык и провела им по члену, Павел издал вздох облегчения. С расширителем во рту было совершенно неудобно ласкать член и Алиса никак не могла сделать это так, чтобы доставить настоящее удовольствие своему хозяину. Но она старалась. Изо всех сил елозила по поверхности члена языком настолько, насколько это было возможно.

Однако, Павла хватило не надолго. Хоть у него и была железная выдержка и терпение, но сегодня он явно перевозбудился и хотел разрядки. Любовные игры с Алисой забавляли его, и пока эта девушка так сильно вдохновляла его, Павел пытался использовать это по полной программе.

Довольно грубо пропихнув свой детородный орган в ее открытый рот, он принялся неистово долбить его. Алиса плакала и пыталась мотать головой, но Павел держал ее крепко, вцепившись мертвой хваткой.

Головка упиралась прямо в гланды, и Алиса чувствовала каждое ее малейшее движение. С каждым разом она словно проскальзывала еще дальше.

Чем глубже член проникал в горло, тем сложнее было терпеть неудобство, но Павла не интересовал комфорт Алисы, ему хотелось наслаждаться сумасшедшим минетом и кончить.

Каждый удар заставлял горло Алисы издавать жуткие булькающие звуки, все тело девушки превратилось в камень. Горло отчаянно сжималось и Павел отметил, что он уже очень давно не испытывал такую возбуждающую тесноту гортани. Эта девочка определенно идеально подходила ему по всем параметрам! Ему хотелось благодарить небеса за такой подарок свыше!

Теперь оставалось только бороться с искушением, чтобы не уложить эту крошку на операционный стол и не пытаться улучшить ее. В последнее время все его хирургические эксперименты заканчивались фейлом.

Алиса судорожно боролась за жизнь, ее горло максимально напрягалось, позволяя создавать вокруг члена хозяина вакуум и оказывать сильное давление. Мужчина сделав еще пару толчков, зарычал и кончил, затем вытер член о лицо возлюбленной, испытывая настоящее наслаждение от полученного кайфа и одновременного унижения Алисы.

Получив огромную порцию спермы, и пытаясь дышать, девушка подавилась. Семя попало в легкие, сводя бедняжку с ума. Она там смешно хрипела и крутилась, что Павел даже растрогался от этой милой картины.

Улыбнувшись, он подошел к ней и салфеткой вытер следы спермы с ее лица. Немного постояв рядом, он вытащил из ее рта расширитель и засунул пальцы в рот. Алиса машинально прикусила их. Скорее не специально, а по инерции, за что сразу же получила сильнейшую оплеуху.

– А вот этого я не люблю! – грозно сказал Павел. – Пользоваться моим расположением, я не позволю! Еще раз попытаешься укусить меня – пеняй на себя!

Склонившись над ней, он влепил ей еще одну пощечину для убедительности своих слов, а затем впился страстным поцелуем в ее мокрые от слез и слюней губы.

– Смотри внимательно! Когда-нибудь, когда ты мне надоешь, тебя ждет такая же участь! – он вернулся к столу, и напевая песенку, начал снова работать скальпелем.

Алиса не видела, что он там делает, но она видела повернутое лицо жертвы. Это вызывало шок и отвращение одновременно. Каждый раз, когда Павел прикасался к телу, глаза девушки приходили в движение. В них было все: и боль, и отчаяние, и непонимание происходящего.

Ее рот был намертво заклеен, но казалось, что она даже и не пытается кричать. Сколько же времени он ее уже оперирует тут? Из-за стресса и остаточного действия лекарств, Алиса никак не могла восстановить в голове хронологический порядок событий. Все было по-прежнему, хаотично.

Сознание пленницы отчаянно пыталось найти хоть какие-то решения. Теперь она вынуждена быть невольным свидетелем преступлений и убийств этого маньяка, и это вселяло настоящий ужас. Особенно после того, как Павел освободил ее голову и Алиса может свободно крутить головой, увеличивая обзор.

Теперь совершенно очевидно, что Павел сделает с ней что-то жуткое. Он это явно дал понять только что. И он не блефует. Этот человек, кажется, вообще не умеет шутить.

Алиса задумалась о словах Ольги, что выход из этого кошмара один: смерть. И теперь, как никогда, стало понятно, что в этой идее реально есть смысл! Лучше умереть, чем мучится вот так, ожидая своей участи! Сколько часов Павел будет пытать? Сколько дней удастся прожить, пока жизнь не покинет тело?

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20 
Рейтинг@Mail.ru