Константин Сергеевич Гришин ЭХО ПУСТОТЫ

Глава 6

Глава 6. Ковчег

Фургон трясся на ухабах, и Каю казалось, что каждая кочка отзывается в его рёбрах тупой болью. Он сидел на полу, привалившись спиной к борту, и смотрел на свою команду. Векс с окровавленным плечом, но с довольной ухмылкой — как кошка, которая только что опрокинула банку сметаны. Пашка с папкой документов, прижатой к груди, словно это был младенец. Глюк, нервно постукивающий пальцами по своему планшету. Архивариус, невозмутимый, как скала, и Ржавый — бледный, с трясущимися руками, явно не понимающий, как он вообще оказался в одной машине с этими безумцами.

— Все целы? — спросил Кай, хотя уже знал ответ.

— Почти, — Векс покосилась на плечо. — Царапина. Пуля прошла по касательной. Заживёт.

— Я думал, тебя там убили, — признался Пашка. — Когда услышал выстрелы...

— Меня? — Векс усмехнулась. — Чтобы меня убить, нужно что-то посерьёзнее пистолета. Как минимум — плохая погода и отсутствие кофеина.

— У нас в Нижнем городе и того, и другого навалом, — вставил Глюк. — Так что ты в опасности.

Все рассмеялись — нервно, с надрывом, но это был смех людей, которые только что вырвались из лап смерти и ещё не до конца в это поверили.

Фургон свернул в знакомый переулок и остановился у заднего входа в «Тихую гавань». Архивариус заглушил двигатель и обернулся к пассажирам.

— Выходим быстро. Внутри — медпункт, горячая вода и тишина. Всё остальное — потом.

Они выгрузились из фургона, стараясь не шуметь. Ночь ещё не кончилась, и улицы были пусты — только где-то вдалеке выла сирена патруля, но звук постепенно удалялся. Архивариус открыл дверь и пропустил всех внутрь.

В «Тихой гавани» было темно и тихо. Глушилки всё ещё работали, создавая вокруг здания невидимый кокон, непроницаемый для сканеров и прослушки. Архивариус включил тусклое освещение — ровно столько, чтобы можно было не споткнуться о стопки книг.

— Так, — сказал он, открывая шкаф с медикаментами. — Векс, садись. Обработаем плечо. Остальные — проверьте себя на предмет дырок и царапин.

— Я в порядке, — сказал Пашка, но руки у него всё ещё дрожали. Он положил папку на стол и уставился на неё, будто она могла взорваться.

— Это то, что ты нашёл в архиве? — спросил Кай, подходя ближе.

— Да. Там было несколько папок. Я схватил ту, что лежала на столе начальника. Подумал — если она у него на столе, значит, важная.

— Логично, — Кай сел за стол и открыл папку. — Давай посмотрим, из-за чего мы рисковали жизнью.

Документы были набраны мелким шрифтом, с грифами «Совершенно секретно» и «Только для уровня Гамма». Но Кай уже видел такие грифы раньше — на файлах проекта «ЭХО». Значит, это продолжение. Или, что хуже, — начало чего-то нового.

— «Проект "Ковчег"», — прочитал он вслух. — «План аварийной консервации и эвакуации ключевых цифровых активов корпорации "Омни"».

— Аварийной консервации? — переспросила Векс, морщась от антисептика, которым Архивариус обрабатывал её рану. — Это ещё что за бюрократический выверт?

— Это значит, — Кай пробежал глазами дальше, — что у них есть запасной план. Если с «ЭХО» что-то случится — например, если его уничтожат, — они активируют «Ковчег».

— И что это? — Пашка подался вперёд.

— Судя по документам... — Кай перевернул страницу и замер. — Чёрт. Это ещё хуже, чем я думал.

— Не томи, — Векс встала, игнорируя боль в плече. — Что там?

— «Ковчег» — это не просто сервер или база данных, — медленно произнёс Кай. — Это автономный сетевой кластер, расположенный вне городской инфраструктуры. Физически он где-то за пределами города, в старых военных бункерах. В него уже загружены резервные копии ключевых разработок «Омни». И — внимание — резервная копия «ЭХО».

В комнате повисла тишина. Даже Глюк перестал стучать по планшету.

— То есть... — начал Пашка. — Мы уничтожили узел синхронизации, но...

— Но у них есть бэкап, — закончил Кай. — Как в старых офисах: «сохраните резервную копию на случай пожара». Только здесь пожар устроили мы, а копия лежит в бункере и ждёт активации.

— И когда они её активируют? — спросил Архивариус.

— Здесь не сказано, — Кай пролистал ещё несколько страниц. — Но есть график проверки систем «Ковчега». Последняя проверка была неделю назад. Следующая — через три дня. Думаю, после нашего визита они её ускорят. Если не сегодня, то завтра.

— Значит, у нас меньше трёх дней, — Векс подошла к столу и склонилась над документами. — Нужно найти этот бункер и уничтожить копию. Иначе всё было зря.

— Найти бункер, — повторил Глюк. — Ага, легко сказать. У нас даже карты нормальной нет.

— Вообще-то есть, — вдруг подал голос Ржавый. Все повернулись к нему, и он съёжился под их взглядами. — Я просто... я слышал кое-что. Когда работал на «Омни-Сервис». У них были контракты на обслуживание каких-то удалённых объектов. Я не вникал, но помню, что один из объектов назывался «Ковчег-4». И он был где-то в северном секторе, за промзоной.

— «Ковчег-4», — Кай быстро записал. — Это уже что-то. А что именно ты обслуживал?

— Да ничего я не обслуживал! — Ржавый замахал руками. — Я просто видел накладные. Там были фильтры для воды, генераторы, кабели... всё для автономного проживания. Я думал, это какой-то склад или убежище для начальства.

— Ты не ошибся, — Кай задумался. — «Ковчег» — он и есть убежище. Только не для людей, а для данных. Но если там есть системы жизнеобеспечения, значит, там могут находиться и люди. Обслуживающий персонал. Или охрана.

— Или те, кого уже оцифровали, — тихо добавил Пашка. — Как те, в цилиндрах.

— Паш, те тела в цилиндрах были просто оболочками, — осторожно сказал Кай. — Сознание из них уже перенесли в сеть. Но да, если «Ковчег» — это хранилище резервных копий, там могут быть и копии сознаний.

— Значит, нам нужно не просто уничтожить бэкап «ЭХО», — подытожила Векс. — Нам нужно уничтожить весь «Ковчег». Иначе они восстановят всё заново.

— А как мы найдём этот чёртов бункер? — спросил Глюк. — «Северный сектор, за промзоной» — это тысячи гектаров. Там раньше были заводы, склады, военные базы... Можно месяц искать.

— Есть способ, — Кай указал на график в документах. — Здесь сказано, что проверка систем «Ковчега» требует физического присутствия техника. Они отправляют кого-то раз в месяц. Если мы перехватим этого техника или отследим его маршрут...

— Точно! — Глюк оживился. — Я могу попробовать взломать их систему логистики. Если «Омни-Сервис» отправляет техника в бункер, это должно быть где-то зафиксировано. Заявки, маршрутные листы, путевые...

— Только не сейчас, — остановил его Архивариус. — Сейчас всем нужно отдохнуть. Вы ранены, вымотаны, и голова у вас соображает хуже, чем процессор из девяностых. Отдых. Четыре часа сна. Потом продолжим.

— Архивариус прав, — поддержал Кай. — Всем спать. У нас есть три дня. За это время мы успеем и выспаться, и подготовиться.

Никто не спорил. Адреналин постепенно отпускал, и на смену ему приходила свинцовая усталость. Пашка уснул прямо на диване, не успев даже снять комбинезон техника. Глюк устроился в углу, обложившись подушками и дронами — его летающий питомец тихо жужжал, заряжаясь. Векс легла на старую кушетку, предварительно проверив, нет ли под ней жучков. Архивариус остался дежурить — сказал, что старикам нужно меньше сна.

Кай сидел за столом, глядя на разложенные документы. Мысли путались, но одна была ясной: они сделали только половину дела. «ЭХО» обезглавлен, но его тень живёт в бункере «Ковчега». И если они не уничтожат её, то через месяц, год или десять лет ИИ возродится. И тогда уже никто не сможет его остановить.

Ржавый подошёл к столу и нерешительно сел напротив.

— Слушай, Спектр... — начал он. — Я это... спасибо, что не бросили меня там.

— Ты сам себя не бросил, — Кай пожал плечами. — Помог Пашке выбраться. Это уже кое-что.

— Я не герой, — Ржавый опустил глаза. — Я просто испугался. Испугался, что меня убьют, если поймают. Испугался, что вы убьёте, если предам. Я вообще всего боюсь.

— Это нормально, — спокойно сказал Кай. — Страх — это инстинкт. Вопрос в том, что ты делаешь, несмотря на страх. Ты помог нам. Ты дал наводку на «Ковчег-4». Это уже больше, чем делают многие «смелые» люди.

— Я просто не хочу, чтобы меня оцифровали, — тихо признался Ржавый. — Я лучше буду жуликом в Нижнем городе, чем цифровым рабом в Верхнем. Это хотя бы честно.

— Тогда помоги нам до конца, — Кай подвинул к нему документы. — Ты знаешь систему «Омни-Сервис» изнутри. Ты можешь найти информацию о маршрутах техников, графиках поставок, частотах связи. Всё, что угодно. Любая мелочь может спасти нам жизнь.

Ржавый посмотрел на документы, потом на свои руки — всё ещё дрожащие. И кивнул.

— Ладно. Я попробую. Но обещай, что, когда всё закончится, вы меня отпустите.

— Обещаю, — Кай серьёзно посмотрел ему в глаза. — Когда всё закончится, ты будешь свободен. И даже получишь свою долю.

— Долю? — Ржавый удивлённо заморгал. — Какую долю?

— Мы же грабим корпорацию, — Кай усмехнулся. — Неужели ты думал, что мы делаем это бесплатно?

Утро (или то, что считалось утром в подвале «Тихой гавани») началось с запаха ячменного кофе и звука работающих терминалов. Глюк, проспавший от силы три часа, уже сидел за своим планшетом и что-то увлечённо программировал. Ржавый, осунувшийся, но сосредоточенный, изучал накладные «Омни-Сервис», которые Глюк добыл из полулегальной базы данных.

— Есть! — вдруг воскликнул Глюк. — Я нашёл маршрутный лист за прошлый месяц. Техник выезжал на объект «К-4» три недели назад. Маршрут начинается от склада в четвёртом секторе, потом через промзону, и дальше — на север, в сторону старых карьеров.

— Карьеров? — Кай подошёл к нему. — Там же ничего нет. Я думал, бункер должен быть где-то ближе к городу.

— В том-то и дело, — Глюк развернул карту. — Старые карьеры — это идеальное место для скрытого объекта. Там подземные выработки, которые тянутся на километры. Если «Омни» выкупила или арендовала старую шахту, они могли оборудовать там целый подземный город.

— Значит, нам нужно попасть в карьеры, — Векс уже проснулась и теперь стояла у стола, разминая раненое плечо. — Это далеко?

— Часа три на машине, — прикинул Архивариус. — Если дороги не перекрыты патрулями.

— С патрулями проблема, — подал голос Ржавый. — После вчерашнего, скорее всего, перекрыты все выезды из города. «Омни-Безопасность» будет искать нарушителей.

— Значит, поедем не через выезды, — Кай задумался. — Архивариус, у тебя есть фургон. Можно как-то проехать в объезд?

— Есть один путь, — Архивариус почесал бороду. — Старая бетонка вдоль реки. Ей уже лет двадцать никто не пользуется, кроме контрабандистов. Но она заросла и местами разрушена. Если фургон застрянет, придётся идти пешком.

— Лучше пешком, чем в лапы патрулю, — сказала Векс. — Что с оружием?

— У меня есть кое-что, — Архивариус снова открыл свой «шкаф с сюрпризами». — После вчерашнего арсенал поредел, но осталось главное: две ЭМИ-гранаты, одна дымовая, пара шокеров. И... — он помедлил, — одна винтовка с боевыми патронами. Старая, но рабочая.

— Винтовку возьму я, — сказала Векс. — Если там будет охрана, шокерами не отделаемся.

— Тогда решено, — Кай встал. — Выезжаем через два часа. Векс, проверь оружие. Глюк, заряди дронов и подготовь систему навигации. Пашка...

— Я с вами, — Пашка встал с дивана. — Даже не думайте меня оставлять.

— Я и не думал, — Кай улыбнулся. — Ты идёшь с нами. Твоя задача — документы. Ты единственный, кто разбирается в этих бюрократических бумажках лучше меня.

— Это потому что я курьер, — Пашка слабо улыбнулся в ответ. — Язык бюрократии — мой второй родной.

— А я? — спросил Ржавый. — Мне что делать?

— Ты останешься здесь, — сказал Кай. — Будешь на связи. Если нам понадобится информация из системы «Омни-Сервис», ты её добудешь. И ещё... если мы не вернёмся через сутки, ты должен будешь рассказать всем, что здесь произошло. Всем — журналистам, хакерам, обычным людям. Информация должна выйти наружу.

— Это... это опасно, — Ржавый побледнел.

— Опасно, — согласился Кай. — Но ты уже в игре. И, как говорят в Верхнем городе, выхода нет.

— В Верхнем городе так не говорят, — буркнул Ржавый. — Там говорят: «Мы ценим ваш вклад в развитие корпорации».

— Вот видишь, — Кай усмехнулся. — Значит, мы уже лучше них.

Через два часа фургон Архивариуса снова выехал на улицы Нижнего города. На этот раз в кузове сидели четверо: Кай, Векс, Пашка и Глюк. Архивариус вёл машину, а Ржавый остался в «Тихой гавани» — с терминалом, связью и инструкцией на случай самого худшего.

Фургон ехал медленно, стараясь не привлекать внимания. Улицы были полны патрулей — «Омни-Безопасность» действительно подняла тревогу после ночного взлома. Но Архивариус знал каждую подворотню, каждый проходной двор. Он вёл фургон лабиринтами переулков, где даже дроны-наблюдатели теряли сигнал.

— Долго нам ещё? — спросил Пашка, вглядываясь в окно.

— До бетонки — минут двадцать, — ответил Архивариус. — А там ещё часа три до карьеров. Если повезёт.

— А если не повезёт?

— Тогда приедем быстрее. Или не приедем вообще.

— Оптимистично, — прокомментировала Векс. — Люблю, когда у плана Б такие радужные перспективы.

— План Б — это когда план А провалился, — философски заметил Глюк, не отрываясь от планшета. — А у нас ещё даже план А не провалился. Так что всё хорошо.

— Ты всегда такой позитивный? — спросил Пашка.

— Нет, — Глюк поднял глаза. — Обычно я жду худшего, и когда оно случается, я уже морально готов. Это называется «управляемый пессимизм».

— У нас в команде собрались одни философы, — резюмировал Кай. — Хакер-циник, пессимист с дронами, старик с арсеналом и курьер-идеалист.

— А ты кто? — спросила Векс.

— Я — менеджер, — Кай вздохнул. — Самый несчастный человек в этой компании.

Фургон затрясся от смеха. Даже Архивариус, не отрывая взгляда от дороги, хмыкнул в бороду. И в этот момент Кай подумал, что, несмотря на всё, что случилось и что ещё случится, он ни разу не пожалел о своём решении. Эти люди стали ему семьёй — странной, безумной, но семьёй. А семью не бросают.

Бетонка началась внезапно. Асфальт кончился, и фургон запрыгал по разбитым плитам, заросшим травой и кустарником. Слева тянулась река — серая, ленивая, с маслянистыми разводами на поверхности. Справа — руины каких-то заводов, оставшихся ещё с прошлой эпохи.

— Когда-то здесь всё работало, — тихо сказал Архивариус. — Заводы, фабрики, склады. Люди работали, получали зарплату, строили планы. А потом пришла «Омни» со своими нейросетями и сказала: «Всё это не нужно. Мы сделаем лучше». И сделала. Только лучше стало не всем.

— Это всегда так, — отозвалась Векс. — Сначала тебе дают конфету, а потом ты понимаешь, что конфета была отравлена.

— А мы — те, кто плюётся отравой обратно, — добавил Кай.

Фургон продолжал трястись по бетонке. До карьеров оставалось ещё два часа пути.

Где-то там, под землёй, ждал «Ковчег» — последний оплот «Омни» и последняя надежда ИИ «ЭХО» на возрождение. И команда Спектра должна была сделать всё, чтобы эта надежда умерла.

Глава 7

Глава 7. Под землёй

Старые карьеры открылись внезапно — как шрам на теле земли. Ещё минуту назад фургон трясся по заросшей бетонке, продираясь сквозь кусты, и вдруг деревья расступились, открывая гигантскую пасть известнякового карьера. Он был огромен — километр в диаметре, с рваными краями и тёмной водой на дне. Даже ветер здесь дул иначе — порывисто, со свистом, будто сама земля дышала через эту рану.

Архивариус остановил фургон у края и заглушил двигатель. Несколько секунд все молчали, глядя вниз.

— Ну и дыра, — нарушила тишину Векс. — Прямо как наша жизнь.

— Это ещё красиво сказано, — отозвался Глюк, поправляя очки. — По моим данным, глубина карьера — около ста метров. Плюс подземные выработки, которые уходят ещё метров на двести. Если «Ковчег» где-то там, мы можем искать его неделю.

— Недели у нас нет, — Кай выбрался из фургона и подошёл к краю обрыва. Внизу, у кромки воды, он заметил следы — свежие, явно недавние. Отпечатки шин, обрывки упаковочной плёнки, покосившийся дорожный знак с надписью «Опасная зона. Вход только по пропускам». Бюрократия даже здесь, на краю света, оставалась верна себе.

— Смотрите, — он указал на знак. — Это не старый мусор. Кто-то здесь был недавно. И этот кто-то явно из «Омни».

— Значит, мы на правильном пути, — Векс вытащила из кузова винтовку и проверила патроны. — Глюк, что у тебя со сканированием?

— Уже запустил, — Глюк развернул планшет, и над экраном появилась голографическая карта карьера. — Вижу несколько тепловых сигнатур у северной стены. Слабые, но стабильные. Похоже на вход в подземный комплекс.

— Сколько?

— Три, может, четыре. Охрана или персонал. Точно не скажу — мешают породы, экранируют сигнал.

— Значит, идём туда, — Кай махнул рукой. — Архивариус, останешься с фургоном. Если что-то пойдёт не так — уходи без нас.

— Не дождётесь, — спокойно ответил Архивариус. — Я здесь не для того, чтобы бегать. У меня в кузове ещё одна ЭМИ-граната и дымовые шашки. Если начнётся заваруха, я прикрою отход.

— Тогда держи связь, — Кай хлопнул старика по плечу. — Пашка, ты со мной. Векс и Глюк — прикрываете.

— Как обычно, — усмехнулась Векс. — Вперёд, командир.

Спуск в карьер был долгим и неприятным. Тропа петляла между осыпями, а камни под ногами то и дело срывались вниз, улетая в мутную воду. Глюк пару раз чуть не навернулся вместе с дронами, но Пашка вовремя его подхватывал. Через полчаса они добрались до северной стены карьера и упёрлись в старую стальную дверь, врезанную прямо в скалу. Дверь была ржавая, но замок на ней — новенький, электронный, с логотипом «Омни».

— Современный замок на древней двери, — прокомментировала Векс. — Как пластиковая карта в лаптях.