Кирилл Стригин Вечная империя. Вторая часть

— Что здесь происходит? — неожиданно раздался знакомый голос.

— Вы что не видите?! — Юлиан снова отвел сапог для удара. — Да оттащите же его! Он мне сейчас ногу отгрызет! Еще немного и я с удовольствием поджарю его бешеные мозги!

Сильные руки крепко схватили Рема и потащили в сторону. Кровь заливала глаза, но парень продолжал отчаянно отбиваться.

— Да перестань же… Немедленно прекрати!

Рем замер, узнав голос Корнелия. По его глазам провели какой-то тряпкой и зрение прояснилось. Над ним склонилось обеспокоенное лицо дяди. Слипшиеся от пота волосы, из одежды — только длинный плащ из звериной шкуры. Видимо еще пару минут назад Корнелий еще носился среди врагов в зверином облике.

Два блайдара приподняли Рема и принялись возиться с оковами.

— Бесполезно, — заметил окровавленный и мокрый от пота Ансгар. В руке он держал любимый топор, теперь почерневший и покрывшийся новыми зазубринами. — Нужны инструменты.

— Дай-ка я попробую, — эти слова больше походили на звериное рыканье. Пасть оборотня была в пене, глаза зловеще горели во мраке. Настоящее лесное чудовище, в котором можно было узнать Викториана только благодаря более мощной, чем у остальных оборотней комплекции.

Оборотень двигался вразвалочку, неторопливо шевеля лапами, но настороженные уши и дергающийся нос подсказывали, что кажущая расслабленность обманчива.

— Рад, что ты жив, — Рем повернулся к Викториану спиной, демонстрируя оковы. Оборотень фыркнул и обхватил их здоровенными лапами. Послышался звон рвущихся цепей.

— Уф, — Рем с наслаждением потянулся. — Еще бы снять сами оковы.

— Это уж как-нибудь сам, — Викториан принялся увлеченно вылизывать шерсть. — Попроси свою Брианну, когда вернемся.

— Она жива?! — Рем молниеносно вскинул голову, чувствуя какой-то неконтролируемый щенячий восторг.

— Во всяком случае была, когда я ее оставил, — Корнелий обеспокоенно присел над еще дымящимися останками Горгафа. — Где Лукиан?

В глазах у Рема потемнело. Он повернулся в сторону Юлиана, но мага и след простыл.

Поймав его взгляд, Корнелий понимающе усмехнулся:

— Я знаю, что вы не очень друг друга любите, да я и сам недолюбливаю этого высокомерного и заносчивого гордеца, но сейчас уж точно не время для внутренних дрязг.

— Где он? — спросил Рем с угрозой.

— Я отправил его с донесением в захваченную цитадель. От греха подальше! Не знаю, что вы там не поделили…

— Ты спрашивал про Лукиана?! — взорвался Рем. — Так вот Юлиан убил его. Сжег своей магией вместе с Серым!

— Что?! — недоумение и гнев слились на лице Корнелия в страшную маску. — Что ты несешь?!

Сонное выражение слетело с Викториана, шерсть на загривке встала дыбом. Он стал разворачиваться:

— Дайте мне пару минут, и я принесу вам его голову…

— Нет, — сказал Корнелий резко, — ты останешься.

— Нет?! — Викториан оскалился. — Эта тварь убила Лукиана! Да, меня этот зануда всегда только раздражал своим нытьем, но он был одним из нас!

— Судьбу Юлиана решит суд, — отрезал Корнелий жестко.

— Да какой к демону суд?! — на Рема было жутко смотреть, — ты что, не веришь моим словам?! Не веришь мне, своему племяннику?

— Успокойся, — в голосе Корнелия прорезался металл. — На нас обращают внимание дикари.

— Пошли они к демону! — огрызнулся Рем. — Они все равно не знают общеимперского. В общем, ты меня не остановишь. Я найду его и навсегда сотру с губ эту мерзкую улыбочку…

Рем принялся судорожно раздеваться, намереваясь немедленно совершить трансформацию.

— Ты никуда не пойдешь, — Корнелий произнес это спокойно, но Рем внезапно остановился. — Сейчас вы оба выслушаете то, что я скажу. Мы никогда уже не вернемся в Империю. Надеюсь, для вас это так же очевидно, как и для меня. Значит теперь наш дом здесь! В этой долине, среди блайдаров. Не скажу, что мне сильно по нраву обычаи наших новых бородатых друзей, но выбирать не приходится. И, тем не менее, я не собираюсь со всем мириться. Еще можно стерпеть человеческие жертвоприношения, но у этих варваров абсолютно отсутствуют какие-либо понятия о мало-мальски цивилизованной правовой системе! У них нет ни единого писаного свода законов или правил поведения! Нас окружает дикое и варварское общество! Во всех своих действиях они руководствуются устными обычаями, установленными жрецами. Вы видели, как они дают что-либо в долг другому человеку? Нет?! Они делают зарубки на дощечке, чтобы это не забыть, а потом разламывают ее на две части. Одна остается у заемщика, другая у должника. Каково? И никаких договоров займа не надо…

— К чему ты клонишь? — перебил его Рем в яростном нетерпении. — К тому, что мы должны вдохновить варваров своим примером? Создадим среди них систему судов, заставим следовать своду законов?! Ты издеваешься надо мной?!

Викториан с вытянувшейся мордой слушал Корнелия, а затем из его пасти послышалось сдавленное рычание, напоминающее смех.

— Вначале мы покажем им как отправляют правосудие в Империи! — холодно ответил Корнелий. — Мы организуем над Юлианом суд, на который пригласим их вождей и особо отличившихся воинов. Все должно выглядеть эффектно и красиво. Главное, они увидят, что мы не делаем поблажек даже для своих. Затем мы скажем, что боги требуют распространить подобные правила и на них. Пока мы еще пользуемся здесь почти недосягаемым авторитетом, так что варвары отнесутся к этому с вниманием.

— Жрецам это не понравится, — буркнул Викториан. — Особенно Беленусу.

— Верно, — согласился Корнелий. — Они для нас угроза. Либо мы их раздавим, либо они нас.

— Они невероятно могущественны! — рявкнул Рем. — Их поддерживает весь народ, а мы всего лишь чужаки с необычными способностями!

— Сейчас все видят в нас посланцев богов, благодаря которым некромагам нанесено такое сокрушительное поражение, какого не было за сотни лет. — Корнелий с жаром посмотрел Рему прямо в глаза. — Где были их жрецы все эти века угнетения?

— Где они были? — усмехнулся Рем. — Правильнее спросить, кем они были! А были они душой всего сопротивления блайдаров. Постоянными и главными зачинщиками всех восстаний и бунтов! Духовными пастырями блайдарского народа!

— И чего они за все это время добились? — Корнелий презрительно сжал губы. — Разве можно сравнить все их многолетние «достижения» с тем, что сотворили мы всего за пару восходов солнца?

— Я бы не стал все приписывать только нам, — вмешался Викториан, решивший поберечь силы и снова стать человеком. Один из блайдаров почтительно протянул ему узелок с одеждой. — Сложилось очень благоприятное стечение обстоятельств! Междоусобица среди некромагов, сверхценные сведенья жреца Беленуса, долгое время скрывающегося в Кар-Марге под чужой личиной… Видишь, даже здесь не обошлось без жрецов.

— Эти сведенья оказались бы бесполезными, если бы мы не уничтожили почти всех некромагов у входа в долину, не ворвались на оборонительную стену и не зачистили цитадель! — голос Корнелия звучал почти торжественно. В мечтах он уже видел себя новым духовным лидером для сотен варварских времен, почти богом, обладающим непомерной властью. — Без наших способностей блайдаров попросту стерли бы в порошок вместе с Беленусом и другими жрецами. И они это понимают! А жрецы… их могущество уже не то, что было раньше.

— Если мы проведем суд над Юлианом, — в глазах Рема бешенство впервые уступило место сомнению. — Не дискредитирует ли это наш божественный статус? Если один из нас оказался подонком…

— Юлиан не совсем один из нас, — было видно, что Корнелий уже давно носится с этой идеей и у него на все был готов ответ. — Он не может обращаться в зверя. Значит, для варваров он всего лишь один из Вечных и только.

— Простите, что прерываю, — наконец вмешался Ансгар. — Я совершенно не понимаю вашего языка, но…

— Ох, это ты нас прости, — опомнился Корнелий. — Немедленно возвращаемся. Остальные наверняка уже нас потеряли.

Туман, опустившийся было с гор, теперь снова рассеялся. Повсюду валялись трупы некро-солдат, вперемешку с дикарями. Победители бродили среди тел, в надежде найти что-нибудь ценное и добивая раненых. Тело рыжебородого и его блайдарской подруги так и не нашли. Видимо они сумели каким-то образом ускользнуть, воспользовавшись боем.

Когда все уже стали расходиться, внимание Рема привлек звук похожий на слабый детский плач. Рем почувствовал себя так, как будто его окатили ледяной водой.

— Ребенок Эремана? — глаза Брианны отражали схожие чувства. — Я и забыла про него. Но… ты точно уверен, что слышишь плач? Лично мне мерещится только шум ветра и крик совы.

— Мой слух меня еще не подводил, — Рем повел носом и девушке показалось, что на человеческом лице парня проступили чисто звериные черты. — Конечно сейчас я слышу и чувствую значительно хуже, чем в зверином облике, но все же…

— О чем это вы? — Беленус протиснулся к ним через заросли. За ним, как всегда, тенью следовал Кайден в явно чужом меховом плаще с золотой фибулой и новых сапогах, снятых с одного из убитых.

— Эреман, это некромаг, которого мы схватили вместе с женой, — пояснил Рем, не заметив предостерегающего взгляда Брианны. — Еще у них был грудной ребенок. Я услышал плач и подумал…

— Боги действительно благоволят нам, — прошептал Беленус и повернулся к Кайдену. — Собирай всех. Нам предстоит важное богоугодное дело.

После объяснений Кайдена блайдаров охватило возбуждение. Они построились в длинную цепь и взяли факелы.

— Веди нас! — приказал Рему Беленус. — Чем быстрее мы найдем его, тем лучше.

Рем пожал плечами и четким шагом направился в сторону звуков. С каждым мгновением они усиливались и вскоре их уже слышали все. Беленус первым обогнал Рема и остановился возле небольшой ложбинки. Ребенок был там, закутанный в мягкие шкуры. При виде жреца он завопил еще громче, дергая в воздухе крошечными ручками и ножками.

— Некромагово отродье! — Беленус занес над вопящим младенцем кривой кинжал.

— Стой! Так нельзя! — Рем перехватил руку старика и мрачно подумал, что вот оно, то самое первое столкновение со жрецами, о котором говорил Корнелий.

— Ты что творишь?! — взбеленился жрец. — Ты же сам сказал, что он выродок того некромага!

— Он еще ребенок! — отрезал Рем, оглядываясь в поисках поддержки. Большинство блайдаров были откровенно сбиты с толку. Некоторые недоуменно переглядывались, другие смущенно отводили глаза, третьи… Третьи всем своим видом выражали полную солидарность с Беленусом.

— Он сын некромага! — Беленус повысил голос. — Значит, он должен умереть!

— В старину говорили, что некромагово семя не должно взойти, — мягко произнес Кайден. — Этот мальчик вырастет и будет представлять угрозу для всех нас.

— Я не убиваю детей! — Рем встал так, чтобы заслонить собой заходящегося в крике младенца. На удивление он совсем не испытывал страха, а только злость и желание поотрывать этим варварам головы. Бешенство, нерастраченное на Юлиана вытеснило все другие чувства, заставив забыть про благоразумие.

— Тебе никто не предлагает убивать детей, — вкрадчиво произнес Беленус. — Я лишь прошу не мешать мне покончить с этим маленьким чудовищем. Таких как он нельзя оставлять в живых. Некромаги не люди, ты сам это знаешь. А теперь, будь добр, отойди.

— Рем прав, дедушка, — Брианна решительно встала рядом с парнем. — Это всего лишь ребенок!

Среди блайдаров послышался ропот. Беленус обвел всех наигранно-безумным взглядом:

— Он сын своего отца! И ты не сможешь меня остановить. Никто не сможет! А после мы еще поговорим…

— Нет нужды разговаривать, — Брианна наклонилась и осторожно подняла младенца. Тот слегка успокоился. Его широко раскрытые глаза смотрели на Брианну с невероятным удивлением и… доверчивостью.

— Тебя околдовали! — Беленус сделал шаг вперед. — Эти чужаки, выдающие себя за посланцев богов. Теперь я окончательно убедился, что это не так. Воины! Вырвите этого ублюдка из рук моей негодной внучки и передайте мне!

Блайдары переглянулись. Неожиданно Ансгар вышел вперед и встал возле сестры. На его лице отражалась целая гамма сложных чувств.

— Не думал, что такой отважный воин тоже окажется на стороне этих предателей, — презрительно процедил Беленус, бросив взгляд на своего помощника. Кайден угрожающе заворчал и потянулся за оружием. Несколько блайдаров последовали его примеру.

— Простите, великий жрец, — голос Ансгара звучал глухо. — Я тоже считаю, что маленького некромага нужно убить, но… она моя сестра! Мы вместе прошли через такое, что… — Ансгар запнулся и внезапно выпалил, — она убила некромагов больше, чем многие из вас могут себе представить! Называть ее предательницей может только человек, сам являющийся таковым!

Шум, охвативший дикарей внезапно стих. Блайдары потрясенно переводили взгляд с Ансгара на Беленуса.

— Что ж, — сказал жрец. — Ты сделал свой выбор. Взять их всех!

Минуту среди блайдаров царило смятение, а затем часть воинов начала медленно приближаться к Брианне. Ансгар выставил вперед топор, а Рем угрожающе зажег на ладони магический шар. Глаза Беленуса сверкнули. Тело жреца стало окутываться странным свечением. Рем отступил на шаг, готовясь ко всему. В этот момент сразу несколько грозных рыков слились в чудовищный рев, мгновенно перекрывший шум толпы. Несколько оборотней раскидали в сторону стоящих на их пути людей и окружили плотным кольцом Брианну с младенцем.

— Вы совершаете большую ошибку, — прорычал Корнелий, выставляя на показ огромные клыки. — Убийство этого ребенка страшный грех! Чем вы тогда отличаетесь от трупоедов?

— Это просто немыслимо!

— Святотатство!

— Да нет, они же сами посланцы богов! Это новое откровение!

— Да, именно так! — рявкнул Корнелий. — Нашими словами говорят боги! Мы умеем принимать божественный волкообразный облик. Благодаря нам вы, наконец, стали снова свободным народом!

Последние слова Корнелия произвели впечатление. Даже наиболее оголтелые сторонники Беленуса остановились в нерешительности. Сам жрец, всегда чутко чувствующий настроение толпы, понял, что еще не время показывать зубы.

— Да, вы уже свободный народ! — повторил Корнелий и вызвал у большинства блайдаров самый настоящий экстаз. — По-настоящему свободный! Горная Чаша — наша! Ничто не помешает нам построить свое независимое королевство! Мы сделаем все, чтобы оно стало могущественным государством, держащим в страхе все окрестные народы!

Слова Корнелия потонули в оглушительном ликовании. Беленус поднял руку, призывая к молчанию.

— Наш уважаемый гость хорошо сказал, а главное… правдиво! Мы, жрецы, всегда говорили, что волки — священные животное, любимцы богов. Среди нашего народа и раньше встречались перевертыши. Конечно, они оборачивались в обычных волков, а не в этих грозных зверей… Некромаги ловили их и сразу же убивали. Они боялись их мощи и старались искоренить из нашего народа саму память о них. Но благодаря жрецам им это не удалось. Мы стойко выдержали все испытания, не меняя свои убеждения даже под чудовищными пытками и в итоге донесли до вас эту древнюю информацию богов.

— Верно говорит, — послышались голоса в толпе. — Без жрецов мы бы даже не знали о святости волков…

— И вот теперь боги разгневались на некромагов и послали к нам не простых перевертышей! — продолжал Беленус. — Они явились сюда, чтобы вместе с нами, жрецами, сокрушить некромагов! И мы это сделали! Большая часть долины свободна от ярма этих выродков!

Слова Беленуса были встречены не менее громкими криками радости, чем речь Корнелия. Жрец довольно усмехнулся и встал рядом с профессором. Его рот смеялся, но в глазах притаилась тщательно скрываемая угроза и обещание мести. Корнелий с удивлением осознал, что под личиной оголтелого фанатика скрывается хитрый и расчетливый ум. Беленус верно служил богини Айрис, но в тоже время не являлся ее безмозглым адептом, прущим напролом ради соблюдения внешних атрибутов культа. Когда надо, он умел отступить, проявить гибкость и даже извлечь пользу из, казалось, абсолютно проигрышной ситуации. Мрачное предчувствие подсказывало Корнелию, что ему еще не раз придется в этом убедиться.

***

Рем блаженно вытянул уставшие ноги и сладко потянулся. Теперь можно было расслабиться. Некромаги разбиты, Брианна осталась жива и даже над Беленусом одержана небольшая победа. И все же сон не шел к Рему. Ворочаясь на подстилке из сухих листьев, он всячески возвращался в памяти то к смерти Лукиана, то к ребенку Эремана. Искаженные от ужаса и боли глаза Лукиана сменялись в его сознании большими удивленными глазами младенца.

Не выдержав, Рем поднялся, натянул сапоги и зашагал вдоль деревьев. Все, кроме часовых, в лагере спали, и почти ничто не мешало Рему выполнить задуманное. С другой стороны, а стоило ли вообще это делать? Некромаги были их врагами и, то, что Рем собирался сейчас совершить выглядело самым настоящим предательством. С другой стороны, он никак не мог забыть маленькое и почти миниатюрное тельце, скрючившееся от ужаса и полного непонимания происходящего. Да и, положа руку на сердце, нельзя сказать, что Эреман с Тефи вызывали у него ненависть. С ним они обращались вполне сносно. Причем Рем был уверен, что обернись все наоборот и отношение к пленному некромагу среди тех же Вечных или блайдаров было бы значительно хуже.

Начало светлеть. Рем покосился на спящих варваров и решительно отправился обратно. Нет уж. Пусть все остается, как было. Предателем для своих он не станет. В конце концов, Эреман с Тефи были теми самыми некромагами, которые уже не одну тысячу лет являются злейшими врагами всего людского рода. Они самые настоящие чудовища и он не должен о них беспокоиться.

Едва натянув на себя шкуры, Рем с тихим проклятием поднялся снова. А, пропади оно все пропадом!

***

Бородатые часовые даже не успели вскрикнуть, как неведомая сила подняла их и стукнула друг о друга лбами. Эреман зашевелился и слегка приподнял голову. Сверху на них с Тефи смотрела чудовищная звериная морда. Оборотень вошел в пещерку и протянул к побледневшим пленникам когтистые лапы. Тефи зажмурилась, но оборотень лишь распорол веревки, охватывающие ее тело подобно кокону. Блайдары постарались на славу, а Беленус еще и надел на некромагов по амулету со знаком богини Айрис. Такой предмет мог несколько часов блокировать некро-силу. Не удовольствовавшись последним, жрец еще и начертил вокруг пленников особый круг. На землю внутри него накладывался специальный заговор, отрезающий некромагов от подземной энергии.

— Кто ты? — прошептал Эреман, растирая руки и с остервенением срывая с груди жреческий амулет. — Зачем ты это делаешь?

Тело оборотня стало стремительно меняться. Шерсть редела, пасть укорачивалась. Прошло совсем немного времени и перед некромагами уже стоял Рем, стремительно натягивающий одежду.

— Рем?! — произнес Эреман неверяще. — Но…

— А вы кого ожидали увидеть? — Рем криво улыбнулся, находясь во власти смешанных чувств.

— Что ты хочешь сделать? — лицо Тефи приняло странное выражение.

— Брианна, — тихо позвал Рем вместо ответа. Силуэт девушки слабо обрисовался в предрассветных сумерках. В руках она держала ребенка.

— Пришлось покормить его, иначе он перебудил бы всех, — Брианна протянула Тефи ребенка, и та дрожащими руками выхватила своего сына.

— Спит, — Эреман склонился над свертком. — Но все равно придется опять наложить чары покоя.

— Посты мы обезвредили, так что путь свободен, — Рем беспокойно оглянулся. — Но нужно поторопиться. За вами немедленно пустятся в погоню и тот подземный ход, о котором вы говорили — единственное, что сможет вас спасти.

— Зачем вы это делаете? — повторил Эреман с недоверием в голосе. — Какая-то изощренная пытка? Хотите за нами поохотиться? Никогда не поверю, чтобы Вечный добровольно отпустил некромага.

Рем замялся:

— Знаешь… Я долго думал о том, что случилось со мной за последнее время. На удивление мир варваров оказался не совсем таким, каким я его представлял. Что до вас… — Рем сделал паузу, — вы, некромаги, конечно, отъявленные негодяи (Эреман улыбнулся), но при этом совсем не похожи на тех рогатых страшилищ, которыми нас пугали в детстве. А если это так, то чем вы хуже, к примеру, тех же аравадцев или тиарцев? Потом я подумал, что тогда какого демона я должен отдавать вашего с Тефи сына этим поганым жрецам? Пока он всего лишь ребенок, который не может отвечать за грехи своих родителей. Вернее даже не родителей, а их хозяев из Некрозамка.

— Неожиданная мысль, — Эреман ошеломленно покачал головой. — И она заставила тебя просто взять и освободить нас?

— Ну, не сразу, — Рем улыбнулся. — Понимаешь, лично к вам я не испытываю никакой неприязни. Да, я был вашим пленником, но это война. Вы поступили так же, как поступил бы любой другой на нашем месте. Теперь вы мои пленники и я решил дать вам свободу.

— Нужно торопиться, — Брианна очень плохо понимала общеимперский, но старалась впитывать в себя каждое слово. — Скоро рассвет.

— Здесь немного припасов на первое время, — Рем протянул Эреману увесистый тюк. — А теперь идите. Прямо вдоль той скалы есть тропинка. Мы оглушили караульных, поэтому сейчас ее никто не охраняет. Да, и еще кое-что. Тот лишенный бороды жрец, как там его? Морк? В общем, он изъявил сильное желание пойти с вами. Мы не стали препятствовать. Здесь ему все равно уже не светит ничего хорошего. Он ждет вас, прячась в кустарнике у той самой тропы, по которой вы пойдете.

Эреман лихорадочно схватил тюк и заторопился вслед за женой, забывшей обо всем на свете, кроме своего сына. Внезапно некромаг обернулся.

— Знай, — прошептал он, — в Некрозамке у вас обоих теперь есть друзья. Что бы ни случилось, мы всегда постараемся помочь.

С этими словами Эреман растворился среди деревьев. Рем и Брианна переглянулись.

— Надеюсь, мы все сделали правильно, — сказал Брианна тихо. На ее лице отразились противоречивые эмоции.

— Правильно, можешь не сомневаться, — Рем хотел произнести эти слова твердо, но вышло совсем наоборот. Что же они наделали?! В Империи их бы прокляли…

— Необычный поступок, молодые люди!

В сердце Брианны словно вонзили ледяное копье. Она бросила взгляд на Рема и на мгновение их лица приняли одинаковое выражение. Корнелий рассмеялся и тоже вошел в грот.

— Ты следил за мной! — воскликнул Рем с обвинением в голосе. Его страх отступил на задний план, освободив место раздражению. — Как ты вообще подкрался так незаметно?

— О, ты был настолько увлечен своим «благородным» поступком, что ничего вокруг не замечал, — Корнелий ехидно усмехнулся. Пожалуй, если бы на месте его племянника стоял кто-то другой, профессор уже поднял бы по тревоге весь лагерь.

— Ты меня осуждаешь? — спросил Рем, когда они уже вернулись к месту своего ночлега. Небо посветлело еще больше, но время зари еще не наступило.

— Пока не знаю, — честно ответил Корнелий. Он проследил взглядом за пронесшейся летучей мышью. — Смотря, какие будут последствия твоей выходки. Главное, чтобы никто не смог обвинить во всем нас.

— И все же ты меня не выдал! — Рем остановился и заглянул дяде в глаза. — Почему?!

— Как я могу тебя выдать?! — в голосе Корнелия прозвучала искренняя обида. — Ты же мой племянник! Да и, честно говоря, будь ты другим членом нашего отряда, я бы тоже тебя не выдал. Я много раз говорил, мы — маленькая горстка Вечных посреди огромного мира варваров. И нас становится все меньше и меньше. Мы понесли большие потери.

— Валерия так и не нашли? — спросил Рем внезапно, скосив глаза на шевельнувшегося во сне Викториана. Оборотень широко раскинул могучие ручищи, его грудь мерно вздымалась в такт дыханию.

Корнелий помрачнел:

— Нет, и я опасаюсь самого худшего. Его могли убить или взять в плен. Хорошо хоть Марк вернулся.

— Марк?

— Его подожгли странным черным пламенем у восточного прохода в долину, — Корнелий понизил голос, чтобы не разбудить остальных. Впрочем, небосвод уже стремительно окрашивался в жизнерадостные утренние краски. Вершины гор осветились золотисто-пурпурным пламенем, лес огласили мелодичные птичьи трели.