J. R. Crow J. R. Crow Роскошь и тлен

— А ты не из тех, кто любит делиться своими игрушками, верно? — усмехнувшись, Эмили одёрнула прилипшую мокрую блузку от груди. — Жаль, что ты бесцельно потратил столько эссенции ради этого источника. Нам толком не удалось в нём понежиться.

— Да прекрати, не стоит считать мои деньги, — отмахнулся Ян. — При моём образе жизни мне почти не на что их тратить. Немного магии для веселья, немного конфет для душевного равновесия — вот, собственно, и всё.

Он с тоской посмотрел в окно, за которым курортная благодать вновь уступила место лондонскому смогу.

— Лучше нам ехать обратно в клуб. Там... твои пташки тебя заждались.

— И о чём же нам говорить? Они меня с ума сведут.

Девушка с сожалением вспомнила, чем закончился их прошлый «разговор», точнее, к какому срыву он её привёл. Вторую подобную оплошность Ян явно не простит.

— Просто это как-то нерационально: я занял этими упрямицами целых две комнаты, а пользы они не приносят... — Он дёрнул головой, словно переключая какой-то тумблер, и резко сменил тему: — Всё-всё, не хочу больше о них слышать. Ты мне так и не рассказала, чем занимаются в вашем мире в это время суток.

— В моём мире? Да, в принципе, тем же самым, что и у вас. Работают, развлекаются, грабят и убивают, — засмеялась Эмили. — Но на курорты там гораздо чаще летают на самолётах, чем ездят в каретах.

— А как выглядит самолёт? — заинтересовался Ян — Он похож на дирижабль? А летает быстрее или медленнее? У тебя был самолёт?

— Самолёт... — девушка глубоко вздохнула, думая, как же понятнее описать. — Он как огромная железная птица, что может перенести целую сотню людей. Он очень быстрый и летает выше облаков. Своего у меня не было, но я летала на них.

Эмили описывала всё это с придыханием, стараясь показать в обычном для неё предмете что-то волшебное.

Ян скептически фыркнул:

— Есть у нас в Лондоне один «мастер механических птиц», любит присылать письма с такими летающими железными мерзавцами. Как-то он попытался собрать аппарат побольше и посадить туда своего подручного. Так в полёте крылья после десятка взмахов отвалились, грохот на все трущобы стоял...

— Нет-нет, — поспешно замахала руками девушка, запоздало понимая, что жителя мира паровых машин сказочными метафорами не впечатлишь. — Самолёт не машет крыльями, они просто сделаны так, чтобы держать его на воздушных потоках…

В этот момент Ян вспомнил о промокших штанах, сидение в которых вне источника причиняло изрядное неудобство, и недолго думая приложил к ним ладонь.

От ткани повалил густой пар, так что вскоре карета стала похожей на турецкую баню.

Вытерев со лба выступившие капельки пота, Эмили чуть приоткрыла окно для проветривания и попыталась продолжить:

— Сначала нужно создать подъёмную силу, для этого разогнаться и…

Объяснять получалось довольно коряво, физика никогда не была сильной стороной девушки, но её спутник слушал с интересом, изредка задавая вопросы. Гораздо лучше Эмили справилась, рассказывая, что такое интернет, а когда дело дошло до предоставляемых им сериалов, Ян пришёл в настоящий восторг, заявив, что с радостью бы посмотрел парочку, но обязательно под хорошее вино.

За разговором Эмили даже не сразу заметила, когда серые луга сменились серыми окраинами города.

Внезапно карета остановилась. Ян открыл дверь, собираясь отругать нерадивого кучера, да так и застыл, повиснув на створке, отчего та натужно заскрипела.

Дорога была перекрыта другой каретой — более солидной, с бахромой и гербами. Оттуда выбрался невысокий человечек в монокле и сером пальто. Он посмотрел на Яна снизу вверх, но с таким выражением лица, будто рассматривает мелкую букашку:

— Сэр Цзяо, я посланник от лорда Рэдфорда. К сожалению, вы столь внезапно покинули горячие источники, что мой господин не успел пригласить вас на сегодняшний ужин. Он очень надеется, что вы примете это приглашение, поэтому я прошу вас проследовать в мою карету.

Ян в ответ взглянул на гонца так, что броня высокомерия не выдержала, и тот заметно вздрогнул.

— Манеры лорда Рэдфорда как всегда крайне отвратительны, — с вызовом бросил Ян. — Ладно я, у меня работа такая — срываться куда угодно в любое время. Но требовать, чтобы девушка в дневном платье ехала на ужин, к которому полагается вечернее? Я считаю такое приглашение оскорбительным, поэтому передайте лорду Рэдфорду, что мы никуда не пойдём.

Посланник, непривыкший к такой дерзости, покрылся багровыми пятнами, а на ладони его сформировался небольшой огненный шар:

— Послушай ты, грязнокровная выскочка! То, что тебя посвятили в рыцари, не даёт тебе права перечить истинно древним и уважаемым родам! А ну в карету, живо!

Только спустя секунду он понял, что сказал что-то не то. Рука, поддерживающая заклинание, внезапно оказалась намертво пригвождённой за рукав пальто к борту кареты метательными звёздами. Так и не погасший огонь вскоре перекинулся на повозку, и та загорелась.

— Послушай ты, ни на что не годная шавка, — издевательски улыбнулся Ян, — ты жив только потому, что я понимаю, где в имперской иерархии находится место твоего господина. Но ещё раз посмеешь на меня тявкнуть — и твой труп вовеки никто не найдёт.

Гонец окончательно потерял к нему интерес, судорожно пытаясь отцепиться от горящей кареты.

— Трогай, — приказал Ян. Он грациозно скользнул внутрь своего экипажа и с усмешкой спросил: — Я ведь вёл себя, как подобает рыцарю?

— Конечно, — улыбнулась Эмили в ответ. — Ты был само благородство.

Признаться честно, девушке безумно импонировала эта его черта — говорить в лицо всё, что хочется сказать, невзирая на звания и титулы. И неважно, что, по её мнению, достичь такого можно лишь немного сойдя с ума.

Больше на их пути никто не попадался.

На этот раз Ян не стал стучать, а просто втащил Эмили внутрь клуба, пред этим подозрительно осмотревшись по сторонам.

— Ну вот, мы дома, — с явным облегчением произнёс он, задвигая тяжёлый засов. — Я всё-таки полагаю, что Томас не настолько не видит берегов, чтобы заявиться сюда. Иерархия иерархией, а если ножичком ткнуть — кровь потечёт.

Он сам посмеялся над своей шуткой и только сделал шаг к скрывающей лестницу занавеске, как его окликнул старый слуга:

— Глава, вы как всегда пунктуальны. Поставщики уже ждут вас в условленном месте.

— А я и забыл, — заговорщическим шёпотом сообщил Ян на ухо Эмили. — Ладно, подождёшь тут меня недолго?

— А куда я денусь? — в ответ усмехнулась Эмили, хотя по спине её пробежал холодок вернувшегося дурного предчувствия.

Убеждая себя, что она в полной безопасности, Эмили поднялась в свою комнату. Развесила на ширме мокрую одежду, потом нашла сумку со вчерашним повседневным нарядом, в который и облачилась, разве что проигнорировав корсет. Поменяла местами несколько безделушек. Открыла и закрыла пустые ящики комода. Попросила служанку принести чай и с жадностью выпила несколько чашек. Всё это просто чтобы чем-то себя занять — но ощущение грядущей беды нисколько не уменьшалось. Какое-то время ничего не происходило. Возможно, прошла пара часов.

Потом дверь тихо открылась, Эмили вздрогнула, но увидев вошедшую, облегчённо вздохнула. На пороге стояла Анориэль. Она закусила губу, не зная, с чего начать, потом, пересилив себя, произнесла:

— Кажется, ты единственная, с кем мне имеет смысл разговаривать...

— Проходи, — чуть улыбнулась девушка. — Как я рада, что ты пришла. Ожидание меня убивает. О чём ты хотела поговорить?

Эльфийка, подумав, прошла внутрь и уселась у стола на подушки.

— Я оказалась здесь из-за своей ошибки, — призналась она. — Несколько лет назад наши мудрецы стали замечать многочисленные порталы между измерениями, здесь их называют «дыры». В самых страшных из легенд моего народа говорится о некоем божестве, Ключе и Вратах, чья сила как раз способна сотворить что-то подобное. Но зачем божеству, что спало многие эоны лет, понадобилось пробуждаться именно сейчас? Я возглавляла исследовательскую группу, которая пыталась понять характер аномалии. В один прекрасный день мы сумели воспользоваться остаточной магией одного из порталов и построить переход туда, где всё это началось. В этот мир. Но мы были слишком беспечны, отправившись втроём. Наша магия здесь не действует, а жестокость местных разбойников не знает никаких границ. Мои спутники погибли, а я оказалась на подпольном невольничьем рынке, где меня и купил этот мерзавец Цзяо Ян. Он обещал мне помочь, найти для меня путь домой... А потом... потом он заставлял меня смотреть... как... о Владыки Света, я никогда не видела столько крови... я...

Она с усилием сглотнула, изгоняя из мыслей картину несомненно ужасную, что до сих пор являлась ей в кошмарах.

— Ты... как будто бы с ним поладила. Но я чувствую, что в душе твоей остался ещё свет. И до тех пор, пока он тебя слушает хоть немного, — давай попытаемся найти путь домой вместе?

Эмили ладонью заткнула рот эльфийки и прошептала:

— Тише. У стен тоже есть уши. Не стоит быть такой беспечной в подобных разговорах.

Анориэль кивнула, и девушка убрала руку.

— Ты же понимаешь, что если я буду ему неугодна, то он перережет мне горло с такой же лёгкостью, словно пьёт чай. Наверное, тебе сложно об этом говорить, но мне нужно знать, что ожидать от этого человека. Что он сделал с тобой?

Эльфийка вздохнула, собираясь с силами, после чего ответила:

— С моим телом — ничего. Даже странно, если вспоминать его бесстыдные объятия. Но, не покушаясь на плоть, душу мою он истязал куда более жестоко.

Она внезапно вскинула голову и посмотрела Эмили прямо в глаза:

— Ты видела, как он убивает? Ты видела эту улыбку демона, которому принесена очередная жертва?

И сама же себе ответила:

— Конечно, видела. Это отражается в твоих глазах.

Горько усмехнулась:

— Каков цвет ночи?

— Кроваво-красный, — тихо ответила Эмили, отводя взгляд.

«Неужели все его «гости» знают ответ на этот вопрос?»

Эльфийка попыталась добавить что-то ещё, но её голос потонул в грохоте и криках, раздававшихся на нижних этажах. Эмили схватила Анориэль за руку и потянула за собой:

— Нужно уходить.

Вот только уходить было особо некуда, да и времени в обрез — топот послышался уже на третьем этаже. Сначала девушка метнулась к окну, но с сожалением отказалась от этой идеи, без магии прыгать с такой высоты — костей не соберёшь. Поэтому она воспользовалась единственным доступным вариантом и спряталась вместе с эльфийкой в шкафу.

Дверь буквально слетела с петель, трое мужчин с лицами, завязанными тёмными платками, ввалились в комнату.

— Это последняя.

— Но она пустая.

— Нихрена. Чай ещё не остыл…

Двое остались стоять у дверей, а последний медленно прошёлся вдоль стены. Заглянул в окно, но, видимо, пришёл к тому же выводу, что и Эмили, и двинулся дальше.

Анориэль старалась не дышать.

Один из охранников шепнул второму:

— Зря ты зарезал этого бугая у лестницы. Онведь будет мстить.

— Заткнись, — суеверным шёпотом отозвался второй. — Мы хотим спереть его бабу, разве что-то может быть хуже? И потом, хозяин защитит нас!

— Хозяин защитит, — поспешно согласился первый, но уверенности в его голосе не было.

Тем временем третий мужик добрался до шкафа и распахнул дверь:

— Ты смотри, нас за одной бабой посылали, а тут две!

— Бери всех, и уходим!

Чёрного пояса по восточным единоборствам у Эмили не было, но драки в придорожных барах не прошли даром. Едва дверь открылась, девушка что есть сил пнула мужика сапогом между ног. Тот взвыл от боли и упал на пол. Рассчитывать на эльфийку не приходилось — та словно одеревенела, прижавшись к стене.

Закрепляя успех, девушка успела врезать по челюсти одному громиле у дверей, но второй подло заломил ей руку, а кое-как очухавшийся третий вцепился в другую.

Похитители потащили брыкающуюся Эмили и даже не помышлявшую о сопротивлении Анориэль по лестнице вниз. На пути их встали двое ребят из охраны клуба, но пара выстрелов из пистолета — и сопротивление было подавлено. Потом девушек запихнули в карету, где ждали ещё двое вооружённых здоровяков, и натянули на головы мешки из плотной ткани. Кучер щёлкнул кнутом, и повозка быстро покатилась прочь из китайского квартала.

Эмили вновь обрела способность видеть лишь в большом кабинете, обставленном с викторианской пышностью. Трепетал огонь в камине. За письменным столом сидел лорд Томас Рэдфорд собственной персоной.

Увидев немного помятых пленниц, он чуть склонил голову, приветствуя, и с вежливой улыбкой заговорил:

— Я прощу прощения, если мои люди доставили вам неудобства. Но моё сердце просто разрывается, глядя, как столь прекрасные леди обязаны плясать под дудку таких отъявленных мерзавцев, как Цзяо Ян. Этот человек плюёт на все устои нашего общества. Я пригласил его в гости, как равного, хотя все знают, что своего дворянского звания он совершенно не заслуживает, а чем он отплатил мне? Поджёг карету, оскорбил моего посыльного. Разве я мог после такого сидеть сложа руки? Не бойтесь, милые дамы, теперь вы в безопасности.