Помедленнее, я записываю!

Ирина Меркулова
Помедленнее, я записываю!

– Передача посланий – самое трудное, – произнесла она мягко, словно извиняясь. – Хельда Кашиньска потратила слишком много сил, она полностью истощена.

– Я понимаю, – я взяла бумажку и поднялась. – А… могу я еще раз записаться на сеанс?

– Разумеется. Мы будем счастливы вас принять. Но не ранее, чем через месяц. Духов нельзя тревожить слишком часто.

– Чудесно! Спасибо.

Помощница ненавязчиво подталкивала нас с Джо к выходу, и нам ничего не оставалось делать, как удалиться. Я бросила последний взгляд на прорицательницу, безвольной куклой обмягшей в кресле, и вышла в коридор. В молчании мы покинули дом и сели в экипаж. Мне потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя после мрачной темной обстановки кабинета Кашиньски.

Смеркалось, но уличные фонари еще не зажглись. Под звонкий цокот копыт мы проехали до конца улицы. Джо, хмурая и задумчивая, сидела рядом, впечатленная не меньше моего.

– Ох, и зачем мы в это ввязались?

– Это исследование для статьи.

– Надеюсь, ты напишешь шедевр! Надо же так нагло обманывать доверчивых людей? – возмутилась Джоанна. – Что там в послании? Что-то вроде "люблю, жду, целую"?

Я развернула бумажку и едва не расхохоталась в голос:

– Джо, да ты настоящая предсказательница! Вот кто должен быть там, вместо Кашиньской!

Джоанна так и прыснула:

– Серьезно? Я угадала? Дай посмотреть! – она забрала записку. – "Жду тебя. Люблю". Ох, это было бы смешно, если бы не было так грустно!

– Да уж, – вздохнула я и забрала записку обратно: настоящие журналисты всегда сохраняют вещественные доказательства. – Признаться, я надеялась на большее.

– А я – нет! – заявила Джо. – Сразу знала, что это шарлатанки, и ничуть не удивлена. Сообщить бы о них в полицию!

– Здесь нет состава преступления. Поди докажи, видит она духов на самом деле или нет.

– Зато ты здорово придумала выдать Дариела за своего покойного мужа! Когда сообразила, что ты задумала, едва не расхохоталась.

– Хорошо если так, – кисло согласилась я.

Джоанна внимательно вгляделась в мое лицо.

– Ты расстроилась, – констатировала она. – Все еще переживаешь из-за помолвки?

– Даже не знаю, – вздохнула я. – Пока мне сложно привыкнуть к тому, что я теперь свободна. Никаких обязательных выходов в свет, приемов, расшаркиваний с друзьями Дариела. Сама себе хозяйка. Ведь именно этого я всегда и хотела. Просто…

– Ты любила его, – закончила за меня Джоанна.

Я помолчала.

– Не знаю, Джо, – честно призналась я. – Нашу помолвку организовали родители, а я не возражала, потому что Дариел мне понравился. Он ведь неплохой человек, у нас много общего. Но чем больше я думаю о наших отношениях, тем больше убеждаюсь, что нас скорее связывала привычка, чем настоящие чувства.

Джоанна прищурилась:

– Что-то ты темнишь, подруга. Еще неделю назад ты утверждала, что несказанно рада разрыву. Откуда теперь эта грусть?

– Все-то ты знаешь, – я шутливо толкнула ее. – Позавчера встретила его на улице с другой девушкой, – неохотно призналась я. – Не ожидала, что Дариел так быстро найдет мне замену. Я-то думала, у нас все серьезно, а на деле он уже забыл обо мне.

– Вот негодяй! – Джоанна как всегда был категорична в своих оценках. – Мог бы подождать хоть немного ради приличия. Как будто мало тебе, что именно он захотел расторгнуть помолвку!

– Джо, ты слишком строга к нему, –  возразила я. – Все-таки в нашем разрыве есть и немалая доля моей вины. Без дара, да еще вздумала работать. Мало какому мужчине понравится, что его невеста увлечена написанием статей больше, чем им самим.

– Ну, давай, скажи еще, что это ты во всем виновата, – сварливо пробурчала Джо.

– Нет, конечно! – тут же вскинулась я. – Вот еще! Просто… оказалось до противного обидно увидеть его с другой.

– Забудь! Твой суженый все еще ждет тебя. – Она закатила глаза и проговорила низким голосом: – Я, Джоанна – предсказательница, вижу твое будущее. Скоро ты встретишь свою судьбу-у-у!

Мы обе рассмеялись. Что бы я делала без Джо? Обожаю ее!

– А знаешь что? – предложила она. – Поехали, поедим где-нибудь в кафе. Говорят, вкусная еда помогает забыть неверных женихов.

– Не могу. Обещала сегодня поужинать с мамой.

– О, это не очень хорошо, – протянула Джо. – Мамы не способствуют забыть неверных женихов.

– Ага, – поддержала ее. – Зато они виртуозно умеют пилить и выносить мозг.

Коляска остановилась возле дома Джоанны. Она чмокнула меня в щеку и выпорхнула на мостовую.

– До завтра! Жду от тебя новых сообщений. Ты же знаешь – я всегда с тобой!

*

Мы с мамой договорились встретиться в ресторане клуба "Золотой павлин". Я приехала раньше, и с чашечкой кофе расположилась на террасе. В это время народу было совсем мало, ничто не мешало достать блокнот и набросать первые заметки к будущей статье. По свежим следам, так сказать.

– Снова вся в работе! – раздался над головой приятный мелодичный голос.

Я подняла глаза. Камилорина Д'Астон как всегда выглядела безупречно элегантно. Сиреневое платье по последнему писку моды, широкополая шляпа с длинным изогнутым пером и малюсенькой вуалью. Пышные светлые волосы уложены  в идеальную прическу. Небесно-синие глаза по-детски широко распахнуты и смотрят так невинно! Для своих лет мама выглядела удивительно молодо, тоненькая, изящная словно девочка. И я была несказанно рада, что пошла в именно нее, а не папу.

 Я широко улыбнулась:

– Здравствуй, мамочка!

Она грациозно склонилась и поцеловала меня в щеку.

– Здравствуй, дорогая, – мама села на отодвинутый официантом стул и взяла меню. – Амандалиона, я серьезно: неужели хотя бы здесь нельзя вести себя прилично?

– Но я всего лишь писала в блокноте! Что в этом неприличного?

Матушка закатила глаза.

– Ты только посмотри на себя! Пальцы перепачканы в чернилах, волосы растрепаны. Даже не соизволила переодеться. А запах сигарет? Это же полный кошмар!

– Что поделать, если в редакции почти все курят.

– Милая, в обществе о тебе и так говорят не бог весть что, стоит относиться к своему внешнему виду более внимательно. Ни один уважающий себя мужчина не захочет видеть рядом с собой такое чудовище.

– 

Мам, я хорошо выгляжу.

Матушка любила преувеличить, особенно, когда речь заходила о моем внешнем виде. Одевалась я по моде и тщательно следила за собой, да и с рождения привитые хорошие манеры оставались при мне. Хотя, конечно, рядом с шикарной хельдой Д’Астон я смотрелась, мягко говоря, сельской простушкой.

Матушка поджала губы и ничего не ответила. Она виртуозно владела искусством передать все, что думает одним мимолетным движением. Вот как сейчас. Мы сделали заказ, официант разлил напитки и удалился.

– Я жалею, что мы с папой имели неосторожность потакать твоим капризам, – снова завела любимую песню мама.

– А я за это вам очень благодарна…

– … Теперь пожинаем плоды. Сегодня папа объявил о помолвке только близким знакомым, но меня уже завалили письмами с расспросами. Боюсь подумать, что будет дальше!

– Мамочка, это было ожидаемо, и ты виртуозно справишься со всеми любопытными. Как и всегда.

Она стрельнула в меня сердитым взглядом.

– Не увиливай от разговора, Амандалиона. Ты веселишься, но на самом деле ситуация критическая. Не представляю, как теперь искать тебе мужа.

Я пожала плечами:

– А зачем его искать? Сам найдется. Джо говорит, что я просто еще не встретила своего человека.

– Ах, не напоминай про эту девицу Багвайр! – маму даже передернуло при упоминании ее имени. – Это она мутит воду и сбивает тебя с пути!

– Мам! Что ты такое говоришь?!

– А то я не знаю? – колко начала мама, но замолкла, так как принесли заказ.

Перед нами поставили две изумительно сервированные тарелки. Жаль только, что в них лежали крошечные горки  жутко полезного и настолько же не вкусного вегетарианского салата. Обычно я предпочитала что-нибудь более существенное, но в мамином присутствии по-другому нельзя. Иначе прочтет часовую лекцию о правильном питании и все  равно заставит жевать траву. Я безумно люблю матушку, она у меня совершенно замечательная, но мы кардинально расходимся во мнениях о том, что составляет счастье благородной дамы.

– А то я не знаю, – мама вернулась к прерванной мысли. – С тех пор как отец Джоанны разорился, она потеряла все шансы на удачное замужество. И теперь, чтобы не сидеть в одиночестве в старых девах, забивает тебе голову всякими глупостями.

– Мама, ты несправедлива, и знаешь об этом. Работа журналиста – исключительно мое решение. Джо не имеет к нему никакого отношения.

– Девушка твоего происхождения вообще не должна работать! Что за блажь? Это просто-напросто не прилично. Мы с папой надеялись, ты быстро наиграешься и думать забудешь о своем капризе. Но уже второй год подряд все твои мысли только о журнале! Амандалиона, тебе уже девятнадцать! Пора заканчивать беззаботно порхать, словно бабочка, и подумать о будущем.

– Я думаю. Дядя Бенджамин сегодня сказал, что хочет меня повысить.

– Ах, надо его заставить уволить тебя! Не удивительно, что Дариел расторг помолвку. Ты постоянно пропадаешь в обществе подозрительных прокуренных мужчин, посещаешь сомнительные места и говоришь только о своих статьях. А ему нужна рядом нежная заботливая спутница.

– Дариелу нужна статусная кукла, которую можно обвешать драгоценностями и показывать всем как доказательство своего благосостояния. Ты знаешь, это не по мне. И это, между прочим, наследственное, – свредничала я.

– Никто и никогда еще в нашей семье не позволял себе так возмутительно попирать правила приличия!

– Напомнить, кто сбежал с папой накануне собственной свадьбы с королевским отпрыском?

Обычно я не позволяю себе напоминать о мамином бурном прошлом. В нашей семье это тема под негласным запретом. Но сейчас матушка продолжала разговор, начатый уже давно, и я смертельно устала. Мне и так не доставляла радости вся эта ситуация с помолвкой, слушать бесконечные нотации становилось и вовсе невыносимо. К счастью, вывести из себя хельду Д’Астон да еще на людях – поистине невыполнимая задача.

 

– Амандалиона, это совсем другое!

– Ничего подобного, точно такое же попрание правил приличия.

– У тебя совсем другая ситуация, – не сдавалась матушка. – Но это неважно. Я хотела поговорить с тобой о другом.

Слава святым меченосцам, мы сменим наконец-то тему!

– О чем? – заинтригованно спросила я.

– Хочу, чтобы в эти выходные ты съездила на озеро  Тамарис. Чудное местечко возле небольшого городка в провинции  Выштенраун. Там безумно красиво в это время года.

– Так, что ты задумала? – тут же заподозрила очередной коварный план.

– Ничего, – мама была сама честность. – Тебе необходимо отдохнуть. У тебя отвратительный цвет лица и синяки под глазами.

– Ты снова преувеличиваешь.

– Ничуть. К тому же в субботу планируется большой прием у Ак’Эггертонов. Избежать его нельзя, но тебе не стоит там появляться.

Ладно, это уже уважительная причина. Логично, что после скандала светские сплетницы ждут меня на приеме с самым горячим нетерпением, и явиться туда равносильно зайти безоружным в клетку к голодному уггру.

– Я обещала дяде Бенджамину статью к понедельнику, – неуверенно проговорила я.

– Подождет, ничего с ним не станется, – отрезала матушка, ощутив мою полную и безоговорочную капитуляцию. – Вот увидишь, тебе понравится. Погуляешь на свежем воздухе, отдохнешь. Вернешься бодрая и свежая!

Мама была так довольна быстрой победой, что буквально засветилась от счастья. Нет, все-таки что-то тут не так. Чую всем своим журналистским нутром.

– Ты с кем-то уже договорилась? Где мне остановиться?

– Конечно! Не могу же я бросить тебя в глуши без материнской заботы. Хельда Лаурвиген любезно согласилась приютить тебя. Мы были знакомы много лет назад, но потом она удалилась от светской жизни. Уединилась, как она говорит, в райском уголке и наслаждается закатом жизни.

– Лаурвиген, – я пропустила мамину болтовню, пытаясь вспомнить, где могла слышать это имя. – Какая знакомая фамилия. Погоди, а не та ли это Винтариана Лаурвиген, известная как лучшая светская сваха?

– Какое это имеет значение? – беззаботно пожала плечами мама.

– Огромное! Так вот зачем на самом деле понадобилась эта поездка? Снова пытаешься меня сосватать?

– Не говори глупостей! – Тут же отрезала матушка. – Винтариана уже давно этим не занимается. Да и где она найдет тебе жениха в той глуши? Но мне нужен ее совет, – все-таки призналась мама. – Она очень опытна в этих делах. Пусть посмотрит на тебя, скажет, что можно сделать.

– Ох, мамочка! Умоляю, давай сделаем паузу. У меня, между прочим, помолвка расстроилась. Я в горе и печали, и мне не до поисков нового жениха.

– Это у кого из нас еще большее горе, – возмутилась мама. – Ты можешь печалиться сколько угодно. А я привыкла решать проблемы сразу, раз и навсегда. Тебе нужен жених и срочно! Иначе твоей репутации конец.

– Прямо-таки конец? – позволила себе усомниться в ее авторитетном мнении.

– Ни я, ни папа уже не сможем тебе помочь. Тебя просто перестанут рассматривать как невесту. – Безапелляционно заявила матушка. – Никто! Слышишь, никто даже не взглянет в твою сторону, уж я-то знаю, как это бывает.

Мама рисовала мрачную картину, не жалея черных красок, но я больше верила в силу хорошего приданого, назначенного мне папочкой, нежели в мифические предрассудки. Но все же идея с поездкой мне понравилась. Немного отдохнуть на природе и в самом деле не помешает, и причина не посещать прием уважительная.  Только со статьей придется поторопиться и закончить ее завтра утром. Подозреваю, хельда Лаурвиген заставит меня развлекать ее все выходные. Вот только…

– Могу я пригласить с собою Джо?

Мама так выразительно метнула взглядом молнию, что я без слов поняла ее отрицательный ответ.

– Пожа-а-а-алуйста, – я состроила жалостливую мордочку.

На папу этот наглый прием действовал безотказно, но с мамой было сложнее. Она задумалась,  на лице ее нежелание согласиться сменилось сомнением, потом явно появилась какая-то идея.

– Хорошо. Пусть едет. Может, Винтариана и ей что-нибудь присоветует.

Глава 2. Пятница

В пятницу ранним вечером из портальной станции в провинции Выштенраун вышла колоритная компания: я, Джоанна и наш неотлучный дуэт ГГ – Ганс и Густав. Без них матушка не разрешает и шагу ступить, не говоря уже о дальней поездке. Дальше, чтобы добраться до озера Тамарис нужно взять извозчика. По моим подсчетам через час-полтора мы должны оказаться на месте.

– Аманда, постой, – попросила Джо. – Я зайду в лавку купить воды. Так разволновалась, что в горле пересохло.

– Точно, ты же в первый раз путешествуешь порталом! – воскликнула я. – Совсем забыла. Это надо отметить. Как насчет чашечки кофе с коньяком?

– Ммм, – Джо мечтательно закатила глаза. – Звучит соблазнительно.

Мы рассмеялись и направились к таверне, что находилась тут же, рядом со станцией. Сделав заказ, сели за столик у окна наблюдать, как Ганс придирчиво выбирает экипаж для дальнейшего путешествия.

Портальная станция находилась на пересечении нескольких дорог, ведущих в соседние городки и деревни, поэтому местом оказалось многолюдным. То и дело на большую площадь прибывали кареты, повозки, коляски и даже телеги. Людские голоса, выкрики торговцев, ржание лошадей, лай собак – несмотря на вечерний час жизнь здесь била ключом. Кто-то уезжал, кто-то приезжал, а некоторые всего лишь проходили мимо.

– Ваш кофе, хельды, – официант появился на удивление быстро, мы даже не успели толком осмотреться.

– Что ж, за твое первое и надеюсь не последнее дальнее путешествие! – провозгласила я тост.

Мы с Джоанной чокнулись чашками. Настоящее хулиганство со стороны благовоспитанных девушек, но уж слишком забавно смотрелось наше маленькое торжество.

– Спасибо, что пригласила меня с собой, – сказала Джо. –  Я никогда не была на озере Тамарис, но много слышала о том, какие здесь восхитительные места.

– Спасибо, что согласилась со мной поехать, – возразила я. – Не представляю, что бы я делала два дня в компании престарелой свахи. Наверное, умерла бы от скуки.

Мы лениво потягивали кофе, торопиться не хотелось, да и необходимости спешить не было совершенно. Провинция Выштенраун находится западнее Тер-о-Дена, здесь всегда немного теплее, чем в столице. Упоительный весенний вечер, ароматный напиток и предвкушение неизведанного – что может быть лучше после сложного трудового дня? Почти весь день пришлось посвятить будущей статье, я корпела над текстом не разгибая спины, так что к вечеру перед глазами мелькали темные точки, и за каждым углом мерещились провидицы-мошенницы. Зато в понедельник я, как и обещала, смогу представить дяде Бенджамину готовую статью. Он просто обязан оценить мои старания по достоинству!

Вдруг в поле зрения попало знакомое лицо, и я едва не поперхнулась.

– Что с тобой? – встревожилась Джо.

Я во все глаза таращилась в окно:

– Святые меченосцы, это же сам Рейнальдо Борделон! Глазам своим не верю!

– Кто такой Рейнальдо Борделон? – Джо проследила за моим взглядом.

На ступенях портальной станции стоял мужчина среднего роста. Брюнет с густыми волосами, темными глазами и правильными, классическими чертами лица. Довольно привлекательный, одет строго, но элегантно. Насколько я знала, ему было чуть больше тридцати. Борделон всматривался в толпу, кого-то выискивая.

– Один из самых выдающихся магов современности, – пояснила я, не отрывая взгляда от окна.

– Впервые о нем слышу,  – фыркнула Джо. – Откуда ты его знаешь?

– Лично мы не знакомы. Ланнаристен его страстный поклонник. Он так бредит своим кумиром, что заставил меня прочитать его биографию. Представляешь, у брата на тумбочке стоит портрет Борделона вместо любимой девушки!

– Невероятно! – Джо внимательнее вгляделась в мужчину, пытаясь разглядеть, что такого уникального нашел в нем Лан.

– И я о том же. Интересно, где его собака?

– Собака?

– Да, Дунга.

– Ого, ты даже знаешь ее кличку, – в голосе Джо слышался сарказм.

Я с укором посмотрела на подругу.

– Скажу больше, ее имя известно всему Ниар-Тоэму. Единственное в мире умертвие, подчиненное светлым магом!

– Да ну! – теперь Джоанна смотрела на Борделона с неприкрытым интересом. – Я думала, на такое только темные способны.

– Все так думали. А Рейнальдо Борделон доказал обратное.

– Может, он – темный?

– В том-то и дело, что нет! Все исследования показывают светлый источник. Светлее не бывает! Знаешь, какая у него родословная?

– Какая?

– Его отец – племянник самого герцога Д’Комеля.

– Того самого?! – ахнула Джо. – Который развязал гражданскую войну?2

Я кивнула.

Джоанна помолчала немного и вдруг выдала:

– Мы должны поговорить с ним!

– Джо, нельзя подходить к незнакомым мужчинам на улице. Это не-при-лич-но!

Но Джо уже загорелась безумной идеей.

– Когда еще представится шанс взять автограф у знаменитого мага? Аманда, где твой журналистский азарт?

– Нет, нет, нет, Джо, пожалуйста! Я умру со стыда!

Но подруга уже тянула меня к выходу.

– Ладно, боишься с ним заговорить – не будем. Это и в самом деле слишком смело. Давай хотя бы подойдем поближе, посмотрим на ходячую легенду. Будет потом о чем рассказать внукам.

– Ты неисправимая оптимистка!

Мы вышли на улицу. Я заметила Густава, возвышвшегося над толпой словно гора, и помахала ему рукой, давая понять, что у нас все хорошо и мы скоро придем. Джо увлекала меня в противоположную сторону.

– Джоанна постой! Куда ты так несешься? Не стоит подходить слишком близко.

Последние слова я уже прошипела сквозь зубы, потому как мы затормозили лишь шагах в пяти от Борделона. Мне было ужасно неловко. Одно дело когда ты ведешь журналистское расследование, чтобы открыть миру правду или вывести мошенников на чистую воду. И совершенно другое – разглядывать практически в упор постороннего мужчину из чистого любопытства. Ох, если матушка узнает, она меня живьем съест!

– Дамы, я могу вам чем-то помочь? – Борделон все-таки заметил наше пристальное внимание.

Я глупо улыбнулась. Голос у знаменитого мага был глубоким, приятным. Да и обратился он к нам весьма дружелюбно. Двуликий Эурин, позволь мне немедленно провалиться сквозь землю!

– Моя подруга утверждает, что вы самый выдающийся маг современности, – без тени смущения заявила Джо.

– Вы очень на него похожи, – постаралась я извиниться.

Мужчина понимающе усмехнулся.

– Дайте угадаю. Рейнальдо Борделон. Верно?

– Да! – воскликнули мы с Джо в один голос.

– Меня постоянно с ним путают. Но нет. Я – не он.

– Ох, – выдохнула я.

Не знаю, что меня больше расстроило: что мы потревожили человека или то, что он оказался совсем не тем, кем я думала.

– Прошу прощения, – извинилась Джо. Ее хладнокровию можно было позавидовать. – Мне так жаль, что мы докучали вам…

– Ничего страшного, – вежливо улыбнулся мужчина и, приподняв шляпу, откланялся: – Дамы.

Он отошел, а мы поспешили к своему экипажу.

– Хельд Борделон! – вдруг раздалось за спиной. – Сюда, пожалуйста!

Я резко обернулась. Нашего лже-незнакомца звал слуга из только что подъехавшего экипажа. Мы с Джо многозначительно переглянулись.

– Ты это слышала?

– Еще бы! Лучше, чем тебя.

Мы подошли к экипажу. Ганс занял место рядом с возницей, а Густав помог нам забраться внутрь.

– Ты не хочешь сесть с нами? – спросила я охранника. – В карете достаточно места.

– Спасибо, хельда Аманда, – льдисто-серые глаза Густава капельку потеплели, что означало улыбку. – Лучше я посмотрю за дорогой. Мало ли что.

– Постой, Густав, – остановила его Джо. – Ты слыхал о Рейнальдо Борделоне?

– Конечно. Кто же его не знает? Он живая легенда среди боевиков.

– И ты туда же? Я одна впервые о нем слышу? – расстроилась она.

– Джоанна, Густав – тоже боевой маг, ему положено.

– Я не знала, – она переводила удивленный взгляд с меня на охранника. – Ты никогда не демонстрировал при мне своих способностей.

– К счастью, не было повода, – бесстрастно ответил Густав.

Он закрыл дверцу и запрыгнул на подножку позади кареты. Лошади тронулись.

Джо откинулась на спинку сидения и широко улыбнулась:

– Итак, мы разговаривали со знаменитостью. Теперь могу всем хвастаться!

– Джо! – возмутилась я.

– Да шучу я, шучу, – успокоила она меня. – Понимаю как все по-дурацки вышло. Но я не жалею!

 

– Я тоже, – призналась я.

– Интересно, почему он солгал?

– Ничего удивительного, – уверила я подругу. – В определенных кругах он очень известен, у него много поклонников.

– Эти круги, должно быть, очень узкие, – фыркнула Джо. – Никогда прежде не слышала о Рейнальдо Борделоне. Тебе не кажется это странным?

– Я узнала о нем только благодаря брату, – пояснила я. – О Борделоне не пишут в светской хронике, и на то есть несколько причин. Он – боевик, глава отряда спецреагирования, который выезжает на места прорыва Излома. Такие люди редко распространяются о своей работе.

– Но он совершил прорыв в магической науке! – возразила Джо. – Об этом точно должны были писать во всех газетах!

– Борделона не любят в столице, в королевском дворце он и вовсе персона нон-грата из-за своего родства с Д’Комелем. Когда герцог попал в опалу, пострадали почти все его родственники. Большинство выслали из столицы, многие оказались под подозрением.

– Уже столько лет прошло, – удивилась Джо. – Не справедливо, что потомки страдают из-за предательства одного предка.

– Джо, это политика, – отмахнулась я. – Возможно, король бы уже и рад забыть прошлое, но представители других известных фамилий не позволяют. Никто не хочет допускать конкурента во дворец. Борделону даже не дают продвинуться по службе, как он того заслуживает.

– Мне показалось, он не сильно от этого страдает, – заметила Джоанна. – Иначе не стал бы скрывать от нас свое имя.

Я рассмеялась:

– Ты слышала, что сказал Густав? Для некоторых он – живая легенда. Брат без ума от него. Наверняка, восторженные девицы вроде нас с тобой не дают прохода. Не знаю, как бы повела себя, скажи Борделон правду. Скорее всего, упала в обморок.

Джо прыснула:

– Ты?! Никогда не поверю. Или я чего-то не знаю? Признавайся, ты восхищаешься им больше, чем хочешь показать.

– Я?! Нет, что ты! – смутилась я. – Просто его биография так меня вдохновила…

– Ты написала книгу?! – Джо едва не подскочила на сиденье от осенившей ее догадки.

Я отмахнулась:

– Ничего особенного. Всего несколько глав.

– О чем? Тоже о Борделоне? – у Джо загорелись глаза. Она была охоча до любых новостей.

– Да ну тебя, Джо! Не смейся. На серьезную работу меня не хватит. Так, приключенческий роман про археолога, который нашел мифический ковчег Двуликого.

– Почему я об этом не знаю?

– Потому что об этом и говорить не стоит. Работа заброшена и вряд ли будет дописана. Совмещать писательство и журналистику сложно.

– Если лучшая подруга пишет книгу, об этом стоит говорить, – горячо возразила Джо. – Хочешь, я помогу? Вместе мы справимся! Боги не дали мне таланта, но я могу быть твоим вдохновителем.

– Джо, забудь, – попросила я. – Из меня не выйдет писательницы. Даже короткие мои статьи и то печатают на последней странице, замахиваться на роман просто глупо.

– Нет, дорогая, – не собиралась сдаваться Джо. – Так просто ты от меня не отделаешься. Сейчас я оставлю тебя в покое, но по возвращении в Тер-о-Ден мы обязательно вернемся к этому разговору. Страсть как хочется почитать твой роман!

*

Если бы матушка не настояла на том,  чтобы мы отправились на озеро в пятницу вечером, то можно было сполна насладиться восхитительными видами, которыми славятся эти места. Но, увы, вся дорога прошла в темноте. Миновав небольшой уютный городок, карета подъехала к имению хельды Лаурвиген. Яркие уличные фонари освещали подъездную аллею и круглый мощеный двор. Окна большого особняка, выстроенного полукругом, гостеприимно светились, а на крыльце ждал дворецкий.

Не успела карета остановиться, появились слуги. Нас с Джо проводили в главный дом, а Ганса и Густава – в помещение для прислуги. В холле нас встретила высокая энергичная женщина в синем платье с белым передником.

– Хельды, добро пожаловать в Винтарион, – приветствовала она нас. – Меня зовут Кассиана Ньюнберг, я экономка в этом доме. Прошу, хозяйка ожидает вас в гостиной.

Холл был оформлен с большим вкусом в светло-коричневых тонах. Широкая лестница с мраморными ступенями  вела на второй этаж, стены украшали картины, на полу и подставках стояло много зеленых растений. С высокого потолка спускалась многоярусная хрустальная люстра.

Гостиная производила еще более величественное впечатление. Просторная, с искусно расписанными стенами и потолком, казалось, она наполнена воздухом и светом. У камина в кресле сидела сухонькая старушка, настолько маленькая и хрупкая, что почти терялась среди подушек. Белый чепец, отделанный тончайшими туранскими кружевами, обрамлял испещренное морщинами лицо, на котором лучились радостью невероятно молодые ярко-голубые глаза.

По пути сюда я рисовала в своем воображении известную сваху противной склочной старухой, которая смотрит на всех оценивающим взглядом и просчитывает, кому можно всучить ту или иную девицу. Но я никак не ожидала увидеть милейшее создание, бабушку – божий одуванчик!

– Вот и дорогие девочки приехали! – воскликнула она, отчего я мгновенно почувствовала себя самой желанной и долгожданной гостьей. – Идите ближе, дайте я на вас посмотрю, мои красавицы.

– Добрый вечер, хельда Лаурвиген, – мы с Джо синхронно присели. – Я Аманда Д'Астон, а это моя подруга Джоанна Багвайр.

– Ах, как я рада, что вы приехали, – старушка сложила руки, словно хотела захлопать в ладоши. – Обожаю гостей, особенно молодежь. С ними я чувствую себя лет на пятьдесят моложе. Присаживайтесь скорее! Вы верно, устали с дороги?

– Немного, – сказала Джо.

– Кассиана, милочка, – обратилась хозяйка к экономке, – вели подать ужин девочкам в комнаты. Наверняка они проголодались.

– Я уже распорядилась, хельда Лаурвиген.

– Ах, – старушка повернулась к нам и доверительно сообщила: – Кассиана настоящее сокровище. Каждый раз угадывает мои мысли.

– В наше время большая удача найти хорошую прислугу, – вежливо ответила я.

– Что верно, то верно, – согласилась хельда Лаурвиген. – Как поживает твоя матушка, Аманда?

– Она в превосходном здравии. Велела вам кланяться и передать самый горячий привет.

– Ах, шельма! – покачала головой старушка и добавила беззлобно: – Передай ей, что я все равно на нее страшно сердита!

– За что?! – удивилась я.

– Как это за что? – хозяйка развела руками. – Я столько сил положила, чтобы устроить ей брак с эрц-герцогом, а эта хулиганка взяла и сбежала с мальчишкой Д'Астоном. Как так можно?

Я с трудом сдержала улыбку. Слышать о своих серьезных, аристократических до мозга костей родителях в таких выражениях было, мягко говоря, непривычно.

– Она очень счастлива с папой, – встала я на защиту матушки.

– Если бы не это, ни за что не стала бы с ней разговаривать! – фыркнула хельда Лаурвиген.

Старушка оказалась совершенно очаровательной. Я взглянула на Джо и обнаружила, что та, как и я, улыбается широко и абсолютно искренне. Иначе воспринимать хельду Лаурвиген было решительно невозможно.

– Я вас совсем заговорила! – вдруг встрепенулась хозяйка. – Вам срочно надо отдохнуть, а то вон какие бледненькие. Ничего, через пару дней на свежем воздухе станете аппетитными, словно булочки!

Мы с Джо хихикнули.

– Говорят, здешние места – настоящая жемчужина, – дипломатично вставила Джоанна.

– Летом здесь слишком людно, а в остальное время вполне сносно, – согласилась хозяйка.

Определенно, хельда Лаурвиген нравилась мне все больше и больше. Ненавижу пустые разговоры о природе и погоде, и, кажется, старушка придерживалась такого же мнения.

– У вас очень красивый дом, – я сменила тему. – Мы не видели его при дневном свете, но даже сейчас он производит неизгладимое впечатление.

– О, я люблю его всем сердцем, – старушка расплылась в улыбке и кокетливо пояснила: – Его построил специально для меня мой первый муж. И назвал тоже в честь меня, – похвасталась она и с ностальгией добавила: – У него был настоящий талант к архитектуре.

Кроме своей деятельности хельда Лаурвиген славилась неоднозначной репутацией. Магиней она была слабой, но происходила из древнего благородного рода. Обладая не столько красотой, сколько чарующим обаянием, она с легкостью покоряла мужские сердца и сумела сделать превосходную партию. К сожалению, хельда Лаурвиген рано осталась вдовой, но унывать не стала, а выходила замуж еще целых четыре раза. При этом после похорон очередного мужа, благосостояние ее неизменно увеличивалось и привлекало все больше поклонников.

– Чувствуется, с какой заботой вы содержите дом, – сказала Джоанна.

– Завтра рассмотрите его лучше. Кассиана вам здесь все покажет. А пока отправляйтесь-ка отдыхать. Сейчас же! Не хочу, чтобы вы тут попадали в обморок от усталости.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20 
Рейтинг@Mail.ru