Илая Мун Гонщик Монако

Глава 17

«Секс намного лучше, когда у тебя его нет.

Потому что его у тебя нет, он кажется всем.

Это предел твоих мечтаний. Весь твой мир вертится вокруг этого...»

Х/ф «В первый раз» (2012 г.)

Вернувшись с пляжа, ощущаю, как усталость накрывает меня с головой. Солнце, жаркий песок и откровенные разговоры делают свое дело — я вымотан. Тиль наотрез отказывается принять душ целиком, но все же идет в ванную сполоснуть ноги и вытряхнуть одежду от песка, оставив меня одного на диване.

Ну и правильно делает…

Сколько бы я выдержал?

Да минуты три, прежде чем без приглашения вломиться к ней, чтобы смыть песочек с наших тел вместе. При мысли о том, как по ее телу сбегают горячие струи воды, а я щедро намыливаю ее грудь гелем для душа, мой пах простреливает так, что темнеет в глазах.

Снимаю мокрую от пота футболку и бросаю ее на пол, занимая горизонтальное положение. Закрываю глаза, чтобы расслабиться, пока мой член в штанах бьется в предсмертных судорогах.

Сквозь легкий сон я чувствую нежные прикосновения к своему животу. Приоткрываю глаза, но не двигаюсь — просто наблюдаю. Она сидит рядом, склонившись ко мне, исследует каждый изгиб, нежно рисуя пальчиками на моем животе, вероятно, какие-то любовные руны, иначе как еще можно объяснить всю эту розовую дурь в моей голове насчет нее. Не могу сдержать улыбку — мне нравится этот момент близости.

Она продолжает терзать меня ласками, не замечая, что я на самом деле не сплю. Ее теплые и влажные ладони скользят по моему прессу, вызывая мурашки. Внутри меня разгорается желание. Черт, я хочу большего, но не хочу спугнуть ее и прервать этот сладкий момент.

Закрываю глаза и позволяю себе насладиться лишь прикосновениями. Знаю, что она улыбается, когда понимает, что мне приятно. Каждый ее жест наполнен трепетом.

Она останавливается и наклоняется к моему лицу, щекоча длинными волосами мою грудь. Медлит, порывисто дышит в мои губы, так и не решаясь перейти черту. Если она меня сейчас не поцелует, то мои губы наверно отвалятся, но от осознания того, что я жду от нее именно этого, медленно открываю глаза и вижу, как в ее глазах плещется сучья похоть.

— Ты не спишь? — спрашивает она тихо, наклонившись ближе так, что дыхание становится одним на двоих.

— Нет, — шепчу я, слегка касаясь кончиком языка ее верхней губы. — Просто наслаждаюсь моментом, – низким поплывшим голосом.

Она тяжело выдыхает и снова касается моего живота, но теперь уже с большей уверенностью. Напряжение моего тела начинает достигать пика, и я решаюсь сделать шаг навстречу.

— Знаешь, мне нравится проводить время с тобой, — продолжаю прожигать ее раздевающим взглядом.

Она прикусывает губу и слегка краснеет. Это так мило и так естественно. Мы оба понимаем, что между нами существует нечто большее.

— Может быть, нам стоит попробовать что-то новое? — привстаю на локтях, зарываясь носом ей в шею и невесомо целую. Продолжаю кружить губами, прокладывая влажную дорожку к ее груди, которая покрылась бисеринками пота.

Она на пару секунд подается вперед, обхватывает мой затылок, зарывая свои пальцы и оттягивая волосы, теряет контроль, сама подставляет себя под мои поцелуи, замирая на мгновение, а затем вскакивает с дивана.

Падаю лицом в диван, понимая, что мне обломилось. Провожу правой рукой по волосам, а левой поправляю оттопырившуюся ширинку, садясь и прикрывая ее подушкой. Химия между нами продолжает будоражить, пока я продолжаю трогать ее глазами даже на расстоянии.

— Эй, подожди! Все в порядке? – жестом приглашаю ее сесть рядом, но она продолжает стоять и растерянно смотреть на входную дверь.

— Ой, прости! Я просто…я не могу просто так. Ты выглядел так спокойно, − задыхаясь, тараторит, то и дело, поднося руку ко лбу.

— Теперь я не могу сказать, что спал спокойно, − расслаблено смотрю на нее, все еще находясь в легкой агонии.

— Ну, я не хотела тебя будить. Мне стоит поехать домой и немного отдохнуть, − уговаривает себя.

— Кстати послезавтра будет мастер-класс для юных гонщиков в картинг клубе. Поедем вместе? – непринужденно меняю тему, словно мои посиневшие яйца сейчас не отвалятся.

Ничего не отвечая, просто кивает головой и пулей вылетает из моей квартиры.

А я…

Я иду в душ целиком…

Запрокинув голову, стою под тугими струями теплой воды, а перед глазами пляшет ее лицо, ее длинные загорелые ноги в коротких шортах, а вид ее вздыбленной груди с острыми сосками, когда я тискал их, заставляет кровь в моих жилах воспламениться. Сжимаю свой напряженный член, выталкивая сквозь зубы сжатый воздух. Принимаюсь скользить по своей длине вверх-вниз, смыкая пальцы в тугое кольцо. Быстрее. Жестче. Резче.

Улавливаю поблизости посторонний шум и открываю глаза, обнаруживая сквозь запотевшие стекла кабины мою беглянку…

Наши глаза цепляются друг за друга, но Тиль не двигается с места, комкая в руках сумку, за которой, видимо, она и вернулась обратно, не ожидая увидеть мой соло-секс.

Это заставляет мои ладони ускориться: рука так быстро перемещается по стояку, сжимая и разжимая его, что долго такой темп выдержать невозможно. Я вот-вот…

Она густо краснеет, открыв рот, пока моя ладонь в бешеном ритме наяривает по стоячему колом члену.

Блять…

Хочу, чтобы на месте руки оказались ее губы и язык.

Хочется, всего хочется с ней.

Не сдерживая стон, из горла вырывается хрип. Ударяю по стеклу рукой, бурно кончая, словно проживаю этот оргазм вместе с ней, вынуждая ее пугливо ретироваться из душевой.

***

В солнечное утро в Монако, когда воздух наполнен ароматами круассанов и морского бриза, я шагаю по знакомой мне до мелочей территории картинг клуба, где я начинал свою карьеру автогонщика. Я взволнован так сильно, что каждый уголок этого места заставляет мое сердце колотиться от предвкушения гонки. Я адреналиновый наркоман, который тащится от состояния на грани жизни и смерти.

Вокруг ревут мощные двигатели, заправленные восторженными криками фанатов. Папочка в здании…

Тиль ведет себя неуверенно, ведь это ее первый опыт на гонках, к тому же мы привлекаем к себе слишком много внимания. Боюсь представить, что с ней будет на настоящей трассе, у меня есть еще три недели, чтобы подготовить ее к Гран-При.

Тревога переполняет меня каждый раз, когда на нее направлен очередной объектив фотокамеры, стараюсь не поддаваться, но выходит паршиво, потому что ее ладонь в моей руке начинает потеть и дергаться. Сжимаю сильнее, инстинктивно давая понять, что никто здесь не посмеет ее обидеть. В стильном, но в очень коротком, супер мини нахрен маленьком платье красного цвета и туфлях на низком каблуке — она выглядит очень элегантной, но в то же время готовой к неожиданным поворотам: например сбежать.

Я наверно этого даже хочу, потому что ощущаю злость и неприязнь к тому, что ее выбор одежды вызывает у меня такие эмоции. Слишком откровенный наряд для встречи с озабоченными подростками.

С каких пор меня волнует длина девчачьих юбок? С тех самых, когда я, видимо, надышался клея в той душной кабине лифта и перепутал клаустрофобию Тиль с падением ангела. Объяснить иначе, почему меня так прибило на этой девчонке невозможно.

Мы оба делаем вид, что наш невыносимо влажный во всех смыслах сексуальный срыв после пляжной прогулки лишь плод пошлой и неудовлетворенной фантазии. Она старается не смотреть мне в глаза, а я лишний раз не провоцировать ее своими домогающимися взглядами.

Входим в VIP-зону, окруженные журналистами и поклонниками, а ее грудь начинает отбивать барабанную дробь, поднимаясь и опускаясь с такой интенсивной силой, что мне приходится на минуту развернуть ее к себе и погладить по пояснице, чтобы развеять все сомнения. Жест выглядит очень мило, но непредвиденно становится центром внимания всего зала. Вокруг нас люди в дорогих костюмах, обсуждающие последние новости из мира автоспорта, замечают мою спутницу, искря глазами от восторга. Тиль начинает тянуть края платья вниз, видимо, мысленно заставляя его удлиниться.

— Хочешь дам тебе свою футболку? – тихо спрашиваю, проводя указательным пальцем по внутренней стороне бедра, заставляя ее вздрогнуть и свести ноги вместе. — Что? Она точно длиннее этого топика, − она незаметно, но больно дает мне своим маленьким кулачком поддых, и я чувствую, как волнение покидает ее хрупкие плечи.

Вместе мы направляемся к трибунам, где меня уже ждет толпа детей, полная восторга и ожидания.

Глава 18

«Упади в обморок, я тебя подхвачу».

Х/ф «Английский пациент» (1996 г)

На подрагивающих ногах иду под руку с Лексом по территории клуба, то и дело, поправляя постоянно задирающееся платье, одно из многих, которые теперь мне присылают различные модные бренды для рекламы. Красный − цвет Феррари, самый подходящий оттенок для сопровождения гонщика этой команды, как написал мне Артур. Лекса, видимо, мой выбор не вдохновляет, потому, как он волком смотрит на фотографов, пытающихся запечатлеть наш выход в свет. Меня уже не пугают камеры, направленные на меня, а будоражит мужчина рядом.

Я хорошо притворяюсь, что после увиденного в душе, он меня совсем не волнует.

Ох, волнует, да еще как…

Вид его самоудовлетворения меня задел: его сильное обнаженное тело пустило мне такую лаву по венам. Потрясенная этим зрелищем, я поняла, что теперь не могу спокойно дышать рядом с ним.

Меня разрывает от противоречивых эмоций и ощущений. Если бы он попросил войти к нему, тогда я вряд ли смогла бы ему отказать. Переступить порог душевой, отдаваясь его напору и нежности.

Однако меня все еще что-то останавливает.

Я так боюсь себя. Какой я становлюсь с ним. Я пылаю, как Феникс, испепеляя все вокруг. А вдруг я сама сгорю дотла и не восстану из пепла, переродившись…

Когда Лекс подходит к небольшому пьедесталу, его встречают восторженные крики и аплодисменты. Он улыбается и машет ребятам, а затем садится на стул и начинает свой рассказ о том, как он стал гонщиком. Дети слушают, затаив дыхание, пока он делится своими первыми шагами в картинге и тем, как важно верить в себя и упорно трудиться.

От него невозможно оторваться, настолько он магнитит к себе, рассеивая вокруг такую бешеную энергию, что пересыхает в горле от постоянно открытого рта, с которым смотришь на него.

Он не просто излучает уверенность и ведет себя как звезда, а внутренне ощущает себя, как главный герой своей жизни. Лекс всегда привлекает внимание не потому что старается, а потому что у него особенная аура, и все в мире как будто происходит вокруг него.

После вдохновляющей части Лекс переодевается в гоночный комбинезон красного цвета и зовет всех на трассу. Он показывает им, как правильно держать руль, как управлять картом в поворотах и как разгоняться на прямых участках. Мальчишки внимательно следят за каждым его движением, стараясь запомнить все советы.

Затем настает время практики. Каждый ребенок по очереди садится за руль, а Лекс наблюдает и корректирует их технику. Он подбадривает их, когда кто-то справляется с заданием, и теребит за волосы, когда что-то не получается. С каждым кругом они становятся все более уверенными в себе.

В конце мастер-класса он собирает детей вокруг себя и вручает каждому медаль с надписью «Будущий чемпион».

— Победа не главное, − лукаво произносит, глядя на восторженные лица детей. — Важно получать удовольствие от процесса, учиться и развиваться, стремясь к самосовершенствованию, − поднимает правую руку вверх и прикладывает два пальца к виску, отдавая честь юным гонщикам.

Но его собственные слова звучат, как пустой звук. Я знаю, что победа – это не единственное, что имеет значение, но именно она придает смысл его существованию. В глубине души он знает: гонки – это все или ничего.

Я тихо покашливаю, обращая на себя все внимание картингистов. Подростки, присвистывая, начинают перешептываться и указывать на меня.

— Эй, посмотри на его девушку! Такая классная! Давайте сфоткаемся с ней! − предлагает один из них, толкая своего друга в плечо.

— Да, только как мы к ней подойдем? У нас же не Формула-1, а картинг! – моргая в сторону моего парня, который уже навис над ними, излучая убийственную ревность.

— Или скажете, что собираетесь открыть новый вид спорта − картинг на выживание, − сцепив челюсть, побледнев, выдает Лекс. Воздух становится насыщенным и густым, когда он делает шаг в мою сторону, увлекая за собой всех ребят.

Юноши смеются и начинают выстраиваться вокруг меня в ряд, а я стараюсь, вести себя уверенно, когда Лекс встает рядом со мной.

— А я смотрю ты не против поразвлечься с фанатами? – обнимая за талию. Шокирует меня тем, что бушует в его глазах.

Моя. Моя. Моя.

— Ну, разве я не могу немного пофлиртовать? – поворачиваюсь к нему спиной.

— Флирт – это хорошо, но только если я буду рядом, − наклоняется к моему уху.

— О, так ты ревнуешь? – с притворным вздохом.

— Кто бы ни ревновал? Особенно когда у тебя такие поклонники, − кивает в сторону прыщавого парнишки, гипнотизирующего мои слишком оголенные ноги.

— На счет три! Раз, два, три! – кричит фотограф и щелкает затвором камеры.

После фотосессии подростки расходятся, а Лекс уходит переодеть защитный комбинезон, оставив меня ждать его в одиночестве. Решаю выйти на улицу, чтобы позвонить Кике и поделиться впечатлениями. Я стою на небольшой площадке недалеко от парковки и смотрю на город, который постепенно погружается в темноту, когда мои мысли вдруг прерывает крик и смех группы девчонок.

— О, посмотрите, кто это у нас тут! Новая куколка Декслера! − с презрением говорит та, что стоит ближе всего ко мне. На вид ей не больше шестнадцати лет, судя по розовым джинсам и футболке с надписью «FUCK».

Они переглядываются и начинают шептаться, их лица напоминают недовольные карикатуры, которые рисуют уличные художники.

—Зачем он вообще с ней. Она же не его уровень?! − с вызывающим тоном говорит брюнетка с дредами и вытягивает руку, в которой блестит яркий баллончик. Взрыв краски моментально окутывает меня, оставляя черные пятна не только на одежде, но и разлетаясь по воздуху, начинает струями стекать по коже и волосам.

— Это тебе за то, что ты фоткалась с нашими парнями! – зловеще выкрикивают остальные пигалицы, лица которых я уже не могу разобрать, из-за черноты, застилающей мне глаза.

—Что вы делаете?! − в шоке шарахаюсь от них, но они противно улюлюкают и окружают меня, продолжая со всех сторон поливать меня из баллончиков.

— Надеемся, ты запомнишь это! − толчок в спину.

— Эй! Вы совсем ненормальные?! – пытаюсь отстраниться, закрывая рот от горечи и нос, который неприятно щиплет от едкого запаха.

Обиды, которые всегда прячутся глубоко внутри, как будто всплывают на поверхность. Мое сердце отчаянно колотится, истошно просит о помощи, ломая что-то внутри.

Почему это происходит со мной? Почему я должна терпеть такое отношение?

Гнев заполняет меня целиком, заставляя на ощупь двинуться вперед. Слезы подступают к глазам, но я стискиваю зубы. Мне стыдно за свои эмоции, но ещё более стыдно за то, что позволяю кому-то так себя унизить.

Кукла. Я не... Я не кукла!

— Хватит! – словно гром разрывает небо. — Вы разрушили мой день! − выбиваю из рук обидчицы баллончик, наконец-то прекращая этот поток бесконечно льющейся краски. — Вы даже не подумали о том, как это может повлиять на меня! – вытираю глаза волосами, размазывая по лицу краску, а затем намеренно толкаю девчонку с дредами в грудь, пусть знает, что я могу дать сдачи. — Никто не имеет права так обращаться с людьми. Каждый заслуживает уважения, − мой штормовой голос звучит пронзительно.

Их смех затихает, а лица искажает гримаса недоумения и испуга.

— Какого черта здесь происходит? – с тревогой спрашивает терпкий баритон, а крепкая мужская спина встает между мной и этими гадкими девчонками. — Валите нахер отсюда! – поднимает баллончик с земли и бросает вслед уже удирающим девчонкам.

Словно впервые за долгое время я чувствую себя услышанной. Внутри всё ещё бушуют эмоции, но теперь они под контролем. Я знаю, что могу справиться с этим.

Лекс поворачивается ко мне и тяжело дышит.

— Почему ты не пришел раньше? – выпаливаю, не сдерживая эмоций. — Я могла бы справиться сама! Я не маленькая девочка!

— Поехали домой, − тихо шепчет он, хватает меня за запястье, пытаясь увести прочь от клуба.

— Не трогай меня! – бью кулаком ему в грудь, понимаю, что срываюсь на нем, но не могу остановиться.

— Я понимаю, что ты злишься, но это не моя вина, я просто хочу помочь, − пытается держать себя в руках и не перейти на крик.

— Помочь? – переспрашиваю я, чувствуя, как злость накатывает на меня новой волной. — Ты все испортил! Я согласилась быть твоей ширмой, а не грушей для битья! – резко отворачиваюсь, закрывая ладонями лицо, не желая больше никого видеть.

— Прости. Я не должен был…, − подходит сзади и утыкается подбородком мне в макушку.

Гнев начинает потихоньку угасать, словно холодный дождь смывает яркие цвета краски с моего лица.

— Давай просто уберемся отсюда, − с благодарностью хватаюсь за его футболку, пока он ведет меня к машине.

— Надо промыть твои глаза, − достает из багажника белое полотенце и смачивает его водой из своей спортивной бутылки.

— Спасибо, теперь тебе придется его выкинуть, − шмыгаю носом, потому что глаза снова хотят предать меня, пытаясь пустить по щекам водопад.

Лекс обнимает меня за плечи и ведет к пассажирской двери.

— Эй, подожди! – колеблюсь я, обводя руками свой силуэт.

— Держи, − протягивает мне свою футболку, стягивая ее через голову и оставаясь в одних темно-серых джинсах. — Сними это, пока мы не доберемся до дома, − играет мускулами, глядя на свой голый торс.

— Оу! Теперь я чувствую себя как в облаке, − надеваю поверх, неуклюже стискивая испорченное платье по ногам. Она немного великовата, но выглядит очень мило, мягко касаясь кожи. — Лучше?

— Ты выглядишь отлично! — подмигивает он. — Оно определенно закрывает больше твоей кожи, чем эта майка, − опускается к моим ногам, поддевая бретельки платья.

— Кажется, я больше не хочу быть частью этой фанатской любви, − шумно выдыхаю, обнимая себя руками.

— И не надо, достаточно того, что ты рядом со мной, − открывает машину, кивая в сторону пассажирского сидения. Сажусь, не споря, потому что очень хочу, чтобы этот вечер поскорее закончился.

Лекс незаметно обходит машину, быстро прыгая на водительское кресло, словно боясь, что я могу выскочить и убежать прочь.

— Моя очередь смотреть твой верхний этаж, − уверенно сжимает руль левой рукой, а правую кладет мне на колено, как в лучших романтических фильмах.

Хочу съязвить, но он стремительно жмет на газ, срываясь с парковки в темноту вечера.

Глава 19

«Хочешь увидеть радугу — терпи дождь…»

Х/ф «Виноваты звёзды»(2014 г.)

Я стою в ванной, пытаясь смыть с себя остатки краски и следы недавнего унижения. Из крана льется почти кипяток, но даже это не помогает, и спустя 20 минут моя кожа выглядит как кусок красного мяса. Вздыхаю и решительно хлопаю дверью, обернувшись в коротенький хлопковый халат, который Кика насильно заставила меня купить и выкинуть мою футболку с ежиком.

Вот дьявол! Лекс лежит на моей постели в одних трусах, словно это для него обычное дело, и внимательно разглядывает фарфоровую куклу, которая стоит на прикроватной тумбочке.

— Ты совсем обнаглел Декслер? — стараюсь не выдать своего смущения и не смотреть на его обтянутый черными боксерами зад.

— Бог мой у нее такие глаза. Кажется, что она следит за мной. Я бы не смог уснуть рядом с ней, − разворачивает куклу лицом к окну.

— Ты здесь никогда и не будешь спать. Расслабься, – строго осаживаю его, складывая руки на груди.

— Не могу уйти без своей футболки, — отвечает он с ухмылкой, переворачиваясь на спину и поглаживая свой пресс.

поднимаю с ковра разбросанные джинсы и кидаю ему в лицо.— Тогда почему ты еще и без штанов Декслер?

Стук в дверь.

— Это Кика. Ты должен сейчас же исчезнуть! — шепчу я в панике.

Смотрит на меня с недоумением, но быстро вскакивает с кровати и медленно направляется к ванной, специально подбешивая меня этим. Однако в последний момент останавливается и произносит:

—Я не буду прятаться Тиль! Давай просто скажем ей правду, − начинает спорить и подходит ко мне вплотную, опуская руки мне на талию. Я отталкиваю его и закрываю ему рот ладонью, вероятно перекрыв весь доступ кислорода.

— Ты что, с ума сошел? Она все не так поймет!– закатываю глаза, одновременно пуская из них воображаемые молнии.

Раздается еще один стук в дверь.

— Давай же! – шикаю на него я и затягиваю обратно к кровати. — Ложись!

Он послушно прячется под одеяло, но как только я наваливаюсь на него сверху, начинает покусывать и целовать мои пальцы.

Сумасшедший.

— Ты уверена, что это хорошая идея? — шепчет он между поцелуями.

— Нет, − стараюсь сдержать смех и нервозность одновременно.

Дверь распахивается, и моя подруга входит в комнату, с любопытством озираясь по сторонам.

— Привет! Прости, что врываюсь, но ты долго не отвечала, — восклицает она, жестикулируя руками в разные стороны, как настоящая итальянка. Не знаю сколько кровей в ней еще намешано.

Я пытаюсь сохранить спокойствие.

— Эм... просто немного отдыхаю. А ты как? – позеваю, потягивая руки наверх.

Она подходит ближе к кровати, но не осмеливается присесть.

— Подожди-ка! − широко раскрывает глаза. — Ты что, не одна? − тянет за джинсовую штанину, которая выглядывает из подушки.

Я замираю, не зная, что ответить.

— Это... это не то, что ты думаешь! — наконец растерянно выдаю я.

— Ну... да, похоже на то самое.

Наш дружный солнечный смех окутывает комнату, окрашивая мои щеки во все оттенки смущения.

Звонок в дверь заставляет меня вздрогнуть и повернуться на звук.

— Я открою! – спешу вылезти из кровати, сбегая из комнаты.

Открываю дверь и вижу курьера с коробкой в руках.

— Вам посылка, − протягивает мне белую упаковку, перевязанную красным бантом. На ней нет никаких опознавательных знаков.

— Это не моя посылка, − нахмурившись, смотрю на нее.

Курьер только жмет плечами и уходит, оставив меня с загадочной коробкой.

На кухне раздается смех, и я спешу туда, закинув свой подарок с бантом в комнату. Наверняка это очередное платье для рекламы.

Лекс и Кика сидят за столом с чашками кофе. Декслер все еще в одних джинсах что-то рассказывает ей.

— Тиль, мы обсуждаем твои художественные таланты, − заметив меня, отвечает Кика. — Лекс считает, что ты можешь стать профессиональной натурщицей, − подмигивает мне.

— Или профессиональной жертвой краски! – добавляю я, уничтожая их вглядом. — Но спасибо за поддержку ребята, − сажусь за стол, забирая из рук Лекса чашку. — Кажется, ты опаздываешь на тренировку, − мои глаза молнии стреляют без промаха на этот раз, заставляя Лекса встать из-за стола.

— Можешь спать в моей футболке Тиль, − наклоняется и сочно чмокает меня в щеку, направляясь к выходу своей походкой победителя.

Пол вечера мы проводим с Кикой на кухне, болтая обо всем на свете и готовя ужин. Она не спрашивает, как Декслер оказался в моей постели в одних трусах, и я благодарна ей. Пока я сама не готова принять перемены, которые слегка выходят за рамки наших отношений. Псевдо-отношений…