Полная версия:
Guiltythree Теневой Раб
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
«Вообще-то, в былые времена здесь была тропа, ведущая к вершине горы. Ей иногда пользовались паломники. Позже Империя расширила участки этой тропы и проложила поверх неё настоящую дорогу – ведущую, конечно, уже не к вершине, а к горному перевалу».
Он посмотрел наверх.
«Остатки той первоначальной тропы должны быть где-то над нами. Если мы до неё доберёмся, то сможем выйти обратно на неповреждённый участок дороги».
Все проследили за его взглядом, с неудобством поёжившись при мысли о восхождении по коварному склону. Все, кроме Херо, конечно, который оставался спокоен, как святой.
Из-за камнепада склон больше не был почти отвесной стеной, но уклон всё равно был довольно крутым.
Первым заговорил Шифти:
«Лезть туда? Вы в своём уме?»
Схолар беспомощно пожал плечами.
«У вас есть идея получше?»
Идей ни у кого не было. Немного подготовившись, они начали подъём. Шифти и Схолар упрямо тащили оружие, подобранное с тел мёртвых солдат, но Санни, с некоторым сожалением, решил оставить свой новообретённый короткий меч. Он знал, что этот подъём станет испытанием на пределе их выносливости.
Меч, может, и не казался таким уж тяжёлым сейчас, но очень скоро каждый лишний грамм веса будет ощущаться как тонна. Будучи самым слабым в группе, он и так едва поспевал, так что выбора особо не было. Избавиться от нескольких килограммов железа было правильным решением.
Подниматься по горной дороге с грузом припасов на плечах было и так достаточно тяжело, но карабкаться по самой горе оказалось настоящей пыткой. Всего через полчаса ему казалось, что его мышцы вот-вот расплавятся, а лёгкие – взорвутся изнутри.
Стиснув зубы, Санни продолжал двигаться вперёд и вверх. Ему также приходилось постоянно напоминать себе смотреть под ноги. На этом неустойчивом, обледенелом склоне одного неверного шага было достаточно, чтобы полететь вниз, навстречу смерти.
«Надо просто думать о чём-нибудь приятном», – подумал он.
Но какие радостные мысли могли прийти ему в голову?
Не сумев придумать ничего другого, Санни начал представлять, какую награду он получит в конце этого испытания. Дар Первого Кошмара был самой важной вещью, которую Пробуждённый получал от Заклинания.
Конечно, последующие испытания могли дать им больше способностей и значительно увеличить их силу. Но именно это, первое, определяло, какую роль сможет играть Пробуждённый, насколько велик будет его потенциал и какую цену ему придётся заплатить… не говоря уже о том, что оно давало необходимые инструменты для выживания и развития в Мире Снов.
Главное преимущество Дара Первого Кошмара было простым, но, возможно, самым важным: после завершения своего испытания Претенденты наделялись способностью воспринимать Ядра Души и взаимодействовать с ними. Ядра Души были основой ранга и силы. Чем сильнее было твоё Ядро, тем большей становилась твоя мощь.
То же самое касалось и Кошмарных Созданий, со смертельной оговоркой, что, в отличие от людей, они могли обладать несколькими ядрами – у низшего зверя было всего одно, а у такого тирана, как Горный Король, – пять. По совпадению, единственным способом улучшить своё Ядро Души было поглощение Осколков Души, добытых из трупов других обитателей Мира Снов.
Вот почему Пробуждённые, несмотря на смертельный риск, изо всех сил старались сражаться с могущественными Кошмарными Созданиями.
Второе преимущество было не таким очевидным, но тем не менее жизненно важным. После завершения Первого Кошмара Претенденты возвышались до ранга Сновидцев – в просторечии известных как Спящие – и получали доступ в сам Мир Снов. Они входили в него в первое зимнее солнцестояние после прохождения испытания и оставались там до тех пор, пока не будет найден выход, таким образом становясь полностью Пробуждёнными. Этот промежуток времени между завершением Первого Кошмара и входом в Мир Снов был очень важен, поскольку это был последний шанс, который получал человек, чтобы потренироваться и подготовить себя.
В случае Санни этот срок составлял всего около месяца, что было хуже некуда.
И, наконец, было последнее преимущество, уникальное для каждого Претендента, прошедшего испытание… первая Способность Аспекта.
Это была та самая «магическая сила», которая возвышала Пробуждённых над обычными людьми. Способности Аспекта были разнообразными, уникальными и могущественными. Некоторые можно было разделить на типы – например, боевые, колдовские и вспомогательные, – но другие просто не поддавались воображению. Вооружённые силой своих Способностей, Пробуждённые смогли спасти мир от потока Кошмарных Созданий.
Однако у этой силы была и обратная сторона. Вместе со своей первой Способностью каждый Пробуждённый также получал Изъян, иногда называемый противовесом. Эти Изъяны были так же разнообразны, как и Способности, варьируясь от сравнительно безобидных до калечащих, а в некоторых случаях даже смертельных.
«Интересно, какой тип Способности получит храмовый раб, – подумал Санни, не слишком оптимистично оценивая свои перспективы. – Выбор Изъянов, с другой стороны, кажется почти безграничным. Будем надеяться, что мой Аспект эволюционирует в конце этого фиаско. Или, что ещё лучше, изменится полностью».
Если Претендент проявлял себя особенно хорошо, был шанс, что его Аспект пройдёт через раннюю эволюцию. Аспекты, как и Ядра Души, имели ранги, основанные на потенциальной силе и редкости. Самый низкий ранг назывался Дремлющий, за ним следовали Пробуждённый, Возвышенный, Трансцендентный, Высший, Священный и Божественный – хотя последний никто никогда не видел.
«После всего того дерьма, через которое оно меня протащило, Заклинание – если у него есть хоть какая-то совесть – должно дать мне как минимум Пробуждённый Аспект. Верно? А может, даже Возвышенный!»
Наконец, существовала крошечная вероятность получения Истинного Имени – что-то вроде почётного титула, даруемого Заклинанием своим любимым Пробуждённым. Само по себе имя не давало никаких преимуществ, но, казалось, оно было у каждого известного Пробуждённого. Оно считалось высшим знаком отличия. Однако число людей, сумевших получить Истинное Имя во время своего Первого Кошмара, было настолько мало, что Санни даже не стал об этом задумываться.
«Кому нужно это отличие? Дайте мне силу!»
Он выругался, чувствуя, что эта попытка выдать желаемое за действительное лишь усилила его подавленность и злость.
«Может, у меня аллергия на сны».
Такая аллергия была бы поистине ироничной, учитывая, что ему суждено было провести половину оставшейся жизни в Мире Снов – если он вообще проживёт достаточно долго, чтобы туда попасть.
Однако это мысленное бегство от реальности не было совсем уж бесполезным. Оторвав взгляд от скользких камней под ногами, он заметил, что солнце опустилось уже значительно ниже. Да и воздух, казалось, стал намного холоднее.
«По крайней мере, это помогло скоротать время», – подумал Санни.
Приближалась ночь.
Глава 10. Первый павший
К тому времени, как они решили остановиться, Санни был на грани обморока. После многих часов пути по крутому горному склону его тело было почти на пределе. Однако, ко всеобщему удивлению, Шифти, похоже, было даже хуже, чем ему.
Глаза плутоватого раба были мутными и расфокусированными, бесцельно блуждая по сторонам. Его дыхание было рваным и поверхностным, словно что-то давило ему на лёгкие. У него был лихорадочный и нездоровый вид.
Как только Херо нашёл подходящее место для лагеря, Шифти просто рухнул на землю. Самым тревожным во всём этом было отсутствие гневных проклятий, к которым они уже успели привыкнуть. Раб лежал тихо и неподвижно, и лишь движения его груди выдавали, что он всё ещё жив. Спустя несколько мгновений он дрожащей рукой откупорил флягу и жадно сделал несколько больших глотков.
– Экономь воду, – сказал Херо, и в его обычно стоическом голосе каким-то образом проскользнула нотка беспокойства.
Проигнорировав эти слова, Шифти выпил ещё, полностью осушив флягу.
Схолар выглядел ненамного лучше. Тяжёлый подъём сильно сказался на пожилом рабе. Несмотря на невыносимый холод, он весь вспотел, с налитыми кровью глазами и мрачным выражением лица.
Будучи самым слабым из троих, Санни каким-то образом умудрился выдержать всё лучше всех.
– Разве мы не можем просто растопить снег, когда вода закончится?
Херо бросил на Схолара сложный взгляд.
– Может настать время, когда мы не сможем развести огонь, чтобы не привлекать нежелательное внимание.
Никто ничего не сказал, прекрасно зная, чьего внимания им следовало избегать. Воспоминание об ужасе Горного Короля было ещё свежо в их памяти.
К счастью, сегодня Херо удалось найти естественную нишу в горной стене, что ненадежно примостилась за узким уступом. Костёр был хорошо скрыт скалами, что позволяло им наслаждаться его теплом, не опасаясь быть замеченными. Никто не был в настроении разговаривать, поэтому они просто жарили ломти бычатины над огнём и ели в тишине.
К тому времени, как небо стало совсем чёрным, Шифти и Схолар уже спали, отданные во власть собственных кошмаров. Херо достал свой меч и подошёл к краю скального выступа.
– Постарайся тоже отдохнуть. Я постою в первом дозоре.
Санни кивнул ему и лёг у костра, смертельно уставший. Засыпать во сне было для него новым опытом, но, неожиданно, это оказалось довольно обыденным делом. Как только его голова коснулась земли, его сознание провалилось во тьму.
Спустя, как ему показалось, всего секунду, кто-то осторожно растормошил его. Сонный и дезориентированный, Санни моргнул несколько раз и наконец заметил склонившегося над ним Херо.
– Эти двое выглядят неважно, так что лучше дать им время восстановиться. Не дай огню погаснуть и разбуди нас, как только начнёт всходить солнце. Или если… если появится тварь.
Санни молча поднялся и сменил Херо, который подбросил в огонь пару поленьев и вскоре крепко заснул.
На несколько часов он остался один.
Небо было чёрным, с тусклыми звёздами и острым серпом молодого месяца. Однако его света было недостаточно, чтобы пронзить тьму, окутавшую гору. Казалось, на это были способны лишь глаза Санни.
Он сидел тихо, глядя вниз, откуда они пришли. Несмотря на то, что за предыдущий день им удалось забраться довольно высоко, он всё ещё мог разглядеть далёкую ленту дороги. Он даже мог проследить её до каменной платформы, где произошла битва с тираном.
Крошечными точками, усеивавшими камни, были мёртвые тела рабов.
Пока он наблюдал за ними, из-под утёса на платформу медленно выползла тёмная фигура. Некоторое время она оставалась неподвижной, а затем двинулась вперёд, скребя когтями по земле. Каждый раз, когда коготь задевал одно из тел, тиран хватал его и подносил к своей пасти.
Ветер донёс до ушей Санни приглушённые звуки хрустящих костей. Он вздрогнул и случайно столкнул с уступа небольшой камень. Тот упал, ударился о склон, а затем покатился вниз, увлекая за собой ещё несколько.
В ночной тишине шум этих падающих камней прозвучал подобно грому.
Далеко внизу тиран внезапно повернул голову, глядя прямо на Санни.
Санни замер, окаменев от ужаса. Он боялся издать даже малейший звук. На какое-то время он даже забыл, как дышать. Тиран, ничего не делая, пристально смотрел прямо на него.
Прошло несколько мучительных секунд, каждая из которых казалась вечностью. Затем тиран спокойно отвернулся и продолжил пожирать мёртвых рабов, как будто он и вовсе не видел Санни.
«Он слеп», – внезапно понял Санни.
Он вдохнул, глядя на Горного Короля расширенными глазами. Это была правда. Существо не могло видеть.
Вспоминая всё, что произошло ранее, он всё больше и больше убеждался в своей догадке. Эти молочно-белые, ничего не выражающие глаза. Если подумать, он ни разу не видел, чтобы тиран вообще двигал ими. А тогда, когда Санни сталкивал повозку с утёса, тиран отреагировал лишь после того, как она начала падать, громко скребя по камням.
Ну конечно! Теперь всё сходилось.
* * *На рассвете Санни разбудил остальных. Херо надеялся, что полноценный ночной отдых пойдёт Шифти и Схолару на пользу, но его надежды рухнули. Каким-то образом двое рабов выглядели даже хуже, чем раньше. Словно вчерашний подъём слишком сильно измотал Схолара.
Однако состояние Шифти нельзя было объяснить простым переутомлением. Он был смертельно бледен и его трясло, с полубессознательными глазами и потерянным взглядом.
– Что с ним?
Схолар, которому и самому было нехорошо, беспомощно покачал головой.
– Возможно, это горная болезнь. На разных людей она действует по-разному.
Его голос звучал хрипло и слабо.
– Я в порядке, ублюдки. Отвалите от меня.
Шифти с трудом мог складывать слова в предложения, но всё равно настаивал, что с ним всё в порядке.
Херо нахмурился, а затем забрал большую часть припасов, которые должен был нести дерзкий раб, и добавил к своей ноше. Немного поколебавшись, он отдал часть и Санни.
– Что-нибудь случилось, пока мы спали?
Санни несколько секунд смотрел на него.
– Монстр съел мертвецов.
Молодой солдат нахмурился ещё сильнее.
– Откуда ты знаешь?
– Я слышал.
Херо подошёл к краю и посмотрел вниз, пытаясь разглядеть далёкую каменную платформу. Примерно через минуту он стиснул зубы, впервые выказав неуверенность.
– Тогда нам придётся двигаться быстрее. Если тварь покончит со всеми телами, она придёт за нами. Нам нужно найти ту старую тропу до наступления ночи.
Испуганные и подавленные, они снова отправились в путь и продолжили подъём. Санни медленно умирал под тяжестью дополнительной ноши. К счастью, Шифти и Схолар уже выпили большую часть воды, немного облегчив её.
«Это ад», – подумал он.
Они карабкались всё выше, и выше, и выше. Солнце поднималось вместе с ними, медленно приближаясь к зениту. Не было ни разговоров, ни смеха, только напряжённое дыхание. Каждый из четырёх выживших был сосредоточен на собственных шагах и точке опоры.
Однако Шифти отставал всё дальше и дальше. Силы покидали его.
И тут в какой-то момент Санни услышал отчаянный крик. Обернувшись, он успел увидеть лишь охваченное паникой лицо. Затем Шифти упал навзничь – его нога соскользнула с покрытого льдом камня. Он сильно ударился о землю и покатился вниз, всё ещё пытаясь за что-нибудь ухватиться.
Но было уже слишком поздно.
Бессильные, застывшие на месте, они могли лишь наблюдать, как его тело кубарем катилось по склону, оставляя на камнях кровавые следы. С каждой секундой Шифти всё меньше походил на человека и всё больше – на тряпичную куклу.
Спустя несколько мгновений он наконец остановился, ударившись о верхушку большого выступающего камня и превратившись в груду изувеченной плоти.
Шифти был мёртв.
Глава 11. Перекрёсток
Они втроём стояли неподвижно, в тревожном молчании глядя вниз. То, что случилось с Шифти, не стало шоком, но всё равно это было трудно принять. Зловещее предчувствие поселилось в их сердцах – глядя на изувеченное тело товарища, было слишком легко представить, как один из них разделит ту же участь.
Никто не знал, что сказать.
Примерно через минуту Схолар наконец вздохнул.
– Хорошо, что ты забрал большую часть припасов, которые он нёс.
«Немного бессердечно, но не ошибочно», – подумал Санни, с опаской взглянув на старого раба.
Схолар нахмурился, поняв, что его маска добросердечного джентльмена на миг соскользнула, и поспешно добавил мрачным тоном:
– Покойся с миром, мой друг.
«Ух ты. Что за представление».
На самом деле, Санни ни на секунду не поверил в его благожелательность. Каждый ребёнок с окраин знал, что людей, которые без всякой причины ведут себя по-доброму, следует остерегаться больше всего. Они либо дураки, либо чудовища. Схолар не походил на дурака, поэтому Санни с самого момента их встречи стал его опасаться.
Он зашёл так далеко, будучи недоверчивым циником, и сейчас не было причин меняться.
– Нам нужно идти, – сказал Херо, бросив последний взгляд вниз.
Его голос был ровным, но Санни чувствовал за ним целый колодец эмоций. Вот только он не мог понять, что это была за эмоция.
Схолар тоже вздохнул и отвернулся. Санни ещё несколько секунд смотрел на окровавленные камни.
«Почему я чувствую себя таким виноватым?», – подумал он, сбитый с толку этой неожиданной реакцией. – «Он получил по заслугам».
Слегка встревоженный, Санни развернулся и последовал за двумя оставшимися спутниками.
Вот так просто они оставили Шифти позади и продолжили подъём.
На такой высоте пересекать гору становилось всё труднее и труднее. Ветер бил по ним с такой силой, что мог сбить человека с ног, если тот не будет осторожен, из-за чего каждый шаг казался рискованной авантюрой. Воздух становился слишком разреженным, чтобы дышать. Из-за нехватки кислорода у Санни начала кружиться голова и подступала тошнота.
Казалось, будто они все медленно задыхаются.
Высотная болезнь – это не то, что можно преодолеть усилием воли. Она была коварной и всепоглощающей одновременно, поражая и сильных, и слабых, невзирая на их физическую подготовку и выносливость. Если не повезёт, элитный атлет мог поддаться ей быстрее, чем случайный прохожий.
Всё зависело лишь от врождённой предрасположенности и адаптивности организма. Счастливчики могли перебороть её, отделавшись лёгкими симптомами. Другие же порой были выведены из строя на дни или недели, страдая от всевозможных мучительных побочных эффектов. Некоторые даже умирали.
Словно всего этого было мало, становилось ещё и холоднее. Тёплой одежды и мехов больше не хватало, чтобы уберечься от холода. Санни одновременно чувствовал жар и замерзал, проклиная каждое решение в своей жизни, что привело его сюда, на этот бесконечный ледяной склон.
Эта гора была не для людей.
И всё же им нужно было идти дальше.
Прошло несколько часов. Несмотря ни на что, трое выживших продолжали упорно продвигаться вперёд, медленно забираясь всё выше и выше. Где бы ни была та старая тропа, о которой говорил Схолар, она не могла быть далеко. По крайней мере, Санни на это надеялся.
Но в какой-то момент он начал сомневаться, что тропа вообще существует. Может, старый раб солгал. Может, тропа давно была уничтожена безжалостным временем. Может, они уже прошли мимо неё, даже не заметив.
И как раз в тот момент, когда он уже готов был впасть в отчаяние, они наконец её нашли.
Она была выветренной и узкой, едва хватало места, чтобы два человека могли идти бок о бок. Тропа была не вымощена, а скорее высечена в чёрной скале каким-то неизвестным инструментом или магией, и вилась вверх по горе, словно хвост спящего дракона. Местами она скрывалась под снегом. Но самое главное, она была ровной. Санни никогда в жизни так не радовался, увидев что-то ровное.
Не говоря ни слова, Схолар бросил свой рюкзак и сел. Он был смертельно бледен и хватал ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег. Несмотря на это, на его лице застыла лёгкая ухмылка.
– Говорил же.
Херо кивнул ему и осмотрелся. Через несколько секунд он обернулся к торжествующему рабу:
– Вставай. Ещё не время отдыхать.
Схолар несколько раз моргнул, а затем взглянул на него умоляющими глазами.
– Просто… просто дай мне несколько минут.
Молодой солдат собирался возразить, но Санни внезапно положил руку ему на плечо. Херо повернулся к нему.
– В чём дело?
– Он исчез.
– Кто исчез?
Санни указал вниз, туда, откуда они пришли.
– Тело Шифти. Оно исчезло.
Херо несколько мгновений смотрел на него, явно не понимая, что Санни пытается сказать.
«Ах, точно. Они же не знают, что его зовут Шифти. Кхм. Неловко».
Он хотел было объяснить, но и Схолар, и Херо, казалось, уловили его мысль. Они одновременно подошли к краю каменной тропы и посмотрели вниз, пытаясь разглядеть место, где Шифти встретил свой конец.
И действительно, на зазубренных скалах всё ещё виднелись брызги крови, но самого трупа нигде не было.
Схолар отшатнулся и отполз от края как можно дальше. Молодой солдат тоже отступил, инстинктивно схватившись за рукоять меча. Они втроём обменялись напряжёнными взглядами, ясно понимая, что означает исчезновение Шифти.
– Это монстр, – сказал Схолар, ещё более бледный, чем прежде. – Он идёт за нами.
Херо стиснул зубы.
– Ты прав. И если он так близко, нам неизбежно придётся скоро с ним сразиться.
Мысль о битве с тираном была столь же пугающей, сколь и абсурдной. С таким же успехом он мог бы сказать, что скоро они все умрут. Истина этого была до боли ясна и Санни, и Схолару.
Но старый раб, на удивление, не выглядел испуганным. Вместо этого он опустил взгляд и тихо сказал:
– Необязательно.
Херо и Санни, превратившись в слух, повернулись к нему. Молодой солдат поднял бровь.
– Объясни.
«Ну вот, началось».
Схолар вздохнул.
– Зверь выследил нас так далеко всего за день. Это означает, что есть две наиболее вероятные возможности. Либо он достаточно умён, чтобы понять, куда мы идём, либо он идёт по запаху крови.
Немного подумав, Херо кивнул, соглашаясь с этой логикой. Старый раб слегка улыбнулся и продолжил.
– В любом случае, мы можем сбить его со следа и выиграть немного времени.
– Как нам это сделать?
Несмотря на настойчивость в голосе Херо, Схолар медлил и молчал.
– Почему ты не отвечаешь? Говори!
Старый раб снова вздохнул и медленно, словно против своей воли, ответил. Санни уже некоторое время ждал этого момента.
– Нам просто придётся… заставить мальчишку истекать кровью. Оттащить его вниз по тропе, а затем оставить там в качестве приманки и пойти наверх. Его жертва спасёт наши жизни.
«Как раз вовремя».
Если бы Санни не был в ярости – и, конечно, не был напуган до смерти – он бы улыбнулся. Его суждение, похоже, было до жути точным. Подтверждение всегда приятно… но не в ситуации, когда правота также означает, что тебя могут использовать в качестве приманки для монстра.
Он вспомнил слова, которые Схолар произнёс, когда Шифти агитировал за убийство Санни: «Не торопись, друг мой. Мальчик может оказаться полезным позже». Эти слова, которые тогда звучали благожелательно, теперь оказались наполнены куда более зловещим смыслом.
«Вот же ублюдок!».
Теперь всё зависело от того, решит ли Херо последовать плану Схолара.
Молодой солдат изумлённо моргнул.
– Что значит, заставить его истекать кровью?
Схолар покачал головой.
– Всё очень просто. Если монстр знает, куда мы идём, у нас нет иного выбора, кроме как отказаться от наших планов добраться до горного перевала и вместо этого пойти через вершину горы. Если монстр идёт по запаху крови, мы должны использовать одного из нас в качестве приманки, чтобы ввести его в заблуждение.
Он сделал паузу.
– Только оставив истекающего кровью человека дальше по тропе, мы сможем надёжно избежать преследования, независимо от того, как он нас выслеживает.
Херо стоял неподвижно, его взгляд метался между Схоларом и Санни. Через несколько секунд он спросил:
– Как ты можешь предлагать нечто столь мерзкое?
Старый раб мастерски сделал обиженный и мрачный вид.
– Конечно, мне больно! Но если мы ничего не сделаем, мы все трое умрём. Так, по крайней мере, смерть мальчика спасёт две жизни. Боги вознаградят его за эту жертву!
«Надо же, какой подвешенный язык. Я и сам почти убедился».
Молодой солдат открыл рот, но тут же снова закрыл, колеблясь.
Санни молча наблюдал за двумя другими выжившими, оценивая свои шансы выйти победителем в драке. Схолар и так уже был на полпути к тому, чтобы стать трупом, так что одолеть его не составит труда. Однако Херо… Херо представлял собой препятствие.
Глава 12. Запах крови
Сейчас это препятствие опустило взгляд, избегая смотреть на Санни. Его рука покоилась на рукояти меча. Как всегда, юный раб понятия не имел, что творится в безупречной голове Херо.
Неопределённость заставляла его нервничать.
Наконец, спустя некоторое время, солдат заговорил:
– У меня лишь один вопрос.
Санни и Схолар, затаив дыхание, уставились на него.
– Да?
– Ты сказал, что одного из нас нужно принести в жертву, чтобы спасти двоих других. Почему его? Насколько я вижу, ты сам гораздо ближе к могиле.
«Отличный вопрос! Я сам как раз собирался его задать».
Санни повернулся к старому рабу, изо всех сил пытаясь сдержать насмешливую ухмылку. Но, к его досаде, у Схолара уже был готов ответ.
– Ещё до первого нападения он уже истекал кровью от кнута вашего старшего. Во время нападения он был с ног до головы облит кровью другого раба. Его плащ тоже пропитался ею, когда умер предыдущий владелец. От мальчишки уже разит кровью. Если он останется в живых, мы окажемся в опасности. Вот почему он – лучший выбор.