Guiltythree Теневой Раб

Глава 4. Горный Король

Обернувшись на грохот, многие рабы подняли головы – лишь чтобы увидеть, как сверху на них посыпались камни и тяжёлые осколки льда. Они мгновенно запаниковали и под какофонию криков шарахнулись в стороны. Тени радостно плясали на чёрных камнях, пока рабы, запутавшись в толстой цепи, падали на землю, увлекая за собой других.

Санни был одним из немногих, кто устоял на ногах, – в основном потому, что был готов к чему-то подобному. Спокойный и собранный, он смотрел в ночное небо, его усиленные Атрибутом глаза пронзали тьму, и сделал один выверенный шаг назад. В следующую секунду кусок льда размером с человеческий торс ударился о землю прямо перед ним и взорвался, осыпая всё вокруг острыми осколками.

Другие оказались не так проворны. Ледяные глыбы и камни продолжали сыпаться с неба; многие были ранены, а несколько человек даже лишились жизни. Воздух наполнили агонизирующие вопли.

– На ноги, дураки! К стене!

Бывалый солдат – тот самый, что несколько часов назад избил Санни кнутом, – гневно кричал, пытаясь заставить рабов двигаться к относительной безопасности горного склона. Однако, прежде чем кто-либо успел внять его приказу, что-то массивное рухнуло вниз, отчего камни под ногами содрогнулись. Оно упало прямо между караваном и горной стеной, на несколько секунд погрузив всё в тишину.

Сначала оно выглядело как ком грязного снега, примерно круглой формы и высотой со всадника на коне. Однако, когда существо распрямило свои длинные конечности и поднялось, оно возвысилось над каменной платформой, словно кошмарное предзнаменование смерти.

«Эта тварь, должно быть, не меньше четырёх метров в высоту», – немного ошеломлённо подумал Санни.

У существа было две короткие коренастые ноги, истощённое сгорбленное туловище и непропорционально длинные многосуставные руки – две из них заканчивались набором ужасающих костяных когтей, а ещё две, покороче, – почти человеческими пальцами. То, что на первый взгляд показалось грязным снегом, оказалось его мехом – желтовато-серым и клочковатым, достаточно густым, чтобы останавливать стрелы и мечи.

На его голове пять молочно-белых глаз взирали на рабов с безразличием насекомого. Под ними была приоткрыта ужасная пасть, полная острейших зубов, – словно в предвкушении. По подбородку существа стекала и капала в снег вязкая слюна.

Однако больше всего Санни тревожили странные, червеобразные формы, бесконечно движущиеся под кожей существа. Он отчётливо их видел, потому что, к несчастью, был одной из тех несчастных душ, что оказались ближе всего к чудовищу, получив тошнотворный вид из первого ряда.

«Ну, это уже… перебор», – обалдев, подумал он.

Как только Санни закончил эту мысль, разверзся сущий ад. Существо двинулось, полоснув когтями в его сторону. Но Санни был на шаг впереди: не теряя ни мгновения, он прыгнул вбок – насколько позволяла цепь, – тем самым выставив широкоплечего раба между собой и Монстром.

Его быстрая реакция спасла ему жизнь, поскольку долю секунды спустя эти острые когти, каждый длиной с меч, распороли широкоплечего мужчину, и в воздух полетели потоки крови. Облитый горячей жидкостью, Санни рухнул на землю, а сверху на него упал его товарищ по несчастью – теперь уже просто труп.

«Чёрт! Почему ты такой тяжёлый!»

Временно ослеплённый, Санни услышал леденящий душу вой и почувствовал, как над ним пронеслась огромная тень. Сразу после этого ночь наполнил оглушительный хор криков. Не обращая на это внимания, он попытался откатить труп в сторону, но его остановил сильный рывок цепи, выкрутивший ему запястья и наполнивший разум раскалённой болью. Дезориентированный, он почувствовал, как его протащило несколько шагов, но затем цепь внезапно ослабла, и он снова смог контролировать свои руки.

«А ведь могло быть и хуже…»

Упершись ладонями в грудь мертвеца, он толкнул изо всех сил. Тяжёлый труп упрямо сопротивлялся всем его попыткам, но в конце концов упал набок, освобождая Санни. Однако ему не довелось отпраздновать эту новообретённую свободу, поскольку его кровь внезапно застыла в жилах.

Потому что в этот момент, когда его ладони всё ещё упирались в кровоточащее тело широкоплечего раба, он отчётливо почувствовал, как что-то извивается под кожей мертвеца.

«Надо же было подумать о том, как всё может стать хуже, да, идиот?» – подумал он и отпрянул.

Отталкивая труп ногами, Санни отполз так далеко, как только мог – примерно на полтора метра, благодаря вездесущей цепи. Он быстро огляделся, заметив массу пляшущих теней и силуэт Монстра, бушующего среди кричащих рабов на противоположном конце каменной платформы. Затем он сосредоточился на мёртвом теле, которое начало содрогаться со всё возрастающей силой.

С противоположной стороны от трупа пронырливый раб смотрел на него с отвисшей челюстью и выражением ужаса на лице. Санни махнул рукой, чтобы привлечь его внимание.

– Чего уставился?! Отодвинься от него!

Пронырливый раб попытался, но тут же упал. Цепь между ними тремя перекрутилась и была прижата к земле весом широкоплечего мужчины.

Санни стиснул зубы.

Прямо у него на глазах труп претерпевал кошмарную метаморфозу. Странные костяные наросты пронзали его кожу, вытягиваясь, словно шипы. Мышцы вздувались и извивались, будто пытаясь изменить форму. Ногти на пальцах превращались в острые когти; лицо треснуло и раскололось, обнажив искажённый рот со слишком большим количеством рядов окровавленных, иглоподобных клыков.

«Это неправильно».

Санни дёрнулся, почувствовав сильный приступ тошноты.

– Ц-цепь!

Раб учёного вида стоял всего в нескольких шагах позади пронырливого, указывая на свои кандалы с мертвенно-бледным лицом. Это замечание ничуть не помогло, но, учитывая обстоятельства, его шок был понятен. Быть закованным в кандалы было достаточно плохо, но быть прикованным к такому ужасу было поистине несправедливо.

Но вывод Санни о том, что всё было «неправильно», был сделан не из жалости к себе. Он просто имел в виду, что вся эта ситуация была буквально неправильной: Заклинание, каким бы таинственным оно ни было, имело свой собственный свод правил. Существовали правила и для того, какие существа могут появиться в любом отдельно взятом Кошмаре.

У Кошмарных Созданий была своя иерархия: от безмозглых Зверей до Монстров, за которыми следовали Демоны, Дьяволы, Тираны, Ужасы и, наконец, мифические Титаны, также известные как Бедствия. Первый Кошмар почти всегда был населён Зверями и Монстрами, и лишь изредка там попадался Демон. И Санни никогда, никогда не слышал, чтобы в нём появлялось что-то сильнее одного-единственного Дьявола.

Однако это существо только что явно создало уменьшенную версию самого себя – способность, которая принадлежала исключительно Тиранам, владыкам Заклинания Кошмара, и тем, кто был выше их.

Что вообще этот Тиран делал в Первом Кошмаре?

Насколько же силён был этот проклятый Атрибут [Предначертанный]?!

Но времени на раздумья не было.

Справедливо это или нет, но теперь был только один человек, который мог спасти Санни, – он сам.

Широкоплечий мужчина – то, что от него осталось, – медленно поднялся, его рот издавал странные щёлкающие звуки. Не давая ему полностью прийти в себя, Санни выругался и прыгнул вперёд, ухватившись за провисшую часть цепи.

Одна рука монстра, теперь оснащённая пятью зазубренными когтями, метнулась ему навстречу, но Санни уклонился от неё одним просчитанным движением.

На этот раз его шкуру спасла не быстрая реакция, а простое присутствие духа. Санни, возможно, и не обучился изящным боевым техникам, поскольку его детство прошло на улицах, а не в школе. Но и улицы были своего рода учителем. Всю свою жизнь он сражался за выживание, зачастую в буквальном смысле. Этот опыт позволял ему сохранять холодную голову в разгар любого конфликта.

Поэтому вместо того, чтобы оцепенеть или поддаться страху и сомнениям, Санни просто действовал.

Подойдя вплотную, он накинул цепь на плечи монстра и потянул, прижав его руки к телу. Прежде чем существо, всё ещё медлительное и заторможенное после трансформации, успело как следует среагировать, Санни обмотал цепь вокруг него несколько раз, едва уберегая своё лицо от ужасающей пасти существа.

Хорошая новость была в том, что теперь монстр не мог пошевелить руками.

Плохая новость была в том, что часть цепи, которую он использовал для обездвиживания, закончилась, почти не оставив между ними расстояния.

– Эй, вы двое! – крикнул Санни, обращаясь к двум своим товарищам-рабам. – Тяните эту цепь так, будто от этого зависят ваши жизни!

Потому что так и было.

Пронырливый раб и учёный разинули на него рты, а затем, поняв, что он задумал, зашевелились. Схватив цепь с противоположных сторон, они потянули изо всех сил, усиливая её хватку на монстре и не давая ему вырваться.

«Отлично!» – подумал Санни.

Монстр напряг мышцы, пытаясь вырваться. Цепь заскрежетала, зацепившись за костяные шипы, и, казалось, вот-вот разорвётся.

«Не так уж и отлично!»

Не теряя больше времени, он вскинул руки и обхватил шею существа короткой, более тонкой цепью, соединяющей его кандалы. Затем он быстрым шагом обошёл монстра и потянул, оказавшись с ним спина к спине – как можно дальше от его пасти.

Санни знал, что ему не хватит сил задушить человека голыми руками, не говоря уже о таком странном, ужасающем мутанте, который пытался его съесть. Но теперь, используя собственную спину как рычаг и вес всего своего тела, чтобы тянуть кандалы вниз, у него по крайней мере был шанс.

Он тянул вниз изо всех сил, чувствуя, как тело монстра давит на него, а костяные шипы царапают кожу. Монстр продолжал вырываться, громко щёлкая и пытаясь разорвать сковывающую его цепь.

Теперь вопрос был лишь в том, что сломается первым – цепь или сам монстр.

«Сдохни! Сдохни, ублюдок!»

Пот и кровь катились по лицу Санни, пока он тянул, и тянул, и тянул вниз со всей силой, на которую был способен.

Каждая секунда казалась вечностью. Его сила и выносливость – то немногое, что у него было, – быстро иссякали. Его израненная спина, запястья и пронзённые костяными шипами мышцы агонизировали.

И вот, наконец, Санни почувствовал, как тело монстра обмякло.

Мгновение спустя в воздухе прозвучал смутно знакомый голос.

Это был самый прекрасный звук, который он когда-либо слышал.

[Вы убили дремлющего Зверя, Личинку Горного Короля.]

Глава 5. Сломанные цепи

[Вы убили дремлющего зверя, Личинку Горного Короля.]

Санни рухнул на колени, задыхаясь. Всё его тело было таким, будто его только что пропустили через мясорубку: даже огромные дозы адреналина не могли смыть всю боль и усталость. И всё же он был в эйфории. Удовлетворение от убийства личинки было так велико, что он даже забыл расстроиться из-за того, что не получил Память – особый предмет, связанный с эссенцией обитателя Мира Снов, который Заклинание иногда даровало победившему Пробуждённому.

Магический меч или доспехи пришлись бы сейчас очень кстати. Чёрт, да он бы даже на тёплый плащ согласился.

«Ещё три секунды. Можешь отдохнуть ещё три секунды», – подумал Санни.

В конце концов, кошмар был ещё далеко не окончен.

Спустя несколько мгновений он заставил себя прийти в чувство и огляделся, пытаясь оценить обстановку.

Личинка была мертва, и это было прекрасно. Однако он всё ещё был привязан к ней проклятой цепью – Шифти и Схолар, оба бледные как смерть, возились с ней, пытаясь распутать, чтобы дать им троим хоть немного свободы передвижения.

Дальше на земле валялись разорванные тела и куски плоти. Многие рабы были убиты. Некоторым как-то удалось сбежать, и теперь они спасались бегством.

«Глупцы. Они обрекают себя на гибель».

Как оказалось, цепь в какой-то момент разорвалась надвое – вот почему она внезапно ослабла, когда Санни волокла толпа паникующих рабов. Если бы их оковы имели менее сложный запирающий механизм, он мог бы попытаться освободиться сейчас. Однако каждая пара была прикреплена к определённому звену: не открыв их, никто никуда не денется.

Тиран – Горный Король, предположительно – скрывался в ярком свете костра. Однако Санни чувствовал его передвижения по лёгкой дрожи, расходившейся по камням, а также по отчаянным крикам тех рабов, которым ещё предстояло умереть. Также был слышен гневный рёв, указывающий на то, что некоторые солдаты ещё живы и отчаянно пытаются отбиться от чудовища.

Однако больше всего его внимание привлекло то, что несколько изувеченных тел начали шевелиться.

«Ещё личинки?»

Его глаза расширились.

Один за другим ещё четыре трупа медленно поднялись на ноги. Каждый зверь выглядел так же отвратительно, как и первый, и ничуть не менее смертоносно. Ближайший находился всего в нескольких метрах от Санни.

«Проклятье!» – подумал он.

А затем, слабым голосом: «Я хочу проснуться».

Когда воздух наполнился странным щёлканьем, один из зверей повернул голову к троим рабам и заскрежетал клыками. Шифти плюхнулся на задницу, шепча молитву, а Схолар просто застыл на месте. Взгляд Санни метнулся к земле в поисках чего-нибудь, что можно было бы использовать как оружие. Но не было ни единой вещи, которую он мог бы применить: полный желчи, он просто обмотал кусок цепи вокруг костяшек и поднял кулаки.

«А ну, иди сюда, ублюдок!»

Личинка рванулась вперёд с невероятной скоростью в вихре когтей, клыков и ужаса. У Санни было меньше секунды на реакцию, однако, прежде чем он успел что-либо сделать, мимо него пронеслась проворная фигура, и в воздухе сверкнул острый меч. Чудовище, обезглавленное одним ударом, неуклюже рухнуло на землю.

Санни моргнул.

«Что это было?»

Ошеломлённый, он медленно повернул голову и посмотрел налево. Там с доблестным выражением лица стоял красивый молодой солдат, который однажды предложил ему воды. Он выглядел спокойным и собранным, хоть и немного мрачным. На его кожаных доспехах не было ни пятнышка грязи или крови.

«Он… крут», – подумал Санни, прежде чем поймать себя на мысли.

«Позёр! Я имею в виду, он позёр!»

Коротко кивнув, солдат двинулся вперёд, чтобы встретиться с оставшимися тремя личинками. Но, сделав несколько шагов, он внезапно обернулся и окинул Санни долгим взглядом. Затем одним быстрым движением молодой воин снял что-то с пояса и бросил Санни.

«Спасайся!»

С этими словами он ушёл сражаться с чудовищами.

Санни рефлекторно поймал предмет и проводил солдата взглядом. Затем он опустил взор и изучил вещь, крепко зажатую в руке.

Это был короткий и узкий железный стержень с прямым изгибом на конце.

«Ключ. Это ключ».

Его сердце забилось чаще.

«Это ключ от оков!»

Бросив последний взгляд на ожесточённую битву, разгоравшуюся между молодым солдатом и личинками, Санни опустился на одно колено и принялся возиться с оковами, пытаясь повернуть руку в подходящее положение, чтобы вставить ключ. Ему потребовалось несколько попыток, чтобы понять, как работает незнакомый замок, но затем, наконец, раздался удовлетворительный щелчок, и он внезапно оказался на свободе.

Холодный ветер овеял его окровавленные запястья. Санни потёр их и улыбнулся с тёмным блеском в глазах.

«Ну, теперь только ждите».

На мгновение его голову заполнили видения насилия и мести.

– Малец! Сюда!

Шифти махал руками в воздухе, пытаясь привлечь его внимание. Санни на мгновение задумался, не бросить ли его умирать, но затем передумал. Вместе они сильнее.

К тому же, несмотря на предыдущие угрозы Шифти убить его и в целом на всю его неприятность, Санни было бы совестно оставлять товарища-раба в цепях – тем более что его освобождение ничего не стоило.

Он поспешил к двум другим рабам и быстро открыл их оковы. Как только Шифти освободился, он оттолкнул Санни и пустился в пляс, смеясь как маньяк.

– А! Наконец-то свободен! Боги, должно быть, улыбаются нам!

Схолар был более сдержан. Он в знак благодарности сжал плечо Санни и слабо улыбнулся, бросив напряжённый взгляд в сторону продолжающегося боя.

Две из трёх личинок были уже мертвы; третья лишилась лапы, но всё ещё пыталась разорвать своего противника на куски. Молодой солдат танцевал вокруг неё, двигаясь с грациозной плавностью прирождённого воина.

– Чего вы ждёте?! Бежим!

Шифти было дёрнулся бежать, но Схолар его остановил.

– Друг мой, я бы…

– Если ты ещё раз скажешь «посоветовал», клянусь богами, я проломлю тебе башку!

Два раба посмотрели друг на друга с откровенной враждебностью. Мгновение спустя Схолар опустил глаза и вздохнул.

– Если мы сейчас сбежим, мы непременно умрём.

– Почему?!

Пожилой раб просто указал на высокий костёр.

– Потому что без этого огня мы замёрзнем насмерть до окончания ночи. До восхода солнца побег – это самоубийство.

Санни ничего не сказал, зная, что Схолар прав. На самом деле, он понял это сразу после того, как задушил личинку. Каким бы ужасным ни был Горный Король, костёр всё равно оставался их единственной нитью жизни в этом ледяном аду.

Всё было так, как сказал широкоплечий раб, да упокоится он с миром. Никому не нужно было их убивать, потому что гора сама сделает это, если ей представится шанс.

– И что?! Я всё равно предпочту замёрзнуть насмерть, чем быть съеденным этим чудовищем! Не говоря уже о… фу… превращении в одну из этих тварей.

Шифти притворялся храбрым, но в его голосе не было убеждённости. Он взглянул на тьму, окружавшую каменную платформу, и вздрогнул, прежде чем сделать небольшой шаг назад.

К этому моменту третья личинка была уже давно мертва, а молодого солдата нигде не было видно. Вероятно, он ушёл, чтобы присоединиться к битве на другой стороне костра, оставив троих рабов одних на горной стороне каменной платформы.

Схолар откашлялся.

– Чудовище может насытиться теми, кого уже убило. Оно может быть побеждено или прогнано Имперцами. В любом случае, если мы останемся здесь, у нас есть шанс выжить, пусть и небольшой. Но если мы сбежим, наша гибель будет неминуема.

– Так что нам делать?

В отличие от Схолара, Санни был уверен, что Горный Король не удовлетворится убийством лишь большинства рабов. Также он не верил, что кучка смертных действительно сможет его победить.

Даже если бы они были не обычными людьми, а Пробуждёнными, битва с тираном – это не то, в чём можно было легко выжить, не говоря уже о победе.

Но если он хотел жить, ему нужно было как-то избавиться от этой твари.

– Пойдём посмотрим.

Шифти посмотрел на него как на сумасшедшего.

– Ты в своём уме? Хочешь подойти поближе к этому зверю?!

Санни безучастно посмотрел на него, затем пожал плечами и направился в сторону бушующего чудовища.

Глава 6. Противостояние тирану

Санни отправился на бой с Кошмарным Существом. И не с каким-нибудь существом, а с одним из пятой категории – ужасным, устрашающим тираном. Шансы на выживание были настолько малы, что любой рассмеялся бы ему в лицо, если бы он заикнулся о попытке сразиться с ним. Если только они не были Пробуждёнными на два-три ранга выше существа, конечно.

Кем Санни, разумеется, не был.

И всё же, ему нужно было как-то справиться с этим Горным Королём, чтобы избежать ещё более жалкой смерти. Нелепая степень того, насколько всё было против него с самого начала этой отложенной казни, уже давно приелась, так что у него не осталось сил даже думать об этом. В конце концов, чего бояться? Он и так уже был покойником. Не то чтобы он мог стать ещё мертвее.

Так зачем беспокоиться?

По ту сторону костра дела шли от плохого к худшему. Большинство рабов уже были мертвы. Несколько солдат всё ещё отчаянно пытались сражаться с монстром, но было ясно, что они долго не протянут. Прямо на глазах Санни тиран поднял мёртвого раба, увлекая за собой цепь, и широко раскрыл свою ужасающую пасть. Одним сокрушительным укусом тело раба было разорвано пополам, оставив в кандалах лишь окровавленные обрубки.

Пять безразличных, молочно-белых глаз Горного Короля смотрели вдаль, пока он жевал, а по его подбородку стекали струи крови.

Увидев, что верхние руки существа заняты, один из солдат закричал и бросился вперёд, размахивая своим длинным копьём. Не поворачивая головы, тиран вытянул одну из своих коротких нижних рук, схватил голову солдата железной хваткой и сжал, раздавив череп бедняги, словно мыльный пузырь. Мгновение спустя обезглавленное тело было сброшено со скалы и исчезло в бездне внизу.

Шифти согнулся пополам, и его вывернуло наизнанку. Затем он нетвёрдо поднялся на ноги и уставился на Санни.

– Ну? Посмотрели, и что дальше?

Санни не ответил, задумчиво наблюдая за тираном, слегка склонив голову набок. Шифти ещё немного посмотрел на него, затем повернулся к Схолару.

– Говорю тебе, старик, этот парень больной на голову. Какого чёрта он такой спокойный?!

– Тссс! Потише, дурак!

Кровь отхлынула от лица Шифти, и он поспешно зажал себе рот обеими руками. Затем он бросил испуганный взгляд в сторону тирана.

К счастью, мерзость была слишком занята пиршеством из рабов – удачливых, что уже были мертвы, и невезучих, что всё ещё были живы – чтобы обратить на них внимание. Шифти медленно выдохнул.

Санни был поглощён размышлениями, взвешивая свои шансы на выживание.