Guiltythree Теневой Раб

Ухмылка умерла, так и не появившись на лице Санни.

«Будь ты проклят со своими мозгами!»

Доводы Схолара были ужасающе убедительны. Херо слушал, и с каждым словом выражение его лица становилось всё мрачнее. Наконец он посмотрел на Санни, и в его глазах зажёгся опасный огонёк.

– Это правда.

Санни почувствовал, как у него пересохло во рту. Холодный пот пробежал по спине. Он напрягся, готовый действовать…

Но в этот момент Херо улыбнулся.

– Ваша логика почти безупречна, – сказал он, обнажая меч. – Однако вы не учли одного.

Схолар приподнял бровь, пытаясь скрыть собственное волнение.

– И что же это?

Молодой солдат повернулся к нему, и улыбка исчезла с его лица. Теперь он излучал плотную, почти осязаемую жажду крови.

– То, что я знаю, кто вы, Ваша Светлость. Я также знаю, что вы натворили и как оказались в рабстве. Одного лишь из совершённых вами отвратительных преступлений было бы достаточно, чтобы я захотел вас убить. Так что если среди нас и есть тот, кто заслуживает быть принесённым в жертву… то это вы.

Глаза Схолара расширились.

– Но… но запах крови!

– Не беспокойтесь об этом. Я заставлю вас истекать кровью достаточно сильно, чтобы перебить любой остаточный запах, что исходит от мальчишки.

Всё произошло так быстро, что Санни едва успел среагировать. Херо ринулся вперёд с почти нечеловеческой скоростью. Мгновение спустя Схолар уже визжал на земле – одним ударом плашмя молодой солдат сломал ему ногу. Не давая ему опомниться, Херо топнул по второй ноге, и отчётливо послышался тошнотворный хруст ломающихся костей. Визг перешёл в рыдающий вой.

Вот так со Схоларом и было покончено.

Жестокость действий Херо настолько разительно контрастировала с его обычно изящными манерами, что Санни почувствовал, как кровь стынет в его жилах. Это было… страшно.

Солдат спокойно взглянул на него и сказал безмятежным тоном:

– Жди меня здесь.

Затем он схватил старого раба и потащил его по тропе, вскоре скрывшись за скальным выступом. Через несколько минут в порывах ветра раздались ужасные крики.

Санни остался один, дрожа.

«Дерьмо! Это… это уже слишком!»

Он всё ещё не мог поверить, насколько внезапной оказалась кончина Схолара. И насколько безжалостной.

Некоторое время спустя Херо вернулся, ведя себя так, будто ничего не случилось. Но именно эта обычность больше всего и выводила Санни из равновесия.

Перебрав содержимое рюкзака Схолара и выбросив большую часть дров, молодой солдат закинул его на плечо и непринуждённо повернулся к юному рабу:

– Пошли. Нам нужно торопиться.

Не зная, что сказать, Санни кивнул ему и двинулся вперёд.

Теперь их осталось только двое.

Это было как-то глупо, но Санни вдруг почувствовал себя одиноко.

Идти по каменной тропе было гораздо легче, чем карабкаться по горной стене. У него даже появилось время на ненужные мысли. На Санни нахлынула странная меланхолия… почему-то он начал чувствовать, что конец этого кошмара, каким бы он ни был, уже не за горами.

Некоторое время они шли в тишине, прежде чем Херо заговорил.

– Не чувствуй себя виноватым в случившемся. Это не твоя вина. Решение было моим, и только моим.

Молодой солдат шёл на несколько шагов впереди, поэтому Санни не видел его лица.

– Кроме того, если бы ты знал грехи этого человека… впрочем, лучше тебе не знать. Просто поверь мне, когда я говорю, что убить его было актом правосудия.