Павел Фролов Монстр

Глава 2 "Легионер"

На окраине городка, в окружении небольших бюджетных частных домов располагался мотель. Он тоже был миниатюрным и служил для недолгой остановки, максимум на несколько дней, хоть и выделялся размером на фоне остальных зданий. Номера в нём были маленькие. Самые большие были предназначены для жизни только двух, или, с натяжкой, трёх человек. Потому администрация была крайне удивлена, когда к ним приехало аж четыре здоровых лба с тяжелеными чемоданами, по-быстрому взяли один из таких и закрылись там, ни с кем не контактируя и изредка отправляя кого-то в продуктовый.

Это был третий день их нахождения здесь. Изрядно намучавшись с готовкой, сегодня, они отважились раскошелиться на доставку еды, точнее на то, что один из них сходит в местное кафе и принесёт еды всем в номер.

В ожидании обеда они (все те, кто вытянул чистый листик) коротали время как могли. Двое, тощий блондин с уставшим лицом и огромными яркими синяками под глазами от недосыпа, и темноволосый коротышка с островатыми, хорошо разработанными мышцами лица, играли в карты, а высокий, с сероватыми волосами и крепким телосложением, сидел за столиком напротив окна, рассматривал карту города и что-то на ней усиленно искал.

Это был двадцатидвухлетний Лиам, член «Легиона», который вместе со своими одногруппниками приехал на первое в их жизни настоящее задание. Лиам был приючен этой организацией в двенадцатилетнем возрасте и с тех пор посвящал свою жизнь только бою и службе. За прошедшие десять лет он успел пройти не только базовую подготовку, а также и углублённую, даже не смотря на то, что он был на несколько лет младше целевой аудитории этого учебного заведения.

Система обучения в Легионе слегка отличается от привычной. У них не было разделения на коллективы по десять-тридцать человек. Их делили по сотням. Казалось бы, в таком обществе вражда будет довольно частым явлением, всем не угодить всё-таки. И как же кураторы, ответственные за такое число народу, держали дружественную атмосферу между молодыми людьми? Никак. Ну точнее почти никак. Кураторы не были ответственны за это, их работа была в заполнении километров документации и слежке за посещаемостью. Редко они принимали участие в жизни этого общества.

Вражда, насилие, воровство и тому подобные проступки жёстко наказывались и пресекались специальным органом власти на базе. За справедливостью процесса наблюдали особенно строго. Если было дело, каким бы запутанным оно не являлось, оно будет распутано, и виновник получит по заслугам. Самосуд наказывался пуще всего.

Конечно же, среди сотни совершенно разных человек не могло родится одного цельного, слаженного коллектива. А потому каждый человек в Лиге, от новичка и вплоть до ветерана-пенсионера имел право зарегистрировать свою группу по интересам, в которую мог бы вступить кто угодно, если тот подходил по заданным группой параметрам. Вот тут и был долгожданный слаженный коллектив. И групп таких было море.

Участие в каких-либо группах было строго обязательным, ибо главной их задачей было создание активностей, будь то спортивный турнир, театральная постановка, выставка, юмор – кто во что горазд. Подобное хорошо разбавляло рутинную жизнь на базах, даже не смотря на то, что работы мало не было никогда.

Участникам, в свою очередь, полагались награды за проделанную работу, а сами активности помогали им реализовать свой потенциал, повысить свою репутацию, отдохнуть, выпустить пар или даже утереть кому-то нос.

При отправке на задания, людей в отряд также подбирали преимущественно из одного коллектива. Меньше ссор по пути и гораздо лучше командная работа.

Вот и Лиам, на старости лет, прибился к группе состоящей преимущественно из людей на пару лет младше него самого. Потому его назначили главой первой в их жизни миссии, да и в самой группе к его мнению действительно прислушиваются. Правда не только поэтому, а, например, по тому, что он банально опытней, лет так на пять обучения.

Вообще, сам Лиам, как и многие подобные ему, начавшие обучение гораздо раньше остальных, пользовались большими уважением и доверием со стороны бывалых охотников. Им прощались некоторые проступки, их раньше учили преподавать, позволяли им вести тренировки у новичков, назначали их главами отрядов, да и кураторы были к ним тёплого отношения. К примеру, совсем недавно Лиам показывал своим сверстникам на живом демоне классический приём убиения: рогатиной в живот, под рёбра и на землю – всё точь-в-точь, как в тот самый день, как показывал сам Андре Бигт, являющийся главой Легиона уже на протяжении сорока семи лет.

– Да как так то? А? – чуть было не выругался очкарик, вновь держащий с два десятка карт на руках пока его оппонент выкладывает своего последнего козырного валета.

Это был Питер – человек с кем Лиам общался чаще и больше всего. Они познакомились пять лет назад во время очередного набора. Тогда Лиам ещё не интересовался никакими общественными активностями, ни с кем не общался и посвящал всё время только обучению. И тогда Питер, как истинный экстраверт, взял его под руку и насильно «вывел в люди». В отличие от многих других людей, Лиама он совсем не раздражает своим легкомысленным и крайне энергичным характером. Даже наоборот, Лиаму очень даже нравится общество этого человека. Он, в некотором роде, добавил в его скучную, размеренную жизнь каплю весёлого детского безумия. Лиам обожал слушать истории Питера за обедом о том, как тот в очередной раз чуть не лишился какой-нибудь из своих конечностей.

У Питера напрочь отсутствовало чувство самосохранения. Только недавно он чуть не лишился половины лица из-за того, что слишком близко приблизился к заевшему наконечнику рогатины. Благо тот успел убрать лицо, пока разворачивающийся зонт не разрезал ему рот.

И до конца не понятно, то ли Питер настолько неудачлив что стабильно каждый день попадает в такие ситуации, то ли он настолько везуч, что до сих пор не только жив, но ещё и полностью цел, и невредим. Или же он просто бессмертен. Что-то из трёх.

– Ты будешь играть дальше? – обратился к Питеру блондин.

Это был Георг. Новичок в их клубе. В отличие от Лиама он не балдел от общества этого дурака, и дурака не только в картах. Многих, в том числе и Георга, Питер сильно раздражал своей несерьёзностью, однако настроя, энергии и увлечённости ему было не занимать.

Георг был одним из тех, кто вступил в Лигу ради карьерного роста и в течение обучения успел разочароваться в своём выборе. От старого весёлого и увлечённого Георга, за пять лет не осталось почти ничего, только хмурый замкнутый и тихий брюзга.

Всему виной его сменившиеся ориентиры. За долгие года обучения, наблюдения за тем, как с миссий возвращаются в гробах, рассказов о полностью потерянных отрядах, он полностью разуверился во вседозволенности человека, как венца природы. Он перестал смотреть на эту работу, как на весёлый аттракцион и лёгкий путь обустроить своё существование. Георг любил свою жизнь и не готов был внезапно распрощаться с ней. Он был эмпатичным к людям, что его окружали, и не представлял каково ему будет их потерять. Потому и относился ко всему и, в особенности, к этому заданию холодно.

– Нет! Ни за что! Ты лжец! Где карты прячешь?

– Ничего я не прячу. Я тебе уже говорил, чтоб в дурака играть, нужно карты выбитые запоминать.

– Да не может эта стратегия побеждать в десятый раз! Я десятый раз, десятый раз проиграл!

– Как знаешь. Лиам, может всё-таки будешь в дурака? Пит вообще не соперник.

– Нет – ответил Лиам. – Мне в ваших картах никогда не везёт.

Настал момент тишины, какой был и в момент до этого маленького разговора. Питер, ведомый желанием хоть чем-то занять себя перед обедом направился в сторону Лиама, наконец-то разузнать что же он замышляет.

– Что ты тут задумал? А ну колись, командир!

– Когда придёт Карл я расскажу, что вы втроём будете делать.

– В смысле? А ты работать не будешь что ли?

– Пит, вот у тебя башка чем заполнена?

Это была локальная шутка для всех, кто знал Питера, обычно такое говорил, когда он в очередной раз забывает что-то нужное. Кто её придумал история, к сожалению, умалчивает, но Лиам привык присваивать её себе, так как использует чаще всех.

– Ну ладно, ну не помню я.

– В очередной раз повторяю, я буду выступать в местной школе. До самого вечера буду проводить у классов минутки безопасности. Так что не отвлекай, мне ещё текст дописать нужно.

После этих слов, Питер, с кислой мордахой, плюхнулся на свою койку на полу и стал терпеливо высчитывать секунды до прихода Карла. Долго ждать не пришлось. Уже через несколько минут замок двери, ведущей в комнату подал признаки открытия, но для Питера эти минуты были вечностью.

– Это просто полный п… – чуть было не выругался на всю гостиницу вошедший в номер, Карл. – Я вашему прогнозу погоды никогда больше не поверю!

– А что, там холодно? – спросил Питер.

– Очень мягко сказано! И ладно ещё это. Ближайшее к нам кафе, которое мы приглядели позавчера, закрылось на ремонт! Я ещё километр шёл до другого.

Карл бросил пакет с едой в Пита, который на автомате поймал долгожданную доставку.

– Если будет холодным – не моя проблема. Если не нравится – сами топайте к духовой и грейте.

Пакет был разорван очень быстро и все принялись за свой обед, кроме Лиама, тот всё ещё был занят своей работой и даже не заметил приход Карла. Он всё заучивал свои слова для выступлений, ибо, дабы произвести хотя бы какое-то впечатление на учащихся он должен был заучить весь текст и все интонации наизусть и быть готовым к любой неожиданности, которая могла бы его сбить.

Внезапно перед его лицом, прямо-таки из воздуха объявилась завёрнутая в упаковку, но слегка приоткрытая, большая, завлекающая нежным хлебным ароматом, булка с курицей и чесночным соусом, прямо как он и любит. Достаточно было взглянуть на это великолепие, чтобы желудок нервно заурчал, а рот наполнился слюной даже у настолько занятого человека. Сопротивление было бесполезно, попытки вернуться к заучиванию текстов оказались тщетны и Лиам, как очарованный потянулся к этому шедевру быстрой кухни. Но булочка отказалась просто так даваться в руки оголодавшему легионеру. Лиам вновь потянулся за ней, но на этот раз она улетела ещё дальше. И, еле как придя в чувства, он наконец увидел Питера, дразнившего его этим пакетиком. В принципе, можно было сразу догадаться по тому, что хоть булка и отлетела во второй раз подальше, но не настолько далеко чтобы расстояние действительно начало доставлять трудности.

– А ну отдай! – заявил Лиам.

– Подожди-подожди.

Пит прижал к себе обед Лиама и отошёл в сторону, после чего встал напротив и с небольшим поклоном протянул ему прямо в руки эту злосчастную булку.

– Командир, вот ваша взятка, расскажите уже пожалуйста о нашем завтрашнем дне!

– Ладно-ладно сейчас объясню – начал Лиам, закусывая этой самой взяткой. – Вы все помните, что нас в первую очередь послали поймать первого в нашей жизни демона, да? Так вот, её зовут Нина Далер, она проживает…

– Подожди, это та женщина из городского совета? – спросил Карл.

– Да, это она. Она проживает в частном доме со своей двенадцатилетней дочерью и престарелым сожителем, работающим уборщиком в их доме, предположительно человеком, и что ещё более предположительно, он знает о том, с кем проживает и на кого работает. Но это не точно. Узнаем после захвата.

– Господи, что этих людей вообще подталкивает на сотрудничество с монстрами? Что с ними не так? – возмутился Карл

– Вы завтра осмотрите эту местность, хорошенько изучите, как выглядит их дом и всё такое. Главное, для вас – не вызывать серьёзных подозрений, понимаете же? Пройдите несколько раз по улице, сядьте на лавку все втроём и фальшиво беседуйте. Вы знаете, что делать. К вечеру я подойду, соберёмся давайте, тут! – Лиам показал остальным карту и указал место на два квартала ниже дома, где проживает цель операции. – Я подойду, и мы проясним ход действий.

На пару секунд Лиам замолк и тяжело выдохнул, дав таким образом понять, что он ещё не закончил свою мысль. Было ещё одно важное условие, смысл которого совсем некстати вылетел из его головы.

– Вспомнил. Как бы нам не хотелось. Убивать их ни в коем случае нельзя! Начальство будет проводить над ними допросы с пристрастием.

– Да мы и не удивлены – сказал Карл. – Если я не ошибаюсь, за последний год демонов на заданиях вообще ни разу не убивали. Всех в плен. Ну может быть и не всех, но это скорее ошибки при пленении и несчастные случаи.

– Знаю-знаю, но в этот раз всё серьёзно. Не дай боже они головой обо что-то сильно стукнутся. Мне Чарльз по секрету рассказывал, что эта демоница с выродком знает кое-что очень важное. Только что конкретно, он не в курсе. Эта информация – есть тайна самого Мистера Бигта и его приближённых.

Глава 3 "Монстр под рукой"

Полностью заслуженный обеденный перерыв Лиама начался в полдень. Для него, следующие два академических часа были свободны, и для того чтобы провести это время в покое, он выбрал единственный незанятый кабинет в школе. Тем более ему стоило бы подучить доносимый им материал, ибо предыдущие три урока, на которых он присутствовал, а точнее, которые он наполовину занял у преподавателей, прошли не так гладко, как хотелось бы Лиаму. Иногда он забывал о чём должен говорить или начинал длительную дискуссию с детьми на совершенно отвлечённые темы. Для учителя не зазорно иногда посматривать в составленный заранее план, но Лиам так не считал. Он обязан подавать пример, он образец поведения, да ещё и в такой изысканной, красивой и крайне неудобной официальной одежде с длинно-рукавным узким пиджаком. Он – легионер!

Лиам был немного удивлён тому, что ключи от кабинета, который он хотел занять, отсутствуют на выходе. Кабинет сегодня обязан был пустовать, но кто-то уже занял его. Другого, тихого и спокойного, места в школе было не найти. Лиам лишь надеялся, что его взяли не для дополнительных занятий, а, в лучшем случае, его просто забыли закрыть.

На подступах к кабинету всё было спокойно, никакой суеты. Когда он вошёл, он увидел девочку, лет двенадцати, пятиклашку. Она сидела за одной из парт и увлечённо выписывала что-то гуашью на огромном листе. Она даже не заметила, как только что обзавелась компанией. Хоть и это не лучший из вариантов, Лиам не был расстроен. Он любил детей, они не вызывали у него никакого раздражения, в отличие от его товарищей, которые терпеть не могли маленькие копии человека. Даже Питер, дружелюбный ко всем, был недружелюбен к детям.

– Здравствуй, ты не против, если я пообедаю здесь – мягко спросил Лиам.

– Д-да, конечно, здравствуйте.

Лиам прошёл за учительский стол, достал коробку с наспех нарезанным с утра салатом и термос с чаем и начал свою процедуру восстановления сил.

Всё шло хорошо, но в конце трапезы Лиам поймал себя на желании разузнать у такой маленькой девочки, что она забыла в кабинете, без серебряного ножика, пыли или любого другого, хоть сколько-нибудь, эффективного средства защиты от демонов, ОДНА? Эта ситуация буквально антипод тем базовым правилам поведения, которые он весь день доносил до школьников, отнимая время их урока. Возможно до её класса ещё не дошла очередь. И хоть серьёзные мысли преобладали, он также не мог унять и своего интереса: чем же она так увлечённо занимается, скорее всего, прогуливая уроки?

– Не против, если я поинтересуюсь, чем ты занимаешься? – доброжелательно, но пугающе неожиданно спросил Лиам у ребёнка, подойдя вплотную к её рабочему месту.

Там он увидел большой плакат.

– Это плакат, ко дню единства (праздник, посвящённый великому восстанию). Я его доделываю.

– Вижу, полезным делом занимаешься. А у тебя уроки-то закончились?

– Нет, мне разрешили пропустить, чтобы доделать плакат.

– Хорошо… Как тебя зовут?

– Оливия.

– Красиво получается, Оливия. Меня зовут Лиам. Приятно познакомится.

– Спасибо.

Лиам, уже готов был читать нотации ребёнку, нарушившему правила безопасности, но решил обойтись простым и лаконичным намёком.

– Знаешь, а тебе ведь повезло, что к тебе зашёл я, а не кто-то другой, с серьёзными намерениями – сказал Лиам и сел напротив неё, развернув стул от парты впереди.

– Что вы имеете ввиду?

– Ну, к примеру, существо, что убьёт тебя, оказавшись с тобой один на один. Жестоко, безжалостно. Совсем не пожалеет такую милую маленькую девочку – больше в шутливой манере рассказал Лиам.

– Не хотелось бы – нервно улыбнувшись ответила Оливия. – А не зазорно ли вам меня сидеть и пугать, пока я занимаюсь важным делом?

– Я не пугаю, а предостерегаю. И нет! Нисколечко не зазорно! Ты уже взрослая, должна уже быть сама ответственна за свою безопасность! Детство уходит.

– Это правильно… А кто вы такой? Я вас раньше в школе не видела.

– Я из одной организации, я провожу минутки безопасности у пятых классов – Лиам вгляделся в плакат, попытавшись отыскать там что-то похожее на номер кабинета, в котором обучается девочка.

Найдя его, он вгляделся в потолок дабы вспомнить расписание, и наконец выдал.

– Я буду рассказчиком для вас на шестом уроке. Там-то я и расскажу, чем я занимаюсь, и, что вы, мирно сидя тут успели нарушить.

Оливия ничего не ответила, а только молча вернулась к работе. Бесконечно можно наблюдать, за тем как мастер своего дела работает. Конечно, из Оливии был сомнительный эксперт по части красивого выписывания букв, но и сказать, что она впервые взяла кисть в руки было нельзя. Для пятиклассницы умение достойное. Сказать честно, для Лиама уже это было непостижимым уровнем. А потому, просто сидеть и смотреть за её работой было довольно приятно.