bannerbannerbanner
Истринский цикл: Лекарь. Маг. Военачальник. Серый властелин

Евгений Щепетнов
Истринский цикл: Лекарь. Маг. Военачальник. Серый властелин

Полная версия

Только сейчас Марьяна заметила, как оборвана и изрезана ее одежда.

Вспомнила, ключица! Она пошевелила плечом. Нет, не болит, уже срослась. «Ай да Влад… ну кудесник», – подумала она с теплотой и оглянулась: в возок уже запрягали коня, двух других привязали сзади, раненого охранника укрыли пологом, подложив под голову узелок.

Она внезапно опомнилась, побежала, заглянула в возок – ф-фухх, деньги на месте. В памяти воскресла картина: во время боя бандиты что-то кричат – но воспоминание ускользало, и окончательно его перебил начальник охраны каравана:

– Госпожа, разговор есть. Что вы будете делать с оружием и броней разбойников? И кони опять же… – Он потупил глаза и быстро взглянул на Марьяну: – Ну, пятерых мы уложили, а остальные все ваши…

– Командир, без проблем. Пятеро – полностью ваши, мы же берем трех коней, оружие с убитых нами, их броню и ценности – что есть на них. Остальное – кони, одежда и все что угодно – ваше. Я думаю, так будет справедливо.

– Хорошо, госпожа. Я предложу вам так: коней, что остались от убитых вами, ну тех, что уцелели, давайте пока не будем делить, а сделаем так: по приезде в Лазутин – а вы ведь туда направляетесь? – Марьяна согласно кивнула, – мы коней продадим, поделим деньги пополам, и вы заберете свою долю. Вот это будет совсем справедливо. Мы ведь только немого помогли, вы все сделали сами. Я бы вообще ничего не стал брать, но мои люди меня не поймут, понимаете?

– Конечно, капитан, я вам благодарна, вы порядочный человек.

Командир смутился и сказал:

– Грех обобрать такую воительницу, как вы, я восхищен вами, и все мои люди. Да и мало ли что? Кто знает, что там в будущем, может, еще и ваша помощь понадобится… – Он лукаво усмехнулся и посмотрел на целительницу: – Вы непростая женщина, лучше с такими дружить.

Марьяна улыбнулась. Капитан был умным человеком.

– Хорошо, капитан, забирайте всех остальных лошадей, потом найдете меня и отдадите, что посчитаете нужным. Я остановлюсь в гостинице «Белый журавль», это возле школы магии, знаете?

– Знаю, конечно. Меня звать Владислав. Или просто Слава. Если что, в гильдии меня знают. Да ладно, спешить надо, в трактире поговорим еще. Ведь вы заночуете? До города еще верст двадцать будет, а уже смеркается. Не стоит ехать на ночь глядя, да еще с ранеными.

– Да, ну самом собой, заночуем. Прошу вас, последите, чтобы ценности с трупов не поперли, а то солдаты шустрые – вмиг пристроят что надо, – подмигнула она наемнику.

– Так вы еще и умница! Ну вот не был бы я женат сразу на пяти женщинах в трех городах, обязательно бы вас умыкнул – ценность вы бесценная, а не девушка! – Капитан засмеялся, ему вторила Марьяна. – Ладно, прослежу. Все сложат в возок, а там уже разберетесь на месте.

Через час караван медленно двинулся по дороге и о произошедшей схватке напоминали лишь пятна крови на белом снегу, вытоптанная площадка, трупы лошадей и голые человеческие тела, оставленные на поживу воронам и лисам. Никто не оглядывался на них: это издержки профессии грабителя – вот так остаться на белом снегу. Да и шибко ненавидели их караванщики, как и все купцы во все времена и во всех мирах…

Влад

…Влад, проводив Марьяну – она выехала еще спозаранок, только начало рассветать, – угрюмо побрел в клинику. Ему было грустно и как-то не по себе – он не привык прятаться за спиной женщин, по его понятиям, впитанным с молоком матери, понятиям, идущим от его казацких предков, мужчина всегда добытчик, воин, организатор, а женщина обеспечивает тыл, семья, хозяйство. А тут ему пришлось отправить бабу навстречу опасностям, волнениям… да еще с такой крупной суммой.

Эти деньги даже для многих дворян были очень весомой суммой, а уж для простых людей – тем недосягаемым сокровищем, за которое можно сделать что угодно: убить, ограбить, продать душу дьяволу.

На душе у него было гадко и не оставляло какое-то странное чувство: вроде что-то недоглядел, проворонил, проспал… Вроде бы все предусмотрел – а что-то на душе неспокойно. Какое-то предчувствие – и все тут. Он постарался выкинуть из головы все дурные мысли, но они никак не уходили.

Клиника бурлила – уже стояла очередь. Люди, как оказалось, ночевали в лесу, рядом с домами. Кто-то ставил палатки, а кто-то устроился в возках, накрывшись меховыми одеялами и шубами. Ему даже стало немного стыдно за то, что больным пришлось ночевать на улице. Ну а что он мог поделать – не в свою же постель их класть?

Маша с Феклой обсуждали какие-то хозяйственные проблемы, мол, свинина не свинина, и попытались втянуть его в разговор. Он отмахнулся от них, как от назойливых мух, и автоматически, не подумав, сказал: «Не царское это дело!» – на что у них сразу отвалились челюсти. Он поморщился, мысленно укорив себя: «Все время забываюсь, вот и на сей раз ляпал что-то из прежнего лексикона», но они тут же забыли его прокол и опять начали горячо спорить. Он прекратил склоку, прогнав взмахом руки Феклу и подозвав Машу:

– Ты смотрела, что там за больные? Кассу ведешь?

– Веду, господин лекарь. Вот сегодня прибыли три купца, двое крестьян. С купцов я уже получила за прием и осмотр по десять золотых, все записала. Если будет лечение дальше – мне скажете, я приму остальные деньги. Продала настоек укрепляющих десять штук, по золотому, Арина выдала со склада, все отмечено.

– Ладно, давай Арину ко мне.

Маша отбежала и позвала Арину, суетящуюся с остальными девушками.

– Да, господин лекарь… ой, господин Влад то есть… Что хотели узнать?

– Что там у девушек, привыкают они?

– Привыкают. Госпожа Марьяна нас немного научила, стараемся. Помогаем Фекле хозяйствовать, стражникам готовим…

Влад погрозил пальцем и усмехнулся:

– Глядите, стражники парни ушлые, тут же с задранными юбками окажетесь…

Арина весело усмехнулась:

– Да вы что… Если на остальных девчонок еще поглядывают, то нас с Машкой как огня боятся. Вдруг страшный лекарь чего не то подумает и башку оторвет… а то еще заколдует и все мужское отвалится! – Она мелодично засмеялась и тихонько добавила: – Да они, девки-то, не больно на стражников смотрят-то! – И поводила бровями вверх-вниз, многозначительно.

– Это еще почему? – с интересом спросил Влад, снимая полушубок и отдавая его на руки подбежавшей девушке, которая тотчас унеслась с ним опять в глубину комнаты.

– Да мне как-то и сказать неудобно… – Девушка посмотрела не него, улыбнулась и решилась: – Да зачем им стражники, когда они все с вами переспать мечтают, говорят, что с кем вы переспите, сразу делаете красавицей! А еще, что вы мужик сильный да сладкий!

– Хе-хе-хе вот дурехи! А откуда они взяли-то, что я сладкий?

– Ну-у-у… – Арина покраснела и поводила пальцем по операционному столу, оставив на матовой поверхности тонкий запутанный след. – Чего так госпожа Марьяна-то стонала полночи, ежели не сладкий… Тут все в клинике слыхали, как вы там кувыркались…

– Тьфу ты, вот ведь чертовы девки – ну везде нос сунут, – захохотал Влад и приказал: – Давай, приглашай больных, хватит им там мерзнуть на улице! Все у вас о хрени какой-то мысли, одно слово – бабы. – Он хохотнул еще раз и сосредоточился на работе.

Прием сегодня был не очень сложный: две купеческие дочери с оттопыренными ушами, – устранил. Заодно подправил одной плоскостопие и подтянул груди – та просто обалдела от счастья, а папаша на радостях растряс мошну до ста золотых. Третий купец бы с мальчишкой, страдающим рахитом, – поправил, выписал пить травяные настои, которые он тут же приобрел у Арины.

Затем пошли крестьяне со своими проблемами и болезнями. Подумалось, столько сил приходится тратить на крестьян, бесплатно, вроде как из пушки по воробьям… Маг уровнем выше магистра лечит понос и лихорадку. Это все равно как профессора медицины вызвать на ОРЗ. Ну что поделаешь. Вот наберем магиков еще, буду заниматься только пластикой и чистой магией. Хочется заняться амулетами, магическим оружием, исследованиями по пространству – ведь все-таки надо как-то домой, на Землю пробиваться… Так-то хрен с ней, этой Землей, но жена… С этой позитивной и жизнеутверждающей мыслью Влад и закончил прием больных, быстренько прогнав всех через «конвейер» лечения.

Усталый, но довольный, он пошел обедать, с удовольствием вдыхая запах хвои и дыма из печных труб. Глаза слезились от яркого солнца, снег сверкал, на тренировочной площадке, запыхавшись, бегали и трясли деревянными и затупленными клинками бойцы, в одном из которых Влад узнал сына купца Панфилова.

Остановившись, лекарь подозвал его, как раз в это время отпущенного на передых. Парнишка подбежал, довольный. Он уже немного пополнел – хорошая кормежка, свежий воздух и упражнения сделали свое дело – парень уже не был похож на скелет, пособие по анатомии для учеников.

– Ну как ты тут… хм, Олег вроде тебя звать? Как ты тут обжился? Не обижают злые вояки?

«Злые вояки» за спиной Олега заржали и крикнули:

– Да он сам кого хошь обидит, карахтерный парень!

Олег раскраснелся от похвалы, видно было, что он ценит мнение своих товарищей, с которыми живет в одном доме.

– Все отлично, господин лекарь, вот Семен учит меня со всеми вместе мечевому бою, только вот получается пока плохо… Но я стараюсь.

Влад хмыкнул, взглянув на синяк на руке парнишки, сказал, повернувшись к Семену:

– Вы там поосторожнее, парень еле-еле с того света вылез, а вы ему последние мозги вышибите палками, меня отец его потом сожрет.

Олег нахмурился и возразил:

– Я не хочу никаких поблажек. Я как все. Прошу вас, господин лекарь, больше так не говорить!

Семен одобрительно хмыкнул:

– Молодец! Так-то парнишка, есть характер. Первое время блевал от нагрузки, а теперь вот молодцом. Весь в отца видно пошел.

Олег еще больше зарделся и смутился, а Семен невозмутимо добавил:

– Вот только двигается, как беременная ослица на задних ногах, и меч держит, как будто из него помочиться собрался, а так ничего парень, свой…

 

Все бойцы начали истерично ржать, подключился и Олег. Влад, посмеиваясь, махнул рукой:

– Делайте, что хотите! – Потом кивком отпустил Олега, побежавшего к товарищам, и добавил: – Семен, давай-ка чуть попозже займемся учебой. Мне надо еще с луком поупражняться, да и не мешало бы приемы с секирой и сулицей отработать. Я сейчас пообедаю пойду, да и вы тоже, а потом с тобой потренируемся, хорошо?

– Да, конечно. Без проблем. Эй, выхухоли, айда обедать, правда, вам не за что щей наливать – не работали еще, но начальник велел вас задарма покормить, не то сдохнете!

Они все, посмеиваясь, пошли в стражницкую.

Владимир обедал в одиночестве, девчонки пожелали трапезничать с остальными – явно им хотелось перед ними похвастаться и посплетничать. Он был не против, но потом подумал: надо бы это прекращать. Пусть обедают с начальством. Не должны подчиненные, каковыми для них являются остальные четыре девушки, видеть, что их начальницы не небожители, а такие же крепостные девки. Чем скорее они это забудут, тем лучше для дела. Да и нам спокойнее. Чем меньше с ними общаются, тем меньше выболтают. Разделяй и властвуй – ста-а-рый принцип. Интересно, тут о таком имеют понятие? Надо сделать так, чтобы эти две девушки жили, питались и общались отдельно от коллектива. А другие им завидовали. Тогда не будет заговора, тогда они будут бегать жаловаться друг на друга и будет контроль группы за группой. Нельзя допустить, чтобы они спелись и что-то чудили вместе.

Он пообедал, немного отдохнул, потом достал из кармана золотую монету и задумчиво стал смотреть на нее, пытаясь сообразить: как из такой штуки сделать амулет, и какой? Как он понял, в этом мире было два основных вида боевых амулетов, один отводил от хозяина любое магическое воздействие, другой – физическое. А вот как добиться, чтобы и то и другое? Он успел за секунду рассмотреть амулет Борислава и примерно понимал, как он работает. Физическое… с ним ему было не очень понятно. А хорошо было бы создать достаточно амулетов, защищающих от стрел и сабель, и выдать их своим охранникам – тогда бы им равных не было в бою. Но надо думать, думать, думать… Но пока ничего в голову не приходило. Влад плюнул и прошелся по избе – хватит страдать. Надо пойти и потренироваться как следует на свежем воздухе. Может, что-то в голову и придет. Да с Семеном поговорить.

В дверь постучали… Парень из охранников сообщил, что Семен ждет его на площадке. Влад кивнул, надел меховую безрукавку и шапочку, влез в валенки и пошел делать из себя заправского охранника.

Семен в этот раз набрал самого тяжелого оружия – в ряд на скамеечке у ограды лежали секиры, боевые топоры, небольшие метательные топорики и кистени, сулицы и булавы, – в общем, почти весь набор воина. Они начали с метательных оружий – сулицы.

У Влада выходило вполне неплохо – сказался, наверное, опыт метания копья в спортивной юности – впрочем, и особенных успехов не было. Ну да, он мог пробить человека сулицей навылет – и что? Чтобы попасть ей, надо учитывать много факторов и много тренироваться – как и с метательными топорикам. Ими лекарь, в общем-то, сносно попадал куда надо, но тоже успехов особых не было – лезвие не всегда желало втыкаться куда он хотел.

После второго разбитого о мишень топорика (он умудрился засветить им так, что рукоять ударила ровно в середину мишени, и обух, пройдя по рукояти как рубанок все-таки в нее воткнулся) Семен сказал, что с таким же успехом он может прибить противника, метнув в него каменюкой, даже эффективнее будет, и топоры покупать потом новые не придется. В общем-то, с его силой это хорошо. А вот топоры метать он научится тогда, когда метнет их десять тысяч раз. Такое Влад слышал еще в юности, только про ножи, так что не удивился.

Секира ему понравилась – при его мощи он мог практически пополам разрубить этой штукой любого противника, только б попасть. Но вот таскать эту орясину, как и боевой топор с дыркой на лезвии, он не собирался. Эти штуки использовали профессиональные военные в регулярных войсках для боя в строю с тяжеловооруженным противником, наглухо закованным в броню. Врежь таким по кумполу – не разрубишь, зато башка в этом ведре так о шлем трахнется, что потом врага можно и спокойно добить простым ножиком. А то и мозги вылетят при удаче. В общем-то, тренировки с этими убойными штуками имели чисто ознакомительный характер – пользоваться ими Влад особо не собирался.

Вот кистени ему приглянулись – небольшие шипастые шарики из металла на цепочках, соединенные с короткой полуметровой рукоятью. Это оружие было очень эффективно и против латников, и против легких пехотинцев – у всех народов были подобные приспособления для «умиротворения» пришедших без спроса нежелательных гостей. Такой штукой можно было и выбить оружие, и раздробить кости через кольчугу, не пробивая ее. Ими можно было работать одновременно двумя руками, тогда эффективность воина, похожего в этот момент на вращающуюся ветровую мельницу или вертолет, увеличивалась многократно. Если катана служила исключительно для убийства, удар – и смерть, то при их помощи можно было оглушить и травмировать противника, взять его в плен. Так что больше времени Семен и Влад посвятили изучению приемов боя с кистенями. Кстати, самым главным в этом оказалось – не посносить башки рядом стоящим товарищам.

В целом стиль боя с кистенями чем-то напомнил Владу работу с нунчаками (он когда-то занимался с ними) – те же цепочки, те же возможности резко менять направления и создавать веер защиты перед владеющим эти страшным оружием, через который пробиться было трудно. Влад с интересом смотрел, как Семен вертелся с ними, как будто был окутан коконом, создаваемым проносящимися вихрем бугристыми шарами. В конце концов и тренер и ученик приустали. Над площадкой давно уже спустился зимний вечер, сияли светляки, вчера еще поставленные Владимиром, пора было закругляться.

С кистенями у него получалось хорошо, но нужно было каждый день уделять время тренировке, сказал Семен. С тем они и отправились по своим избам, удовлетворенные друг другом. Влад был рад иметь хорошего умелого тренера, а Семен – гениального ученика, которому можно передать свои многолетние знания. Как настоящий воин он считал, что только воинские умения имеют самое высшее и первоначальное значение для человека, и радовался, когда кто-то с удовольствием их перенимал.

Между Владом и Семеном давно протянулась как бы ниточка, от сердца – к сердцу, они уважали друг друга, как профессионал профессионала, как настоящий мужчина настоящего мужчину – так вот и зарождается мужская дружба, без фиолетовых соплей в сахаре, без этакого бабского сюсюканья.

Дома Влада уже ждал ужин, большая лохань возле печи и две стреляющие глазками возбужденные красотки. Он устало присел на стул, попил чаю с ватрушками, только что испеченными в русской печи – есть ему почему-то особо и не хотелось, потом он ушел в свою комнату, снял верхнюю одежду – он был весь мокрый от занятий. Поскакали они от души на площадке, правда, Семен уработался больше, несмотря на свой опыт и тренировку.

Влад подошел к корыту, решительно снял остатки мокрой от пота одежды, махнул девушкам, подзывая, и четыре руки устроили ему «джакузи» в отдельно взятой крестьянской избе. Через полчаса обмываний и натираний он уже лежал под покрывалом на своей койке. Маленький светляк-ночник горел у печи, подсвечивая избу нереальным синим светом – он специально сделал его синим, как в детстве, у мамы был такой ночник с тусклой синей лампочкой, чтобы мальчишка не боялся и спал, ведь в темноте водятся чудовища и нечисть. А вот лампочка всех отпугивает, особенно мамина лампочка. Он специально не стал закрывать дверь в свой закуток, лежал, глядя в потолок и улыбаясь, и слушал шепот и препирательства на топчане.

– Ты стерва, Аринка! Я вообще первая была, и мне первой!

– Машка, ты гадина! Вообще я первая должна быть, я больше работаю, а ты только нос задираешь!

Послышалась какая-то возня, и некое тело гулко шлепнулось на пол с шипением:

– Ну, сучка, я тебе припомню… – Босые ноги зашлепали по полу и в комнату Влада. Тихонько прокралась белая фигура, как привидение. Влад сделал вид, что он крепко спит, фигура нерешительно постояла, потом тихо стянула с себя рубаху и скользнула к нему под пуховое одеяло. Гладкое девичье тело прижалось к нему, упершись твердой грудью. Он подумал: «Ага, хорошо постарался – ну для себя делал, не для врагов!» Рука нерешительно провела по его груди, животу, спускаясь все ниже, и замерла… ну там, где надо. Явно опыта у этой руки и всего остального не было, а посему Влад, уже нестерпимо желавший продолжения «банкета», повернулся, взял ее ладони в свои и вытянулся на ней, как будто распяв ее на кровати. Она послушно и жадно раскрыла колени и приняла его в себя со вздохом облегчения и наслаждения – как будто ждала этого долгие годы. А может, оно так и было, думал Влад, лежа рядом с влажной от любовного пота и изможденной Ариной. О чем еще может мечтать девушка, уродливая, но умная и чувственная?.. И тут вдруг мечта осуществляется… Ну и как тут не постонать под красивым сильным самцом, да так, чтобы было слышно аж в стражницкой, на зависть всем, и особенно той, кто сейчас лежит и сопит под одеялом, приговаривая: «Ну, сучка, ну я тебе припомню, коза кривая!»

Ночь вступала в свои права, и даже зависть и похоть не смогли устоять перед дуновением сна, и скоро вся изба, обнаженные, слившиеся в объятии любовники, клиника с сопящими девчонками и потной Феклой, стражницкая, – все спали. Кроме постовых, внимательно осматривающих территорию.

Одному из них вдруг показалось, что вдалеке мелькнула тень. Он осторожно, как призрак, двинулся к тому месту и увидел на снегу человеческие следы. «Недавно кто-то прошел, – подумал он, – надо утром доложить командиру…» – и вернулся в свой схрон под заснеженной сосной.

Глава 9

Влад

Утро было ясным. Даже в такие маленькие мозаичные окошки избы пробивался солнечный свет, играя на шелковых обоях с цаплями, начищенном до сияния медном чайнике, зайчики от которого били в глаза Владу, с трудом сумевшему продрать их после ночи. Он прислушался – в комнате раздавались приглушенные женские голоса, чего-то горячо доказывающие друг другу:

– Ну и чо, ну и чо – я первая хотела!

– Ну сёдня ты, чо ты повелась-то, как будто последний день живем! Не стерла я его под корень, хватит тебе еще! Перестань дуться!

Влад засопел, сел на постели, голоса немедленно стихли, потом звонкий голос Маши спросил:

– Проснулись, господин Влад? Пойдемте, я вам воду приготовила. – И тут же зашипела: – А ты, Аринка, иди на стол собирать, я сама его мыть буду! – И опять громко, нарочито сладким и доброжелательным голосом: – Идите, идите господин Влад.

Влад встал, пряча ухмылку в бороду, прошел к корыту и стал наслаждаться потоком теплой воды и массажем нежных ручек, моющих ему голову… Он всегда чуть не засыпал в парикмахерских, после того как руки парикмахерши продолжительное время теребили и его волосы. Парикмахерши обычно смеялись и сообщали, что он не один такой, и большинство мужиков так же реагируют на стрижку. Особенно ему было странно, когда до и после стрижки парикмахерша мыла ему голову… В этом было что-то интимное, возбуждающее, когда женские руки перебирают тебе волосы и гладят по голове.

Но все хорошее кончается, наконец, он был насухо вытерт, накормлен, и настал черед работы. Люди в клинике уже ждали. Он с раздражением осмотрел тесноватое помещение: ну чего хорошего, когда тут живут люди, и тут же производят операции, – дикость какая-то. Грязь, кровь, запах… а тут еще люди. Но куда деваться – помещений не хватает, так что альтернативы нет. Ну до приезда Марьяны нет…

Девушки встретили его, хором поздоровавшись, о чем-то пошептались, перемигиваясь, – видимо обсуждали концерт, выданный Ариной. Ему же было как-то не до них – рутинная работа ему надоедала и хотелось скорее освободиться от назойливых посетителей, которых, как на грех, было довольно много.

– Приглашайте больных! – Девушки на ходу подхватили сброшенный им полушубок, Влад уселся на стул возле стола. – Лишние, давайте отсюда. Посетители не любят, когда тут толпы бегают. Останьтесь Арина и кто-нибудь из санитарок. Маш, сходи в стражницкую, проверь, давно ли белье у парней меняли? Не скажешь – завшивеют черти!

Первый посетитель был огромный мужчина, неожиданно нежно поддерживающий невысокую, бледную женщину с русыми волосами. Она опиралась одной рукой на костыль, другой на литое плечо мужика с физиономией былинного разбойника. После первых слов, произнесенных «разбойником», стало ясно, что он просто кузнец, всю жизнь простоявший у наковальни, а это его жена, которую поедала болезнь, называемая в народе костоед. Ее кости истончились, они ломались от резких движений, под собственным весом и просто ночью во сне.

 

Влад встречал такую женщину в прежней жизни – она точь-в-точь походила на эту, из магического мира: умненькие глаза, добрая улыбка… Как и тогда Влада охватило щемящее чувство – ну за что, за что этой женщине такие страдания? Ну почему какие-то подонки, людишки, которым не то что жить, рождаться-то не надо было, живут здоровые, богатые, справные, отравляя жизнь окружающим, а вот эта прелестная женщина страшно страдает? Его в подобном случае всегда охватывала ярость, особенно, когда он слышал вот эту фразу: «Кого Бог любит, тому он насылает испытания». В таких случаях ему хотелось ругаться… Жена грустно останавливала – не надо богохульствовать… И действительно, ну почему, почему так происходит в мире? Почему такая страшная несправедливость? Владимир этого не знал, и сомневался, что узнает. Только в этом мире он мог что-то поправить. Магией и мечом.

Женщину усадили на табуретку у стола. Она села, с облегчением расслабив усталые руки, и посмотрела на лекаря голубыми, какими-то сияющими глазами. Казалось, она знает что-то недоступное обычным людям. То, что узнала, находясь на границе жизни и смерти.

– Господин лекарь, прошу вас, спасите мою жену! – Мужчина бухнулся на колени и поклонился ему в ноги. – Я не богат, я простой кузнец, мы приехали к вам за сто верст. Мне сказали, что вы спасаете тех, кого уже никто не спасает, прошу вас, я продам кузню, буду у вас отрабатывать, пока не отработаю, только спасите ее… – Он заплакал, сгорбившись и уткнувшись головой в пол.

Девушки испуганно забились в угол, издалека поглядывая на больную и ее мужа.

– Встаньте, встаньте, – нетерпеливо сказал Влад. – Не надо ничего продавать. Сможете – отдадите, сколько сможете. Нет – бог с вами. Конечно, помогу. Перестаньте унижаться, встаньте. – Он поднял мужчину с колен за руку и проводил к двери. – Подождите за дверью. Все будет нормально.

Мужчина вытер глаза огромной ручищей и молча кивнул, потом шагнул за порог и тихо прикрыл дверь. От его огромной жесткой руки у Влада осталось странное ощущение, будто брал не руку человека, а подошву кожаного сапога. Отец рассказывал ему, что дед его отца, то есть прадед Владимира, был кузнецом в станице Добринка на Дону. Это был огромный мужик, с корявыми мощными руками, он брал из горна уголек, прикуривал от него и бросал назад. Кожа на его ладонях была такая натруженная и толстая, что он не чувствовал боли от ожога. Вот и этот кузнец был похож на прадеда и остро напомнил ему о покинутой родине, и у Владимира защемило сердце.

Он подсел опять к женщине.

Раздевайтесь. Снимайте все с себя. Девушки, помогайте ей!

Девчонки быстро раздели больную и уложили на стол. Она восприняла все спокойно, без стыда, что для этого мира было как-то нетипично. Влад отметил это для себя и приступил к осмотру: тело было очень худым, груди почти не было – так, соски одни. Отметил для себя: оволосения на теле тоже почти нет. Спросил:

– У вас дети есть?

– Нет… здоровье не позволяло.

Влад обратил внимание: и половые органы какие-то… детские, недоразвитые. Его память услужливо подкинула: остеопороз на основе недоразвития тела, а тело недоразвито от недостатка гормонов эстрогенов, которых не хватает потому, что их не вырабатывают яичники.

– Вы с мужем часто занимались любовью? Вам вообще нравится это делать? Женщина без удивления посмотрела на него – он подумал: «Что-то она больно спокойная, это тоже ненормально».

– Нет, редко. А в последнее время вообще давно не занимались. Мой муж меня любит и бережет. Раньше чаще было, но потом стало все хуже и хуже. Да мне это не и надо, только ради мужа. Не понимаю даже, что в этом приятного. – Она улыбнулась и посмотрела на Владимира своими сияющими глазами.

Упс, классический случай. Недоразвитие яичников, в результате – недостаток эстрогена, и как следствие – организм не может усваивать кальций. Недоразвитие по детскому признаку, нарушение психики – она слишком спокойна, это видно. Хотя, может, просто сила духа? Чем-то она похожа на эльфийскую принцессу из кино. Как ее звали, а? Арвен… Ну что же, Арвен, будем лечить.

Рукой провел – спит. Так, яичники – да, зачатки какие-то… Поддать, поддать Силой. Ой-ой, надо осторожнее – аура дохлая. Подкачал. Есть. Яичники сформированы, импульс – начали бешено работать, подгоняя гормоны. Добавил кальций в кости… Видно множество переломов, очень истончились. Больше ничего не трогать – она истощена, как скелет. Источник проблемы устранен, теперь пусть набирает вес – там и телеса нарастит. Все вроде – кости теперь не сломаются… Но общее состояние стало еще хуже – организм истощил последние ресурсы… Ей ехать нельзя – куда ее девать-то? Спать-то где ей? Есть выход.

Влад вывел из транса нареченную им Арвен, она изумленно заморгала глазами, потом попробовала пошевелиться и не смогла – сил не было.

– Лежите, не двигайтесь! Девчонки, накиньте на нее одеяло. Сейчас я мужа позову. Арина, кликни ее мужа!

В двери ворвался здоровенный мужичина, сразу кинулся к жене:

– Что, что, господин лекарь? Как она?

– Вас как звать?

– Гордей, Гордеем меня звать, господин лекарь!

– Так вот, Гордей, я устранил причину, из-за которой у нее ломались кости, из-за которой она дошла до такого состояния, но… ее нынешнее состояние очень плохое. Ее тело черпало жизненные силы из себя самого… Как бы тебе это объяснить? Вот ты что-то делаешь – тратишь силы. И она, когда я ее сейчас восстанавливал, тратила силы изнутри себя. Скоро она будет здорова, но чтобы она дожила до выздоровления, ее сейчас нельзя никуда везти, по морозу, да за сто верст. Можешь не довезти. Я предлагаю вот что: мы найдем у нас местечко, хоть и так тесновато, она побудет тут, мы ее будем отхаживать, поить-кормить специальной едой, которая ей нужна для восстановления. Я буду ее время от времени подлечивать еще. Пока не буду уверен, что она вне опасности. Потом вы уедете. Согласен?

Мужчина опять попытался упасть в ноги, но Влад поймал его, и он буквально повис на его одной руке. Кузнец недоуменно посмотрел на руку Влада, легко удерживающую его стодвадцатикилограммовую тушу:

– Господин лекарь, я сделаю все, что вы скажете. По гроб жизни буду вам благодарен, я ваш должник навсегда!

– Гордей, давай сейчас не будем нести всякую ерунду – мы еще с тобой поговорим, есть дело к тебе. Но позже. Сейчас так сделаем: девушки протопят баню, ты отнесешь ее туда, они ее вымоют, оденут, потом ты отнесешь ее в комнату, где она будет лежать. Думаю, дня через три вы сможете уехать. Про себя Влад подумал: «Вот засада! Опять так не хватает стационара! Не-ет, надо что-то с этим решать».

– Ну все. Девчонки, бегом баню топить, Гордей, готовь ей чистое белье. Если нет с собой – свое придется давать. Есть? Ну и хорошо. Иди собери. Все, по местам.

В клинике все зашевелилось, девушки забегали, мужик помчался к возку, а Влад присел у больной и спросил:

– Ну как вы? Чувствуете что, полегче стало?

– Да, реально лучше, – улыбнулась она. – Скажите, а мне можно будет детей иметь?

– Можно. Хоть тыщу. – Влад усмехнулся и добавил: – Ежели захотите.

– Захочу. Я всегда хотела. И Гордей страдает – он всегда хотел сына, а я не могла ему подарить. Он меня сильно любит, и я его люблю. Вас как звать?

– Влад.

– Когда рожу сына, назову его Владом. Вы хороший, я знаю. Вы притворяетесь грубым, злым, а сами хороший и добрый. Вас злые люди обижали, и теперь вы защищаетесь от них. Выставляете себя злым, а вы не такой.

Влад усмехнулся, а самому стало как-то не по себе – она как будто душу ему рентгеном просвечивала. Он посмотрел на нее магическим взглядом.

– Да нет, магии не видно. Хм, ладно. Надо ее пристроить на кровать Марьяны, пока той нет. До приезда ее уже подлечу. Надо ее подкормить сразу:

– Фекла, приготовь бульон из говядины и хлеба туда размочи. Сейчас покормишь!

Кухарка засуетилась, и через минут десять все было готово, как раз к этому времени подошел муж. Ему дали ложку, и он стал тихонько кормить жену теплым бульоном с размоченным в нем хлебом. Она с жадностью глотала – как все больные после магического вмешательства. Появились девчонки, сообщив, что баня затоплена, сейчас будет готова. Женщину укутали в одеяла и тулуп, а муж понес ее на руках, сопровождаемый стайкой санитарок. Влад отдал им вслед нужные распоряжения, потом сел немного передохнуть.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46  47  48  49  50  51  52  53  54  55  56  57  58  59  60  61  62  63  64  65  66  67  68  69  70  71  72  73  74  75  76  77  78  79  80  81  82  83  84  85  86  87  88  89  90  91  92  93 
Рейтинг@Mail.ru