Ефимия Летова Иду по следу твоему

Мысли бестолково путались в голове, не позволяя, впрочем, панике целиком захватить власть над телом.

Я в клане. На территории своего клана Багровой Луны – уж тут-то мне знакома каждая ветка. Совершенно знакомая ветка удерживает над землёй замкнутую конструкцию из прутьев. Вывод простой – меня наказали, заперли здесь, чтобы не сбежала.

За что наказали? За драку с Хо?

А почему мы с Хо подрались?

Он решил… он решил, что я…

Но это же полный бред!

Запах дайрэ усилился, я повернула голову и встретилась взглядом с пылающим ледяной яростью взглядом отца.

Голос его, однако, был на удивление тихим, как будто хлопала на ветру сухая шкура.

– Лу, послушай меня. Чёрный Хо… твой муж… – Как будто я могла забыть, кто он такой! – …обвиняет тебя в том, что… – Он замолчал, и это было странно, отец на моей памяти всегда был чужд и смущению, и робости.

– Ложь. – Я попыталась сесть. – Я была честна с Хо, мне нечего скрывать. Ни с каким дайрэ до него я не ложилась. Это ложь, противная земле, небу и деревьям. Почему меня заперли здесь? Почему связали? Я не преступница! Я не сделала ничего плохого!

– То, о чём он говорит, – очень серьёзное обвинение, Лу. Тень падёт на всю Багровую Луну. Скажи, кто это был.

– Скажи! – Ещё один хриплый низкий голос врезался в разговор. Дорок, отец Хо. – Скажи! Сын перегрызёт горло наглому лунному щенку, посмевшему осквернить его собственность. Я требую…

– Никто из клана Багровой Луны не пошёл бы на такое! – вскинулся и оскалился отец. За его спиной я заметила силуэт Тэ – брата нетрудно было узнать по острым кончикам ушей.

– Ты хочешь сказать, твою девку валял по снегу кто-то из моих дайрэ?! – Дорок тоже оскалился. – Бред! Твоя дочь нанесла оскорбление всему клану Чёрного Когтя!

– Ну, им не привыкать, верно? – внезапно вступила в разговор доселе молчавшая мать. Значит, и она тут… все они тут. Отец взмахнул рукой.

– Молчи, Садахи!

Вопреки обыкновению, моя тихая, смирная мать не послушалась мужа.

– Что делали твои дайрэ в ночь Великого Затмения, До? – Она так легко назвала отца Хо первым юношеским именем, что я на мгновение забыла о собственных горестях от удивления. – Никто их не видел! Валяли, небось, девок… или тряслись в своих логовах, поджав хвосты? Не затыкай мне рот, Горвот! У меня в ту ночь погибли отец и брат. Храмовники косили всех подчистую, не разбираясь, кого и за что! Где были вы, Когти?

– Я призывал безумцев остановиться и прекратить резню, и это было самым разумным! Мёрзлые справились бы сами…

– Нет, это мы должны были справиться сами, мы! Без помощи мёрзлых! Сами должны были разобраться с отступниками! Где был клан Чёрного Когтя в ту проклятую ночь?!

Словно во сне я наблюдала, как они переругиваются, обвиняя, требуя друг от друга каких-то объяснений и оправданий, – и не могла поверить в происходящее.

Ветер усилился.

– Лу! – Тэ вырвался вперёд. – Лу, скажи мне, кто это был? Я за тебя, я помогу тебе. Я защищу тебя! Просто скажи…

– О чём вы все говорите? – Я ничего не понимала, и голова кружилась всё сильнее, казалось, клетка раскачивается на ветру вдоль линии земли, хотя на самом деле она была почти неподвижной. – Я не… я ничего не нарушала. Я укусила Хо только потому, что он начал кричать на меня ни с того ни с сего, а потом ударил!

– Твои дела с Хо – это ваши личные дела. – Тэ перешел на зловещий сдавленный шёпот. – Но то, что невеста не сохранила чистоту к свадьбе, – позор для всех нас и немыслимое оскорбление. Соула подтвердила, что ты не девственна, Лу, и уже как минимум несколько часов. Клан Чёрного Когтя в ярости. Как ты могла?!

Это было настолько абсурдно, что у меня вспыхнули щёки, а в голове, наоборот, прояснилось.

– Я ещё в своём уме! Да и не с кем…

– Это невозможно скрыть, Лу! – Тэ меня не слышал. Не верил мне. И никто мне не поверит. Все мои оправдания ничего для них не стоят. Обменный товар оказался испорченным и больше не имел никакой ценности.

В таком случае… почему я ещё жива?

О, я представляла, что может быть дальше и то, как смываются кровные оскорбления: простых извинений и материального возмещения тут будет явно недостаточно. Всё зависело от того, чего захотят Хо и Дорок. Я помнила рассказ Аширэ о женщине, которую за измену мужу сделали башрэт – общей женой, обрезав ей волосы и стерев метку клана, а потом она умерла через несколько дней от потери крови… Даже у дайрэ есть предел прочности. Это случилось очень давно, нравы были более жестокими, но кланы редко меняют свои традиции. В наших традициях – быть верным своей паре, в отличие от блудливых мёрзлых.

Такого наказания я не выдержу. Лучше пусть убьют сразу.

– Лу, кто это был?!

– Объясни! – взмолилась я, словно неуклюжая гусеница, силясь принять вертикальное положение. – Мои слова ничего не стоят… Как мне ещё доказать? Почему я ещё жива?

– Метка клана, Лу, – зашептал Тэ, хватаясь ладонями за прутья, подтягивая меня к себе. – Она пропала.

– Она пропадает после заключения брака…

– Через несколько лет, под новой меткой! Иногда – после рождения ребёнка! Но не так быстро. Она пропала, а Хо не смог попробовать твою кровь… Его дёсны покрыты волдырями, как от ожога. Лу, ты понимаешь, что это значит?