Дмитрий Леонидович Блинов Аркаим-2 Лаборатория "Б"

Глава 6. Возвращение

В прогоне хлюпает вода,

Разрыв гранаты, рикошет…

Опять преследует она,

Твоя отложенная смерть!

Город Челябинск (территория «Страж»), станция Х-2.

20.05.2033, 17:20 по южно-уральскому времени.

Обыск квартиры Головина ничего не дал. Смирнов с Павловым перевернули «кверху дном» два некогда технических помещения, объединенных в двухкомнатную квартиру. Нашли множество оружия и боеприпасов, контрабандный коньяк, несколько дорогостоящих предметов снаряжения, но ничего о лаборатории «Б».

– Что-то больше вопросов, чем ответов, товарищ майор?

– Максим, мы здесь последний день, с завтрашнего дня я снова старший лейтенант республики «Возрождение». Поэтому привыкай к моему старому званию.

– Хорошая карьера могла бы сложиться у нас, – немного с иронией заметил Максим.

– Это не главное для меня. Никогда к этому не стремился.

– А что главное?

– Не знаю! Есть много других ценностей.

– Выжить?

– Нет, Максим, не только выжить! В этом вопросе соломку не подстелить. Сколько кому отмерено, разве можно ответить? Наверное, в наше время главное – чувствовать себя человеком, любить, вот это все. И вообще, что за вопросы? Хочешь увидеть мои слабости? Не получится!

– Да нет, что вы! Просто как можно чувствовать себя человеком в нечеловеческих условиях. Мы же здесь как крысы в норах ползаем, землю радиоактивную «жрем».

– Вот в этой «норе» я и пытаюсь найти хоть какой-то смысл нашего существования. Не могу принять то, что все сводится к поиску пропитания и ресурсов.

– Разве этого в наше время мало?

– Недостаточно, Максим. Это опускает нас до уровня животных.

– Да мы уже на их уровне или даже ниже.

– Ладно, будем собирать вещи, и готовиться к новой жизни. Так сказать, теперь привыкай к жизни кротов. По лесам бегать, долго не придется.

– В качестве кого я буду там? – уже с ноткой волнения спросил Павлов.

– Учиться пойдешь, офицером станешь. А там и в опергруппу вступишь!

– Ваши слова да Богу в уши! – мысленно нарисовав светлое будущее, воскликнул Максим.

– Все это возможно только при благоприятных обстоятельствах. Республика переживает большой кризис. Наверное, каждый в метро уже слыхал про особей?!

– Даже дети нынче только про них и говорят, – сплюнул Павлов.

– Есть информация, что история их происхождения начинается в некой лаборатории «Б» в черте города. Мне поручено выяснить все, что касается лаборатории.

– Понятно, почему мы так рьяно какие-то старые бумажки искали. Не бойтесь, я с вами до конца. От этого зависит выживания всего нашего вида!

– Спасибо, Максим! Кроме нас, больше некому разобраться в вопросе.

Мысленно Алексей добавил: Головина, возможно, уже нет в живых, да и судьба Дорониной под вопросом. Они бы могли еще как помочь. Но и с Павловым смогут много добиться, иначе, зачем отпустил их Варламов? Я нужен стражам, да и союз с республикой не за горами. Людей в метро осталось мало. Объединять усилия необходимо. Поэтому с революциями должно быть покончено. Без кровопролития и ненужных потерь, как всегда не обойдется. В республике сейчас неспокойно. Новостей никаких. Только ступив ногой на платформу станции Проспект Победы, мы узнаем подробности.

– О чем задумались?

– Думаю, Максим, что мы с тобой будем втянуты в военный переворот против действующей власти. Вернуть старые порядки для подготовки войны с особями сейчас жизненно необходимо.

– Значит, скучать не придется?

– Нет, будет весело, – улыбнулся Смирнов. – Знаешь, давай на этот вечер уйдем во все тяжкие. Сейчас Васю Грома приведут – познакомитесь. У нас есть свободный вечер и неограниченные средства. Мы заслужили отдых – каждый день как последний. Упускать такую возможность просто преступно!

– Я поддерживаю, товарищ старший лейтенант.

– Максим, зови меня Алексеем. Официоз только при исполнении служебных обязанностей. Договорились?

– Есть!

– Ты неисправимый солдафон, – усмехнулся Смирнов и хлопнул товарища по плечу. – Ладно, не будем терять время, нужно собрать оружие, боеприпасы. Жетоны на патроны завтра обменяем. Дорогое спиртное тоже заберем – пригодится.

– Тут же несколько ящиков!

– Сколько сможем унести – возьмем, а остальное продадим, я договорился с нашими проводниками.

– Поиски документов по лаборатории «Б» прекратим?

– Нет их здесь, очевидно же! Головин говорил про свою квартиру скорее как о ресурсе для расследования. Мы должны вынести отсюда по максимуму. Как только обживемся на новом месте, обдумаем дальнейшие действия.

– А какова судьба вашей девушки? Извините за нескромный вопрос.

Алексей задумался, погрузившись на несколько секунд в тяжелые воспоминания. Затем, внимательно посмотрев на Павлова, уточнил:

– Много я тебе успел рассказать о своей личной жизни?

– Мы просто думали, что не вернемся. Поэтому… – Павлов запнулся на полуслове, ему стало неудобно.

– Судьба Алисы мне неизвестна! Она попала к анархистам и была ранена, позже даже облучена. Остается надеяться на то, что сейчас в безопасности. Я знаю, что еще десятого мая она была на станции Торговый центр в руках внутренних войск – с того времени почти две недели прошло. Я ничего сейчас не могу поделать. Как только вернусь, сразу же отыщу. Лишь бы Алиса была жива, иначе прикончу всех, кто причинил ей зло.

– Будем надеяться, что капитан Доронина ее нашла. Вы мне говорили, что группа Дорониной ушла ее выручать.

– Максим, у меня есть сведения, что Доронина погибла. К сожалению!

– Республиканцы?

– Нет. Лики!

– Лики? Это серьезная аномалия. Поговаривают, они часто на территории автомобильного училища встречаются.

– Точно! Вот там их группа с ними и повстречалась.

– Я слышал, что Лики не убивают, – продолжил тему Павлов.

– А что же они делают? – усмехнулся Смирнов. – Обнимают, целуют, сказки рассказывают?

– Есть версия, что они забирают души людей, а те, в свою очередь, бродят неприкаянные по городу и сами не осознают свою смерть.

– Это как так?!

– Ну, это такое особенное состояние, когда человек продолжает жить, не осознавая собственную гибель. Живет в параллельном, выдуманном кем-то мире, правильнее сказать, верит, что продолжает жить.

– Кто тебя такими сказочными знаниями о Ликах напичкал? Говорят, нет о них проверенных сведений.

– Шаман со станции X-3, он никогда не ошибался.

– Хочешь сказать, ясновидящий?

– Что-то вроде того, – кивнул Максим. – Много бреда нес, но, когда проходит время, вспоминаешь его слова и понимаешь, что во многом он был прав. Говорил, что все, кого Лики забирают с собой, сами становятся частью аномалии.

– Думаешь, Доронина сейчас продолжает жить на энергетическом уровне и, возможно, продолжает выполнять задание?

– Я не знаю. Может, она просто жива?

– Лучше бы так. Без нее спасти Алису чрезвычайно трудно.

Разговор Смирнова с Павловым оборвал громкий стук в дверь, после чего она со скрипом отворилась.

– Гром, дружище! – закричал Смирнов, заключив в объятия своего боевого товарища.

Гром никак не изменился, даже посвежел и набрал веса. На его лице появились рваные, едва затянувшиеся шрамы от укусов собак. Как же им повезло тогда попасть на территорию «Стажа». В республике их бы не вылечили. Наверняка скончались бы от потери крови. Или чуть позже от бешенства или другой гадости.

– Товарищ старший лейтенант, рад видеть вас живым и невредимым! Я пока тут лечился, многое о вас слышал. Простите за то, что не смог быть рядом.

– Да брось ты, Вася, все в порядке. Хорошо хоть выкарабкался, еле живого же принесли. А то пристрелю!

Последнюю фразу Алексей сопроводил усмешкой и погрозил пальцем.

– Ну и шутки у вас! – хохотнул Павлов.

– Он не шутит! – с серьезным видом произнес Гром. Впрочем, от Смирнова не укрылось, как тот сдерживает смех.

Алексей, отстранившись от товарища, улыбнулся, указав на свободный стул.

– Ну что, знакомьтесь, вы теперь первые сотрудники одной из лучших оперативных групп республики «Возрождение». Завтра начинаем работать. Сегодня отдыхать! По полной!

– Можно сказать, один раз уже погибли и начинаем новую жизнь, – пробубнил, не скрывая радости от встречи, Вася Гром.

– Не скажи, – возразил Смирнов. – Я, считай, не один раз погибал.

Все дружно и беззаботно рассмеялись. Сквозь смех Алексей почувствовал, как по щеке течет слеза. Сделал вид, как будто в глаз что-то попало. Через эмоции организм оперативника выбрасывал весь накопившийся негатив. Потом принялись вспоминать, когда так смеялись в последний раз. Не смогли!

Вася Гром смотрел на Алексея с чувством глубокого уважения и благодарности за чудесное спасение. Он понимал, что Смирнов правильно сделал, потащив их тогда к «Стражу». Начал верить в провидение, которое подталкивает командира к поставленной цели, и теперь готов был с ним идти хоть в огонь, хоть в воду. Приятно было осознавать, что все жертвы не напрасны.

– Чем займемся? – потер руки Вася.

– Предлагаю начать с бани, – с серьезным видом ответил Смирнов. – Потом продолжим в кафе.

– Говорят, что пиво неплохое варят прямо на станции, – подхватил Максим.

– Ну вот и покажешь нам все злачные места, – улыбнулся Смирнов. – Мы с Васей на станции Х-2 впервые. Хотя нет, я второй раз, но первый не считается. И предупреждаю, что не сторонник бесконтрольного распития такого рода напитков. Сознание должно быть ясным, поэтому без фанатизма.

– Это я удачно зашел, – вставая со стула, проговорил Гром. – И само собой без фанатизма. Тем более говорят, дорого все очень.

– За это не переживай, – успокоил Смирнов. – Мне командировочные выдали. Идем.

– Я таких, товарищ старший лейтенант, богатых станций никогда не видел: тепло, светло, уютно, – не унимался Василий.

– Тут можно купить все что угодно, – добавил Павлов. – Если есть средства, то просто рай подземный.

– Ну вот и посмотрим, – закончил Алексей.

***

Переход от станции X-1 до вентиляционного ствола № 253, находящегося между станциями республики Торговый центр и Проспект Победы, выдался относительно спокойным. Ожидаемой встречи с псами, волколаками и аномалиями не произошло. Группа из шести человек, включая трех проводников, была похожа на караван из верблюдов, только в роли верблюдов были люди. Учитывая, что каждый нес на себе несколько рюкзаков, не считая стандартного вооружения и снаряжения, каждая сотня метров давалась нелегко.

Небо было привычно затянуто облаками. Весеннее утро постъядерного мира выдалось теплое и безветренное. Счетчик-измеритель изредка потрескивал, напоминая о повышенном радиоактивном фоне. Потеплело до 15 градусов.

Алексей всегда мечтал, чтобы солнце пробилось сквозь пелену облаков. Конечно, он слышал прогнозы ученых республики, в один голос говорящих о возможных высоких температурах, если это произойдет. По слухам, в Екатеринбурге солнце палило как ни в чем не бывало. Если так, людям там приходится несладко, хотя у них метрополитен тоже есть, открытый еще в советские годы.

Однажды Смирнов увидел солнце в Аркаиме. Его лучи приятно ласкали кожу лица, не оставляя ожогов. Алексей вспомнил часы, проведенные в аномальном поселении, и представил себя обычным человеком старого мира. Человеком, не знающим последствий ядерной войны.

Их ждали. Группа спустилась в вентствол, люк которого оказался вскрыт изнутри после комбинированных ударов кулаком по люку. Смирнов и его команда расстались с проводниками, только когда расплатились внушительной суммой жетонов. Начальник станции лично встречал Алексея в сопровождении нескольких хорошо экипированных и вооруженных солдат.

– Здравия желаю, Иван Владимирович! – поприветствовал Алексей сквозь фильтр противогаза, сразу, как спустился по стволу и поравнялся с Ломовым. – Вы знали о нашем прибытии?

Смирнов, на ходу приветствуя начальника станции, с видимым облегчением скинул с себя тяжелый рюкзак. В узком коридоре такие манипуляции дались нелегко.

– Добрый день! – без эмоций ответил Ломовой. – Карл Осипович вчера через посыльного предупредил о вашем прибытии. Учитывая, сколько мутантов бродит по городу и как часто гибнут группы, я принял решение выдвинуться вам навстречу. Как видите, в город подняться не успели.

– Спасибо за беспокойство, – поблагодарил Смирнов, упаковывая ОЗК и противогаз в один из рюкзаков. – Почему тут так светло? Насколько я знаю, эти технические помещения были заброшены. Точнее, их контролировали незаконные вооруженные группы.

– Здесь наш передовой опорный пункт. Отсюда готовилось наступление на станцию Торговый центр. Новое правительство зачистило поселение так называемых анархистов. У нас с ними были торговые соглашения. Неделю трупы убирали в страхе получить новую эпидемию.

– Без крови, значит, не обойтись?

– Деваться некуда, компромиссов не будет.

– Когда выступаем?

– Двадцать второго мая.

– Так это же завтра!

– Оттягивать момент нельзя, иначе они на нас первыми пойдут.

– Так, может, в обороне на первых порах и выгоднее было бы. Или переговорами?

– Переговоры невозможны, Алексей. Хотели сегодня выступать. Только из-за тебя отложили.

– Такая важная персона, что ли? – округлил глаза Смирнов.

– Людей не хватает, тем более опытных офицеров и руководителей.

– А вы разве не руководитель?

– Я-то да. Начальник станции Проспект Победы, но для опергрупп, частей внутренних войск и добровольческих отрядов я командующий объединенным повстанческим движением.

– Готов приступить к своим непосредственным обязанностям, товарищ командующий! – отрапортовал Смирнов.

– Ваши люди ждут вас, и еще пополнение от добровольцев получите.

– Это хорошо!

– У вас много рюкзаков, на торговцев похожи, – констатировал Ломовой.

– Все для правого дела, для революции! – с ноткой сарказма провозгласил Смирнов.

– Потом этим революционным товаром поделитесь.

– Конечно, – не задумываясь, ответил Алексей.

– Ладно, уходим на станцию, – приказал Ломовой, жестом показав своим солдатам оказать помощь в переноске вещей.

По дороге к станции Проспект Победы Смирнов расспросил Ломового об Алисе, но ничего не выяснил. О ней никто ничего не знал. Даже с поля зрения разведки и верных людей Ломового на станции Торговый центр она исчезла. Оставалось надеяться на завтрашнее наступление. После освобождения Торгового центра все должно было проясниться.

Новости об Алене Дорониной больше порадовали. Выжили двое: командир группы и Макар, правда, сразу ушли к станции Торговый центр вызволять Алису. Свои подозрения насчет Макара Смирнов озвучивать не стал, подумав, что если они спасут его любимую, то он не только его не выдаст, но даже прикроет.

Разместившись в выделенной трехместной палатке, Алексей с Василием и Максимом, побросав все принесенные с собой рюкзаки, с головой погрузились в подготовку к наступлению.

На общем оперативном совещании Ломовой присвоил Смирнову звание капитана за заслуги перед республикой и за вклад в развитие повстанческого движения. Все были уверены, что Смирнов находился в бегах, участвовал в подготовке военного переворота, общался с повстанцами. То, что он был у «стражей», Ломовой скрыл, четко следуя инструкции, и для оперативника начался новый жизненный этап, до которого он даже не надеялся дожить.

На том же оперативном совещании Максим встретился с Ковальчуком, которого назначили на должность заместителя командующего объединенным повстанческим движением. Тепло обнявшись они не успели полноценно пообщаться, – к наступлению готовились. Алексей принял на себя командование четвертой оперативной группой, которая состояла из его бывших сослуживцев. К вечеру группу усилили солдатами внутренних войск, перешедших на сторону повстанческого движения. Теперь под его командованием была серьезная ударная единица, насчитывающая тридцать человек. Все вокруг были заражены одним желанием: вернуть свой дом, освободив от безумного контроля президента.

Общая тактическая задача была проста и всем понятна – мгновенно ворваться на территорию станции Торговый центр. Повстанцы опасались, что республиканские войска заминировали прогон между станциями. По разведданным в тоннеле было несколько хорошо укрепленных блокпостов, и их нужно будет уничтожить в максимально короткие сроки.

Первый блокпост решили снести одной ударной группой на трех дрезинах, насчитывающей сорок человек. Затем оставшимися силами при поддержке подкрепления во втором эшелоне из двадцати человек захватить второй блокпост. Третий эшелон должен был «смять» остатки сопротивления и завершить зачистку прогона. Алексей не знал про резервы, но слышал, что основные наступательные силы насчитывают еще более восьмидесяти человек. А значит, еще повоюем!

Подготовить новое подразделение у Смирнова времени не было. Выступая в третьем эшелоне, Алексей разбил своих людей на шесть небольших отрядов по пять человек. По сути, увеличивая живучесть и маневренность отрядов, он собирался проскакивать блокпосты, чтобы скорее прорваться к открытым гермоворотам станции Торговый центр.

На инструктаже Ковальчук пояснил Алексею, что один из верных людей с утра выведет из строя электропривод ворот на станции. Чтобы вручную закрыть заслонку, понадобится время. Задача – не допустить закрытия ворот до подхода основных сил. Длина прохода между станциями – около двух километров, 1200 метров из которых контролировались республиканцами. Учитывая это, группе Смирнова необходимо пробежать более километра под огнем противника. Если враг сразу бросится закрывать ворота, их потери и усилия будут напрасны. Но оставалась надежда, что республиканцы уверены в своих силах и будут удерживать прогон всеми возможными способами. Тем более закрыть ворота – значит бросить своих товарищей.

Время в республике для Алексея потекло совсем по-иному. Руки чесались перевести стрелки часов вперед. Чем раньше он ворвется на станцию Торговый центр, тем быстрее узнает о судьбе Алисы и других близких. Да, он запросто может погибнуть, но ему уже доводилось выживать в экстремальных условиях, находясь на краю гибели. Расследование по лаборатории «Б», которое с его гибелью прервется, отошло на второй план. Сейчас Алексея питал дух сопротивления. Тот драйв всеобщего сумасшествия, что трудно остановить без кровопролития. Надо было выплеснуть накопившийся негатив. Враг известен, его предстоит уничтожить, а после – построить новое светлое будущее.

***

В 7:00 по южно-уральскому времени 22 мая 2033 года ударные группы объединенного повстанческого движения приготовились к броску с передовых позиций. Группа Смирнова почти без остановки прошла отметку 800 метров, следуя за вторым эшелоном. Двигались в полной темноте, иногда по воде, полностью скрывавшей рельсы. Часто проваливаясь по колено в хлюпающую жижу, группы замирали и, прислушавшись, крались дальше. Было очевидно, что за последние дни никто не откачивал воду из туннелей. У республиканцев, увлеченных военными переворотами, притупился инстинкт самосохранения, и налицо было полное пренебрежение общей безопасностью. Грязная вода в метро – это питательная среда не только для болезней, но и для новых аномалий.

Следуя общей цели, люди ползли дальше, так как весь ужас, происходящий на их родной планете, уступал страху перед самым коварным и жестоким противником на планете – себе подобным. Что уж тут говорить о какой-то воде. Большинство из наступающих имели боевой опыт; они знали, на что идут и чем рискуют. Но до столкновения с противником даже у них шалили нервы. Общая напряженность чувствовалась во всем. Хотелось быстрее вступить в бой, тем самым притупить страх перед врагом и смертоносным огнем. Убивая друг друга, люди находятся под влиянием собственной правды. Каждый убежден в собственной правоте. И сильнее, оказывается, тот, кто фанатично в нее верит. Засомневался, значит, погиб.

раздались первые выстрелы.

– Ускорить шаг! – велел Смирнов.

Туннель, плавно уходящий влево, осветился от разрывов гранат и многочисленных выстрелов. Когда группа Смирнова приблизилась к первому блокпосту республиканцев, их сопротивление было уже подавлено.

Времени анализировать происходящее не было – нужно было двигаться дальше. Группа Смирнова перепрыгивала через изрешеченные пулями мешки с песком и трупы солдат, подсвеченные караульными кострами, неумолимо неслась вперед. Алексей заметил отметку расстояния в прогоне – 1200 метров. До гермоворот оставалось 800 метров. Первый эшелон с потерями влился в состав второго, и уже вел бой со следующим блокпостом. Когда группа Смирнова подобралась вплотную, оказалось, что наступление захлебнулось. Пулеметные очереди республиканцев прижали объединенные повстанческие силы к земле.

Оценив сложившуюся ситуацию, Алексей не стал останавливать группу, а рванул на блокпост с криком «Ура!». Его люди тут же подхватили клич, и воодушевленные им эшелоны, вскочили, устремляясь в атаку. В едином наступательном порыве повстанцы прорвали оборону республиканских войск, завязалась рукопашная схватка. Били друг друга прикладами, штык-ножами, старыми саперными лопатами. То там, то здесь раздавались разрывы гранат. Защитники находили в себе мужество подрывать себя вместе с повстанцами. Рикошет и звон осколков гремели повсюду. Запах пороха и свежей крови, крики командиров с обеих сторон дополняли картину братоубийственной войны остатков человечества. Потери Сопротивления исчислялись десятками, ведь они бежали под пули во весь рост. Однако именно такое пренебрежение к смерти заставило дрогнуть республиканцев.

Действия Алексея обеспечили тактический успех. Бросая раненых, он шел к поставленной цели. Уже перемешавшись с двумя эшелонами, группа Смирнова находилась на острие атаки. Веря в то, что никто, кроме него, не сможет блокировать ворота до прихода основных сил, он фанатично рвался вперед.

К удаче наступающих, никаких дополнительных блокпостов противника до ворот не встретилось. Однако за двести метров до цели республиканцы предприняли контратаку, и противоборствующие стороны буквально в упор стали расстреливать друг друга из всех имеющихся у них видов оружия.

Смирнову повезло: не поймал ни одну из летевших в его сторону шальных пуль. Упав и прижавшись к рельсам, он выпустил несколько неприцельных длинных очередей в сторону станции Торговый центр.