Полная версия:
Дьма Морозов Воркута. Лестница Б Полярная Ночь
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
— Не волнуйтесь, мы присмотрим, — заверил Семён.
На другой день, ещё затемно, Настя, Семён и Ксюша пришли на вокзал проводить Диму и Игоря. Поезд медленно тронулся. Дима и Игорь высунулись из окна, махали им на прощание. Фигуры провожающих становились всё меньше, пока поезд не скрылся в снежной пелене.
— Счастливого пути! — крикнула Настя, и слёзы сами потекли по щекам.
Поезд вырвался из Воркуты и взял курс на Москву. В вагоне было тихо — ехали в основном командировочные да те, кто возвращался домой. Дима сидел у окна, смотрел на пролетающие за стеклом заснеженные поля — на душе было торжественно и чуть грустно. Игорь же, наоборот, не мог усидеть на месте: то вскакивал, разминал ноги, то прилипал к окну и без умолку болтал про абхазскую воду.
— Дима, а правда, что самая свежая абхазская вода течёт прямо с гор? Она вкуснее той, что мы сейчас продаём? — Игорь пристроился рядом, засыпал вопросами.
— Должно быть, так, — улыбнулся Дима. — Природа в Абхазии отличная, горные родники богаты минералами, вкус у них действительно хороший. Вот приедем — и сможешь всё как следует разведать. Может, и вправду найдёшь более выгодных поставщиков.
К полудню друзья отправились в вагон-ресторан. Дима заказал два кофе и два сэндвича, протянул один Игорю:
— На, перекуси, подкрепи силы.
Игорь взял кофе, отхлебнул — тёплый напиток скользнул в горло, разгоняя холод.
— Горячий кофе — это жизнь. В Воркуте зимой такая стужа, что что ни выпей — всё холодным кажется.
В этот момент сосед по купе — нетрезвый мужчина — шатаясь, поднялся с места и побрёл к ним, бормоча:
— Воды дайте воды
Игорь нахмурился и хотел отказать, но Дима удержал его за руку, достал из рюкзака бутылку минералки и протянул пьянице:
— Пей. Только не спеши.
Мужчина принял бутылку, сорвал крышку и жадно припал к горлышку. Отпив, он улыбнулся Диме и Игорю:
— Спасибо спасибо вам Очень хотелось пить
Дима смотрел на его жалкий вид, и сердце сжалось:
— Куда ты едешь? Чего один пьёшь?
Мужчина покачал головой, взгляд его был мутным:
— Я еду в Москву, к дочке. Она несколько лет не приезжала домой, работает там Скучаю по ней
Игорю тоже стало не по себе:
— В Москве вы обязательно с ней увидитесь.
Мужчина кивнул, из глаз покатились слёзы:
— Спасибо вы хорошие люди
Дима достал из рюкзака хлеб и колбасу, протянул ему:
— Поешь. И будь осторожен в дороге.
Мужчина взял еду, рассыпался в благодарностях и медленно побрёл обратно в свой вагон.
— Дима, ты слишком добрый. Связался с каким-то пьянчужкой, — заметил Игорь.
— Всякое в жизни случается, — улыбнулся Дима. — Чем можем — поможем. Кто знает, может, и нам когда-нибудь понадобится чужая помощь.
Игорь кивнул — в словах друга был смысл.
Поезд шёл дальше. К вечеру в вагон вошла пожилая женщина с огромными сумками и попыталась закинуть их на багажную полку. Игорь тут же вскочил и шагнул к ней:
— Бабушка, давайте помогу.
— Спасибо, сынок. Добрый ты человек, — женщина улыбнулась, в глазах — благодарность.
Игорь уложил её вещи, помог сесть:
— Куда путь держите?
— Еду в Москву, к внуку. Недавно родился. Вот везу ему гостинцев из наших мест, — счастливо заулыбалась она.
— Замечательно. Счастливого пути, — пожелал Игорь.
Всю дорогу Дима и Игорь то и дело помогали попутчикам — мелочь, а на душе становилось теплее. Поезд нёсся в ночи, вагон постепенно затихал, пассажиры погрузились в сон. Дима сидел у окна, смотрел на звёздное небо — внутри всё трепетало от нетерпения: скорее бы увидеть Александра Петровича, скорее бы ступить на абхазскую землю.
После двух дней пути поезд наконец прибыл в Москву. Игорь бывал здесь раньше — город был ему не чужд. Они вышли на вокзальную площадь, и его взору предстали шумные улицы, вереницы машин, высотки. Игорь вздохнул:
— Москва — она и есть Москва. Столица. Куда там нашей Воркуте.
— Точно, — усмехнулся Дима. — Поехали ко мне в квартиру, отдохнём. Завтра сядем на поезд до Краснодара.
— Слушай, я и забыл, что ты москвич. Да ещё и с собственной квартирой. Богатый человек, — поддел его Игорь.
— Я столько времени жил у вас в доме, теперь твоя очередь быть гостем, — рассмеялся Дима.
Они добрались до диминой квартиры. Вечером Игорь не удержался — позвонил Насте:
— Настя, мы уже в Москве. У Димы квартира огромная, больше ста метров — ну просто олигарх! И здесь гораздо теплее, чем в Воркуте. Вот доберусь до Абхазии — враз найду лучшую минералку, подешевле и повкуснее, для нашего магазина.
— Ладно, смотри не балуй, и Диму береги, — ответил мягкий и заботливый голос Насти. — У нас тут всё в порядке, не волнуйся.
Игорь повесил трубку, сердце забилось быстрее — не терпелось оказаться в Абхазии.
На другое утро они снова сели на поезд — на этот раз до Краснодара. Пассажиров было мало, в вагоне тихо. Друзья устроились у окна, за которым пейзаж медленно сменял городскую суету на степные просторы.
— Дима, а из Краснодара как мы в Абхазию попадём? — спросил Игорь.
— Вообще-то можно автобусом или поездом, но я хочу взять машину, — улыбнулся Дима. — В Воркуте дороги — одно расстройство. Наконец выбрались в хорошее место, погода отличная. Поедем на машине, будем любоваться видами. Кайф же.
— Машину? Да это просто сказка! — обрадовался Игорь. — Я всю жизнь мечтал проехаться по южной трассе!
После суточного пути поезд прибыл в Краснодар. Друзья вышли на вокзал и сразу заметили уличную контору по прокату машин. Дима направился к ней. Хозяин — коренастый мужик средних лет — сидел у входа, курил.
— Здравствуйте. Сколько возьмёте за машину до Абхазии? — спросил Дима.
Мужик окинул их взглядом, усмехнулся:
— До Абхазии? Дорога неблизкая. Есть у меня «Лада», состояние отличное. Тысяча пятьсот рублей в сутки. Минимум — на пять дней. Залог — десять тысяч.
— Тысяча пятьсот — это перебор! — тут же вскинулся Игорь. — Мы максимум на четыре дня. Давай тысячу двести в сутки, залог восемь тысяч. Идёт?
Хозяин поморщился, покачал головой:
— Тысяча двести — мало. Тысяча триста —Самая низкая цена, залог девять. Меньше никак.
— Тысяча двести пятьдесят, залог восемь пятьсот, и бензин в подарок — полный бак, — стоял на своём Игорь. — Не согласны — пойдём в другую контору. За годы торговли в Воркуте он наловчился торговаться как заправский купец.
Хозяин посмотрел на его решительный взгляд, перевёл взгляд на Диму и нехотя улыбнулся:
— Ладно, уговорили. По рукам. Только машину берегите, она у меня любимица.
Они внесли залог и арендную плату. Хозяин протянул ключи:
— Машина снаружи, белая «Лада». Бак, насколько знаю, полный.
Дима и Игорь вышли из конторы и увидели ту самую «Ладу» — белую, не новую, но ухоженную. Игорь не удержался, распахнул дверцу, плюхнулся за руль, завёл мотор, включил радио. Из динамиков полилась знакомая мелодия — Виктор Цой, «Звезда по имени Солнце». Родные аккорды наполнили салон, повеяло чем-то по-настоящему русским.
— Вот это да! Любимая песня! — Игорь аж засиял. Он нажал на газ, и машина плавно выехала из Краснодара, взяв курс на Абхазию.
За окном тянулись бескрайние поля и леса. Солнце заливало землю теплом. Дима сидел на пассажирском сиденье, смотрел на пейзаж, слушал песни Цоя, и на душе было легко и радостно. Игорь же вёл с явным удовольствием: подпевал радио, хмыкал, то и дело заводил разговор с Димой.
Так они и ехали — с шутками-прибаутками, сменяя друг друга за рулём. Пейзаж за окном менялся: поля сменялись лесами, леса — горами. Всё это радовало глаз и грело душу. Через полтора дня пути они наконец пересекли границу Абхазии. Природа здесь была на загляденье: под ярко-синим небом тянулись горные хребты, зеленели леса, воздух — чистый и тёплый. Разительный контраст с морозной Воркутой.
— Красотища! — выдохнул Игорь. — Вот это климат! Не то что наша Воркута. Неудивительно, что минералка здесь такая вкусная.
Дима улыбнулся:
— Да, места чудесные. Природу сберегли. Хороший край.
К вечеру они добрались до столицы Абхазии — Сухуми. Поселились в гостинице недалеко от центра. Едва кинув вещи, Игорь выбежал на улицу — изучать местный ассортимент минеральной воды.
Сухумские улицы оказались бойкими: повсюду магазинчики, ларьки. Игорь зашёл в один из них. На полках — множество видов минералки, в основном местных марок. Он взял бутылку, глянул цену, купил, попробовал. Вода оказалась приятно-сладковатой на вкус и при этом заметно дешевле той, что они продавали сейчас.
Глаза у Игоря загорелись. Он тут же выхватил телефон и позвонил Насте:
— Настя, я нашёл отличную воду! Вкус — лучше нашей, и цена ниже! Как вернусь — привезу поставщика. Заработаем!
— Правда? Замечательно! — голос Насти зазвучал радостно. — Только проверь надёжность поставок и качество. Чтобы не нарваться на подделку.
— Не бойся. Я уже поговорил с продавцом — это местный известный бренд, всё стабильно и надёжно, — заверил Игорь. — Как только закончится конференция, свяжусь с поставщиками, договорюсь.
Закончив разговор, Игорь пребывал в полном восторге. Он прошёлся ещё по нескольким магазинам, приметил ещё пару марок с отличным соотношением цены и качества, и только потом, довольный, вернулся в гостиницу.
В номере Дима разбирал бумаги — готовил материалы к завтрашней церемонии. Увидев Игоря, улыбнулся:
— Ну как разведка? Есть толк?
— Огромный! — выпалил Игорь. — Я нашёл несколько марок — и цена приятная, и вкус отличный! На обратном пути прихватим контакты, и наш магазин шагнёт на новый уровень!
Дима одобрительно кивнул:
— Молодец. Значит, не зря ты со мной попёрся. Отдыхай теперь.
— Ага, — кивнул Игорь, и в глазах его горел огонь предвкушения.
Глава Б4. Песня спасает церемонию
Ночь в Сухуме, столице Абхазии, была мягкой, как вода, с неповторимой влажностью черноморского побережья. В номере отеля тёплый жёлтый свет струился по ковру, наполняя комнату уютной тишиной. Дима только что отутюжил форму, в которой завтра предстояло участвовать в церемонии, и собрался умыться перед сном, как вдруг телефон на тумбочке резко зазвонил. На экране высветился незнакомый номер.
— Кто это в такую позднь? — пробормотал Дима, с некоторой настороженностью поднимая трубку: — Алло, слушаю.
В трубке раздался густой, до боли знакомый мужской голос — с насмешливыми нотками, чеканя каждое слово:
— Дмитрий Алексеевич Воробьёв, какими судьбами? И, слышал, ты приехал не один, а с неким Игорем как его? Игорь Васильевич Соколов, так ведь?
Дима остолбенел — телефон чуть не выскользнул из рук. Этот голос он знал слишком хорошо. Это был его наставник по рукопашному бою в Московском университете МВД — Александр Петрович! А то, что учитель точно назвал полное имя Игоря, поразило его вдвойне.
— Учитель? Это действительно вы? — голос Димы мгновенно наполнился радостным волнением. Он поспешно встал, подошёл к окну и приглушённо спросил: — Откуда вы знаете, что я не один? И откуда вам известно полное имя Игоря?
Игорь, который как раз собирался отложить телефон и ложиться спать, услышав «Игорь Васильевич Соколов», мгновенно вскочил с кровати. На цыпочках он подкрался к Диме и приставил ухо к трубке.
Александр Петрович раскатисто рассмеялся — смех его, полный энергии, гремел в динамике:
— Воркутинское управление уже прислало мне ваши данные: «любимый ученик едет со своим деловым партнёром». Я, конечно, запомнил имена. Что, Дима, дослужился до капитана — и нос задрал? В Абхазию приехал, а учителю даже не позвонил, не отчитался?
— Простите, учитель. Я думал, что завтра на мероприятии мы с вами вдоволь наговоримся, не хотел беспокоить вас раньше времени, — смущённо улыбнулся Дима, но голос оставался почтительным. — А я как раз хотел у вас попросить. Игорь — мой хороший друг и совладелец нашего магазина. Он поехал со мной, чтобы, во-первых, изучить рынок минеральной воды, а во-вторых, посмотреть на торжественную церемонию. Нельзя ли ему завтра тоже присутствовать?
— Конечно можно! — Александр Петрович согласился без колебаний. — Чем больше народу, тем веселее. Я только рад, если вы приведёте побольше друзей. Однако, Дима, ты же понимаешь: церемония — официальная, полицейская. Просто так он участвовать не может.
У Димы ёкнуло сердце:
— Учитель, что вы имеете в виду?
— А то, что он должен оказать нам небольшую услугу, — усмехнулся Александр Петрович. — Подавать чай или подметать пол — неудобно, как-то не гостеприимно. А раз он приехал издалека, пусть лучше покажет своё мастерство — споёт для всех песню.
Дима опешил, переглянулся с замершим рядом Игорем и невольно улыбнулся:
— Учитель, это что за шутки? Песни — не ваша забота. К тому же петь может кто угодно.
— Не принижай, — голос Александра Петровича стал серьёзным. — У нас был нанят певец. После церемонии он должен был исполнить «Катюшу». Но он сегодня внезапно заболел, и теперь некому заменить. А «Катюша» — наша русская классика, на таком мероприятии она была бы очень кстати.
— «Катюшу»? — переспросил Дима. — Да кто ж её не знает? Любой полицейский из зала споёт.
— Словами — да, но эффект будет совсем не тот. — Александр Петрович терпеливо объяснил: — Игорь — друг, к тому же гражданский. Если он споёт, это покажет тёплые отношения между полицией и народом, поднимет настроение. И я ему, за то что он нас выручил, вручу специальную награду — «Памятный медаль за вклад в проведение торжественной церемонии». Как тебе?
— Награду?! — Игорь не выдержал, выхватил трубку из рук Димы и закричал в неё: — Александр Петрович! Я спою! Я согласен! Я всю жизнь мечтал получить награду вместе с Димой!
Александр Петрович на мгновение опешил от неожиданного вопля, а потом расхохотался:
— Молодец! Вот это напор! Нравишься ты мне, Игорь Васильевич Соколов! Завтра — твой выход!
— Не волнуйтесь, учитель! Я спою лучше любого профессионального певца! — Игорь ударил себя в грудь кулаком, лицо сияло от восторга.
Дима посмотрел на взбудораженного друга, покачал головой, забрал у него телефон и сказал в трубку:
— Учитель, вы уж извините его. Он просто любитель славы. Услышал про награду — сразу на всё согласен.
— А что в этом плохого? Молодой задор — это хорошо, — засмеялся Александр Петрович. — Дима, держу пари, ты, как и раньше, дослужился до капитана, а в голове у тебя всё те же вкусняшки да развлечения. Чувствую, что в этой поездке тебя больше всего интересует абхазский шведский стол?
Дима смущённо улыбнулся:
— Учитель, вы меня помните. Я просто люблю пробовать то, чего никогда не ел. Хочется отведать местные абхазские блюда.
— Не волнуйся, завтрашний фуршёт тебя не разочарует, — заверил Александр Петрович. — Ладно, уже поздно. Отдыхайте. Завтра в девять утра регистрация в Сухумском международном конференц-центре. Не опаздывайте.
— Хорошо, учитель. Вы тоже отдыхайте, — сказал Дима.
Положив трубку, Игорь всё никак не мог успокоиться, расхаживал по комнате:
— Дима, ты слышал? Я буду петь «Катюшу»! И получу награду! Это просто невероятно!
— И что ты так раскипятился? Подумаешь, спел песню, получил медаль, — поддразнил его Дима. — Смотри только не оплошай. Завтра перед важными полицейскими чинами если сфальшивишь — позору не оберёшься.
— Не волнуйся! Бывало, в Челябинске, когда набирался, я на улице «Катюшу» распевал, и другие пьяницы говорили, что я очень здорово пою! — самоуверенно заявил Игорь. — Я сейчас ещё разок потренируюсь, чтобы завтра все точно в ладоши хлопали.
С этими словами он принялся напевать:
— Расцветали яблони и груши, поплыли туманы над рекой
Дима лёг в кровать, слушая пение Игоря, и на душе у него стало тепло. Он вспомнил дни, когда учился в университете МВД и тренировался с Александром Петровичем, вспомнил его строгие требования и заботливое наставничество — на губах сама собой заиграла улыбка.
Игорь пел всё тише, Дима потихоньку задремал. Оба ждали завтрашнюю церемонию, каждый в своих мыслях переживая тот торжественный миг.
На следующее утро Сухум встретил их ярким солнцем. Под бездонно-синим небом волны Чёрного моря ласково бились о берег, воздух был свежим и влажным. Дима и Игорь встали рано, умылись, оделись в самое парадное. Дима — в отутюженном мундире капитана полиции, звёздочки на погонах сверкали на солнце. Игорь надел специально привезённый тёмно-синий костюм, волосы зачесал аккуратно — выглядел бодрым и подтянутым.
Они поехали к Сухумскому международному конференц-центру. Ещё издали увидели у входа флаги на ветру, по обе стороны выстроились полицейские в форме — встречали гостей. Внутри конференц-центра было торжественно и изысканно: в зале — цветы и зелень, огромный транспарант с надписью «Конференция дружбы полицейских ведомств Абхазии и России». Сотрудники из разных городов двух стран собирались группками, обменивались приветствиями.
— Ничего себе! Как всё серьёзно! — выдохнул Игорь, глаза горели восторгом.
Дима улыбнулся:
— Это же важная межгосударственная встреча. Конечно, торжественно. Пошли регистрироваться.
Они подошли к стойке. Дима взял ручку и вписал в регистрационную книгу: «Дмитрий Алексеевич Воробьёв, Управление Воркуты».
После регистрации сотрудник проводил их в зал. Зал был полон. На возвышении в президиуме сидели высокопоставленные чиновники полиции двух стран — атмосфера торжественная и строгая. Им указали места в первом ряду. Они сели, ожидая начала церемонии.
Вскоре по залу пронёсся гром аплодисментов — из-за кулис вышел Александр Петрович в безупречной форме. Он немного пополнел, но по-прежнему выглядел бодрым, взгляд оставался острым.
Дима встал и пошёл к нему навстречу. Александр Петрович тоже увидел его, на лице расцвела довольная улыбка, он зашагал быстрее.
— Дима! Любимый ученик! — Александр Петрович распахнул объятия и крепко обнял Диму.
— Учитель! Сколько лет, сколько зим! — Дима тоже обнял учителя, сердце билось от волнения.
Когда они разомкнули объятия, Александр Петрович вдруг встал в боксёрскую стойку, усмехнулся:
— Ну-ка покажи, не забыл ли мою науку?
Дима тоже рассмеялся и встал в защитную стойку. Они обменялись парой шуточных выпадов. Окружающие гости заулыбались, торжественная атмосфера в зале стала легче.
— Учитель, вы всё такой же шутник, — сказал Дима.
— С лучшим учеником не грех и расслабиться, — Александр Петрович хлопнул Диму по плечу и перевёл взгляд на Игоря. — А это, видно, Игорь Васильевич Соколов? Точно, бравый парень.
— Здравствуйте, Александр Петрович! Я — Игорь! — Игорь тут же протянул руку, поздоровался с уважением. — Я часто слышал о вас от Димы, давно мечтал с вами познакомиться.
— Молодец, парень, — улыбнулся Александр Петрович. — Сегодняшняя «Катюша» на тебе держится. Пой смело, даже если фальшивить начнёшь — никто не осудит.
— Не волнуйтесь, Александр Петрович! Я спою так, что все ахнут! — заверил Игорь.
Торжественная церемония началась. Высокопоставленные представители полицейских ведомств двух стран по очереди произносили речи, вспоминали историю совместной работы. Александр Петрович зачитал приветственное письмо от начальника Главного управления МВД России. Зал то и дело взрывался аплодисментами — торжественно и вдохновенно.
После выступлений наступила самая волнующая часть — вручение наград. Когда ведущий объявил: «Воркутинское управление — Дмитрий Алексеевич Воробьёв», Дима глубоко вздохнул, оправил мундир и быстрым шагом поднялся на сцену.
Александр Петрович лично вручил ему «Почётный знак за выдающийся вклад в приграничную полицейскую деятельность», приколол значок на грудь и похлопал по плечу:
— Дима, это заслуженная награда. Продолжай в том же духе, вноси ещё больший вклад в наше общее дело.
— Спасибо, Александр Петрович! Благодарю всех руководителей! — Дима вытянулся и отдал честь.
Зал разразился бурными аплодисментами, на лице Димы сияла гордая улыбка.
Сойдя со сцены, он достал телефон и позвонил Насте по видеосвязи, включив громкую связь:
— Настя, меня наградили! Значок уже на груди! А твой Игорь сейчас выйдет на сцену — споёт!
— Поздравляю, Дима! — донёсся из динамика взволнованный голос Насти, а на заднем плане слышались радостные возгласы Семёна и Ксюши. — Мы все за тебя рады!
— Я сейчас в зале. Скоро Игорь начнёт петь «Катюшу», слушайте внимательно, — улыбнулся Дима, наведя камеру на сцену.
Игорь глубоко вздохнул, поправил пиджак и быстрым шагом поднялся на сцену. Взяв микрофон, он поклонился гостям в зале и сказал:
— Уважаемые руководители, дорогие гости! Я — Игорь Васильевич Соколов из Воркуты. Я хороший друг Дмитрия Алексеевича Воробьёва. Для меня огромная честь стоять здесь и спеть для вас «Катюшу»!
— Давай, Игорь! Мы слушаем! — раздался из телефона Димы голос Насти.
Заиграла музыка. Игорь глубоко вздохнул и запел:
— Расцветали яблони и груши, поплыли туманы над рекой
Голос его — сильный и проникновенный, с той самой русской душой. Пусть он не был профессиональным певцом, но пел он с такой отдачей, с такой искренностью, что просто за душу брало. Гости в зале затихли, слушали, и многие тихонько подпевали.
На другом конце провода Настя, Семён и Ксюша, прильнув к телефону, слушали с улыбками на лицах.
Песня смолкла, и зал взорвался таким шквалом аплодисментов, будто гремел гром. На сцену снова поднялся Александр Петрович:
— Великолепно! Игорь Васильевич Соколов! Вы не просто выручили нас — вы спели так замечательно. От имени конференции я вручаю вам «Памятный медаль за вклад в проведение торжественной церемонии», который мы изначально готовили для профессионального певца!
И Александр Петрович прикрепил новенький значок на лацкан пиджака Игоря. Тот дрожал от волнения — с головы до пят. Он низко поклонился залу:
— Спасибо всем! Это самый счастливый момент в моей жизни!
Сойдя со сцены, он подбежал к Диме и закричал в телефон:
— Настя! Я тоже получил награду!
— Молодец, Игорь! Поздравляю! — голос Насти звенел от восторга. — Ты спел так красиво! Мы так тобой гордимся!
После церемонии наступило время фуршета. Столы ломились от яств: абхазские блюда — шашлык из баранины, салаты из морепродуктов, фруктовые нарезки, а рядом традиционные русские щи, жареные котлеты, чёрный хлеб — глаза разбегались, запах стоял умопомрачительный.
Дима и Игорь вместе с Александром Петровичем общались с коллегами из разных регионов и дегустировали угощения. Игорь уплетал шашлык за обе щеки и приговаривал:
— Да это просто объедение! В Воркуте такое и не снилось!
— Ешь вволю, — посмеивался Дима, — потом ещё долго не доведётся.
Александр Петрович смотрел, как они наворачивают еду, и не мог сдержать улыбки:
— Дима, ты совсем не изменился. Как увидишь вкуснятину — всё на свете забываешь.
— Александр Петрович, давно мы так не ели, — смущённо улыбнулся Дима. — Кстати, учитель, у нас с Игорем к вам есть ещё одно дело. Мы ищем в Абхазии надёжного поставщика минеральной воды для нашего магазина — хотим найти хорошую воду по разумной цене.
Александр Петрович кивнул:
— Абхазская вода действительно отличная. Источники — высокогорные родники, вода богата минералами, вкус мягкий. Я знаю нескольких владельцев заводов по розливу воды. Завтра могу вас с ними познакомить.
— Правда? Замечательно! Спасибо, учитель! — обрадовался Игорь.
Вечером, после окончания мероприятия, Дима зашёл в кабинет к Александру Петровичу. Они устроились поудобнее, налили по рюмке водки и принялись вспоминать — год за годом, историю за историей.
— Дима, я слышал, ты в Воркуте здорово работаешь — столько дел раскрыл, да ещё и порядок на вверенном участке навёл. Учитель гордится тобой, — сказал Александр Петрович, глядя на Диму с теплотой.
— Александр Петрович, это вы меня хорошо научили, — ответил Дима. — В университете вы всегда повторяли: настоящий полицейский должен быть ответственным, с чувством долга, чтобы мундир носить с честью. Я ваши слова накрепко запомнил.
— Хорошо, хорошо, — Александр Петрович кивнул. — Слышал я и о том, как тебя в Москве наказали. Это как-то на тебя повлияло?
