- Рейтинг Литрес:5
Полная версия:
Денис Пеков Последний город
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
СТЕЛА НЕ ЛЖЁТ.
Ниже, отделённое небольшой паузой, было добавлено:
НО ОНА ПОКАЗЫВАЕТ ТОЛЬКО ТО, ЧТО ХОЧЕТ.
Лия перечитала записку несколько раз, пытаясь осмыслить каждое слово, каждую букву. Её сердце пропустило удар.
Потом перевернула листок.
На обратной стороне было всего одно слово, написанное тем же почерком.
ВОРОТА.
Вечером Лия снова встретилась с Инквизитором. Они стояли у северной стены города, которая казалась ещё более массивной и величественной в сумерках.
Впервые она подошла к ней так близко. Камень уходил вверх настолько высоко, что его верхушка терялась в сгущающемся тумане, который, казалось, обволакивал город со всех сторон. Стена казалась бесконечной, уходящей в небо, в неизвестность.
— Сколько ей лет? — спросила Лия, её голос звучал почтительно.
— Никто не знает, — ответил Инквизитор, его голос был под стать тишине вокруг.
— Вы видели её снаружи? — Лия чувствовала, как нарастает её любопытство, а вместе с ним и тревога.
— Да, — коротко ответил он.
Лия посмотрела на него, пытаясь уловить хоть какую-то эмоцию в его глазах, но его лицо оставалось непроницаемым.
— Что там? — спросила она, предвкушая нечто грандиозное.
— Туман, — ответил Инквизитор, и в его голосе не было и тени интриги.
— Только туман? — Лия была разочарована.
— Нет, — сказал он, и это слово заставило её сердце забиться быстрее.
— Что ещё? — Лия нетерпеливо ждала.
Инквизитор помолчал, словно собираясь с мыслями, или же просто взвешивая, стоит ли ей знать правду.
— Иногда там видно дороги, — наконец произнёс он.
— Дороги? — Лия не ожидала такого ответа.
— Старые, — уточнил Инквизитор.
— Куда они ведут? — Лия почувствовала, как нарастает волнение, предвкушение чего-то неизведанного.
Он посмотрел на неё, его взгляд был задумчивым.
— В другие места, — загадочно ответил он.
Лия почувствовала, как сердце забилось быстрее, адреналин забурлил в её крови.
— Другие города? — вопрос прозвучал почти шёпотом.
— Возможно, — Инквизитор был уклончив.
— Вы никогда не выходили? — Лия не могла поверить, что он, зная об этом, оставался здесь.
— Выходил, — признался он, и эти слова заставили Лию замереть.
Она замерла, её дыхание перехватило.
— И вернулись? — вопрос прозвучал недоверчиво.
— Да, — подтвердил Инквизитор.
— Почему? — Лия жаждала понять его мотивы.
Инквизитор посмотрел на Стену, его взгляд был полон глубокой печали, почти отчаяния.
— Потому что снаружи хуже, — произнёс он, и в этих словах была такая безысходность, что Лия почувствовала, как её охватывает холод.
Лия долго молчала, пытаясь осмыслить услышанное. Эта простая, но страшная фраза переворачивала все её представления о мире.
— Тогда почему Майкл хотел, чтобы я нашла Стелу? — спросила она, пытаясь найти логику в его действиях.
Инквизитор не ответил.
— Почему? — Лия настаивала, чувствуя, что это очень важный вопрос.
— Потому что он считал, что ты должна увидеть сама, — произнёс Инквизитор, и в его голосе прозвучало некое сожаление.
— Что? — Лия не понимала, что именно она должна была увидеть.
Он посмотрел на неё, и в его глазах появилось что-то, похожее на сочувствие.
— Историю, — ответил он, и это слово прозвучало как нечто страшное, непосильное.
Лия коснулась стены, её пальцы ощутили холодный, шершавый камень. Казалось, что стена впитывает в себя весь свет, всё тепло.
Но под ладонью что-то дрогнуло. Едва уловимая вибрация, словно камень дышал, или же за ним что-то двигалось.
Она отдёрнула руку, словно обожглась.
— Что это было? — спросила она, её голос был полон испуга.
Инквизитор насторожился, его взгляд стал острым и внимательным.
— Не двигайся, — произнёс он, его голос был напряжённым.
— Почему? — Лия не понимала, что происходит.
— Снова коснись, — приказал Инквизитор.
— Вы только что сказали... — Лия начала возражать, но он прервал её.
— Делай, — его голос был суров, не терпящим возражений.
Лия медленно положила ладонь на камень, её сердце отчаянно колотилось в груди.
Мир исчез. Все звуки города, шум ветра, даже присутствие Инквизитора – всё растворилось в небытии.
Она стояла на том же месте, но стены ещё не было. Вместо неё простиралось огромное, безлюдное поле, раскинувшееся до самого горизонта.
Серое небо давило сверху, предвещая бурю.
Сильный ветер проносился по полю, заставляя траву клониться к земле, создавая впечатление движения, жизни.
Сотни людей. Мужчины, женщины, дети – все они были здесь. Их лица были покрыты пылью и грязью, одежда разорвана, но в глазах горел огонь, смешанный с отчаянием и надеждой.
Они строили. Камень за камнем, они возводили нечто огромное, нечто, что должно было стать защитой.
Кто-то кричал, его голос был полон боли и ярости. Кто-то плакал, беззвучно, но отчаянно. Кто-то молился, воздев руки к небу, прося о спасении.
Лия увидела Майкла.
Нет.
Не Майкла.
Человека, удивительно похожего на него, словно его предок, его отражение в прошлом. Этот человек стоял возле огромных ворот, которые казались вратами в иной мир.
Ворота были открыты, и за ними клубился густой, непроницаемый туман, скрывавший всё, что находилось за ними.
Лия сделала шаг вперёд, словно её невидимая сила притягивала к этим воротам.
Она увидела людей по другую сторону. Их силуэты едва различимы сквозь туман, но их голоса были слышны отчётливо.
Они звали тех, кто находился внутри, их голоса были полны мольбы и отчаяния.
— Откройте! — кричали они.
— Мы можем уйти! — их голоса дрожали от надежды.
— Здесь безопасно! — убеждали они.
Люди внутри, те, кто строил стену, кричали в ответ, их голоса были полны страха и боли.
— Нет! — восклицали они.
— Назад! — призывали они.
— Мы не можем! — их голоса звучали как приговор.
Лия ничего не понимала. Эта сцена была невероятной, нелогичной, она противоречила всему, что она знала.
Потом раздался удар. Мощный, глухой звук, который сотряс воздух.
Ворота начали закрываться.
Медленно.
Очень медленно, словно невидимая сила тянула их друг к другу.
Люди снаружи бросились вперёд, пытаясь прорваться сквозь закрывающиеся створки. Кто-то успел просунуть руку, пытаясь удержать ворота. Другого человека схватили за плечи, пытаясь вытащить. Дети плакали, их крики разносились по всему полю, полные отчаяния.
Но ворота закрывались, неумолимо и безжалостно.
И люди внутри...
не пытались их остановить. Напротив.
Они сами толкали их, прикладывая все свои силы.
Сами закрывали, с решимостью в глазах.
Сами удерживали засов, словно спасая себя от чего-то невообразимого.
Лия почувствовала ужас, ледяной и всеобъемлющий. Эта сцена была невыносимой, она переворачивала её представления о добре и зле.
— Почему? — прошептала она, пытаясь найти хоть какое-то объяснение.
Никто не ответил. Лишь гул ветра и крики людей.
В тумане за воротами что-то двигалось. Огромное, неопределённое, внушающее первобытный страх.
Но оно не приближалось.
Оно просто ждало.
Лия услышала голос.
Не тот, что звучал до этого. Другой.
Старый, мудрый, но при этом полный боли.
Женский голос.
— Мы не закрыли город от них, — произнёс он, и в этих словах была глубокая, трагическая истина.
Пауза. Длинная, мучительная.
— Мы закрыли город от себя.
Лия обернулась.
Позади неё стояла женщина. Её фигура была окутана тенью, но Лия ясно видела её.
На её лице была маска. Точно такая же, какую носили служители Совета, что только усиливало таинственность момента.
— Почему? — спросила Лия, её голос был полон отчаяния.
Женщина посмотрела на ворота, её взгляд был полон боли и мудрости одновременно.
— Потому что однажды мы открыли их, — ответила она, и в её голосе звучало невыразимое сожаление.
Лия посмотрела в туман, пытаясь разглядеть то, что скрывалось за ним.
— И что произошло? — спросила она.
Женщина ответила, и её слова прозвучали как эхо вечности:
— Мы вспомнили.
— Что? — Лия чувствовала, как нарастает напряжение.
Она посмотрела прямо на Лию, и в её глазах отразилась вся бездна мироздания.
— Всё, — произнесла она, и это слово прозвучало как взрыв.
Мир раскололся. Образы, звуки, ощущения – всё смешалось в хаотическом вихре.
Лия резко отдёрнула руку от стены, её словно выбросило из другого измерения. Она упала на колени, пытаясь отдышаться, её тело сотрясалось от пережитого шока.
Инквизитор схватил её за плечи, его лицо было полно тревоги.
— Что ты видела? — спросил он, его голос был напряжённым.
Лия пыталась отдышаться, её лёгкие горели, а сердце бешено колотилось.
— Ворота, — с трудом выдавила она.
— Какие? — Инквизитор не сводил с неё глаз.
— Старые, — ответила Лия, и это слово казалось ей таким древним, как сама история.
— Что за ними? — его голос был полон нетерпения.
Она посмотрела на него, и в её глазах отразился весь ужас пережитого.
— Люди, — произнесла она.
Инквизитор замер, его лицо исказилось от удивления и, возможно, ужаса.
— Что? — его голос прозвучал почти шепотом.
— Там были люди, — повторила Лия, и в её словах не было и тени сомнения.
Он медленно отпустил её, его взгляд был прикован к ней, словно он видел её впервые.
Лия поднялась на ноги, её тело ещё дрожало.
— Они хотели войти, — сказала она.
Инквизитор ничего не сказал, его лицо было непроницаемым, но в глазах читалось нечто, похожее на глубокую боль.
— А потом их не пустили, — Лия чувствовала, как нарастает её гнев и негодование.
Тишина. Давящая, оглушительная тишина.
— Почему? — спросила она, и в её голосе уже не было прежнего страха, только требование ответа.
Он смотрел на неё так, будто впервые видел, будто она вдруг стала для него совершенно незнакомым существом.
— Я не знаю, — произнёс он, но в его голосе не было прежней уверенности.
Лия покачала головой.
— Нет, — сказала она, её взгляд был полон решимости.
Она посмотрела на Стену, которая казалась теперь не защитой, а огромной тюрьмой.
— Вы знаете, — уверенно произнесла Лия.
Инквизитор отвернулся, его плечи поникли.
И впервые за всё время, которое Лия знала его...
Лия увидела на его лице страх. Настоящий, неподдельный ужас.
Не за неё. Не за себя.
За то, что она только что узнала. За ту страшную правду, которая открылась ей.
Где-то далеко, за Стеной, раздался звук. Глухой, раскатистый, словно эхо древних времён.
Будто огромные ворота медленно открывались, скрипя и стоная.
Инквизитор прошептал, его голос был полон отчаяния:
— Мы должны идти.
— Куда? — Лия не понимала, что происходит.
Он посмотрел на неё, его глаза были полны решимости и отчаяния.
— К Совету, — ответил он.
— Зачем? — спросила Лия.
— Потому что теперь они знают, что ты видела, — объяснил Инквизитор, и его слова заставили Лию похолодеть. Осознание того, что её видение стало известно кому-то ещё, было пугающим.
Лия посмотрела на туман, который, казалось, сгустился ещё сильнее, обволакивая всё вокруг.
И ей показалось, что в нём на мгновение появились два глаза. Огромные, бездонные, полные древней мудрости и холодной ярости.
Она моргнула.
Их уже не было. Туман был обычным туманом.
Но голос вернулся.
Совсем тихий, едва слышный.
Прямо внутри её головы, словно он всегда был там.
— Осталась одна дверь.
Лия закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться, пытаясь понять.
— Какая? — спросила она, и её вопрос прозвучал прямо в пустоту.
Ответ пришёл сразу, словно кто-то ждал её вопроса.
— Та, которую ты уже открывала.
Глава 10
Ключ
Они двигались в сторону Совета в полном молчании, прерываемом лишь шелестом ветра и туманной влагой. Инквизитор крепко держал руку Лии, его пальцы были ледяными, словно вылепленными изо льда, и сжимались с такой силой, что вызывали боль. Но Лия не пыталась высвободиться, не смела протестовать, ибо чувствовала в этой хватке не столько агрессию, сколько отчаяние и защиту.
Ветер неустанно гнал плотный туман по извилистым улицам города. Он стелился по мостовым, проникал в самые потаенные переулки, словно живое существо обволакивая тусклые фонари, придавая им призрачный, нереальный вид. Город вокруг них казался не просто опустевшим, а вымершим.
Слишком пустым. Неестественно пустым.
Обычно, даже глубокой ночью, после наступления комендантского часа, всегда слышались какие-то звуки: где-то хлопала ставня, лаяла сторожевая собака, доносились осторожные, приглушенные шаги патруля. Теперь же не было ничего, кроме вязкой, всепоглощающей тишины.
Только звук. Глухой, отдаленный звук.
Он доносился откуда-то издалека, будто исполинские ворота медленно, с тяжелым скрежетом двигались в кромешной темноте, грозя разверзнуть неведомые глубины.
— Что здесь происходит? — едва слышно спросила Лия, ее голос дрожал от напряжения и холода.
Инквизитор не обернулся, его взгляд был устремлен вперед, в гущу тумана.
— Если мои опасения верны, Совет уже в курсе событий.
— О чем именно? — Лия не понимала, но чувствовала, как нарастает угроза.
— О том, что Стена позволила тебе заглянуть в прошлое, показать то, что должно было оставаться скрытым.
— И что они предпримут? — вопрос повис в воздухе, полный страха.
Он выдержал долгую паузу, прежде чем ответить.
— Постараются устранить проблему.
Лия почувствовала, как внутри нее все сжалось в тугой, болезненный узел.
— Я… я и есть проблема?
— Для них — да, без сомнения.
— А для вас? — она осмелилась взглянуть на него.
Инквизитор остановился. Они оказались посреди совершенно пустой улицы, где не было ни единой живой души, кроме них двоих. Впереди, сквозь клубящийся туман, уже проступали мрачные очертания здания Совета. Его черные каменные стены, узкие, словно бойницы, окна, массивные, наглухо запертые двери — все это создавало гнетущее впечатление. Круг над входом, символ власти и тайны, был почти неразличим в сгущающейся мгле.
Инквизитор медленно повернулся к Лии. Без маски его лицо казалось еще более изможденным, чем обычно. Казалось, за эту единственную ночь он постарел на несколько лет, каждая морщинка на его лице углубилась, каждая черта заострилась.
— Для меня ты — обещание, которое я дал одному человеку, — произнес он низким, надтреснутым голосом.
— Майклу? — догадалась Лия.
Он коротко кивнул, подтверждая ее догадку.
— Он знал, что все развернется именно так? Что произойдет нечто подобное?
— Он знал многое, гораздо больше, чем мог себе позволить рассказать.
— Тогда почему он ничего не сделал, чтобы предотвратить это? Почему не остановил надвигающуюся катастрофу?
Инквизитор опустил взгляд, словно не в силах вынести ее вопрошающего взора.
— Потому что знание не всегда наделяет нас возможностью что-либо изменить. Иногда оно лишь проклятие, обрекающее на бездействие.
Лия хотела задать еще множество вопросов. О Майкле, о том, что скрывалось за теми вратами, которые она видела в своем видении, о загадочной женщине в маске.
Но в этот самый момент тяжелые двери Дома Совета медленно, с тягучим скрипом распахнулись сами по себе, словно приглашая их войти в логово неизвестности.
Инквизитор резко отпустил ее руку, мгновенно выхватив оружие. Его движения были отточенными, быстрыми.
— Следуй за мной. Ни шагу в сторону. Помни о моих словах.
— Там кто-то есть? — прошептала Лия, ее сердце бешено колотилось.
— Надеюсь, что нет, — прозвучало в ответ, но в его голосе проскользнула тревога.
Они вошли внутрь.
Внутри царила кромешная тьма. Лампы, которые обычно горели вдоль длинных коридоров, были погашены, погружая все вокруг в мрачное безмолвие. Лишь изредка, через высокие, узкие окна, проникал тусклый, серый свет с улицы, ложась на каменный пол длинными, призрачными полосами.
Лия сразу же ощутила странный, тревожный запах. Запах металла. Запах сырости. И что-то еще, сладковатое, приторное, тяжелое, от которого у нее перехватило дыхание.
Она остановилась, не в силах сделать и шагу дальше.
— Это… это кровь? — вопрос сорвался с ее губ сам собой.
Инквизитор не произнес ни слова, лишь его взгляд скользнул вперед, по направлению к источнику запаха.
Впереди, на полу, лежал человек. Один из тех мужчин в серых плащах, которые утром привели ее сюда. Он лежал лицом вниз, неестественно вытянув руку к двери, словно в последнем отчаянном рывке пытался выбраться из этого места. Под ним расплывалась темная, почти черная лужа, зловеще блестевшая в полумраке.
Лия зажала рот ладонью, пытаясь подавить тошноту.
Инквизитор наклонился, коснулся шеи мужчины двумя пальцами, проверяя пульс. Потом медленно выпрямился.
— Мертв, — произнес он с непроницаемым выражением лица.
— Кто это сделал? Кто мог совершить такое?
Он пристально посмотрел вглубь коридора, его глаза сузились.
— Пока не знаю.
Но Лия нутром чуяла, что он лжет. Или, возможно, просто боялся произнести правду вслух, чтобы не напугать ее еще больше.
Они продолжили свой путь. Каждый их шаг отдавался гулким, пугающим эхом в мертвой тишине коридоров.
Шаг.
Тишина, давящая, словно тяжелая плита.
Еще шаг.
Снова тишина, пронзительная и жуткая.
На стенах висели те же самые карты города, которые Лия видела утром. Но теперь бумага была сорвана в нескольких местах, словно кто-то провел по ней острыми, хищными когтями. На одной из карт северная часть города просто исчезла. Не была зачеркнута. Не была вырвана. Ее просто не было, вместо нее зияло белое, пустое место. Это было жутко и необъяснимо.
Лия остановилась перед картой, завороженная этим странным зрелищем.
— Смотрите, — ее голос был чуть слышен.
Инквизитор подошел, но не стал долго разглядывать. В его глазах мелькнуло беспокойство.
— Не смотри долго.
— Почему? Что в этом такого?
— Потому что если карта начинает меняться, значит, меняется не сама карта. Меняется реальность, которую она отражает.
Она медленно отступила от стены, чувствуя, как по спине пробегает холодок. В конце коридора виднелась приоткрытая дверь в зал Совета. Изнутри доносился тихий, монотонный стук.
Кап.
Кап.
Кап.
Инквизитор поднял оружие, его лицо стало твердым, как камень.
— Останься здесь.
— Нет, — решительно возразила Лия.
— Лия, не спорь!
— Вы же сами сказали — ни шагу в сторону. Я не отойду, я пойду с вами, что бы там ни было.
Он хотел возразить, но потом лишь коротко кивнул, принимая ее решение.
Дверь открылась.
Зал Совета встретил их полнейшей тишиной, которая была еще более жуткой, чем звуки снаружи. Длинный, массивный стол по-прежнему стоял на своем месте, посреди зала. Семь высоких, резных стульев. Карта города на стене. Закрытые окна, не пропускавшие ни лучика света.
И семеро членов Совета. Они все еще сидели за столом, словно застывшие в причудливых позах. Сначала Лии показалось, что они просто ждут, погруженные в какую-то важную беседу. Женщина во главе стола склонила голову, руки ее были сложены перед собой, словно в молитве. Мужчина справа от нее смотрел в раскрытую папку, другой застыл, опираясь ладонью о край стола, будто разговор прервался всего минуту назад, и они вот-вот продолжат.
Потом Лия увидела кровь. Она медленно стекала по резной ножке стола, капая на пол, создавая тот самый монотонный звук, который они слышали из коридора.
Кап.
Кап.
Кап.
У женщины во главе Совета было перерезано горло. Ее глаза оставались открытыми, пустыми, смотрящими в никуда. Лия застыла, не в силах пошевелиться.
Мужчина рядом с ней сидел неподвижно, но из его рта торчала тонкая черная нить. Она уходила куда-то вверх, теряясь в непроглядной темноте под потолком. Лия подняла голову, ее взгляд скользнул по натянутой нити.
И тогда она увидела его. В дальнем углу зала, там, куда не проникал даже самый слабый отблеск света из окон, висел Майкл. Веревка обвивала его шею, туго врезаясь в кожу. Ноги не касались пола, тело безвольно повисло в воздухе. Голова была склонена набок, точно так же, как она видела его в видении. Как в церкви. Как на площади, где его повесили.
Но теперь его одежда была разорвана в клочья, а на лице темнели следы запекшейся крови. И глаза. Его глаза были открыты, они смотрели прямо на Лию, и в них светилась жизнь, пугающая, жуткая жизнь.
— Ты все-таки пришла, — произнес Майкл, его голос был низким, хриплым, но отчетливым.
Инквизитор мгновенно вскинул оружие, направляя его на висящего Майкла.
— Не слушай его, Лия. Ни единому слову не верь.
Майкл медленно улыбнулся, его губы растянулись в жуткой гримасе.
— А ты все еще полагаешь, что можешь ей что-то приказывать, Инквизитор? Как наивно.
— Кто ты? — Лия, несмотря на страх, почувствовала жгучее желание узнать правду.
— Ты уже задавала мне этот вопрос, не так ли?
— Я хочу услышать ответ сейчас. Я требую его.
Майкл тихо, зловеще рассмеялся. От этого смеха по спине Лии пробежал ледяной холод, ее волосы встали дыбом.
— А я хочу вспомнить его, — прошептал он.
Инквизитор сделал шаг вперед, его поза выражала готовность к бою.
— Отойди от нее. Не приближайся.
— Я не могу, — ответил Майкл, его взгляд не отрывался от Лии. — Она сама все время идет ко мне. Судьба ведет ее.
Лия почувствовала, как слова застряли у нее в горле, она не могла произнести ни звука.
— Ты убил их? — наконец, выдавила она из себя.
Майкл медленно окинул взглядом тела, сидящие за столом.
— Нет, — его голос звучал абсолютно спокойно.
— Тогда кто? Кто же это сделал?
— Они сделали это сами, — прошептал он.
Инквизитор резко повернулся к Лии, его голос был полон предостережения.
— Не верь ему, Лия. Это ложь.
— Разве не так? — Майкл чуть наклонил голову, и его шея сухо хрустнула, словно древний механизм. — Они всю свою жизнь приносили этому городу чужие имена. Чужие лица. Чужую память, которую сами же отняли. А когда город попросил их отдать свое… свое собственное, самое дорогое… они не смогли отказаться. Цена оказалась слишком высока.
Лия перевела взгляд на женщину, которая сидела во главе стола. Ее пальцы были крепко сжаты вокруг рукояти ножа. Тонкого, серебряного. И точно такие же ножи лежали возле остальных членов Совета. Они сияли холодным, зловещим блеском в полумраке.
— Они убили себя… — прошептала Лия, осознание пронзило ее, словно кинжал.
— Нет, — твердо сказал Инквизитор, его голос был полон непонимания и ужаса.
Майкл улыбнулся шире, его лицо исказила жуткая, хищная усмешка.
— Конечно, нет. Это было бы слишком просто.
Веревка над ним скрипнула, натянувшись до предела. Он медленно поднял руку, указывая на мертвецов. И один из них, сидевший за столом, вдруг пошевелился.
Лия вскрикнула от ужаса. Его пальцы дрогнули, потом ладонь сжалась в кулак. Голова резко повернулась в их сторону. Глаза мужчины были пустыми, черными, бездонными, словно провалы. Он поднялся. За ним встал второй. Потом третий. И четвертый.
Инквизитор схватил Лию за плечо, резко потянув назад.
— Беги! Немедленно!
— Но… — начала она.
— Беги! — его голос был полон отчаяния и приказа.
Первый мертвец, с безумным блеском в пустых глазах, бросился на них. Инквизитор вскинул ладонь. Вспышка ослепительного, жгучего света разорвала полумрак зала, озарив его на мгновение. Сгусток священной энергии ударил мертвеца прямо в грудь, отбросив его к стене. Тот глухо ударился о камень, сполз вниз, но потом… снова поднялся. Будто боли для него не существовало, будто он был просто марионеткой.
Лия попятилась к двери, пытаясь найти спасение. Инквизитор повторил заклинание, потом еще раз, пытаясь остановить надвигающуюся угрозу. Второй мертвец схватил его за руку, сбивая фокус, прерывая его концентрацию. Инквизитор ударил его локтем в лицо. Раздался отвратительный хруст, голова мертвеца неестественно повернулась, но он не отпустил свою хватку.
Лия, сквозь пелену ужаса, увидела черные нити. Они тянулись от тел мертвецов к потолку, тонкие, почти невидимые в полумраке. И все они сходились у веревки, на которой висел Майкл.
— Он ими управляет! — крикнула она, ее голос сорвался на хрип.
— Я знаю! — ответил Инквизитор, его лицо исказила гримаса боли. Он выхватил клинок и перерезал одну из нитей над головой ближайшего мертвеца. Тело тут же рухнуло на пол, словно потеряв опору.
Майкл перестал улыбаться. Впервые его лицо стало по-настоящему злым, искаженным яростью.
