Ася Мори Её подруга

Глава 9 Belle Époque

После ссоры с подругами за ужином на Алтае я была глубоко оскорблена и уязвлена и даже обдумывала, какими эффектными колкостями я могла бы задеть девочек в ответ. Да, соглашусь, такой подход совершенно неправильный, ведь отвечать обидой на обиду — как минимум по-детски, как максимум — путь к разрушению отношений, которые выстраивались годами. Когда эмоции берут верх, то чаще всего кажется, что нападение — единственный способ защититься. И почему слова подруги так красочно нокаутировали моё самолюбие, которое находится в долгосрочной спячке? Хороший вопрос.

Когда же негативная реакция на фразу Карины о развязной девочке, которую они активно требуют на выход, трансформировалась во вполне безобидные размышления, я стала пробовать анализировать, что и где пошло наперекосяк в моем поведении за последние годы. Карина — прямолинейная сучка, но до вранья опускаться не станет, а подобную тираду высказала мне при всех, потому что «в моей жизни скоро настанет критический предел». Ну это в ее сучьем понимании. Подруга чересчур проницательна, чтобы делать выводы, не имея внушительных аргументов.

Эта женщина никогда не подключает сердце — только холодный расчетливый ум. Я точно знаю, что некоторые эпизоды моей жизни случились исключительно по моей вине: где-то я не смогла отстоять личные границы, а где-то ставила интересы других выше своих. Выбор всегда был осознанный. Каждый раз я задавала себе один и тот же вопрос: «Критична ли эта ситуация для меня?», и каждый раз мой внутренний голос спокойно отвечал: «Нет». А сейчас имеем то, что имеем. Непрерывный груз ответственности в ателье лишь усугубляет ситуацию, а сложный и не по годам серьезный Никита вынуждает подстраиваться и быть ему ровней. В идеале ещё стать покорной. Я — та самая женщина из племени Химба, которая балансирует с глиняным горшком на голове.

Пока разнородные мысли снова не просочились в кору головного мозга, словно утреннее похмелье, я промакиваю кисточку в растворителе и принимаюсь за дело. До начала процесса расчистки картины мы проводим пробы и подбираем подходящий раствор, чтобы не испортить объект искусства. Бывали случаи, когда лаборатория ошибалась и участки полотна безвозвратно портились, как и настроение владельца. До судебных тяжб ни разу не доходило, потому что в соглашении на оказание услуг в условиях ателье прописаны определенные пункты, в числе которых значится пометка о лабораторных исследованиях и пробах.

Герман Сигизмундович знает, что сарафанное радио распространяет слухи быстрее официальных СМИ, а подпорченная репутация практически не подлежит восстановлению. В нашем случае директор вовремя одумался и предложил всем пострадавшим — благо, их было всего несколько человек —выгодные условия.

Провожу кистью по самому затемнённому участку полотна. Яркие безупречные очертания начинают проступать под каждым мазком — нежные образы двух молоденьких девочек оживают на промазанных участках. Белоснежные кружевные вставки на воротничках утонченных пышных платьев Belle Époque с завышенной талией даже сквозь слои потрескавшегося лака передают завораживающий дух романтики. Под движениями моей руки картина будто оживает: я ощущаю невыносимо палящее жаркое солнце, которое безжалостно пробивается через густые кроны деревьев, скользит между аллей и узких дорожек, настигая каждого, кто не успевает скрыться. Две юные подружки спасаются в тени огромного раскидистого дуба, аккуратно присев на лавочку. Одна из них осторожно снимает шляпу с головы своей подруги, поправляя ее влажные от жары светлые локоны. Дует лёгкий ветерок, принося с собой мимолётную свежесть и прохладу. Девочка улыбается, поднимает глаза на подругу, сжимая в руке букет полевых цветов.

Когда нам с Лизой было лет по тринадцать, мы постоянно находили на свои детские задницы какие-то невероятные приключения. Сколько возможностей было друг друга сдать перед Ларисой Геральдовной, нашим завучем, не сосчитать на пальцах обеих рук. Лиза выгораживала меня даже тогда, когда моя вина была очевидна, но она всегда перетягивала её на себя. Я была очень активной и любознательной девочкой и часто лезла не в своё дело, за что мне регулярно прилетало от родителей.

Однажды я подговорила весь класс натереть парты апельсиновыми корками, чтобы проучить учительницу биологии. Она была отвратительной персоной: злой, несправедливой и коварной женщиной. В нашем классе не было ни одного ученика, которому она не залепила бы по три двойки в четверти. Сумасшедшая дама, скажу я вам, с аллергией на цитрусы. Когда директор явился самолично в класс, дабы выведать, кому вообще взбрело в голову использовать апельсиновые корки как средство отмщения, Лиза совершила акт самопожертвования на глазах у всего класса. И для всех это был достойный поступок. Зато, когда Лёша Ягайло из 6-Б класса хватал меня за косички и угощал компотом из школьной столовой, она убеждала меня, что он противный мальчишка из неблагополучной семьи и мне не стоит с ним водить дружбу. А через неделю на перемене я случайно застукала, как у класса русского языка и литературы она целовала его в щёчку. Тогда мне стало стыдно. Ну что такого? Какой-то Лёша! Не ссориться же из-за него? Ведь у нас с Лизой такая сильная дружба длиною в целую жизнь.

— Алё, гараж! — Чьи-то пальцы хаотично щелкают перед глазами, выводя меня из забористого транса. Всё же размышления о детстве и запах лака умудрились просочиться в мою черепную коробку и пустить корни.

— Тебя до понедельника тут запереть или ты всё же собираешься домой? — раздражённый Герман Сигизмундович, размахивая руками, подгоняет меня сворачивать рабочий процесс.

Казалось бы, руководитель должен поощрять работоспособность своих сотрудников, но сегодня пятница, и, похоже, у директора на вечер грандиозные планы, а задержка на работе в них не входит. На часах уже почти пять, и через десять минут у меня встреча с Лизой в «Аль Капоне». Краситься и наряжаться мне не нужно, поэтому я успею вовремя: ресторан расположен через дорогу от «Арс Витае».

Глава 9.1

Лиза позвонила в обед и предложила поужинать — милый жест примирения с ее стороны. Я не стала строить из себя обиженную даму и с удовольствием согласилась на встречу. Возможно, наедине мы сможем обсудить, почему она не поддержала меня в момент линчевания, что ее тревожит и чем я могу ей помочь.

А может, помощь нужна мне?

— Да иду я, иду, Герман Сигизмундович! — стараюсь быть нейтральной, но получается с большой натяжкой. С начальником у всего коллектива сложились не самые лучшие отношения.

Он цокает языком и, сложив руки на груди, отсчитывает про себя минуты, когда я покину ателье до утра понедельника.

Быстро привожу в порядок рабочее место и наспех вешаю халат в шкафчик. На мне тёмные джинсы, чёрно-белый полосатый свитер и бежевые угги. Вполне себе сойдёт для ресторана уровня «еще не люкс, но и уже не Евразия». По крайней мере, сердечно рассчитываю на то, что меня туда пустят.

Лиза сидит за столиком, который без брони невозможно занять, значит, она планировала и надеялась на нашу встречу заранее. На ней ее любимое розовое тонкое мохеровое платье, красивый неброский макияж. Полагаю, у подруги сегодня, как и у моего директора, большие планы на вечер. Её ладони аккуратно сложены на коленях, а задумчивый взгляд устремлён в окно. Подруга меня ещё не успела заметить.

— Привет! — Подхожу к столику, останавливаюсь.

— О, привет! — Лиза переводит на меня тёплый взгляд, резко вскакивает и бросается обнимать, но бережно так, будто я могу её оттолкнуть. — Время ожидания заказа — сорок минут, поэтому я заказала за нас двоих.

— Даже не знаю, что сказать, — смущаюсь, но не злюсь. Она действительно хорошо знает, что я люблю. — Спасибо, наверное, — добавляю.

— Ерунда, — машет рукой. — Леа, прости меня, пожалуйста! — Она тянется к моей ладони, лежащей на столе, и крепко сжимает. — Я считаю, что Карина не права была, просто я не хотела, чтобы ссора переросла в большой скандал.

— В смысле? Ты же стояла и молчала как немая! — потрясение льётся из меня, и я выдергиваю ладонь из ее руки.

— Да блин! Не так все было! Я потом говорила с Кариной, спрашивала, созванивались ли вы. Она ответила, что нет. С Мариной и Настей та же история. Милая, я просто стушевалась, не знала, как лучше отреагировать. Тебе нужно помириться с девочками.

— Так, стоп, — торможу подругу. — Я ни на какого не обижаюсь и зла не держу, но меня интересует один вопрос: ты солидарна с Кариной по поводу того, что я веду себя как сорокалетняя женщина?

— Боже, ну конечно же нет!

Глаза непроизвольно отводит — врёт.

Не получится у нас сегодня разговор по душам. Неприятная тревога растекается противной липкой горечью внутри, посылая опасный сигнал в мозг, что скоро произойдет непоправимое. Что-то безвозвратно поломалось в нашей дружбе.

— Для вас капенада с каперсами и салат с копчёной грудкой, булгуром и томлёной грушей. — Молодой симпатичный официант лет двадцати вальяжно расставляет блюда на стол. С выбором подруга не ошиблась. — И чёрные равиоли с креветками и форелью для вас.

Антон, так написано на бейдже, улыбается Лизе во все свои белоснежные зубы. Ничего удивительного, с Лизой постоянно кто-то флиртует, и этот парень не оказался исключением.

— Как папа?

Давно хотела спросить о Вячеславе Леонидовиче. Мы перекидываемся новогодними поздравлениями в мессенджере, но последний раз мы виделись очень давно. Последние годы он крайне занят и постоянно мотается по работе по всему миру.

— Папа хорошо, сейчас в Канаде решает какие-то свои рабочие вопросы, — подруга морщится, будто старается что-то вспомнить. — Или сделка какая-то очередная… честно, я уже запуталась! — смеётся.

— Я очень рада, что у него все хорошо.

Я искренне радуюсь за ее отца. Сколько я знакома с Лизой, он всегда пылинки сдувал с маленькой принцессы. И к моей семье относился с большим уважением.

— Как у вас с Никитой?

— Хорошо, без изменений.

Не знаю, что ещё добавить, потому что всё так и есть. Никаких событий не происходит, о совместных планах на будущее разговоров пока не было, хотя он обещал…

— А вы с Димой общаетесь?

— Если регулярный секс можно назвать общением, то да. — Лиза запихивает в рот последний равиоли, смачно всасываясь в соломинку. — Я последние три недели на фитнес не ходила. Дима каждую ночь меня так уматывает, что я до работы еле доползаю.

— Рада, если тебя всё устраивает. — выдавливаю искреннюю улыбку.

Я как попугай со своим «рада». Обещала же не лезть в ее дела. Вроде получается, но слушать рассказы об их с Димой крышесносном сексе выше моих сил.

— В этот раз у тебя все серьезно?

— Да. У нас все супер. Он как раз обещал заехать меня забрать из ресторана и закинуть тебя домой по пути. Оказывается, вы живёте совсем рядом.

— Что? С чего ты решила, что я поеду домой после ужина?

— Леа, сколько я себя помню, если мы не вместе, то все вечера ты проводишь дома. Или за эти три недели что-то поменялось?

В интонации подруги нет ни намека на издёвку или сарказм — лишь нескрываемое любопытство. Значит, она действительно удивлена тем, что на вечер у меня может быть планов вне дома. Господи, а ведь права Карина: я, будучи совсем молодой девушкой, превратилась в женщину средних лет.

Наш с Лизой разговор не особо клеится и похож на диалог двух шапочных знакомых, которые не виделись много лет, но стараются быть дружелюбными друг с другом и ради приличия выдерживают уважительную паузу, приправляя её поверхностными шутками и фразами.

Через час мы выходим на улицу, ожидая с минуты на минуту Диму. На этом углу невозможно припарковаться, поэтому мы покидаем ресторан чуть раньше его приезда. Меня слегка потряхивает. Тело реагирует не на холодный зимний ветер, а на одну лишь мысль, что я его вновь увижу.

Дура ты беспросветная, Леа.

Через мгновенье подъезжает чёрный внедорожник, и мы моментально запрыгиваем в салон. Я робко вглядываюсь в зеркало заднего вида, пристёгивая ремень, и в отражении сталкиваюсь с дымчатого цвета глазами. Дима безразлично кивает мне — я отвечаю тем же. Мне хватает одной секунды, чтобы вспомнить его красивое и мужественное лицо. Эти губы, глаза — запретное для меня. То, что так сильно будоражит нутро и, накидывая тугую петлю, тянет на самое дно. Лиза целует его в губы со всей страстью, демонстрируя тем самым, насколько тёплые и близкие у них отношения. Три недели прошло с момента, как мы вернулись в Петербург. Может, Дима влюбился и решился на серьезные перемены в своей жизни? Наши установки и барьеры могут рушиться, когда мы встречаем того самого человека, ради которого мы готовы их разрушать, чтобы построить что-то новое. Вместе.

Мелодия входящего звонка на телефон разрывает момент поцелуя. Лиза нервно вытаскивает мобильный из сумки и, мазнув по экрану взглядом, снимает блокировку.

— Луис, что-то срочное?

Её брови взлетают вверх. По лицу становится понятно, что новости на том конце не самые приятные.

Глава 9.2

— Луис, что-то срочное?

Её брови взлетают вверх. По лицу становится понятно, что новости на том конце не самые приятные.

— Да как это он не удовлетворен? Праздник уже завтра, и его жена всё согласовала! Мы даже шарики заказали именные! Да знаю я, что аванс за праздник как месячная выручка агентства… Так… давай я сейчас приеду — и мы разберёмся на месте. Только не истери и дыши ровно!

Лиза отключает звонок и виновато смотрит на Диму, затем — на меня.

— Правильно я понимаю, что сейчас нужно отвезти тебя на работу? —спокойным ровным тоном спрашивает Дима.

— Угу, — бурчит она, недовольно хмурясь. — Наш заказчик не одобрил украшения, приготовленные к празднику в честь дня рождения его дочери. Хуже всего то, что праздник уже завтра и этот чокнутый папаша грозится отменить всё, если мы срочно не переделаем декорации. За те деньги, которые он заплатил, мы обязаны все переделать. Извини, я не хотела, чтобы что-то повлияло на наш вечер.

Лиза нежно проводит пальцами по запястью Димы. Мне кажется, что этот жест его немного напрягает, словно он хочет убрать руку, но не решается сделать это.

— Всё хорошо, я отвезу тебя, а потом закину Леа домой, как и обещал. Позвони, как закончите в агентстве, я тебя заберу.

Следующие пятнадцать минут мы едем молча, пока Лиза не выпрыгивает из автомобиля.

— Леюша, созвонимся на следующей неделе! — Посылает мне воздушный поцелуй и, захлопывая дверь, оставляет нас с Макеем наедине.

— Пересаживайся вперёд, — обращается ко мне Дима, глядя в зеркало заднего вида.

Щёки заливаются жаром.

— Да ладно, мне и тут хорошо, — сильно смутившись, решаю не пересаживаться.

— Будем играть в ролевую игру «таксист и пассажирка»? — подмигивает он, явно довольный тем, как вгоняет меня в краску.

— Разве пассажиры ездят в такси только на заднем сиденье?

— Самые смелые — на переднем. Пересаживайся, если ты не слабачка.

Его тон звучит невинно, но в словах чувствуется неприкрытый вызов. Не хочу снова вестись на его провокации, но, как назло, делаю именно так, как он просит.

Гад!

— Доволен? — бросаю, садясь на переднее сиденье.

— Ещё как, — губы изгибаются в лукавой улыбке.

Теперь мой телефон взрывается мелодией входящего звонка.

— Ник, привет. У тебя что-то срочное?

Не могу проигнорировать звонок своего молодого человека, но как же не вовремя он звонит!

— У тебя что-то случилось? — спрашивает Никита на другом конце трубки.

— Нет, просто сейчас не очень удобно говорить… — проговариваю тихо, стараясь отгородиться от Диминых ушей.

— Я хочу заказать доставку еды домой. На тебя рассчитывать или ты не голодна?

— Я не хочу есть, мы же с Лизой только что ужинали в «Аль Капоне», поэтому заказывай себе, — продолжаю, чуть наклоняя голову к окну.

— Хорошо, жду тебя.

— Давай, скоро буду. Целую, — заканчиваю разговор.

— У тебя парень есть? — спустя пару мгновений обращается ко мне Дима. В его голосе мелькает… замешательство?

— Да, а ты удивлён?

— Честно говоря, да.

Горло сдавливает острым обручем. Слышать такое от человека, к которому ты чувствуешь неконтролируемое и непрошенное влечение… это больно бьет по самомнению. Не то чтобы я пыталась произвести впечатление на Диму — чудес не бывает. Такие, как он, не влюбляются в таких, как я: спокойных, рассудительных, совсем не спонтанных. В его воображении я не являюсь «горячей штучкой» в постели. Почему? Потому что я в его глазах «серая мышь». Да и какое, к чёрту, воображение? Смешно. Он меня вообще никак не представляет. «Не обижайся на зеркало, коли рожа крива», — словно эхом в голове всплывает старая поговорка.

— Я, по-твоему, страшная серая мышь? Или у тебя хобби такое — унизить человека, используя минимальное количество слов?

— Ты опять завелась? В курсе, что тебя очень легко вывести из себя? — Дима бросает на меня короткий ироничный взгляд.

На самом деле это вообще не так. Но каким-то образом ему хватает пары слов, чтобы я взвилась до состояния урагана «Катрина», сметающего всё на своем пути.

— Я просто не понимаю, тебе какое дело, есть у меня парень или нет?! — мой голос начинает дрожать от негодования. — Даже если ты и думаешь, что я не очень хороша собой, то необязательно это озвучивать! И вообще, смотри на дорогу! Я не хочу, чтобы по твоей глупости мы попали в больницу.

Я ощетиниваюсь, мой голос звучит грубее и громче привычного для меня тона, но меня несёт и остановиться уже не могу.

— Ты совершенно не права! О твоей внешности я и слова не сказал, Леа, — раздражённо подчеркивает мое имя. — Ты сама придумала этот бред. Все намного проще: ты вся такая правильная и рассудительная, что невольно закрадываются сомнения.

Замолкает на секунду.

— И кстати, не нужно мне давать советы, как вести машину. Я прошёл такую школу вождения в экстремальных условиях, что могу с закрытыми глазами объехать весь город.

— Останови машину, — требую я.

— Ты что задумала?

— Останови, я сказала. Накаталась уже, спасибо, — продолжаю огрызаться, впиваясь взглядом в его профиль.

— Да что творится в твоей дурной голове? — Он крепко сжимает руль, до побелевших костяшек. Острый взгляд устремлён на дорогу. — Я обещал Лизе, что довезу тебя до дома, и я своё обещание выполню.

Градус напряжения в салоне увеличивается в геометрической прогрессии, но меня уже не остановить.

— Что она в тебе нашла, а? — качаю головой, а внутри всё полыхает от возмущения. — Я вообще не понимаю. Ты самоуверенный, самонадеянный, наглый тип! Считаешь, что вправе диктовать условия, на которых такая шикарная девушка, как Лиза, может быть с тобой, покорно их соблюдая. И тогда доступ к телу господина Макея будет открыт!

Его хриплый смех разносится по салону машины, будто я только что сморозила полнейшую чушь. Да как бы не так! Я своими ушами слышала их разговор, когда он предлагал Лизе отношения на своих условиях. И если отделить зёрна от плевел, то Дима очень красиво и профессионально заполучил ни к чему не обязывающий регулярный секс.

— Ты вообще знаешь хоть что-то о ней?

— Например, что? — бросает, продолжая буравить дорогу взглядом.

— Например, то, что Лиза не празднует свой день рождения, который, кстати, ровно через две недели.

— Почему не празднует? — раздражённо спрашивает, скорее для приличия.

— Тебе правда интересно или от скуки хочешь знать? — подначиваю.

— Леа, прекрати. Я не монстр, каким ты себе меня навоображала. Скажи, почему она не отмечает свой день рождения? — на его лице мелькает усталость, а голос смягчается.

— Лучше, если она расскажет тебе это сама, когда будет готова.

В квартиру врываюсь будто за мной гонится сумасшедший с цепной пилой. Наедине с Димой я провела не больше получаса, а такое ощущение, что побывала на длительном сеансе у психотерапевта, вытаскивая на поверхность самые болезненные эпизоды своей жизни. Я в таком бешенстве, что готова идти дрова колоть до изнеможения, лишь бы выплеснуть негативную энергию и привести себя в порядок. Давно хотела записаться в «Формулу спорта». Кажется, настал подходящий момент.

Глава 10 Серая мышь

Дима

Доезжаю до своего дома за пять минут. Глушу мотор и растираю пальцами виски. Нужно успокоиться, иначе придётся ехать в клуб и колотить грушу до полной отключки. После трёх дней на тренировочном полигоне я планировал провести эту ночь с Лизой, а не с боксерскими перчатками. И как у этой «серой мыши», ее подружки, получается выбесить меня за считанные минуты? Что в прошлый раз — утром первого января, что сейчас. Да, не спорю, в прошлый раз я грубо и напористо её провоцировал и хотел вывести девчонку на эмоции! Видеть её настоящую реакцию, чтобы взбрыкнула и послала меня куда подальше, а не наблюдать за этой фальшью…

Я никогда не позволял себе неприглядную критику в отношении женщин, но эта Леа… Она самая настоящая «тёмная лошадка» в обличии порядочной девочки. Вся такая правильная, бескорыстная, готовая броситься на помощь другим в ущерб себе. Разве так бывает? Какой-то бред!

Никогда не поверю, что человек помогает другому просто так, не преследуя свою цель. У каждого есть скрытый интерес. Ты мне — я тебе. В нашем мире только так это работает.

Эта сумасшедшая выскочила из машины как ошпаренная и хлопнула дверью так, что стекла в салоне заскрипели. К слову, как и моя челюсть от злости. Швырнула вскользь фразу, что Лиза не отмечает свой день рождения, будто это совсем не важно, но на самом деле охренеть как важно. Мне вообще какое должно быть дело до этих бабских штучек? Договаривались же, без близких отношений и деталей личной жизни. Праздники и дни рождения не относятся к сексу без обязательств. Может, они вообще сговорились между собой? Лиза подослала своего верного серого пажа, чтобы продавить мое к ней отношение? Пытаюсь сложить хоть какую-то логическую цепочку в голове, но детальки от разных пазлов ни хрена не складываются вместе.

И тогда в лесу… зачем она кинулась в мою сторону загораживать своим телом от фейерверка? Служба 911, тоже мне. Что она обо мне знает? Может, я убийца, или преступник, или просто по жизни гнилой человек?