Анни Рихтер Ашара. Начало

Глава 3

Ода — гранёная бусина чёрного стекла в Ожерелье Хааша (мир Изначальный).

Цитадель Дорен Джан (Кровавый Дорен).

Дорен встретил девчонок сумраком и непогодой.

Ледяной ветер гнал по булыжной мостовой мелкий мусор вперемешку с оборванной листвой и бутонами цветов. Затянутое тучами небо, местами угольно-чёрное, местами серое с металлическим отливом, и везде бугристое, поглотило башни цитадели и теперь готовилось растворить в себе улицы города. Огни тех масляных фонарей, что ветер ещё не успел погасить, испуганно метались в закопчённых стёклах ламп.

Против ожидания Альи, у Врат их не ждала ни стража с кандалами, ни даже разгневанная госпожа Руж, и бедняжка чуточку приободрилась. Спустившись хорошо знакомыми ступенями и пробежав, подгоняемые попутным ветром, через опустевшую площадь перед купальнями, девчонки брели улочками жилых кварталов. Дрянные платья их продувались насквозь, заставляя жаться к стенам в поисках тепла.

Кайра, дрожа крупной дрожью, то и дело пыталась прибавить шагу, но недоразумение в лице маленькой девочки, которую она тащила за собой, упорно препятствовало попыткам.

— Я никогда ещё такого не видела! — воскликнула, задрав голову, Алья. — Жутко, но красиво! Правда ведь, Кайра?

— Бр-р-р! — ответила та.

— И холодно, да... — восхищенная видами, Алья позабыла о пронизывающем ветре, что невероятно досаждал подружке. — Жутко и холодно, но всё равно красиво! Смотри, Кайра! — запрыгала она в восторге. — Сырная башня исчезла! Та чёрная туча её съела!

Кайра, не предприняв ни малейшей попытки выразить заинтересованность, угрюмо топала вперёд, втянув в плечи тощую шею. Маленькая девочка без конца спотыкалась, ещё больше замедляя их продвижение. И всё же центр города с его жилыми домами и торговыми площадями понемногу удалялся — показались кварталы ремесленников.

Здесь было куда более многолюдно. Внезапно разгулявшаяся непогода не являлась весомой причиной для прекращения работ, и по улицам, время от времени останавливаясь, чтобы обеспокоенно взглянуть на угрожающе нависающее небо, сновали носильщики с объёмными тюками, а из помещений цехов доносились разнообразные шумы.

Дорен Джан был крупным торгово-ремесленным центром — многочисленные Врата тому способствовали. Пять зрячих, отмеченных Узором и украшенных Первоначалами, позволяли торговать с землями иных миров-бусин Ожерелья. Дюжина слепых — с цитаделями Оды, избегая опасностей, поджидающих по неправильную сторону крепостных стен. И всё же товарообмен с соседями шёл, в основном, песками Великих пустынь — далеко не каждую вещицу удавалось пропихнуть в арку Врат! В качестве тягловых животных традиционно использовались мбанги.

Стойла их располагались в отдалении, под самой крепостной стеной, и на то была хорошая причина: мбанги воняли... Нет, даже не так — мбанги ВОНЯЛИ. В жаркие дни исходящие от загонов ароматы распространялись далеко за пределы квартала погонщиков, сбивая с ног — в самом буквальном смысле — непривычных к ним горожан. По вечерам же, после работы в стойлах, погонщики и их ученики разбредались по тавернам Дорена, унося с собой неповторимый, вышибающий слезу аромат.

Впрочем, ремесло погонщика мбангов было уважаемо и хорошо оплачиваемо, а потому владельцы таверн закрывали на это мелкое неудобство свои слезящиеся глаза.

— Сегодня тут как будто меньше смердит, — вынуждена была признать Кайра одно неоспоримое преимущество холодной, ветреной погоды. — Вон уже ворота показались, а я ещё могу дышать через нос.

Широкие створки главного въезда были распахнуты, и девчонки осторожно заглянули внутрь. Там на утоптанной площадке, окружённой подсобными помещениями, складами для хранения товаров и, конечно же, зданиями со стойлами, царило оживление.

Кайра, хоть она и убеждала подружку в обратном, в пунктуальности этого каравана ни капельки не сомневалась. Он, как верно подметила Алья, всегда приходил день в день. И всё же... девчонка испытала облегчение, ещё издали заслышав шум и гам. Дожидаться возвращения братьев, прячась от стражи по закоулкам, в компании хнычущей малявки, да в такую погоду, ей хотелось меньше всего.

Незаметно проскользнув во двор, девчонки спрятались за удачно вставшей телегой и стали обозревать окрестности.

— Эй, смотри, — ткнула пальцем Кайра, — не старик ли Тамиля там?

На другом конце площади прохаживался, раздавая распоряжения, мужчина средних лет, высокий и черноволосый. Вокруг плеча у него был обмотан хлыст — обязательный атрибут погонщика.

— Он, — вглядевшись между деревянными спицами колеса, одними губами подтвердила Алья. — Точно он. — И испуганно ойкнула.

К дружбе Тамиля и Сауля с девчонками отец братьев — главный погонщик каравана, человек жёсткий и требовательный, — относился неодобрительно. Кайра подозревала, что не последнюю роль играло их с Альей приютское происхождение, и отца Тамиля за высокомерие откровенно недолюбливала. Была, впрочем, и другая причина — о ней девчонка помалкивала.

— Помнится мне, в прошлый раз старик — чтоб ему по пескам бродить, пока ноги по колено не сотрёт! — вывел меня отсюда за ухо да на цыпочках, — с неприязнью в голосе сказала Кайра. — Не будь он отцом Тамиля, я бы этого так просто не спустила! Идём, — махнула она рукой, — постараемся не попасться ему на глаза!

Прячась за гружёными телегами, девчонки прокрались вдоль стены ко входу и прошмыгнули в стойла.

Внутри было тепло и уютно... если абстрагироваться от запаха, конечно. Мбанги — массивные, с неуклюжими лапами и короткой вьющейся шерстью — лениво пережёвывали сухую траву в стойлах. На гостей они не обращали ровным счётом никакого внимания.

Снова спрятавшись, на этот раз за пирамидой законопаченных бочек, девчонки прислушались и, к своей радости, услышали знакомые голоса, доносившиеся из глубин помещения.

Поплутав в лабиринте деревянных заграждений, они вышли к источнику звука.

Парни мыли мбанга.

Сауль, стоя на бочке, поливал из ведра, пока Тамиль, засучив рукава рубахи, усердно начищал щёткой курчавый бок.

Двоюродные братья, различались они поразительно. Тамиль, как и его отец смуглый, отлично сложенный, со смоляными волосами ниже плеч, собранными в хвост, был неутомимым весельчаком. Сауль, светлокожий, с коротким соломенным ёжиком, крепко сбитый и не по возрасту сильный, был, напротив, флегматичным увальнем.

Прячась за досками стойл, девчонки подобрались ближе. Парни, целиком и полностью поглощённые работой, их, казалось, не замечали. Мбанг, мерно двигая нижней челюстью, грузно перетаптывался — бочка Сауля ходила ходуном, и тот, пытаясь удержаться и не упустить ведро, беззлобно ругался, веселя стоящего на земле брата.

Кайра, нащупав под рукой россыпь мелких камешков, хитро взглянула на подружку и, показав ей «тсс!», швырнула парочку в сторону Сауля. В парня она, разумеется, не попала. Пошарив по полу, девчонка попыталась ещё раз... Успех! Сауль пошатнулся и недоуменно заозирался, а подружки захихикали, зажимая ладошками рты.

— Готов поспорить, Кайра, — ухмыльнулся, отбрасывая щётку, Тамиль, — ты думаешь, что кидаешься камешками... Огорчу, ты ошибаешься!

— Привет, Кайра, — пробасил Сауль. — Привет, Алья!

— Привет, Сауль! — вежливо откликнулась Алья из-за досок.

— Как вы узнали, что это мы? — возмутилась Кайра, высунув голову.

— Дай-ка подумать, — наморщил в притворных размышлениях лоб Тамиль, — гм... кто-то ползает на карачках по стойлу и швыряется навозом... Кто бы это мог быть? А, брат?

Сауль хохотнул и, поставив ведро на бочку, шумно спрыгнул вниз. Тамиль, с лукавой ухмылкой, начал спускать рукава. Спускал он их необычно осторожно, но раздосадованная Кайра не придала этому значения.

Прятаться больше не имело смысла, и девчонки вышли из укрытия. Ведя ребёнка за собой, Кайра брезгливо трясла свободной рукой, раздумывая, обо что бы вытереть...

И, в конце концов, смахнула налипший навоз, похлопав свою малолетнюю спутницу по спине.

— О-па! — тут же воскликнул Тамиль. — Вас уже трое! У тебя сестрёнка появилась? — и подмигнул. — А, Кайра?

На пути к стойлам девчонка, естественно, размышляла, что соврать братьям. В отличие от излишне порядочной Альи, никаких угрызений совести она не испытывала. Опыт, впрочем, подсказывал, что, спокойствия ради, в некоторые малозначительные детали — вроде нарушенного обещания, неприятности с послом и обстоятельств появления «сестрёнки» — вдаваться не стоит. Никакая приличная ложь в голову Кайре, к её досаде, не пришла. Поэтому она, проигнорировав глупый вопрос, пошла в наступление.

Усадив ребёнка на бочку, Кайра, тыча пальцем в широкую грудь Тамиля, изложила братьям уже знакомую Алье историю.

— Мда, — хмыкнул Тамиль, когда девчонка выдохлась. — Я сказал, переулок Песельников. Песельников, а не Висельников.

— Висельников! — подскочила от возмущения Кайра. — Ты сказал, ищи дядьку Роша в переулке Висельников! Я собственными ушами слышала!

— Песельников, — невозмутимо повторил парень. — Уши мой лучше!

— Кто бы говорил! — взвилась Кайра. К вопросам гигиены девчонка подходила спустя рукава, но подобного замечания — да ещё от кого! От ученика погонщика мбангов, которого люди при встрече огибают с наветренной стороны — стерпеть не могла. — Ты смердишь, как выгребная яма! Даже хуже! Как... как... — тут фантазия Кайры дала сбой. — Ты сказал, переулок Висельников! — с напором продолжила она. — Алья, подтверди!

Алья, честная Алья, печально вздохнула. Девочка отлично помнила слова Тамиля, но Кайра была её лучшей и единственной подружкой.

— Висельников, — прошептала она, густо покраснев.

— Врунишка! — отозвался Тамиль. — Я сказал, Песельников. Сауль, подтверди!

Кайра, сверкая глазами, уставилась на соломенноволосого парня. Она уже поняла, что ошиблась, но признаваться не собиралась.

«Ну нет, брат, — подумал Сауль, — ты знаешь, я ради тебя всё, что угодно... но тут ты уж как-нибудь сам», — а вслух, почесав затылок, благоразумно сказал: — Давненько оно было, я и запамятовал уже.

Услышав это, Кайра издала торжествующий вопль, а Тамиль развёл руками, признавая вынужденное поражение.

— Я даже не знаю, что более удивительно, — широко ухмыльнулся он. — Переулок Висельников в Катор Эда, где тоже живёт часовщик... или то, что у него оказался нужный заводной ключ!

Настало время переходить к неизбежной части разговора.

— Кстати, э-э-э... о ключе, — замялась Кайра, — помните, мы э-э-э... договаривались, что попробуем, подходит ли он к шкатулке, когда вы э-э-э... вернётесь?

— Я так и знал! — мгновенно догадался Тамиль. — Нет вам обеим веры!

— Чего? — недоуменно уставился на брата Сауль. — Это почему?

— Они, — ткнул пальцем в сторону подружек Тамиль, — нас не дождались!

Возмущение в его голосе — пожалуй, чересчур искреннее — наводило на мысль, что подобный исход парня не только не удивил, но даже и не слишком-то огорчил.

— Но мы же условились... — пробасил Сауль разочарованно и посмотрел почему-то на Алью.

— Это была её идея! — виновато пискнула девочка, указав на подружку.

— Мы хотели вас дождаться! — начала оправдываться Кайра. — Честное слово хотели!..

— Ну-ну, — хмыкнул Тамиль.

— Да послушай же ты! — воскликнула девчонка. — Это всё мелочи, главное другое! Ключ подошёл, и шкатулка рассказала нам, что записано на кулончике... Первоначала, только чужим языком! Ни я, ни Алья ничего не поняли, а малявка, — Кайра тоже ткнула пальцем, — поняла! Да не опробуй мы ключ ещё в приюте, — горячо продолжила она, — ха! До са́мого Поправления Ожерелья гадали бы, что болтает глупая коробочка!

Тамиль с лукавым выражением лица кивал в такт каждому её слову. К пламенным речам он был невосприимчив, во многом потому, что сам отлично умел их произносить. Когда Кайра умолкла, парень моргнул, усилием воли принимая нарочи́то невозмутимый вид.

— И-и-и возвращаясь к моему первому вопросу, — сказал он. — У тебя сестрёнка появилась? Может, познакомишь?

— Пф-ф-ф, никакая она мне не сестрёнка! Это э-э-э... — имени маленькой девочки Кайра не знала, — это Плакса. Она из нашей комнаты. Новенькая. Нам э-э-э... поручили за ней приглядывать.

— Почему Плакса? — шёпотом удивилась Алья.

— Потому что она ноет, — раздражённо ответила Кайра.

Маленькая девочка, сидя на бочке, безучастно смотрела на свои босые ноги. Обувь полагалась только старшим воспитанникам.

— Хочешь сказать, эта малышка единственная в Дорене понимает язык кулончика? — недоверчиво уточнил Тамиль. — И так совпало, что она оказалась именно в вашей комнате?

— Нам повезло, — легкомысленно откликнулась Кайра.

— Я даже не знаю, что более невероятно, — заухмылялся парень, — это... или то, что тебе поручили за кем-то приглядывать!

Сауль хлопнул брата по плечу и хохотнул, о чём немедленно пожалел. Кайра, не терпевшая насмешек, яростно вперилась в парней взглядом.

— Гм, — поперхнулся Тамиль, — случается же такое! — и заинтересованно продолжил: — А что-нибудь ещё на кулончике было?

— Что-нибудь ещё?! — возмутилась девчонка.

— Указание, где искать сокровище? — предположил Тамиль. — Сто шагов на восток от Врат, три круга вокруг пня, сплясать жертвенный танец, копать там, где крестик! — а потом посерьёзнел: — Первоначала — это здорово, но очень уж неопределённо. Ты уверена, что она всё перевела?

— Э-э-э... — чуть поостыв, сказала Кайра, — она не то чтобы перевела... Я забыла упомянуть, что Плакса не говорит по-нашему. Она нарисовала Первоначала... Вроде тех, что на пилонах Врат площади Трёх безумных консулов! Девять от одного Узора и э-э-э... два от другого.

— От другого? — переспросил Тамиль, а Сауль, покосившись на брата, пошкрябал затылок.

— На кулончике записаны Узоры двух Врат, — сказала Кайра.

— А может трёх или четырёх, — тихонько уточнила Алья. — Мы ведь до конца не дослушали...

— Ага, — охотно подхватила Кайра. — Трёх или четырёх! Вот поэтому мы малявку с собой и притащили... Э-э-э, в смысле, хорошо, что Плакса согласилась помочь!

— Гм, понятно, — задумчиво сказал Тамиль. Интонация, впрочем, говорила об обратном. — Нам с Саулем надо сперва тут закончить, а то Цветочек наш, — парень кивнул на меланхолично жующего мбанга, — уже совсем заскучал. И остальной караван тоже, гм, скучает... а у нас — готов поспорить, ты заметила! — всего две пары рук.

— Угу, — простодушно вздохнул Сауль, — до утра провозимся, не иначе.

Кайра притворилась, будто намёка Тамиля не услышала. К счастью, тот, зная девчонку, на помощь и не рассчитывал.

— Сделаем так, — предложил парень, — встретимся завтра в полдень. Шкатулку прихватите...

— Мы с братом хоть послушаем, как она говорит, — вставил Сауль. — Я говорящую птичку однажды слышал, а вот шкатулку — ещё никогда.

— ...и сестрёнку свою, Кайра, не забудь, — снова подмигнул Тамиль.

— Я же сказала, она мне не сестрёнка! — возмутилась девчонка, но быстро сообразила, что это не главное. — В смысле, завтра в полдень?! — заорала она. — Вы оба оглохли, что ли? У нас есть Первоначала первого Узора! Мы можем отправиться, — тут она осеклась, вспомнив, что не в своей комнате, и громким шёпотом продолжила, — ну, вы знаете куда... прямо сейчас! А Цветочек ваш и грязным походит! Ха, разницу между мбангом мытым и немытым всё равно не унюхаешь!

— Да мы только вернулись, — резонно заметил Сауль и похлопал животное с совершенно неподходящим ему именем по влажному рыжему боку. — Нам дела доделать надо, прав брат, не то отец серчать будет. А после — помыться бы, переодеться... Сама ведь жалуешься, пахнем, говоришь. Да и поспать не мешало бы. Куда такая спешка?

— Э-э-э, — замялась Кайра, — появилось обстоятельство...

«И это обстоятельство, пока мы болтаем, требует от господина Шаля выдать воришку», — печально подумала Алья, а вслух сказала, неловко пытаясь выручить подружку: — Дело в том, что кое-кто кое-что кое у кого позаимствовал... и этого кое-кого теперь ищут стражники... — Кайра свирепо уставилась на Алью, и та, ойкнув, умолкла.

— Кое-кто кое-что кое у кого позаимствовал? — с ухмылкой повторил Тамиль.

— Кошель! — рявкнула девчонка. — Я вытащила кошель у растяпы, а он оказался послом! Посло-о-ом! Ну кто бы мог подумать?!

— Она не специально, правда ведь, Кайра? — быстро добавила Алья.

— Конечно, я не специально! — подтвердила девчонка. — Стала бы я с послом связываться? Мало ли вокруг других, попроще! Э-э-э, в смысле, мне очень, о-о-очень стыдно. Заимствовать... воровать нехорошо... Я это имела в виду.

Тамилю, в общем-то, честному малому, было что сказать. Момент, однако, выдался неподходящий.

— Тогда и впрямь стоит поспешить, — согласился он. — Сауль, брат, помнишь, где спрятаны вещи? — Сауль утвердительно кивнул. — Я возьму ружья, — продолжил Тамиль. — Встречаемся у камня на пути к площади Трёх безумных консулов... И ещё, Кайра, держись подальше от чужих карманов!

— Ага, — отмахнулась Кайра, пропуская совет мимо ушей. Именно так она поступала с любыми советами, кто бы их ни давал.

— Идем, — махнул девчонкам рукой Тамиль. — Выведу вас отсюда незаметно.

Движение вышло болезненно неловким, и Кайра обратила наконец внимание.

— Что это у тебя с рукой? — полюбопытствовала она, собравшись было насмешливо предположить: «Никак твари пустынные покусали?» — но осеклась, заметив в сумраке помещения, что через висок и правое ухо парня протянулась багровая полоса.

Отец был суров к Тамилю. Не будь парень вылитой копией своего старика, только на полжизни моложе, можно было бы подумать, что это он, а не Сауль, приёмный. Его избивали безжалостно за любые, даже самые пустячные, провинности. «Тамиль, конечно, порядочная скотина», — признавала Кайра. Ей не хватило бы пальцев сосчитать, сколько раз она хотела удавить его лично, и всё же... Именно жестокость старика Тамиля к сыну и была второй причиной, почему девчонка отца братьев недолюбливала.

— В дороге развязался узел, и один из мешков упал, — со вздохом пояснил Сауль. — И отец протянул Тамиля хлыстом — в наказание. Только брат-то ни причём, — добавил он виновато. — Тот узел я вязал. Я отцу, ясно, сказал, но досталось всё равно только Тамилю...

— Ты не переживай, — успокоил брата парень. — То было за дело.

— Скотина он, твой старик, — возмутилась Кайра. — Так ему и скажу, как в следующий раз увижу.

— Будешь говорить, держись подальше, — посоветовал Тамиль, ухмыляясь. — Чтобы отец не дотянулся хлыстом.

Чуть позднее девчонки сидели в стенной нише у камня.

Раньше здесь была молельня — во всяком случае, так считалось в народе — и камень, сейчас абсолютно гладкий, вероятно, являл собой прежнего, давно позабытого божка. Площадь Трёх безумных консулов открывалась в арке в отдалении.