Венецианское завещание

Анна Князева
Венецианское завещание

Глава 13
За знакомство

В салоне автомобиля сидели двое. За рулем – Лысый Леннон, рядом – в расслабленной позе – мужчина лет тридцати. Он молчал и этим особенно действовал Леннону на нервы.

– Я вот о чем думаю… – Леннон заговорил первым.

– Ну?

– Как вы там, на зоне, без баб обходились? Скажи, Серега…

– Да пошел ты!

Серега обиженно отвернулся, его неожиданно разозлил этот житейский вопрос.

Не сдержавшись, Леннон захохотал:

– Вернемся в Москву, я тебя в такой бордельеро пристрою…

– Да пошел ты! – повторил Серега.

– Короче, давай поговорим, а то засну, и будут нас с тобой потом, как кильку бланшированную, из машины выковыривать.

– Меня уже тошнит от этих поездок.

Лысый Леннон снял очки и обеими ладонями потер глаза:

– Не вопрос. Ты только скажи, я тебе другую командировку выпишу. – В его словах послышалась откровенная угроза.

Серега не знал, что для него страшнее: дождаться обещанной «командировки» или видеть, как неуправляемая машина несется по встречной полосе со скоростью сто двадцать километров в час.

Наконец Лысый Леннон опустил руки на руль.

– Черт, неужели не догоним девчонку? Как объяснить Наде… – Он устало заворочался в кресле.

– Не понимаю, чего ты перед этой мартышкой на цырлах упражняешься, впарил бы ей в лобешник…

– Заткнись.

– …строит из себя…

– За-а-аткнись, – Леннон заговорил подозрительно низким голосом.

– …кошка драная. Задница – с кулачок. Тьфу! Смотреть не на что: высирок куриный. Х-х-х-ы-ы-ы…

– Еще раз тявкнешь, убью.

Серега затих, не зная, чего можно ожидать от этого лысого, в круглых, как у Леннона, очках человека. Припав к боковому стеклу, он без интереса смотрел на мелькавшие в темноте дома.

Внезапно машина резко вильнула вправо и остановилась у придорожного ресторана под названием «Посидим».

– Посидим? – Лысый Леннон первым вышел из автомобиля.

Серега угрюмо проследовал за ним. Позади сработал центральный замок и хрюкнула система сигнализации.

Когда поднялись на крыльцо и открыли входную дверь, в лицо пахнуло прокисшей едой и табачным дымом. В заведении было жарко. Под самым потолком вращались турецкие вентиляторы. Из динамика лилась музыка. За столами – не больше десятка посетителей.

Они выбрали огороженный диванами стол у окна, чтобы видеть оставленную во дворе машину.

– Поесть? – осведомился подошедший официант с блокнотом.

– Да, – сказал Леннон, усаживаясь за стол.

– А выпить? – весело подмигнул официант.

– За рулем не пью. Меню подай.

– Да я вам и так скажу. Бефстроганов, фирменные котлеты «Посидим» и картофель фри.

– Это все? – спросил Лысый Леннон.

– Все.

– Тогда принеси два бефстроганова с картошкой и кофе свари.

– Не варим-с, «Нескафе» у нас.

– Тогда чай.

Официант сделал записи и, склонившись, на всякий случай переспросил:

– Может, все-таки водочки?

– Нет.

– Уверены?

– Тебе что, письменно подтвердить? Мое пердило подтвердило! – неожиданно взорвался Серега.

В этот момент над буфетом с железным скрипом провернулся зеркальный шар. Направленный на него луч прожектора рассыпался многочисленными искрами. Погас верхний свет, музыка зазвучала громче. В дальнем углу зала появились танцующие парочки.

Официант принес тарелки. Увидев скрюченные ломти картофеля, Лысый Леннон поморщился.

– Из микроволновки?

– А вы думали, за тридцатку для вас шеф-повара из Парижа выпишут?

– Убери. Принеси чай и какие-нибудь булки.

– А за это кто будет платить? – Официант оглянулся и, отыскав глазами здоровенного верзилу, подал ему условный знак.

– Мы заплатим, заплатим, браток, принеси чай и ни о чем не волнуйся, – сказал Серега. Голос его при этом был неестественно миролюбивым.

– Принеси… унеси… – пробурчал официант и с грохотом собрал столовые приборы. – Сами не знают, чего хотят.

Он прихватил тарелки и снова кивнул вышибале. Тот расслабился, уселся на табурет, открыл бутылочку с пивом.

Холодный чай принесла официантка. Лысый Леннон сделал предупреждающий жест рукой.

– Счет принеси.

– И позови того, что подходил первым, – попросил Серега.

– Кирилла Осипыча?

– Кирилла Осипыча. Позови.

Через минуту к ним подошел недовольный официант.

– Хорошо тут у вас, – сказал Серега. – Присаживайся, друг, а девчонке скажи, чтобы водочки принесла. Или нет, лучше коньяку, и подороже.

Кирилл Осипович присел на край дивана:

– Ваш счет…

– Сколько там? Двести пятьдесят? Возьми пятьсот, дорогой. – Серега протянул деньги.

– Спасибочки… – Кирилл Осипыч удовлетворенно пискнул. – Значит, коньячку… две бутылочки?

– Неси три.

– Я мигом.

– Ты что задумал? – спросил Лысый Леннон, когда официант ускакал в подсобку.

– Подожди…

Серега внимательно осмотрел зал, отыскивая взглядом охранника. Тот, поднявшись со стула, подался на кухню.

– Вот… – Возвратившись, Кирилл Осипович проворно выставил бутылки на стол.

– Садись. – Серега похлопал рукой по искусственной коже дивана. – Да нет, не на край, сюда иди, в уголок.

Официант сноровисто пробрался в угол. Прежде чем сесть, он открыл коньяк и разлил его по рюмкам.

– За знакомство?

– За знакомство…

Серега неожиданно обнял Кирилла Осиповича и ударил кулаком под дых. Тот резко дернулся, обмяк и откинулся на спинку дивана.

– Пойдем. – Серега встал и, прихватив со стола бутылку, сунул ее в карман.

Они вышли из заведения, сели в машину, поехали. Серега закинул назад голову и громко загоготал.

– Дурак чертов. – Леннон прибавил скорости.

– Смотри! – заорал вдруг Серега. – Это же ее машина! Гони!

Глава 14
За мной гонятся

Дайнека смотрела в зеркало заднего вида. На светофоре ее снова догнал черный «БМВ». Стало ясно, все не так плохо, как она думала.

Все гораздо хуже…

В первый раз от преследователей ей удалось оторваться еще в Брянске. Но уже на въезде в Москву Дайнека снова увидела знакомый автомобиль.

Она кружила по городу и не могла придумать, что делать дальше.

– Что делать… что делать?

Схватив телефон, набрала номер.

– Мура!

– Что случилось? – Он еще не понял, насколько плохи ее дела.

– Мура, за мной гонятся. Я нашла купчую…

– Я так и знал, – сказал он тоном трагического актера. – Порка миа… Кто, кроме тебя, знает о существовании этой бумаги?

– Мура, – Дайнека говорила глухим, хриплым голосом, – за мной гонятся.

– Понял, – сказал он. – Немедленно приезжай в университет, у меня сегодня занятия с вечерниками. Буду ждать тебя у главного входа сразу за дверью. Как только войдешь, отдаешь мне купчую и идешь дальше. Пройдись и возвращайся в машину, потом гони домой. Скорее всего, они попытаются обыскать тебя. По крайней мере не найдут документ, а там будет видно.

– У меня тут целая коробка…

– Тогда вези все!

– А если ты… если с тобой… – заволновалась Дайнека.

– Не успеют! – Мура усмехнулся. – Я поеду на почту и отправлю купчую заказным письмом в центральное почтовое отделение Венеции. На твое имя. Там и получишь его послезавтра. С карабинерами!

– Господи! – вырвалось у нее. – Какой ты молодец! Еду!

– Больше не звони со своего телефона, и я тебе не буду. Все поняла?

– Да!

Потом она позвонила отцу и, отделавшись общими фразами, пообещала перезвонить, но уже из Италии.

Дайнека вдавила педаль в пол, посмотрела в зеркало на преследователей. Казалось, ей никуда от них не уйти. На сиденье рядом с водителем темнел еще один мужской силуэт.

Она свернула в проезд, который вел к университету, и остановилась у крыльца.

Хлопнув дверцей, Дайнека запрыгала по ступеням и, не оглядываясь, залетела в вестибюль. Правая рука нащупала нужную бумагу в сумке и, как только она увидела Маурицио, немедленно передала ему купчую и коробку.

Спустя мгновение его уже не было поблизости, а Дайнека неспешным шагом проследовала дальше по коридору. Скорее почувствовала, чем увидела боковым зрением, как в вестибюль заскочил лысый человек в очках.

Мотаясь по пустынному зданию, она ловила взглядом сияние глянцевой лысины своего преследователя. А когда вышла на улицу, дверца автомобиля оказалась незапертой, хотя Дайнека твердо помнила, что нажимала кнопку центрального замка. В машине наткнулась на явные следы обыска…

Зная, что ее непременно перехватят и обыщут, она решила, что пусть это будет не дома. Где угодно, только не там. А значит, нужно предоставить им такую возможность. Она свернула на стоянку и уже через минуту «легкомысленно» шагала по своей улице.

Дайнека шлепала по снежной жиже, вдыхая будоражащий, почти весенний воздух, зная, что будет дальше.

Все случилось обыденно и по-деловому. Рядом с ней остановилась машина, из нее вышли двое мужчин. Дайнеку взяли под руки и прижали к стене дома прямо на глазах у прохожих, которые не особенно интересовались тем, что происходит. Один из преследователей, лысый в круглых очках, снял с ее плеча сумку и, присев, вытряхнул содержимое на тротуар, выбрав место посуше.

Второй обыскивал девушку. Она почувствовала, как мужские руки, расстегнув куртку, ощупали грудь и спину, потом скользнули вниз. Ловко, ударом ботинка, он заставил ее шире раздвинуть ноги и равнодушно проверил пах.

Босая и без шапки, она все так же стояла у стены, а бандиты, обыскав ее дважды, решали, что делать дальше.

Вглядываясь в их лица, Дайнека тупо отметила, что у лысого лицо палача, другой похож на убийцу.

«Теплая компания», – ирония и сейчас не оставляла ее.

– Пойдем, – скомандовал лысый «убийце» и поспешил к машине, на ходу разговаривая по телефону.

Дайнека надела ботинки, собрала рассыпанные вещи, закинула сумку на плечо и заставила себя идти…

 

Долго стояла под душем и, в третий раз намыливая мочалку, оттирала от тела как будто прилипшие прикосновения суетливых бандитских рук.

Глава 15
Надя

– Не верю… Этого не может быть… Идиот!

– Надя, я не понял, почему ты так со мной разговариваешь?! – Лысый Леннон покосился на своего приятеля, и тот немедленно отвел глаза в сторону. Ему хорошо были слышны слова Нади.

– А как еще с тобой говорить, Нодарик?! – Возмущенный женский голос с треском вырывался из маленького мобильника.

Лысый Леннон отстранил трубку от уха и откинулся на спинку автомобильного сиденья.

– Как такое могло случиться? Она была у тебя в руках, и ты ее упустил! Ты хоть понимаешь, о каких деньгах идет речь?!

Лысый Леннон молчал…

– Вы хорошо проверили сумку?

– Даже подкладку порвали!

– Одежду? Девчонку обыскали?

– Обшарили каждый сантиметр… Ничего!

– Ладно. Через полчаса жду тебя в «Порто».

– На Шмидтовском?

– Да…

– Буду через сорок минут.

– Тогда я успею сделать маникюр…

– Что?! – взревел Леннон.

– Жду в «Порто»… – Она отключилась.

Завидев черный «БМВ», служащий ресторана взмахнул рукой. Лысый Леннон припарковался там, где ему указали.

– Здравствуйте, Нодари Кириякович…

– Здравствуй. – Он протянул парковщику пятисотрублевую купюру, и тот проводил его до самых дверей.

– Серега! – окликнул приятеля.

Серега не отзывался. Он рассматривал фотографии, выставленные на обозрение у входа в ресторан.

– Смотри!

Лысый Леннон пробежал взглядом по лицам. Здесь были снимки знаменитых артистов, певцов, крупных политиков. Все они были увековечены в стенах этого ресторана, видимо, многие из них являлись его завсегдатаями.

На всех фото присутствовал один и тот же человек. Он улыбался с радушием гостеприимного хозяина, и в нем легко угадывался славный представитель многочисленного грузинского сообщества города Москвы.

– Кто это? – спросил Серега, постучав пальцем по стеклу.

– Хозяин…

– Хозяин? – напряженно переспросил Серега, он еще не распрощался с тюремным жаргоном и с трудом воспринимал «гражданскую» лексику.

– Хозяин заведения, – хмыкнул Лысый Леннон.

– Понял.

Официант в зеленом фартуке сопроводил их до столика.

– Что будешь есть? – спросил Лысый Леннон.

– Сам выбирай, я в этом не разбираюсь. Пишут одно – приносят другое.

– Не здесь… – рассеянно обронил Лысый Леннон и знаком подозвал официанта.

– Слушаю, Нодари Кириякович…

– Спагетти с морепродуктами, бутылку красного вина… Да! Не забудь лаваш!

– Сделаем, – заверил официант и заторопился на кухню.

– Поешь – и дуй в машину, – велел Сереге напарник.

– А ты?

– Я Надю подожду.

Серега кивнул и огляделся. Он хотел понять, почему именно здесь бывают все те люди, фотографии которых он только что видел. Нарочитая непритязательность интерьера наталкивала на мысль, что все самое главное в этом ресторане происходит на кухне.

Кроме зала, где сидели они, был еще один, у самого входа. Вне всяких сомнений, существовали и отдельные кабинеты, но сложно угадать, где именно.

– Ешь!

На тарелке, скрученные вороньим гнездом, дымились спагетти, утыканные черными пятнами ракушек и политые подливой, источающей аппетитный запах.

– А это зачем?.. – Сглотнув слюну, Серега ткнул пальцем в сторону вазочки с чем-то белым, похожим на порошок. Из его середины торчала ложка.

– Пармезан, сыр, – поспешил ответить официант. – Это, конечно, на любителя – к рыбе, но мы на всякий случай подаем.

– Принеси «Эспрессо». Сейчас, – приказал ему Лысый Леннон и, повернувшись к Сереге, спросил: – Вкусно?

Втянув в рот длинную макаронину, тот подтвердил:

– Класс!

– Я здесь частенько бываю. – Лысый Леннон окинул глазами стены, расписанные морскими сюжетами. – Здесь даже модель корабля есть. Видел? Жаль, только одна и плохонькая… Будь я хозяином, поставил бы штук десять разных. Чтоб с парусами и с пушками.

– Угу, – отозвался Серега.

Лысый Леннон ответил снисходительным взглядом. Мгновение спустя выражение его лица переменилось. Он распрямился, сосредоточив свой взгляд на ком-то за спиной приятеля.

Серега оглянулся.

В зал вошла необычайно привлекательная женщина. Как флагманский корабль, под всеми парусами она устремилась к их столику. Полы наилегчайшего мехового манто живописно развевались за ее спиной.

Швейцар, семенивший позади дамы, едва успел подхватить сброшенную на ходу шубку. Надя, а это была именно она, осталась в тоненьком белом свитере и светло-голубых брюках, обтягивающих стройные ноги в ковбойских сапожках.

На вид ей было не больше двадцати пяти, хотя придирчивый взгляд мог обнаружить в ее внешности штрихи, указывающие на действительный возраст: пресловутый тридцатилетний рубеж был давно позади.

Лицо, узкое и правильное, прямой нос, глаза не большие и не маленькие, твердый взгляд и вьющиеся каштановые волосы ниже плеч. Она напоминала породистую лошадь, норовистую, нервную и хорошо осознающую свое исключительное положение.

Ее тонкие ноздри подрагивали от напряжения, когда она усаживалась на стул, придвинутый официантом.

– Кофе, как обычно… Есть не буду – кусок в горло не лезет.

Официант снова устремился по своему протоптанному маршруту, а Лысый Леннон с тревогой вглядывался в лицо женщины.

– Рассказывай, – кивнула Надя. Можно только удивляться, как решительно и умело она управлялась с мужчинами. – Рассказывай, я говорю.

– В старухином доме ничего не нашли…

– Это я уже слышала. Теперь объясни, почему.

Лысый Леннон повернулся к Сереге:

– Поел?

Тот покрутил головой.

– Иди!

Не смея возразить, Серега встал из-за стола и направился к выходу. И не ошибся бы тот, кто предположил, что он горевал по оставшимся на тарелке спагетти.

Надя помешивала ложечкой кофе.

– Ну?

– Глаз с нее не спускал.

– Дальше, дальше, Нодарик…

– Упали ей на хвост сразу, как только поняли, что девчонка что-то нашла. Иначе зачем убегала? На выезде из Брянска упустили, у самой Москвы – догнали. Определили номер мобильника, поставили на прослушку. Жаль, что на это ушло много времени, наверняка что-то пропустили. Нахальная, сволочь, шустрая.

– Нахальная, говоришь? Ну-ну… – Надя усмехнулась.

– Я с ней не слишком церемонился. Бампером припер, чтоб не дрыгалась.

– Не о том рассказываешь. – Надя откинула волосы назад и уселась, сложив перед собой руки. Она в упор смотрела на собеседника.

– Рассказываю, как было! – огрызнулся тот и продолжил: – Через заднее стекло видел, как она говорила с кем-то по телефону. Ребята из Управления слышали: разговаривала с отцом. Послезавтра улетает в Италию, рейс – в Римини. Потом едет в Венецию.

– А вот с этого момента – подробнее… – вскинулась Надя.

– Это все. Остальное – мелочи, по хозяйству что-то. – И он продолжил: – Подъехала к университету, забежала внутрь. Серега обыскивал машину, я – за ней. Глаз не сводил. Ни с кем не разговаривала, никуда не заходила, покрутилась и вышла. А после того, как поставила машину и пошла домой, мы ее прямо на улице…

– Обыскали?

– Клянусь, Надя! – воскликнул Лысый Леннон. – С ног до головы, даже ботинки сняли. Ничего!

Он залпом выпил вино из пузатого фужера.

– Ты за рулем?

– Да…

– Не пей, когда за рулем. – Надя поднялась со стула и направилась к выходу. – И вот что… Достань мне билет на тот же рейс. Я полечу в Италию вместе с ней.

– А как же я?

– Ты полетишь другим рейсом.

Лысый Леннон отсчитал деньги, кинул на стол и устремился вслед за Надей.

– Ко мне? – спросил он, догнав ее у самого выхода.

– К тебе, – сказала Надя, и он широко распахнул перед ней дверь…

Аэропорт города Римини. Италия. 20 марта, 19 часов 20 минут

«Трагедия» превращалась в фарс. Гулять собирались всерьез, и «праздник» грянул…

Из буфета доносились смех и громкие возгласы. Рядом с Дайнекой шумно уселась растрепанная тетка средних лет, светловолосая, типичная русская из провинции, одетая в недорогую болоньевую куртку и джинсы.

– Валерио, нон вай!2 – заорала она вдруг по-итальянски, но с места не тронулась. Откинувшись на спинку неудобного кресла, продолжала наблюдать за годовалым мальчиком.

Перманентная потеря равновесия уносила малыша то в одну, то в другую сторону, причем отнюдь не туда, куда бы ему хотелось. Каким-то чудом в последний момент он успевал переставлять коротенькие кривые ножки, и было очевидно, что падение предопределено, хотя и откладывается.

– Еще час – и я возвращаюсь домой, – проговорила тетка по-русски.

– Вы живете в Италии? – спросила Дайнека.

– Да, уже много лет.

Между делом она рассказала, что, работая переводчицей, приехала однажды в Италию с группой туристов. Познакомилась с молодым итальянцем, но замуж выходить не спешила: слишком велика была разница в возрасте. Десять лет казались ей непреодолимым препятствием. Однако будущий муж сумел настоять на своем, и теперь плод их любви, неловко переставляя ножки, бежал к лестнице.

– Валерио, нон вай! – диким голосом заорала тетка и, вскочив, ринулась к сыну.

А Дайнека вспомнила, как три недели назад она улетала в Италию…

Глава 16
Посреди февральской весны

Въезжая на эстакаду Шереметьева-2, Дайнека думала о том, что где-то в зале второго этажа есть человек, который будет следить за ней и, скорее всего, полетит вместе с ней в Италию.

На табло она увидела, что уже идет регистрация на чартерный рейс Москва – Римини. У восьмого выхода выстроилась длинная череда людей, сумок и чемоданов. Дайнека встала в хвост очереди, осматриваясь и пытаясь вычислить своего «попутчика».

У большинства пассажиров наблюдалось «предстартовое» возбуждение. Одни передвигали вещи поближе к узкому проходу, который загораживал собой толстый таможенник. Другие с треском раздирали рулоны скотча, обматывая коричневыми лентами свою поклажу, в бессмысленных попытках защитить ее от погрузочного вандализма.

Были среди пассажиров и такие, кто с аристократическим высокомерием взирал на всю эту возню. В их спокойствии угадывалась неспешность, которая сопутствует твердому финансовому положению.

В нескольких шагах от Дайнеки, повернувшись к ней спиной, стояла молодая женщина. Элегантное, золотистого цвета норковое манто, светло-голубые брюки, длинные, ниже плеч, каштановые волосы. У ее ног примостился кожаный саквояж, очевидно, изготовленный на заказ. Он был украшен натуральным леопардовым мехом и вычурным золотым вензелем, сродни королевскому. Саквояж казался небольшим, женщина не везла с собой много тряпок.

«Там купит», – подумала Дайнека и посмотрела на свою сумку. Несмотря на то что вещей было немного по сравнению с изысканным саквояжем, она выглядела вульгарной или, по меньшей мере, «излишне упитанной».

Женщина повернула голову и, встретившись глазами с Дайнекой, тут же отошла в сторону.

На участке досмотра Дайнеке предложили пройти в отдельную комнату. Это не входило в ее планы, но отказаться от подобного предложения она не могла. Вслед за ней несли ее сумку.

Дайнека обратила внимание на то, что особенно тщательно таможенник перебирал бумаги и документы. Затем женщина в униформе обшарила каждый сантиметр ее одежды и тела, не позабыв заглянуть в самые интимные места. Дайнека уже ничему не удивлялась и покорно вставала, садилась, раздевалась, поворачивалась и одевалась.

У нее ничего не нашли. Сумма наличных денег соответствовала задекларированной.

– Теперь я могу идти? – спросила она.

Извинившись, ее отпустили.

2Не ходи туда.
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18 
Рейтинг@Mail.ru