Анна Филин Самое ценное во Вселенной

Гостеприимство планеты Гронис

К машине подошёл Антон Павлович и опустил ограждающую дверцу, протянув Олесе руку для предложения помощи. Девочка взялась за него и встала на ноги. Антон Павлович обхватил её за талию, поднял и опустил на землю. Александр спрыгнул следом и потянулся, разминая поясницу:

– И где тут у вас что?

– Всё на виду, – развёл перед ним рукой Антон Павлович. – Вон там техническое сооружение, всю аппаратура там собираем-разбираем-чиним. Вон там гидрометеостанция. А там жилой отсек. Показать тебе гидрофильтр? Слышал о таких?

– Гидрофильтр? Тот самый с презентации патентов?

– А ты не помнишь кто его презентовал? – с нескрываемой гордостью спросил его Антон Павлович, намекая всем видом, что это его изобретение.

– Вы что ли? Да ладно!

– Объём наших кислородных баллонов не вечен, – осёк их любезную беседу суровым голосом Пётр Сергеевич. Антон Павлович согласился и с радужным гостеприимством пригласил всех пройти за ним.

Солнце уже скрылось за горизонтом. Розовое небо предвещало похолодание и переход ко сну. Как же Александр соскучился об этом умиротворении в глубине души. Глянул на Олесю, а та подняла на него голову и протянула ручку. Взяв её за перчатку, Александр улыбнулся: « Будет время, обязательно познакомлю с Землёй. С её красотами, просторами, прихотями погоды и безгранично уникальными животным миром. Я уверен, тебе понравится плавать с рыбами. Да ты сама как чудо-рыбка паришь в космосе. Ты с лёгкостью покоришь просторы мирового океана, играя в приключения с рыбками да китами».

Группа проследовала за исследователем к жилому отсеку. Антон Павлович придержал перед ними дверь и пропустил гостей планеты в убежище. Свет автоматически зажегся по периметру комнаты, компьютерный женский голос поздоровался и озвучил:

– 21:45 по местному времени.

– А насколько сильно оно отличается от земного? – спросил Александр.

– Длиннее на два часа, – пояснил Антон Павлович, закрывая дверь на защёлкивающий механизм.

– Да, хотел бы я иметь в сутках дополнительных два часа. А то пока в компьютер поиграешь, пока про уроки вспомнишь, а уж пока их доделаешь и вечность пройдёт, – рассмешил его Александр и поправил перчатку. – Жарко в костюме. Тут его можно снять?

– Да, можете переодеться вон в той комнате. Только перепроверю газовый состав комнаты и дам отмашку на снятие масок.

– Мальчики в комнату направо, а девочки налево, – Светлана взяла за руку Олесю. – Кроха, наверное, сильно вспотела. Вы принесли для неё сменную одежду? – озадаченно глянула она на мужскую часть коллектива, которые даже не озадачились этим вопросом. По ним видно, что для Олеси у них нет совершенно никакого наряда, пришли с пустыми руками. Переглянулись Горников с Сашкой, и пожали плечами. Но Светлана взяла ситуацию в свои руки: – Ничего страшного, подберу ей что-нибудь из своего гардероба. Пошли, – легонько потянула она за собой Олесю, и девушки удалились в комнату за механически отворившейся и закрывшейся дверью.

– Я пойду к пульту управления. Не забудьте, снимаем маски только после моего сигнала, – пригрозим пальцем Антон Павлович.

– А почему так сложно? – возмутился Александр. Его раздражали, так называемые, лишние телодвижения, когда есть возможность передать часть своих забот, особенно вычислительных, роботу и уделить драгоценное время иным занятиям.

– Ради экономии кислорода и электричества. Мы со Светланой больше времени проводим вне базы, так что эргономичней заниматься настройками воздуха в ручную. Да и безопасно. Если вспомнить тот случай, когда компьютер истратил весь баллон кислорода за пять минут в наше отсутствие, то волей-неволей побоишься так рисковать.

– Так, технику, как и ребёнка, с толком учить нужно. Я в кибернетике спец, так что как только переоденемся, могу помочь с программированием, – предложил Александр. Но его азарт перебил Горников:

– Вне той комнаты можно будет ходить без костюма? – уточнил он суровым тоном.

– Да. Как дома, – кивнул головой Антон Павлович. – Александр, ваши навыки нам бы очень помогли. Но давайте лучше вы сегодня отдохнёте, поужинаете, выспитесь, а завтра всё сделаем. Договорились? – с дружелюбной улыбкой предложил рыжебородый Антон Павлович, и как только увидел одобрительный кивок Александра, отправился в сторону гостиной.

Все разошлись по комнатам. Спустя пары минут прозвучал сигнал: «Воздух чист. Можно снимать маски». Все собрались в холле, и приступили к готовке ужина.

Прошёл час. Циферблат электронных часов показывал 22:44. За большим кухонным столом, тихо звеня вилками о тарелки, трапезничали космические исследователи. Александр уже приноровился использовать столовые приборы и с радостью вспомнил, какого это есть не из зип-пакета. Но ужинать с такой лёгкостью удавалось не всем. И если Олесе простительно учиться этому нелёгкому занятью, то вот за Горниковым следить куда забавней. Александр украдкой поглядывал, как тот пытался нанизать кусок маленькой круглой картофелины на вилку. Жёлтый колобок отскакивал и уворачивался от вилки. Катался по всей тарелке, не давая себя проткнуть. Горников и так пытался, и сяк, а картофелина от него по всей тарелке катается, злит, подбешивает горе-добытчика.

– Вот скользкий гавнюк, – с издёвкой ляпнул Александр, прожёвывая свой кусок картошки.

– Замолкни, – недовольно брякнул Горников, чем рассмешил даже Антона Павловича, который не смог больше смотреть на его страдания и слегка воткнул поперёк той самой картофелины нож, обездвижив тем самым беглянку и дав Горникову возможность, наконец, нанизать её на вилку. – Благодарю, – тихо произнёс Пётр Сергеевич.

Александр отложил вилку с ножом в пустую тарелку и сытно потянулся, не стесняясь зевнуть во весь рот. Зевнул и задумался, глядя на Олесю. Ест девочка, и очень даже спокойно, с аппетитом. Когда ужин только начался, они с Горниковым переживали: а не спалится ли она своим сверхпроисхождением, что откажется от еды. Уже придумали отговорку в качестве посттравматического расстройства и прочее. Но Олеся очень даже позитивно приняла предложение отведать варёную картошку с тушёными овощами и соусом. И как так у неё микрофлора работает? Как устроен метаболизм? Как работает переваривание? Как она переводит пищу в энергию, если при этом сама является чистой энергией? Вопросов возникало так много, что Александр в какой-то момент сдался и мысленно махнул рукой: «Есть и хорошо. Не дрыстает – ещё лучше», – он рассматривал все побочные варианты её акклиматизации из космоса на планету.

Александр сложил руки на своём набитом животе:

– Хозяйке пламенный комплемент. Всё было безумно вкусно. Я бы даже сказал, волшебно.

– На здоровье, – с улыбкой отозвалась Светлана, разрезая большой кусок отваренной картошки и макая её в остатки соуса. – Уже хотите спать?

– Очень даже. А у вас здесь найдётся лишняя комната на случай гостей?

– На втором этаже есть большая спальня. Там одноместная кровать, раскладной диван и Антон Павлович ещё поможет найти старые надувные матрасы. Один вам, а второй нам, девочкам. Олеся пускай на моей кровати поспит, а я на матрасе. Девочки – с девочками, мальчики – с мальчиками.

– Договорились. Пойду стелиться. Пётр Сергеевич, не засиживайтесь, – встал из-за стола Александр, и пошёл в сторону лестницы, по небольшому коридору, соединяющему два корпуса жилой базы, потирая глаза, выдающие его усталость и желание поскорее упасть на что-нибудь мягкое и уснуть. Но вдруг замер. Остановился и глянул на стекло, являющееся левой стеной тонеля-перешейка. За окном тёмное ясное небо, меняющие свои оттенки синего от более тёмного к менее светлому, в зависимости от расположения заката. Сквозь редкие худые облака виднелись первые звёзды, листья на дереве за забором едва колыхались от слабого ветерка, от чего фантазия рисовала знакомую до мурашек прохладу Земного летнего вечера. На душе стало теплее. Но Александра по иной причине манило к стеклу. Он подошёл ближе, наклонился и прикоснулся ухом, прислушавшись к незнакомым тихим звукам. И к великому удивлению, на улице взаправду звучала мелодия. Нежная, волшебная, манящая.

– Александр! – окрикнул его Антон Павлович. – Что стряслось?

– Там дикие музыканты живут? Откуда мелодия?

– Это потоки ветра сквозь скалистые ущелья играют. Тут недалеко расколы в земле, оттуда и звуки, – пояснила Светлана.

Олеся наспех вытерла рот салфеткой, отложила вилку и побежала скорей к Александру, тоже прислонившись ухом к стеклу и прислушавшись, закрыв глаза.

– Правда красиво? – спросил он шёпотом Олесю, и та закивала, продолжив так же слушать прикрыв глаза.

Они могли долго так стоять, пока остальные не начали вставать из-за стола и шуметь посудой. Олеся зевнула от усталости.

– Пошли спать, – присел взять её на руки Александр и понёс к лестнице.

Прошёл ещё час. Матрасы надуты, диван разложен. Александр вышел из своей комнаты и встретил не заметившую его Светлану, выходящую из “комнаты девочек”. В руках у неё был переносной насос для матрасов. Наверняка понесла его от ненадобности в кладовую. Но как там Олеся? А вдруг всё так же магнитится в условиях гравитации? Или этот механизм включается у неё как рефлекс в условиях космоса, как задержка дыхания в воде у грудничков?

Александр осторожно заглядывает в тёмную комнату, приоткрывает дверь и подходит к кровати на цыпочках. Касается уголка одеяла и медленно пугливо его приподнимает. Смотрит. Не магнитится! Интересно.

Откладывает одеяло в сторону, оголяет ручку Олеси. Трепетно, что бы не разбудить девочку, обхватывает еë тонкую кисть и приподнимает. Не магнитется! Рефлекс значит! Смотрит на еë невозмутимое личико, затаившись вглядывается, следит.

И вдруг уголки еë губ поднимаются, Олеся щурится и с хитрецой посматривает на Александра.

– Не спишь значит! А ну живо спать! Весть эксперимент провалился. Не шути так.

Олеся начала громко хихикать, когда Александр стал недовольно укутывать еë, подпихивая под неё края одеяла.

– Спи! – обиженно приказал он на прощание и пошёл к выходу. Обернулся, закрывая на прощание дверь, а Олеся всё так же смеющимися глазками смотрит на него из-под одеяла, не собирается слушаться. Ситуация и в правду смешная. Самого на смех бы пробило, если бы Пётр Сергеевич к нему так же приставать в экспериментальных целях начал. Даже зная своего учителя, Александру стало бы не по себе проснуться от такого. Принял бы за чудачество старого свихнувшегося (любя) маразматика, а тут к девочке едва знакомой полезть додумался. Нельзя так делать. Девочка должна в безопасности себя ощущать, а не что к ней по среди ночи кто-то из-за экспериментальных целей зайти может.

Александр осторожно и тихо повернул для закрытия дверную ручку и еле слышно отправился к лестнице. Но тут уже с первого этажа поднялась Светлана.

– А где остальные мужики? Петр Сергеевич? Антон Павлович, – успел тишайше, чтобы не тревожить Олесю, крикнул ей вдогонку Александр.

– Внизу сидят, сидр пьют, – устало зевнула Светлана. – Хочешь, иди, присоединись, – ответила она на прощание и зашла в комнату, закрыв за собой дверь.

«Сидр, и без меня!» – возмутился Александр, рыпнувшись вниз по лестнице. Но не успел и шаг сделать, как услышал часть аудиенции и решил, замерев, прислушаться.

– Душат они науку. Понимаешь? Отстранили нас с Сашкой от той вылазки. Спонсорам результаты не понравились, и разбираться не стали, сразу проект завернули. И это ещё Сашка про ТЛН-104 всей правды не знает, только осколки видел, которые от спутника оставили. Бедный парень. У него ещё и характер ранимый. Рано или поздно любая правда станет истинной. Лишь бы Сашка во всём мире не разочаровался, – доносился поникший тихий голос Петра Сергеевича, что сидел на стуле-раскладушке рядом с Антоном Павловичем и умиротворённо любовался видом из панорамного окна.

– И что с ТЛН случилось?

– Ты же знаешь как распределяются права на патенты. Александр являлся полноправным владельцем ТЛН-104. Он провёл ряд опытов, изобрёл прибор для создания искусственного магнитного поля, испытал на спутнике, доказал работоспособность этого генератора сильного потока заряженных частиц, что привело к благотворительным последствиям в создании биосферы, а в дальнейшем и маленькой, но рабочей планетке. Он по настоящему сумел её возродить, а не как мы найти уже существующую. Понимаешь? Он шагнул выше наших голов. Он гений! Это было гениально, чёрт возьми.

– Да, я читал его работы. Следил за стримом с ТЛН. Да и не только я, учёные со всего мира наблюдали за прогрессом. Но почему же ТЛН разрушили? Разве он запросил так много за свой патент?

– Они украли его разработки и разрушили ТЛН, чтобы подделать непригодность его работы, обнулить достижения и обвинить в халатности и непродуманности, тем самым, обнулив патент и присвоить себе разработки. Только это не оглашают. Это я чисто случайно узнал от своих коллег по работе в институте, которые в курсе всех разборок на Земле. Я решил отклонить все его приглашения на заседание и в тайне нанял хорошего адвоката. Но даже он пожимает плечами. Против таких шишек ничего не сделать, судью уже подкупили. Может деньгами, а может и угрозами. В любом случае, не хочу, чтобы парень из-за этих чертей рогатых весь азарт к науке затушил.

Антон Павлович тихо продолжал диалог. Александр слушал их, прижавшись щекой к перилам, и чувствовал как всё сильнее и сильнее дрожали его пальцы на руках, как по спине пробежал холод, а в ушах появился звон. Ему не верилось в услышанное. ТЛН разрушили из-за разбирательств. Из-за подлой алчности и лжи. Его по истине неповторимый проект загубили ненасытные бизнесмены, чьи миллионы не имеют счёта, а власть свела с ума, затравив человечность, погубив совесть и наделив ненасытной жадностью. Им надо больше. Больше! Больше денег и власти! Они считают в этом своё могущество, меряются этим с такими же алчными богачами, отнимая открытия у одних и присваивая себе любыми способами. «Твари!» – сжал кулаки Александр. Его пробирало до дрожи, горела душа, от обиды хотелось всё крушить и ломать. Он расслабился только когда вновь услышал усталый голос Горникова, и как очнулся: «Учитель», – промелькнуло ясным тёплым лучиков в мыслях: «Пётр Сергеевич молчал не потому что не хотел обсуждать это, а потому что оберегал. Об этом недовольно молчал, хмурился, и когда появилась Олеся – не бросил. Я всё понял», – разжал он кулаки, пару раз глубоко вдохнул и осторожно пересел на ступеньку выше, обняв и прижав к груди колено.

– Кстати, а вашу программу-то ещё пока не сворачивают? – спросил Горников у Антона Павловича.

– Как раз от таких случаев я сделал своё пребывание здесь максимально невидимым. По документам и отчётам Гронис безжизненна. Мой патент застрахован мировым банком, подтверждён научным сообществом, так что всё юридически куда сложнее, – Антон Павлович отпил из горла немного газированного напитка. – Твоя ненависть к земным демократам как была свирепой, так и осталась. Лебедева тоже поначалу работала под твоим крылом. Ты так же оберегал её, защищал от лишних бумажек, но потом Оля перешла к ним…

– Довольно, – тихо осёк его Горников. – Я давно потерял с ней связь, и не хочу ничего про неё слышать.

– Она тоже была твоей ученицей, как и Сашка.

– Это было давно, – отпил напиток Горников.

– Обижайся на неё дальше, я не об этом спросить хочу, – Антон Павлович так же опрокинул бутылку с сидром и вытер губы кистью руки. Собеседники сидели спиной к лестнице, так что Александр смог без опаски спустился на ступень ниже и внимательней вслушаться в диалог. Не про какую Олю он слыхать не слыхивал. Ни Горников, ни кто-либо ещё и словом не обмолвился, что у Петра Сергеевича до него был какой-то ученик. Тем более, предавший его.

– Она была такой же одарённой, как и твой Сашка. Как считаешь, может ли Александр вместо того, что бы бороться со злом решит его возглавить?

Горников и не скрывал от друга печаль с таких мыслей, но Антон Павлович намеренно спросил давящий в самое больное место вопрос:

– Отпустил бы ты к ней обиду. Бестолково это, продолжать столько лет дуться на девчонку, что выбрала свой жизненный путь и не жалеет. Лучше ответь, как ты отнесёшься к идее Александра тоже уйти?

Горников молчит. Размышляет, смотрит прямо перед собой, как будто в бездну глядит, и делает большой глоток, допивая одним махом остатки напитка:

– А сам как думаешь? – Пётр Сергеевич опирается на подлокотники, встаёт и уходит в сторону кухни. Александр пару минут просидел в ступоре от услышанного. Он не должен был это слышать. Пора уходить, пока его не заметили. Он встаёт и уходит в свою комнату. Ложится спать и, накрывшись по шею простынёй, отворачивается для раздуми

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.