Анна Хансен Синдром первокурсника

Глава 21. В плену чужих желаний

Саундтрек главы: Robbie Williams " She ' s Madonna"

— Только представь себе, обыкновенные парни, ненакачанные, бросили вызов местным нацистам! Лидер кинул клич по школам – все собрались, чтобы выступить против этих с цепями и монтировками! Вызвали этих нациков на стрелку и победили! Там были два моих однокурсника, что из Логвино, — вещала полуголая Леля, лежа с Гигой в кровати.

Игорь прихлебнул виски с колой из бокала и, повернувшись к подруге, недовольно заметил:

— Лель, кончай уже! Могла врубить давно, что я не в кайфе от баек про дятлов из твоего ТГУ. Давай другую тему!

Глядя, как Гига переключает каналы на занимающей всю стену плазме, Леля обиженно молчала. Получается, что можно также легко переключить свою девушку, если тебе не нравится, что она рассказывает!

— Скучновато как-то, не думаешь? Или тебе однофигственно? — с зевком выдал парень, так не дождавшись новых Олиных рассказов.

В этот момент девушка насторожилась и нырнула глубже под одеяло, следя за выражением лица Гиги.

«Только бы он снова не начал опять ныть, что я не даю», — подумала Леля, чувствуя, как напрягается ее тело при одной мысли о таком повороте разговора.

В прошлый раз ей, кажется, удалось уговорить Игоря отсрочить вагинальный секс до ее совершеннолетия в апреле. Но его настроение было так переменчиво, что он мог снова вернуться к этой теме и начать давить на нее.

— Я придумал! Собирайся – и погнали в клуб! — решительно заявил Гига, вставая с кровати.

Леля ощутила прилив сомнений по поводу предложения Гиги. Она успела посетить ночной клуб всего пару раз, но уже четко осознала, что не испытывает любви к подобных местам.

— А может, погуляем на Воробьевых или в Сокольники съездим? — с надеждой в голосе предложила Оля. В ответ Гига посмотрел на нее как на малолетнюю дурочку. Пришлось сдаться.

«И почему все считают зависание в подобных борделях обязательной частью студенческой жизни?» — размышляла Леля, сражаясь с молнией на спине.

На свидание она прибыла в коротком зеленом платье, которое прекрасно могло сойти за клубное. Сзади подошел Гига, помог с молнией и нежно поцеловал в плечо, шепча на ушко милые глупости. Оля рассмеялась. Ей было щекотно и вместе с тем очень приятно.

Запрыгивая с Игорем в такси, Леля по-прежнему сомневалась в том, стоит ли ей окунаться в мир московского ночного веселья. В прошлый раз ее сильно тошнило после сомнительного коктейля под названием «Космополитен». Гига забыл предупредить, что он делается на основе водки. Но потом он так трогательно ее откачивал, что Леля в очередной простила ему его легкомыслие.

— Не кисни, Лельк! Давай зажжем как следует! Не все же тебе матаном париться! — ласково произнес Гига, заглядывая в глаза своей девушке. Как только Леля шла у него на поводу, он тотчас становился милейшим созданием.

Когда они зашли в «Восемь квадратов», клубное веселье судя по девичьим визгам было в полном разгаре. Гига усадил Лелю за столик и направился к барной стойке, чтобы сделать заказ. Пока он ржал и о чем-то болтал с барменом, Оля чувствовала себя как во вражеском тылу и пугливо озиралась по сторонам, словно ожидая, что кто-то выскочит из засады и нападет на нее.

«Каким местом надо думать, чтобы притащить меня сюда?! Здешние девки не утруждаются носить лифчики, а в сортире автомат с презиками! Просто жесть!» — с неудовольствием размышляла Леля.

Но полуголые девицы были не так опасны, как два стремачных типа, шаривших глазами по залу в поисках легкой любви. Один из них положил глаз на нее.

«И что этот козел на меня пялится? Куда запропастился Гига?! Выглядит так, что я одна тут сижу и приключений на свою задницу ищу!» — нервничала Леля.

Она все ждала, когда Игорь оторвется от бармена и явно даст извращенцу знать, что она под его защитой.

И тут кошмар стал явью.

— Кого потеряла, детка?! Не меня ли? — звучным пьяным голосом спросил извращенец, усаживаясь за ее столик.

«Все! Сейчас начнется испанский стыд!» — пронеслось в голове у Лели.

Она чувствовала, как этот кекс раздевает ее глазами. Это заставляло ее одергивать короткое платье, словно это помогло бы прикрыть колени.

— Вообще-то я жду своего парня. Он там, — стараясь перекричать музыку, ответила Оля, кивнув в сторону барной стойки.

Пьяный чувак усмехнулся и посмотрел в указанном Лелей направлении. При более близком рассмотрении нельзя было назвать его совсем неприятным. У него было довольно смазливое лицо, мелированные волосы и дорогая модная одежда. Однако степень его алкогольного опьянения просто зашкаливала, что пугало и отталкивало Лелю.

— Ааа, Гига что ли? Понятно… Что ж, Игорек… он мировой поц! Он не будет против, если мы тут с тобой… зафрендимся и поспикаем малек… Тебя как зовут, чикита? — медленно вымолвил нетрезвый чел.

«Он знает Игоря? А может, прикидывается, что знает, чтобы втереться в доверие? Что делать? И Гига куда-то исчез», — испуганно замышляла Оля, а вслух не могла произнести ни слова. От волнения она потеряла дар речи.

На ее счастье, к столику, наконец, подошел Гига с двумя коктейлями в руках. Он поставил треугольные бокалы на стол и обратился к нежданному гостю:

— Что ласты раскинул, Тукан?! Отвали от моей девушки. Не видишь, что ли: она тебе не рада!

Поддатый парень как в замедленной съемке повернул голову в сторону Гиги и с таким же замедлением изрек:

— Найс ту мит ю, Гига!.. Совсем офигел, да?!.. Как можно вот так забывать… своих друзей, а?!

Игорь мрачно кивнул и ответил:

— Хелло.

— Все хотел тебе сказать, — икая, продолжал Тукан, — что Зебра-то твоя ниче!.. Согласен, киска не для серьезного замута… Но месяц мы с ней жарились только так!

Леля заметила, как напрягся в этот момент Гига. Она сделала умозаключение, что и его, и этого так называемого Тукана связывали сексуальные отношения с некоей легкомысленной особой по прозвищу Зебра.

Видя, что «друг» молчит, упорный парень вновь обратился к Леле с вопросом:

— И все-таки позвольте… как ваше имя?

— Оля, — зачем-то ответила Леля и тут же пожалела об этом.

Парень громко рассмеялся и выдал:

— Оля, значит!.. Вспомнилось из школьного… «Оля, Оля! Трахается с горя…»

Это было уже слишком! Сквозь пелену наворачивавшихся на глаза слез Леля увидела, как Игорь хватает наглеца за грудки и отводит в сторону поговорить. До нее доносились только отрывки фраз: «харе волну гнать!», «у нас серьезно», «че бячиться-то!» и т. д.

Когда Гига вернулся, Леля всеми силами сдерживалась, чтобы не зареветь. Она хотела только одного.

— Игорь, пожалуйста, давай уйдем отсюда!

— Заметано, принцесса! Одно дерьмо здесь пенится! А мы себя выше ценим, — неожиданно согласился Гига.

Он с грустью посмотрел на бокалы с коктейлями, сделал большой глоток из своего и вместе с Лелей решительно покинул ночной клуб.

На улице, пока они ждали такси, Гига дымил как паровоз, видимо, от нервов. Обычно он курил более изящно, почти аристократично. Украдкой он поглядывал на Лелю, но тут же отводил взгляд.

— Мне, правда, очень жаль, что все так… Забудь, что накосипорил этот отморозок! Да и вообще «Квадраты» — редкостная дыра! Буду лучше подбирать места для нашего отрыва.

Леля нервно кивнула, утирая слезы. По ее телу раз за разом пробегала мелкая дрожь от одного воспоминания о только что оставленном ими клубе, кишевшем проститутками и вот такими, как выразился Игорек, парнями-отморозками. Сам факт близкого знакомства ее парня с такими, как Тукан, вызывал у Лели беспокойство. А ведь была еще и некая Зебра.

— Зай, ну что ты? Да, я виноват, конечно… Готов исправиться! Куда поедем? — лепетал Гига, прижимая девушку к себе.

Оля была отходчивой по натуре и не имела привычки циклиться на плохом. К тому же раскаяние Игоря выглядело так трогательно, что она совсем растаяла.

— Давай погуляем по набережной Шевченко, — предложила она.

Погода была в удивление теплой для ноября. Темная водная гладь Москвы-реки чуть заметно колебалась, словно охраняя покой Гассана Абдуррахмана ибн Хоттаба. Судя по кадрам из фильма «Старик Хоттабыч» 1956 года этот могущественный джин томился в кувшине на дне реки в этом месте. Гостиница «Украина» поражала взор искусной подсветкой и изяществом башенок, стилизованных под снопы с пшеничными колосьями.

Оказавшись в одном из своих любимых мест, Леля оживилась, восторженно рассказывала Гиге, как они с подружкой были на крыше знаменитой сталинской высотки и сделали фотки, на которых они почти как настоящие руферы.

Игорь глядел не на светящиеся фасады, а на лучезарную девушку, которая, на его взгляд, затмевала и их, и строящиеся небоскребы Москва-Сити. Леля была как драгоценный подарок, посланный ему, блуждавшему впотьмах, добрым волшебником вроде Хоттабыча.

— Игорь, а что ты так смотришь? — спросила она, заметив пристальный взгляд парня и прервав свой рассказ.

— Тобой любуюсь, — просто ответил Гига.

Ветер лохматил его непокорные темные волосы, а взгляд карих глаз был какой-то наивный, мечтательный. Леля подумала, что Гига похож на мальчишку, сбежавшего вместе с ней из дома. Как он хорош без привычной заносчивости и мажорских выходок!

— Что я лучше твоей Зебры? — пользуясь удачным случаем, подколола Леля.

— Спрашиваешь… — пробубнил Игорек, опуская глаза. — Я таких, как ты, раньше не встречал. Все они, одноклассницы, дочери корефанов родительских, были как Зебра. Сначала дерзкие такие, но свежие, интересные. Пробуют парней как леденцы. А через год–два веселой жизни уже и смотреть на них противно! Шлюхи откровенные. Никакой цели в жизни: одно бухло и секс на уме!

«А еще над моими целями летом смеялся», — подумала Леля.

Глядя на проплывающий мимо буксир, девушка сказала:

— В этом году так тепло, что навигацию речную продлили.

— Да, тепло, — подхватил Игорь. — Зря я боялся, что ты замерзнешь. Ничем не испугать девушку-полярницу!

— Да, я такая! — кокетливо заявила Оля, хватаясь за полы своего короткого пальто как за подол юбки и делая реверанс.

Гига замер. Так он делал, когда пытался ухватить пришедшую в голову идею. Наконец, на его лице появились признаки озарения и готовности поделиться своей мыслью.

— Знаешь, я тут подумал, что нас с тобой объединяет… Это любовь к путешествиям! Но я все время ездил на юг, Италия, Греция, Марокко. А ты облазила весь север. Давай соединим наши маршруты! Я бы хотел посмотреть на северное сияние и увидеть Шпицберген.

Леля рассмеялась, выразив согласие с планом своего парня.

— А можем вместе на норвежские фьорды посмотреть! — вдохновенно продолжал Гига.

Оле трудно было поддержать его в этом направлении. Она прекрасно знала, что Норвегия очень дорогая страна. Не для студенческого кошелька точно. Но разве это объяснишь Игорьку, у которого безлимитный родительский кредит?

Видя Олин скепсис, Гига заметил:

— Я понимаю, о чем ты сейчас думаешь… Я хотел бы заработать на это сам. Вот увидишь, завтра же позвоню падре и попрошу устроить меня в автосалон! Конечно, продажи я там не подниму и карьеру не сделаю, но для студента норм работка. Как думаешь?

Леле нравилось то, с каким трепетом Гига ожидает ее ответа. Она немного помялась и сказала:

— Да, это было бы круто! Я тоже думаю о подработке и давно бы нашла какую-нибудь халтуру. Но чертов Жабыч так убивает! Ты не представляешь даже…

Так они болтали еще долго. Домой Леля вернулась в третьем часу ночи, сняла промокшее от измороси пальто и на носочках прошагала в свою комнату. Там она включила комп и привычно открыла асю. Эта противная программа ойкнула на весь спящий дом.

— Тщщщ! — вслух зашипела Оля, словно обращалась к непослушному ребенку, не желающему ложиться спать. Она пробежала глазами сообщения. Все они были банальны, кроме одного.

Это был Шумский.

а ndrew 33: привет, Оля)

ты спрашивала чем моя жиза седня отличается от детства

эт сложно описать

для меня детство закончилось лет в 9

с 15 лет подрабатывал собирал и чинил кампы ставил ПО

позже сайты на хтмл запиливал

в общем даж не знаю что ответить

Леля улыбнулась монитору.

«Бедный мальчик! Какая трудная у него была жизнь!» — с нежностью подумала Оля. Ее пальцы уже набирали ответ.

Lele 4 ka : привет, Андрей 😊

плз зови меня ЛЕЛЯ

это важно для меня 😊

так меня звал отец, который сейчас живет в Португалии

сорьки! я и не думала грузануть тебя плохими воспоминаниями)))

можем поговорить, о чем ты хочешь

по поводу детства знаешь, что думаю? в каждом из нас есть внутренний ребенок… надо ток его не убить, тогда до старости хватит))))

что подрабатывал — круто! у мну все подработки на словах

Жабыч все своим эго заполонил

Отослав сообщения Шумскому в офф, Леля натянула свою короткую пижамку с шортиками, сделала селфи и отправила его Гиге с поцелуйчиком. Теперь можно и спать идти!

***

Некто Карлос Кастанеда, доктор философии антропологии и писатель-мистик по совместительству, предложил миру интересную трактовку образа мелкого тирана. Это мучитель, маньяк, одержимый властью. Он преследует человека, доводя его до нищеты, депрессии и потери смысла жизни, но при этом физически не лишает его жизни. Такое определение очень понравилось бы Соне Муравлевой, увлеченной психологическими теориями, но она была слишком зациклена на работах, посвященных сексуальности.

Кастанеда предложил и классификацию мелких тиранов. Одни мучают посредством жестокости и насилия. Другие умышленно создают для жертвы невыносимую обстановку неуверенности и постоянных сомнений. Третьи сами притворяются жертвой и давят на жалость. Четвертые приводят в бешенство и наслаждаются бессильной злобой своих жертв.

Николай Савельевич Озеров был уникальным представителем класса мелких тиранов, ибо он сочетал в себе черты всех четырех типов. Он изводил студентов вверенной ему 104-й группы всеми известными человечеству способами.

— Я же сказал: идиота кусок! Как просуммировать выручку от продаж по всем регионам, обезьяна тупорылая?! Выбрать области значений, твою мать, и агрегировать их с помощью суммирования! Шта непонятна?! — самозабвенно орал мистер Жаб на несчастного Квятича.

В аудитории царила ужасающая тишина. Каждый понимал, что на месте Олега мог оказаться он сам. Озеров победоносно огляделся и включил режим жалкости.

— Лапушки мои, нужен совет… Помогите мне, старику. Видно, у меня уже проблемы с дикцией и речевой аппарат не слушается, — после этих слов Савельич отвратительно хрустнул челюстью, видимо, подтверждая свои слова, и продолжал. — Иначе как еще объяснить, что наш Олеженька, умница, мозг, призер олимпиады, ничегошеньки не понял из того, что я вот уже третью практическую пытаюсь донести?

«Так мозг или идиота кусок?» — мысленно недоумевал Квят, чувствуя, что его колотит мелкой дрожью.

Тут раздался жуткий грохот. Это Жабыч соскочил на пол с края компьютерного стола Квятича и поклонился всем с видом циркового клоуна.

— Сашка-а-а! Подь сюды!

Танеев поднялся со своего места и с обреченным видом вышел в центр компьютерного класса, встав рядом с Озеровым. К ноябрю он уже приобрел навык стоически переносить выходки куратора.

Жаб приветливо посмотрел на Сашу своими узкими глазенками, потер плешивую голову и, прижав руку к сердцу, воскликнул:

— Ну наконец-то, мой друг! А то меня уж чуть кондратья не хватила!

После этого Озеров приобнял Танея, что со стороны выглядело двусмысленно. В лучшем случае они смотрелись как комический дуэт, состоящий из алкаша и нормального гражданина, на которого тот навалился всем телом.

— Знаешь, кого ты мне напоминаешь со своими светлыми кудрями? — добродушно поинтересовался Жабыч.

В ответ Саша лишь беспомощно пожал плечами.

— Ну вылитый Есенин в исполнении Сережки Безрукова! — выдал Озеров и захохотал.

Даже видавший его в самых разных амплуа Таней был шокирован таким сравнением. Еще больше ужаса он испытал, когда Жабыч продолжил.

— Все-то мы такие модные! Пиджачок с локтями, завивка для волос, одеколончик душистый! — рассуждал вслух Жаб, с завистью разглядывая Танеева.

Парень уже не знал, как на такое реагировать. И что Озеров так прицепился к его внешности?

«Неужели он из этих?» — в панике думал Таней, пытаясь освободиться от крепкой хватки куратора.

— А девки небось тебя сильно любят? — громким шепотом спросил Савельич, по-прежнему игнорируя присутствие остальных студентов.

В мыслях Саша уже обматерил этого придурка последними словами. Вслух же он неуверенно произнес:

— Не знаю.

Это вполне удовлетворило Озерова. Он покачал головой как большая безобразная панда, жующая бамбук, после чего вдруг вспомнил, зачем звал Танеева.

— Саша, друг мой, ты у нас большой актерский талант! Тобой даже декан давича восхищался. Поэтому не в службу, а в дружбу помоги мне, дураку.

«Ты хотел сказать «мудаку»?!» — подумал измученный Танеев. Ему с трудом удавалось следить за ходом мысли этого умалишенного.

— Я дам тебе алгоритм создания сводной таблицы в Аксельке, — Савельич привычно коверкал англоязычное название программы. — А ты, мой родной, громко и с выражением прочитаешь его своим товарищам. Может, они хоть тебя услышат?! Лазич с Олей Санной-то точно услышат тебя, в отличие от меня. Ты у нас вон какой красавчик!

Театр абсурда продолжался до конца пары. Саша начинал читать, а старый бес прерывал его и требовал начать с начала и прочесть текст выразительнее.

— Читай ярче, словно признаешься в любви прекрасной женщине! — говорил Озеров, лукаво поглядывая при этом в сторону Лели Ильиной.

Когда это, наконец, закончилось, Таней жалел только об том, что он еще жив. Он сгорал от стыда. Жабастый без особого труда узнал о его чувствах к Леле и бессовестно намекал на них при всем честном народе.

Увидев заплаканную Лелю, Саша почти безошибочно определил, что причиной ее слез является этот старый хрыч.

— Лель, успокойся! Что тебе наговорил этот козел?! Я должен знать, за что его убиваю!! — дивясь своей решительности, вскричал Таней.

Никогда еще он не подбирался к Леле так близко и не держал ее за руку. Между ними, несмотря на дружеский характер общения, всегда была невидимая стена. А сейчас Оля горько плакала, уткнувшись головой в его плечо. Когда ее истерика закончилась, она немного отстранилась и села рядом, шмыгая носом.

— Теперь, когда прошло, может, расскажешь? — настойчиво спросил Саша, не обращая внимания на влажное пятно, оставшееся на пиджаке от Лелиных слез.

Оля дернулась от его слов как от удара электрошокером. Ей самой до чертиков хотелось с кем-то поделиться обидой, вот только Таней был в этой истории лицом заинтересованным. Она не знала, как говорить с ним об недавнем разговоре с Озеровым.

Видя, что Леля молчит, Саша решил помочь ей наводящими вопросами:

— Леля, скажи, этот мудак тебя оскорбил в личном… плане, да?

— Да, — прошептала девушка, пряча лицо в ладонях.

— Он делал неприличные, неприемлемые для тебя сравнения… Ведь так? — продолжал Танеев, понимая, что ответ Оли мало что даст.

Жабастый отмачивал непристойности в любом разговоре со студентами.

— Да, — еле слышно выдохнула Леля в ответ.

Саша замер, собираясь перейти к следующему вопросу. Он тщательно подбирал слова, боясь сорвать важный разговор и спугнуть Лелю.

— Он позволил себе… обсуждать твою личную жизнь и симпатии, как это было со мной на прошлой паре… Так, Леля? — выдал в итоге Таней.

Все свои силы он потратил на произнесение этой фразы, как и на то, чтобы смотреть при этом на Олю, а не на рисунок на линолеуме. После его слов в воздухе повисло напряжение. Леля сидела красная как рак. Она глубоко и прерывисто дышала. Волнение обоих в этот момент зашкаливало.