Алина Ланина Справочник современной женской литературы

Родилась 16 апреля 1980 года в городе Бершадь Винницкой области. Живёт в городе Балтийске. Стихи начала писать с 13 лет. Победитель конкурса «Молодые голоса – 2001» (Калининград). В 2002 году был издан сборник стихов «Солнечный зайчик». Автор более 100 песен, играет на гитаре. Участник ЛИТО «Остров вдохновения» (Балтийск) и «ПоэтиКа» (Калининград). Член Международного союза писателей «Новый современник».

Мне ближе ночь с сияньем звёзд ревнивых

Женщина

Вчера – оборванка, сегодня – Мадонна

Ты плакала, когда я приласкал

Татьяна Геннадьевна – прозаик и публицист, член Союза писателей в России и за рубежом, академик Международной академии российской литературы и искусства. Публиковалась с 1997 г. в различных российских и зарубежных газетах и журналах, с 2007 г. – автор 14 книг и сборников. Участник журналов, альманахов, антологий, коллективных сборников поэзии и прозы в России и за рубежом. Писатель Богомолова – лауреат литературных конкурсов в России и за рубежом, дважды финалист Российской литературной премии в номинации «Писатель года», финалист 12-го Открытого Евразийского Суперкубка в Лондоне. Является членом Союза деятелей культуры и искусства, награждена общественным званием «Заслуженный писатель России», а также орденом и пятью медалями от литературных организаций.

Подвиг Джейн Эйр

Годами я думала о романе английской писательницы Шарлотты Бронте. Впервые роман увидел свет в 1847 году в Англии под названием «Джейн Эйр: Автобиография» (Jane Eyre: An Autobiography). Частично писательница отразила в нём личный опыт своего детства и отрочества. Роман основан на ситуациях английской реальности того времени. И однажды все пазлы сложились в моём разуме, и все вопросы отпали, когда мне открылось нижеследующее откровение об этом романе.

Многие читатели видели в сюжете романа каких-то странных людей, неких чудиков, неожиданно нашедших друг друга и влюбившихся. Однако, считаю, это произведение – о Божьей благодати, покорившей двух людей божественной любовью. Хотя Джейн Эйр была изначально духом сильнее сэра Эдварда, но до знакомства с ним не знала о силе, даже если и вложенной в неё, но больше развившейся благодаря неожиданным испытаниям её жизненных принципов, смыслов жизни и парадигм.

Бог работал благодатью над сердцем сэра Эдварда, и не без помощи гувернантки Джейн тот осознал однажды свою никчёмную жизнь, бесполезных людей, окружающих его. И сердце Эдварда дрогнуло, когда он лучше узнал характер и стойкость мисс Джейн Эйр, воспитательницы его маленькой дочери. Он чувствовал в гувернантке большее, чем просто нанятую работницу, и вскоре открылся хлынувшей в него Божьей любви. Эдвард сразу внутренне согласился с Божьим путём и волей Бога для него, ибо Всемогущий усмотрел ту будущую жену, через которую наилучшим образом будет совершаться дело спасения его души. Поэтому сэр Эдвард и стал называть Джейн своей спасительницей, Божьим эльфом.

Джейн тоже открылась Божьей любви, которая повлекла её сердце к этому человеку. В дальнейшем она говорила и Эдварду, и другим людям о том, что у них с ним – родственные души. Именно до замужества понимала девушка это. Как же она могла рассмотреть эту родственность? Только с Божьей помощью. Но почему их души были родственными? Двадцатилетняя разница в возрасте, большой греховный опыт развратной жизни Эдварда, с одной стороны, и юная девушка, не знавшая мужчин и жизни, с другой стороны. В чём же была родственность их душ, по мнению Джейн? Ведь Эдвард явно не считал её похожей на себя, но он, наоборот, превозносил Джейн до небес, почитая себя недостойным такой удивительной девушки. Он чувствовал: в соединении именно с нею совершится путь спасения от себя прежнего, от прошлой никчёмной жизни, будет утолена жажда возвратиться к Богу, к чистоте души, по которой тосковал.

Однако это так и осталось бы непонятным для читателей, если бы не одно обстоятельство. Однажды Джейн узнала о том, что смертельно заболела тётя, жена её родного дяди. Юная девушка, стоя над смертным одром тёти, услышала от неё покаяние в том, что родственница не только не смогла полюбить Джейн в те времена, когда та жила в их доме, но ненавидела её. Тётя отнюдь не считала Джейн достойной восхищения или любви, но даже упрекнула её в том, что трудно было любить племянницу своего мужа. Джейн, услышав тётю, не удивилась её словам в свой адрес. Джейн и сама сознавала себя недостойной её любви и поэтому просила тётю простить великодушно, провозгласив и своё прощение для неё. Так что, когда Джейн услышала от сэра Эдварда столь высокую оценку её личности, то поняла, что, дотягиваясь до этого авансом данного ей уровня, она действительно сможет подняться над собой прежней. Ведь в закоулках души девицы ещё прятались изъяны и греховные наклонности.

Но Бог прежде своих благодеяний решил испытать Джейн: сокрушится ли она и смягчится своим сердцем, или, наоборот, очерствеет, озлобится. Первым испытанием оказалось для неё предательство сэра Эдварда, сокрывшего факт о живой жене, хотя и сумасшедшей, но при наличии которой он ни юридически, ни по церковному уставу не смел венчаться с другой женщиной. Но Джейн страдала об этом горе лишь в сердце, конечно, с Божьей помощью преодолев обиду на сэра Эдварда и не рассердившись на него до ненависти. Когда он увидел Джейн, вышедшую из своей комнаты через несколько дней после этого инцидента, то удивился: ни одного упрёка, никакого злого или обидного слова не сорвалось с её губ. В любви она сумела подняться выше человеческой слабости, всегда жаждущей мести и наказания.

Следующим испытанием для неё стали мытарства безденежья, когда она, наконец, пешком в непогоду добралась до дома, к которому Господь милостиво привёл её. Хотя Джейн снова могла ожидать приглашения на службу гувернанткой или воспитательницей в какую-нибудь богатую семью, однако она предала себя в руки Божьи. Смиренно девушка провозгласила своим будущим кузинам, приютившим её, взяв буквально с улицы (о чём никто из них в то время не знал), что согласна на любую работу в доме. Это открывшееся впоследствии чудо о родстве с богатыми людьми вознесло её над прежним состоянием девушки из обедневшего рода. Она могла теперь рассчитывать на брак с человеком своего уровня. Любая девица на её месте возгордилась бы и мечтала о новой странице в своей судьбе, забыв всё прошлое. Но Джейн Эйр была не такова.

Всё же у пытливого читателя романа или зрителя фильма так и осталось бы недоумение о том, как Джейн всё же смогла открыться в любви к Эдварду, этому странному человеку, так непохожему на неё, имевшему опыт ловеласа и бабника. Как она сумела всё же продолжать любить его без всякой, даже эфемерной надежды на то, что Господь может вскоре соединить их супружескими узами? Ведь его сумасшедшая жена была ещё довольно молода, и у Джейн не было никакой возможности пренебречь ею и соединиться брачными узами с любимым, несмотря ни на что, Эдвардом! Но Господь Бог предузнал именно такой тернистый путь для этих двух разных, но всё же родственных душ. Ведь только сатана норовит дать людям всё и сразу, чтобы позже быстро и погубить. Но Бог действует медленно, постепенно, усовершая людей, доверивших ему свои судьбы и души.

Впереди Джейн ждало очередное испытание. Прежде всего, время: ведь прошёл год, как она уехала из дома сэра Эдварда Роджера. Она обрела неожиданно новую семью, члены которой оказались её родственниками, – сестёр с их братом, священником Сэмом. Кузен даже назначил Джейн воспитателем и учителем бездомных детей, посещающих его церковь. Она была очень рада новым обстоятельствам и, возможно, осталась бы у них на всю жизнь, поскольку не знала, как решить дилемму с сэром Эдвардом. Новая жизнь, казалось бы, должна была помочь девушке забыть о прошлом и взять от жизни то лёгкое, что само шло в руки.

Но следующее обстоятельство вновь должно было выдернуть её из стабильности и испытать на прочность: оказалось, что умерший дядя завещал ей всё своё большое состояние. В это же время стала известна её настоящая фамилия – не Элиот, а Эйр, так как девушку нашёл знавший её стряпчий[7]. И вот она вступила в дядино наследство, став обладательницей большого состояния. Но Джейн не присвоила эти деньги себе, хотя имела на это юридическое право. Она великодушно разделила финансы поровну, отдав три части своим кузинам и кузену Сэму. Это был героический и поистине христианский поступок с её стороны! Ведь по закону она могла бы этого не делать, и никто бы её в чопорной Англии за это не осудил. Но девушка чувствовала, что это будет неверным поступком в соответствии с христианской моралью и с тем духовным ростом, к которому она стала стремиться год назад.

Не успела остыть её радость по обретению своих реальных родственников, родовой фамилии и наследства, как вновь Джейн ждало новое испытание. Кузен Сэм предложил выйти за него замуж и уехать в миссионерскую поездку. Казалось бы, почему и нет? Ведь Сэм весь год показывал себя перед нею прекрасным братом своих сестёр, благородным священником, согласившимся не только принять Джейн в свой дом с улицы, не имея о ней рекомендаций и не зная её настоящей фамилии, но и предоставившим ей службу в своём приходе. Но было два «но». Джейн чувствовала, что Сэм не любит её, а она – его. Между ними случился бы брак по расчёту. После бурного любовного переживания с Эдвардом, впервые посетившего её сердце год назад, девушка смогла различить тонкую грань между мужской симпатией и любовью.

В момент, когда кузен Сэм ожидал согласия Джейн на их брак, в сердце девушки всё ещё жила любовь к Эдварду и чувствование, что она должна ждать Божьего решения для своей судьбы. Позже она и сказала об этом Эдварду Роджеру. Но в те трудные мгновения в своих внутренних мучительных метаниях между реальным земным счастьем, предлагаемым ей Сэмом, и безнадёжным эфемерным будущим Джейн в своём духе словно услышала зов Эдварда: он был похож на стенание умирающего. Уверенная в этом неожиданном духовном переживании, которое пронизало всю её внутренность, Джейн не побоялась выглядеть безумной в глазах кузена Сэма. Девушка не устрашилась уехать за много километров от родного теперь ей дома. Джейн ринулась в это путешествие, чувствуя всеми фибрами души, что она нужна сейчас Эдварду. Любящее сердце повлекло её властно к нему, отвечая на душераздирающий зов, который Бог дал ей возможность услышать в своём духе.

В смятении приехав к замку сэра Роджера, Джейн увидела одни развалины. Удивлена? Нет. Ведь она, ещё проживая здесь, видела сон, в котором замок превратился в камни. Но где же сэр Роджер? И откуда ни возьмись – извозчик, который ехал этой дорогой и увидел Джейн. Он знал, что здесь произошло, и Божье провидение тщательно спланировало их встречу. По дороге старик рассказал Джейн о смерти бывшей жены хозяина замка и отвёз её к дому, в котором сэр Эдвард теперь жил. «О-о, Джейн?!» – удивлению супружеской четы слуг сэра Роджера не было предела. Зачем она здесь? Неужели ей и теперь нужен этот изношенный горем мужчина, теперь ещё и слепец, и калека? Но Джейн… Что же она?

Да, она увидела Эдварда спустя год после разлуки и почувствовала, что сердце её так же, как прежде, любит его. И вот они сидят вместе, но он не видит её, зато ревностно вникает в каждое слово, в интонации голоса. И Эдвард чувствует, что она не случайно здесь. Побуждаемый Духом Божьим, он рассказывает Джейн о том, что, сильно и безнадёжно скорбя о ней, несколько дней назад услышал её голос: «Я иду к тебе!» Да! Джейн теперь с точностью поняла, что и она услышала его голос за много километров от этого места, зовущий её так, будто он умирал. И это именно она тогда же, на удивление кузена Сэма, на голос Эдварда в своём духе прокричала вслух: «Я иду к тебе, я иду!» Брат Сэм испугался за её рассудок и нехотя согласился на внезапный отъезд.

…И вот они поженились! Они совершили это уже как равные друг другу в глазах общества: ведь она уже не сирота, но свободная, состоятельная мис Эйр. Кузен Сэм не раз, видно, озадачивался тем, почему она предпочла ему – молодому, с правильными жизненными установками, тоже состоятельному человеку благодаря её подарку – того, другого, калеку, годящегося ей в отцы. Так было суждено Богом. И вот почему.

Сердце её, жаждущее духовного роста, откликнулось именно на повышенный уровень понимания её личности сэром Роджером. Ведь именно поэтому он не только хотел слушать её, но и повиноваться всему разумному, исходящему из уст её. Сэр Эдвард словно помогал Джейн подниматься на новую духовную высоту и совершить христианский подвиг. Но не этого хотел и не так видел будущую жизнь с Джейн кузен Сэм, когда он делал ей предложение о женитьбе. Он жаждал видеть её ученицей своих религиозных наставлений. Сэм в своём религиозном фанатизме не только не ощущал в Джейн духовную личность, ярко и глубоко всё чувствующую, но разумел её некоей наивной глупышкой, которой нужен в спутники муж-наставник.

Так что Джейн с Эдвардом были нужны друг другу как взаимодополнение для совместного пути к Богу. Она любила Эдварда авансом, а не за что-то внешнее, не по какой-то логически видимой причине. Так могли любить эльфы, ангелы в представлении Эдварда, и такое понимание о ней поднимало Джейн на незримую высоту и побуждало её становиться лучше, чем она была. Именно поэтому Джейн, чтобы не упасть с той духовной высоты, на которую стремилась, и поделилась наследством с двоюродными сёстрами и братом.

Девушка поняла духовным чувством, что, дотягиваясь до этого, авансом даваемого ей уровня, она действительно сможет подняться над собой прежней, в закоулках души которой ещё прятались известные ей греховные наклонности. Потому что она чувствовала себя ответственной за помощь, в которой нуждался сэр Роджер Эдвард, чтобы вырваться на свою духовную высоту. И Богу был угоден этот союз родственных душ, что понимали и Джейн, и Эдвард, но каждый по-своему. И это позволяло ей много раз смиряться, а не впадать в надмение о себе. В духе она чувствовала, что с другим мужем ей не удалось бы воспарить от засилья плоти, поскольку кузен Сэм всё время приземлял бы Джейн непониманием её внутренних устремлений. Однако Эдвард ощущал через Джейн некий Божий перст, выправляющий всю кривизну его души, ощущал её как проводника от Ока Божьего, Всевидящего, но при этом любящего.

…И Эдвард стал однажды видеть! Раньше он был слепец душой, но теперь, когда прозрел изнутри, Бог позволил снова видеть внешний мир. Всего одним глазом. Всевышний полностью исцелил его душу и позволил прозреть. Правда, это случилось спустя десять лет их супружеской жизни! Бог усмотрел духовное возрастание Эдварда, зная, что, крепко полюбив Джейн за её душевные качества, он уже никогда не увлечётся ничем внешним, другими женщинами. Научился он этому от неё и от Духа Божьего. И Эдвард поднялся на новую высоту, к которой он стремился под влиянием Благодати, и утвердился на ней. И Джейн тоже обосновалась на высокой духовной позиции: христианском подвиге, потому что взяла крест свой – быть помощницей мужу, не мешающей ему возрастать духовно и стать зрелой личностью.

Перелом

Молодая женщина в волнении ходила, лихорадочно размышляла в уединении спальни, куда укрылась от дочерей. Дождь методично барабанил по окну, как будто побуждая Эмили к решительным действиям. Она вспомнила вчерашний разговор с Катариной, в котором та призывала подругу принять решение: либо раскрыть всё, прижать мужа к стенке, либо сделать выводы и начать с чистого листа, переосмыслив этот вопрос. Эмили же была категорически против разоблачения мужа или высказывания ему подозрительных упрёков.