- Рейтинг Литрес:4.8
- Рейтинг Livelib:4.6
Полная версия:
Алеся Кузнецова Кровь служанки
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
Он перевел дыхание и продолжил, глядя в полумрак алькова:
— После смерти жены хозяин стал ужасно подозрительным. Когда он женился во второй раз, в замке появился диковинный зверь: настоящий лев. Говорят, его рык перекатывался по коридорам так, что от страха дрожали не только слуги, но и крестьяне в соседних деревнях.
Яромир понизил голос почти до шепота:
— По ночам, когда все запирались в своих комнатах, зверя выпускали бродить по замку. Любой, кто рискнул бы выйти, не имел никаких шансов на жизнь.
— А эта служанка оказалась столь нерасторопной, что не успела спрятаться до выхода льва? — с неподдельным интересом спросила Аркадия, делая шаг ближе.
Виктор Карлович слегка поморщился и поправил очки:
— Самое любопытное, что у этой легенды есть исторические подтверждения, — заметил он сухо. — Предание о льве встречается и в хрониках соседних поместий.
Он сделал короткую паузу, будто решая, стоит ли продолжать, и все же добавил:
— И, кстати… в записях о погибших напротив имени служанки значится: «погибла в пасти льва».
В зале кто‑то тихо охнул. Даже Галина, обычно невозмутимая, чуть приподняла бровь.
Эва ощутила, как холод пробежал по спине. В ее памяти болезненно вспыхнул собственный сон, и в этот раз она уже знала, что это не просто игра воображения.
— Ее звали Аленой, — не без удовольствия продолжил Яромир Петрович. — Легенда гласит, что девушка стала единственной жертвой льва.
— Алена … — почти беззвучно одними губами повторила Эва незнакомое имя.
— Девушка была видная, бойкая, к тому же обучена языкам — воспитала ее вторая жена Казимира. Алена была сиротой и сначала жила в замке под покровительством хозяйки, и та, говорят, так привязалась, что уже не мыслила без нее ни дня. Алена черной работы не делала, но место свое всегда знала.
Он сделал короткую паузу, и гости будто застыли, боясь шелохнуться и внимательно слушая каждое слово.
— Однако, — Яромир понизил голос, — рядом с хозяйским сыном ее присутствие оказалось опаснее любого огня. Это было все равно что разложить костер рядом со стогом сена. И в какой‑то момент пламя все‑таки вспыхнуло. Не в прямом смысле, разумеется… но последствия оказались куда страшнее.
— Блудница, — словно выплюнула это слово Галина, — Отблагодарила за добро.
— Не совсем. Наследник замка Станислав, чей портрет вы видели в первом зале, в браке не был счастлив. Жена принесла ему новые богатства, хотя и старые сокровища семьи к тому времени были невообразимы. Говорили, что он с отцом собрал золотой короб два на два метра и набил его драгоценностями и золотыми монетами. Кстати, по преданию ключ был утерян. Как думаете, чья голова венчала этот ключ?
— Льва... — жадно вглядываясь в рассказчика машинально вымолвила Диана.
— Именно! Золотой лев с изумрудно-сапфировыми глазами вместо рукоятки ключа.
Эва вздрогнула от этих слов и рука машинально коснулась груди, где нарастало холодное, вязкое ощущение, будто чужая история вдруг зацепила ее собственную. А Яромир, видя, какой эффект на гостей производит эта легенда, не без удовольствия продолжил:
— Ходили слухи, отец и сын часто спускались куда-то в подземелья, чтобы взглянуть на свои сокровища. И вход к ним, конечно, шел через клетку льва.
— Но как их не трогал этот лев? — Аркадия буквально глотала слова от возбуждения.
— Со львом был дрессировщик, огромный мужик, Кузьмичем звали. Единственный кого, кроме Казимира, слушал Кузмич, это Станислав, унаследовавший замок после смерти отца. Поэтому Алена могла тайком приходить к нему, когда Кузьмич по приказу хозяина запирал зверя в клетке. Но никто другой не знал о том, что лев в эту ночь не поджидает в коридорах, а спит сытый у себя.
Но... — Яромир Петрович замолчал и обвел взглядом слушателей, — как это часто бывает, страсть наследника угасла. Диана наклонилась вперед, глаза ее блестели:
— И что же? С такими богатствами, он легко мог откупиться от Алены.
— А может ей не богатства были нужны, и она действительно любила этого Станислава, — возразила Аркадия.
— Ага, как же, — фыркнула Галина.
Эва покачала головой и перевела снова взгляд на Яромира Петровича, а он продолжил: — Однажды в замок приехал друг Станислава из столицы. И наш герой, желая блеснуть перед другом, не просто показал ему Алену, а заставлял девушку проявлять перед гостем привязанность к хозяину и постоянно унижал. Но гостю она приглянулась и тот стал добиваться ее внимания. Алена отвергала его — говорили, что она действительно любила Станислава.
Галина усмехнулась едва заметно:
— Любовь служанки… слишком банально.
— Банально, — согласился Яромир, — но не для нее. А потом Станислав со столичным франтом перебрал с выпивкой и вот так легко взял да и проиграл Алену в карты. Девушку отвели к гостю. А тот был и рад. Выбор у Алены был небольшой: или стать игрушкой заезжего франта или погибнуть в пасти льва. Гость этот, как и сам Станислав, понимал, что при таких обстоятельствах Алена бежать к своей смерти не станет.
— Но Алена… — голос Яромира дрогнул, — она ударила гостя вазой и бросилась в коридор. Вы помните, конечно, кто гулял ночами по замку. Больше ее никто не видел. Утром нашли лишь пятно крови на камне и разорванные одежды рядом.
Эва слушала, не в силах оторваться от рассказа. В висках стучало, словно удары тяжелых львиных лап касались каменного пола, и каждый новый штрих истории резал по живому. А еще в голове пульсировали слова: с изумрудно-сапфировыми глазами… Эва почувствовала, как леденеют пальцы. Она сделала шаг назад и каблук скользнул по гладкому камню. Тело покачнулось, и Эва едва не упала, ухватившись за стену, но ткань свитера предательски потянулась вниз, обнажая то, что она пыталась скрыть. На груди, из‑под выреза, выскользнула цепочка, и кулон раскрылся прямо на глазах у всех.
В тусклом свете витражей под тонкой пластинкой золота сверкнули два глаза — изумрудный и сапфировый. Чеканная, грозная морда льва смотрела на гостей из ее кулона, и Эва вдруг ощутила, как в груди гулко ударило сердце.
Глава 9. Глаза льва
Эва судорожно прижала ладонь к груди, но было поздно — все уже увидели чеканную морду льва с изумрудно-сапфировыми глазами. На секунду ей показалось, что эти глаза вспыхнули живым светом, и сердце ударило так резко, что в ушах зашумело. На нее обрушились горячие, любопытные взгляды гостей. Больше всего на свете она хотела сейчас спрятаться, уехать из этого замка с его тайнами и легендами, от этих людей, которых еще день назад не знала. Секундное замешательство, и ее растерянный взгляд остановился на Мироне, будто ища опору. Мужчина мгновенно оказался рядом, поспешно подхватил ее под руку и склонился ближе:
— Пойдем, я провожу тебя в комнату.
Но прежде чем она успела ответить, холодный голос прорезал воздух:
— Мы что, не услышим теперь, откуда у нее кулон? — Галина встала прямо перед ними, нарочно перегородив дорогу.
— А я думала, вас только браслеты интересуют, — не удержалась и съязвила Аркадия. Галина лишь презрительно отмахнулась.
Напряжение в груди стало невыносимым. Эва выдавила улыбку, стараясь, чтобы голос прозвучал ровно:
— Моя прабабушка когда-то работала в Африке… она оттуда привезла.— Эва произнесла это машинально, окунаясь снова в историю, которую слышала много раз в детстве.
— Тоже мне сыщица, успокойтесь уже со своими браслетами и кулонами. — Смех Дианы разрядил обстановку и гости снова загудели, обмениваясь впечатлениями от услышанного. Виктор Карлович подошел к алькову и внимательно рассматривал камень.
— А скажите, это пятно… оно действительно осталось с тех времен?
Яромир Петрович неопределенно махнул и вернулся к Эве.
— Простите, я могу взглянуть? Просто такое совпадение. Я тут рассказываю и вдруг у вас тоже лев.
Эва не очень охотно, но все же снова достала из-под свитера кулон.
— Надо же, мне не показалось… у него изумрудно-сапфировые глаза, — вполголоса произнес Яромир Петрович. — Как в той истории.
Виктор Карлович уже тоже был здесь:
— Очень интересное изображение льва. Такое характерное… — пробормотал он, — Очень интересно…
— Просто совпадение. Бабушка рассказывала, что ее мама в молодости была в экспедиции, тогда это модно было. Кулон со львом подарок прапрадедушки, он умер от малярии во время поездки по Африке и его вдова вернулась домой во Францию. Там и родилась прабабушка.
— А вы хорошо говорите по-русски, — вдруг заметила Галина.
— Это мама настояла. Она была увлечена русской культурой и я с детства учила язык. Потом по работе пригодилось, у меня много клиентов в русскоязычных странах.
— А чем вы занимаетесь? Как интересно! — Аркадия протиснулась вперед и стала так, что теперь почти касалась плечом Мирона.
— Антиквариатом, — выдохнула Эва.
— Надо же! — почти одновременно воскликнули Яромир Петрович и Аркадия.
— Да вы просто находка для нас! Это не ураган, это сама судьба вас привела сюда. Эва, милая, нам позарез необходима ваша помощь. У меня столько экспонатов, а как разобраться где подделка, а где настоящее — ума не приложу. — Яромир Петрович смотрел на нее как на главную удачу своей жизни, но она знала, что откажет ему.
Однако ответить первой она не успела.
— Эва очень устала после дороги, — Мирон сильно сжал пальцы на ее локте, и она инстинктивно убрала руку.
— Да и день сейчас не лучший для работы,— продолжил он уже более расслаблено.
— Я бы с удовольствием помогла, но правда не могу, — согласилась Эва. — Нам с Мироном нужно сегодня уехать. Я и так уже задержалась.
Эва почувствовала, как металл под пальцами стал теплым и поспешно спрятала кулон обратно под свитер, но этот жест не ускользнул от Федора: он смотрел так пристально, что у нее закружилась голова.
— Нам нужно уехать... — в голове Эвы нарастал шум и она просто хотела чтобы этот день скорее закончился.
— Уехать? — переспросил Мирон, и на его лице мелькнула тень. — Боюсь, это будет не так просто.
— Почему? — Эва не понимала, что смущает ее в голосе помощника, но чувствовала в нем вдруг возникшее напряжение.
— Я ходил к дороге. Там завал.
За своими внутренними переживаниями она совсем не заметила, что с неба снова полились кубометры воды. Ливень усиливался и ветер клонил деревья к земле. А здесь за толстыми старыми стенами они ничего не слышали.
Эва вскинула на Мирона недоуменный взгляд и отпрянула в сторону. — Но это невозможно… — прошептала она. — …У нас билеты на самолет, и я уже переносила вылет один раз.
Федор решил вмешаться и сделал шаг ближе, его голос прозвучал глухо:
— Вам стоит остаться. Здесь безопаснее.
— Здесь?! Нам только что рассказали, что в этом месте погиб человек. Такой страшной смертью. Как может здесь быть безопасно? Да я вообще здесь оказалась случайно! Сама не понимаю, как попала сюда. Зачем я только вообще согласилась на этот заказ.
— У всех событий есть причина, — поднял бровь Федор. Раз согласились, значит у вас она была. А что до непогоды, то она привела в этот замок не только вас. Еще день назад здесь были только мы с Яромиром Петровичем, верно? — и он улыбнулся краешками губ, кивнув управляющему. — Да еще Оксана Павловна, ну и ее муж Илья во дворе на подсобных работах. Не представляю, как им вдвоем удается справляться с таким хозяйством, а теперь еще и с таким количеством гостей.
— Верно, — кивнул Яромир Петрович. Меня самого сюда назначили только полгода назад, прямо накануне того, как Федор начал реставрацию органа. А так до нас тут строительные работы шли по восстановлению. Пока денег нет продолжить, весь бюджет на этот год выбрали. Но зато за это время решили привести в порядок музей и подготовить номера в гостинице. Моя идея, кстати. Целое крыло простаивало. А мы комнаты сделали. Первым, кстати, к нам вчера заглянул на огонек Виктор Карлович.
— Да, это вообще большая удача для меня, — кивнул историк, — ехал к товарищу, а тут буря такая, маршрутка остановилась и водитель говорит: все, дальше не поеду. Небо темное, дождь льет. Ну я подумал, что на поезде поеду дальше к товарищу, вышел на вокзале... а там узнал про замок и что скоро он открывается. Решил не терять такую возможность. Думаю, дай позвоню, а вдруг меня чуть раньше открытия пустят?
— Я тоже обрадовался, когда вы мне позвонили с вокзала. Такая удача – преподаватель истории из столичного ВУЗа, двадцать книг и монографий, очень впечатлен. Я прочитал про вас в интернете и буду рад услышать ваше профессиональное мнение о нашем музее.
— Это обязательно! Только сперва хотелось бы ознакомиться с архивными документами и посмотреть дневники хозяев в библиотеке. Я, честно говоря, даже воодушевился, что так случайно к вам судьба занесла. Товарищу позвонил и просил меня извинить.
Эва слушала вполуха. Ее удивляло не то, как он сюда попал, а то, с какой легкостью люди меняли свои планы, будто задержка, буря и замок были чем-то само собой разумеющимся.
— А вот меня не судьба привела, а статья в местной газете, — рассмеялась Аркадия и улыбнулась мужчинам. — Я как раз решила, что хочу написать книгу про наши достопримечательности. Каждый житель города должен быть чем-то полезен, вот и я решилась.
Галина пожала губы и в этот момент Виктор Карлович тихонько шепнул Эве: муж Галины – местный олигарх и это слова из его интервью, я на вокзале газету районную читал.
Эва рассеяно улыбнулась, не сразу сообразив зачем ей это знать. В голове еще отдавался шум и чужие статусы казались далекими и несущественными. Она удивленно посмотрела на историка и только сейчас заметила, что на самом деле ему еще и пятидесяти нет, а серьезный вид придавала привычка сутулиться и хмурить брови. Надо же, он тоже вполне живой и ничто человеческое ему не чуждо.
Она невольно повернулась к Виктору Карловичу, впервые видя в нем не только сухого историка, и краем глаза заметила взгляд Мирона. Ее помощник выглядел совершенно спокойным, но почему-то это спокойствие показалось ей напускным. Эва подумала, что в последний день он немного переходит границы. Она сама настояла, чтобы они были на ты, потому что не любила официоза, принятого в семье мужа, но при этом она не хотела, чтобы Мирон интерпретировал это неправильно. Она немного сомневалась по поводу поездки с ним вдвоем, но все-таки Мирон сам был родом из этих мест и неплохо разбирался в особенностях жизни на постсоветском пространстве. А годы жизни во Франции сделали его буквально незаменимым для работы с клиентами Эвы.
За окном ветер ударил так, что старое стекло жалобно заскрипело. Эве показалось, что в этом гуле было что‑то отдаленно напоминающее рык льва. И она снова дотронулась до кулона.
— Эва, ваш кулон очень красив. — кажется, Диана впервые назвала ее по имени и сейчас это прозвучало немного странно. — Наверняка ваша бабушка привезла много и других сувениров?
— Прабабушка, — машинально поправила Эва, — я не особо интересовалась этим.
— Но вы же сама эксперт по таким вещам, неужели не интересно было разобрать бабушкино наследие?
— Оно все у мамы. Мама находит большое удовольствие в семейных историях, а я больше увлечена этим, как работой.
— Понятно, — тряхнула головой Диана.
Под сводами замка воцарилась тишина, нарушаемая завываниями ветра.
— Кажется, самое время предложить вам немного личного времени и через час встретиться за обеденным столом, — развел руками Яромир Петрович, — Буду рад рассказать вам еще о замке после обеда и, наверное, уже тогда мы сходим посмотреть орган.
Гости стали расходиться. Федор чуть задержался у выхода. Эва подумала, как хорошо будет остаться одной за толстыми дверями комнаты. Но в этот момент возле нее снова возник историк:
— У меня есть кое-что, что вы непременно захотите увидеть, — произнес он негромко, и в его голосе было что-то, отчего у Эвы по спине пробежал холодок. — Не здесь, конечно… Но я бы хотел с вами переговорить. Может быть в библиотеке? Вряд ли вы согласитесь пригласить меня в свою комнату.
Эва почувствовала как под свитером жжет грудь кулон.
Глава 10. Время вопросов
Эва прикрыла за собой дверь, ощущая, как теплое дерево коснулось спины. Вдох короткий, нервный. А перед глазами — кулон, даже если сейчас он спрятан под свитером. Львиная морда, чеканная и холодная, смотрит прямо в нее. Изумруд и сапфир вспыхивают в тусклом свете. А может, это просто игра подсознания? А если нет?
Она больше не держит лицо — растерянность и страх вырываются наружу, а пальцы сами находят металл, прохладный, как утренний камень у окна. Странно… тело должно было его согреть. Но кулон холодный. Кажется, ее бьет озноб.
Мама всегда говорила, что она слишком впечатлительная. Может и нет никакого пазла, нет никакой тайны, обычная случайность, совпадение.
Она прокручивала сцену в коридоре, но мысли путались... Федор со своей мрачной уверенностью, Мирон с чересчур заботливым тоном, Галина — холодная, как витрина с замороженными десертами. И вдруг — Виктор Карлович, которого она практически не замечала. Его глаза, усталые, но внимательные, оставили странное ощущение: будто он хотел спросить о чем-то, но пока не решался. Эва перевела в задумчивости взгляд, покусывая край нижней губы, и немного качнулась. В ту же минуту кулон чуть задел кожу. Где-то на границе сна и яви в голове вдруг всплыл старый сон: яркий, как запретный кадр.
Эва села на край кровати и, поколебавшись, взяла телефон. Простые привычные действия. Вот что ее вернет в нормальное состояние. Пальцы сами набрали мамин номер в мессенджере.
«Мам, привет! Помнишь мой кулон? Скажи, ты уверена, что он действительно принадлежал прабабушке? И что его привезли из Африки?»
«Конечно, Эви. Ты же знаешь, этот кулон был у моей мамы с молодости. А ей его подарила ее мама.»
«Ты уверена?»
Эва нетерпеливо посмотрела на экран, и чтобы как-то успокоиться, прошла в ванную и умыла лицо холодной водой. К моменту ее возвращения на телефоне висело уведомление о новом сообщении.
«Я помню бабушку Элен. Она всегда говорила: этот кулон — напоминание, что женщины нашей семьи рождены быть храбрыми. Думаю, это было для нее особенно важно после смерти мужа. Она осталась одна в чужой стране, беременная. И сумела вернуться домой во Францию, родить дочь, вырастить ее. Элен нашла в себе силы все выдержать и жить дальше.»
Эва перечитала сообщение еще раз. И еще. Сердце сбросило безумный темп, дыхание стало ровнее.
Храбрость… Слово разлилось по ней теплой волной.
Бабушка Элен — почти забытая, живая лишь в выцветших фотографиях и обрывках маминых рассказов — вдруг шагнула из памяти, как из старого альбома.
Лукавая улыбка. Твердый, прямой взгляд. Женщина, которая не отворачивалась, когда становилось трудно. И именно она когда-то носила этот кулон.
Эва коснулась подвески снова, на этот раз уже без страха. «Храбрость», — тихо повторила она про себя, пробуя слово на вкус, как непривычное вино. Да, она ей понадобится. Чтобы сказать Арно о результатах исследования.
Это раздавит его. Возможно, уничтожит их обоих. Но выхода нет. Он всегда был честен с ней. И она заплатит тем же, даже если цена окажется слишком высокой.
Мысль о разговоре с мужем сжала сердце тяжелым обручем. Эва знала, что больше не может прятаться за удобные полуправды. Слишком многое изменилось. Слишком многое оказалось не тем, чем казалось.
В этот момент в ее дверь постучали. Эва приоткрыла, не снимая с двери цепочку. В проеме показалась Галина, безупречная женщина в стильном костюме, с идеальной укладкой и ярким, почти вызывающим макияжем. Она улыбалась, но глаза оставались холодными.
— Не помешаю? — спросила она, будто речь шла о дружеском визите. Эва сжала пальцы на дверной ручке, не зная, пускать ли. — Время не самое подходящее…
— А подходящего и не бывает. Это займет всего пару минут, зато прояснит многое, — Галина слегка наклонила голову, и пряди волос блеснули в тусклом коридорном свете.
Эва нехотя сняла цепочку с двери и пропустила внутрь незваную гостью.
Галина сразу же прошла внутрь и бегло осмотрела вещи в комнате.
— Ловко вы про бабушку и Африку придумали.
— Прабабушку. И это правда.
— А как же.. Чуть не поверила. Ну что же, по крайней мере за последнее время вкус моего мужа, как минимум, стал изысканнее. Растет Леонид Феофанович, ничего не скажешь.
Эва почувствовала, как у нее холодеют пальцы. Эта женщина источала опасность. Она ни перед чем не остановится в попытке защитить семью. Как же она отличается от самой Эвы. Галина ни в чем не сомневалась. Очевидно, она была уверена, что главной миссией ее жизни было спасать мужа от претендующих на него женщин.
— Ваш муж? — повторила Эва осторожно, надеясь, что это прозвучит нейтрально.
Галина усмехнулась краешком губ:
— Мой, конечно, ну не мифический же ваш француз. И не делайте вид, что не знаете Леонида Феофановича. Он, конечно, мужчина видный и любит окружать себя красивыми и… полезными женщинами. Но он никогда не оставит семью, даже не рассчитывайте. Знаете, сколько было таких, как вы, за эти годы? А мы между прочим уже 27 лет женаты!
Эва почувствовала, как перехватило дыхание.
— Вы ошибаетесь, — тихо произнесла она, стараясь, чтобы голос звучал твердо.
— Ошибаюсь? — Галина медленно обвела ее взглядом, будто оценивая. — Хотелось бы мне ошибаться. Но знаете… украшения женщины могут рассказать многое и без слов.
Галина прошлась по комнате и остановилась у комода.
— Так значит на охоту на слонов он взял с собой вас… — Галина снова оценивающе посмотрела на Эву, — надеюсь, вы не беременны?
— Что вы себе позволяете?! На каких слонов?!
— На африканских. Мой муж заядлый охотник и в последний раз привез настоящие бивни из Африки. Но я и подумать не могла, что эта предыдущая пассия уже тогда получила отставку.
Эва задохнулась от возмущения:
— Вы бредите. Я даже не знакома с вашим мужем.
Галина лишь чуть заметно склонила голову, словно кошка, играющая с пойманной мышью:
— Ну-ну, вы что не поняли, что со мной лучше взаимодействовать, чем враждовать. Я могу закрыть глаза на некоторые слабости моего Леонида Феофановича, но должна быть уверена, вы поняли меня? Я должна быть уверена, что контролирую ситуацию и это не навредит моим детям и мне.
— Я бы так не смогла... — Эва присела на край кровати, — Неужели вы вот так все 27 лет?
— Я еще не так, деточка. И если только начнешь вести себя непредсказуемо, мало не покажется. Для меня в этом районе закрытых дверей нет. Надеюсь, я понятно объясняю? Кстати, история про ураган и то, как вы случайно попали сюда, звучала довольно убедительно, я вначале даже поверила и вычеркнула тебя из подозреваемых.
— Каких подозреваемых?
— Ну очевидно же.
— Галина, вы очень ошибаетесь. У меня правда есть муж, его зовут Арно и завтра наша годовщина свадьбы.
— Свидетельство о браке есть?
— Фотографии есть. — Эва достала мобильник и, разблокировав, открыла несколько фотографий с Арно.
Галина чуть наклонила голову и недоверчиво рассматривала фотографии со свадьбы Эвы с мужем.
— А если фото постановочные?
— У вас что, паранойя? — Эва устало вздохнула, открыла браузер и через несколько секунд молча протянула Галине телефон.На экране были публикации с фотографиями её свадьбы: наследник аристократического французского рода Арно де Ренье и специалист по антиквариату Эва Морейн.
— Так это не ты получается… — Галина растерянно села на кровать рядом с Эвой. — Но ведь все буквально совпадало. Я, честно говоря, даже порадовалась, что это не безмозглая Аркаша и тем более не эта хищница.
— Простите, Галина, мне очень жаль, но я не могу вам ничем помочь. И мне надо идти, у меня встреча с Виктором Карловичем в библиотеке. Не знаете как туда пройти?
— Сегодня всем нужен историк. Диана тоже его искала. Я встретила ее по дороге к вам. Нет, не знаю, где библиотека.
