Александр Жаров Секс как искусство. Путеводитель для мужчин и женщин

Стыд, вина и страх

Уважаемые читатели, начнём издалека — с того места, где рождаются почти все комплексы, особенно сексуальные.

Когда-то, в глубокой древности, людей было немного. Племя из пятидесяти—семидесяти человек ещё можно было удерживать в порядке личным авторитетом: лидер видел каждого, знал каждого и мог напрямую влиять на поведение общины.

Но со временем люди стали размножаться, поселения разрастались, превращаясь сначала в сотни, затем в тысячи. Управлять такими массами напрямую стало невозможно. Тогда и начали формироваться системы контроля над поведением человека.

Одной из первых таких систем стала религиозная. Позже появились и другие: политические, государственные, социальные. Их стало много, формы менялись, но принцип оставался тем же.

В основе всех систем управления большими человеческими сообществами лежали одни и те же инструменты — страх, стыд и чувство вины.

Именно через них начали управлять поведением людей.

Именно их стали внедрять с детства.

Именно они со временем проникли в самые интимные области человеческой жизни — включая сексуальность.

Так возникла странная ситуация: то, что является естественной частью природы человека, оказалось окружено запретами, молчанием и внутренним напряжением.

Страх быть осуждённым.

Стыд за желания.

Вина за собственное тело и фантазии.

Эти чувства не родились внутри нас сами по себе — их научили нас испытывать.

И если мы хотим говорить о сексе как об искусстве, нам сначала придётся разобраться с тем, как и почему он оказался связан не с радостью, близостью и доверием, а с тревогой, зажатостью и внутренними конфликтами.

С этого и начинается наш путь.

Я не могу утверждать, что чувство стыда — это зло и от него следует полностью отказаться. То же самое относится и к чувству вины: в разумных пределах оно действительно удерживает человека от разрушительных и асоциальных поступков.

Представьте себе мир, в котором люди вовсе не испытывают стыда. Любой мог бы вести себя как животное: справлять нужду, где угодно, нарушать границы других людей и не испытывать при этом ни малейшего внутреннего дискомфорта. Очевидно, что обществу такие механизмы саморегуляции необходимы.

Проблема в другом.

Эти чувства были внедрены в человека не мягко и осознанно, а грубо и тотально — с самого детства. Их не объясняли, а вбивали. Не формировали внутреннюю культуру, а насаждали страх наказания. В результате стыд и вина перестали быть ориентирами поведения и превратились в инструменты подавления личности.

Особенно ярко это проявляется в сексуальной сфере.

Именно здесь человек чаще всего сталкивается с внутренними запретами, напряжением и ощущением «со мной что-то не так».

Эти чувства делают людей замкнутыми, зажатыми, неуверенными в себе. Они мешают говорить о желаниях, мешают чувствовать тело, мешают быть искренними с партнёром. В итоге страдает не только интимная жизнь, но и самоощущение человека в целом.

Я пишу эту книгу с простой и честной целью — чтобы как можно больше людей смогли избавиться от ненужных комплексов и почувствовать себя свободнее в сексуальной сфере.

Не распущенными.

Не безответственными.

А живыми, осознанными и не зажатыми внутренним страхом.

Потому что сексуальность — это не повод для стыда.

Это одна из форм человеческой близости.

И, если относиться к ней как к искусству, а не как к запрету, меняется не только секс — меняется качество жизни.

Если говорить в целом, то в сексуальной жизни именно эти три чувства — стыд, вина и страх — играют решающую роль. Их влияние может быть разным, в зависимости от характера человека, его воспитания и жизненного опыта, но суть остаётся одной и той же.

Существует огромное количество зажатых, закомплексованных людей. Людей, которых буквально «загнали внутрь себя». Они не могут раскрыться, не умеют проявлять желания, боятся показать себя такими, какие они есть, даже перед близким партнёром. Их внутренняя жизнь остаётся запертой, словно в упаковке, которую так и не разрешили открыть.

И причина этого — не в природе человека, а в том, как с ним обращались с детства.

Эти чувства не формировали постепенно и бережно. Их внедряли жёстко.

Через запреты.

Через наказания.

Через стыжение.

Через внушение, что «так нельзя», «это плохо», «об этом не говорят».

В итоге сексуальность, которая по своей сути является источником удовольствия, близости и доверия, превращается в зону тревоги. Человек боится не только другого, но и самого себя — своих фантазий, реакций, импульсов.

Так формируется внутренний конфликт: тело хочет одного, а сознание запрещает.

И чем раньше этот конфликт был заложен, тем труднее его потом осознать и изменить.

Именно поэтому разговор о сексе невозможно вести в отрыве от разговора о стыде, вине и страхе.

Они стоят у истоков большинства сексуальных блоков.

И без понимания этого невозможно говорить о свободе в интимной сфере.

Если посмотреть на поколения начала двухтысячных, а тем более — девяностых, восьмидесятых и семидесятых годов, становится очевидно: там практически никто никого ничему не учил. Тема секса была не просто закрытой — она считалась запретной.

Я хорошо помню собственные попытки задавать вопросы взрослым. Ответы были уклончивыми и противоречивыми. В детстве мать говорила мне, что «посеяла мешочек зёрнышек — и я родился». Позже отец, не вдаваясь в объяснения, ограничивался одной фразой: «Пользуйся презервативами».

На этом всё.

Никто ничего толком не рассказывал.

Никто не объяснял, как устроено тело, что такое желание, как говорить о нём, как понимать другого человека.

Учебной и просветительской литературы было крайне мало, а та, что существовала, либо пугала, либо морализировала.

Сегодня ситуация изменилась: появилось множество сексуальных коучей, блогеров, курсов и тренингов. Информации стало больше, но вместе с этим возникла и другая проблема — она часто противоречива, поверхностна или подаётся в форме очередного «правильного пути».

Поэтому я пишу эту книгу не как инструкцию и не как свод правил.

Я пишу её для разных людей — с разным опытом, разным характером и разными страхами. Для тех, кто хочет попробовать услышать себя и найти собственный путь в сексуальной жизни, а не подгонять себя под чужие шаблоны.

Моя цель — чтобы человек мог исследовать свою сексуальность:

без стыда,

без депрессии,

без постоянного чувства вины,

без парализующего страха.

Чтобы он смог раскрыться настолько, насколько ему самому это возможно.

Не ради нормы.

Не ради чужих ожиданий.

А ради внутренней свободы и подлинного контакта — с собой и с другим человеком.

Итак, к чему я веду? Зачем так подробно говорю о вине, страхе и стыде?

Потому что именно эти три чувства перекрывают в человеке то, что можно назвать его естественным, «животным» началом. Тем самым началом, которое отвечает за спонтанность, телесность, живую реакцию и способность получать удовольствие.

И речь сейчас не идёт о крайностях, не о БДСМ и не об извращениях. Я говорю о другом — о подлинной включённости в процесс, о полном присутствии в контакте, когда и мужчина, и женщина не играют роли, не прячутся за масками, а действительно участвуют в происходящем.

Именно это естественное начало в хорошем, здоровом смысле слова позволяет:

чувствовать своё тело,

слышать желания партнёра,

откликаться без напряжения и зажимов,

испытывать не механическое удовольствие, а настоящее наслаждение.

Когда же стыд, страх и вина становятся главными внутренними регуляторами, человек утрачивает доступ к этой части себя. Он всё время контролирует, оценивает, сравнивает, боится ошибиться или «выглядеть неправильно». В результате секс превращается не в живой процесс, а в напряжённое действие по инструкции.

Задача этой книги — постепенно возвращать человеку контакт с его естественной природой.

Не резко.

Не ломая психику.

А шаг за шагом, от главы к главе.

Мы будем аккуратно пробуждать это «животное» начало — не как хаос, а как источник энергии, чувственности и свободы. Параллельно будут даны практические техники и упражнения как для мужчин, так и для женщин, направленные на раскрепощение, снятие зажимов и восстановление контакта с телом.

Это не путь к распущенности.

Это путь к целостности.

Когда разум и тело перестают воевать друг с другом, сексуальность перестаёт быть проблемой и становится искусством — живым, осознанным и доступным каждому, кто готов честно взглянуть на себя.

Выбор партнёра для жизни

Хочу остановиться на одном важном моменте, о котором редко задумываются всерьёз.

Когда мы выбираем человека для совместной жизни, мы почти всегда опираемся на чувства, влечение и желание. Это естественно: сначала говорит тело, эмоции, фантазии. Мы влюбляемся, строим в голове образ партнёра, дорисовываем недостающие черты и верим в созданную нами картину.

Но когда начинается совместный быт, многое меняется.

Нам кажется, что человек «стал другим».

Что он изменился.

Что раньше был не таким.

На самом деле меняется не он — сгорают наши проекции. Исчезает образ, который мы сами же и создали, и перед нами постепенно встаёт реальный человек, а не идеальная версия из наших ожиданий.

Не тот, кого мы придумали.

А тот, кто он есть на самом деле.

Спадает некая пелена — но точнее сказать иначе: спадает влечение как главный фильтр восприятия. Когда гормональный туман рассеивается, становится видно характер, привычки, реакции, ценности. И тогда начинается настоящее знакомство.

Именно здесь многие пары сталкиваются с разочарованием. Не потому, что партнёр плохой, а потому, что он оказался не тем образом, который был нарисован в голове.

Поэтому первое, на что стоит обратить внимание, если речь идёт не о краткосрочных отношениях, а о совместной жизни, — это не внешность и даже не страсть.

А то, в какой семье вырос человек.

Я имею в виду структуру его родительской семьи:

там доминировал патриархат или матриархат?

кто принимал решения?

кто нёс ответственность?

какая модель отношений была для него нормой с детства?

Это важно не из любопытства.

И не для оценки.

Это нужно для понимания того, какую форму близости человек считает естественной. Мы почти всегда бессознательно копируем сценарии, которые видели в родительском доме. Даже если на словах их отрицаем.

И дальше я объясню, почему это имеет прямое отношение не только к быту и конфликтам, но и к сексуальной жизни пары.

Могу привести пример из собственной жизни.

У меня было три официальных брака, сейчас — четвёртый. К счастью, счастливый: мы живём вместе уже девятый год, и в наших отношениях всё стабильно.

Но до этого я прожил с тремя женщинами — с одной около пяти лет, с другой семь, с третьей тринадцать. Во всех случаях я долго терпел и не уходил прежде всего ради детей.

Долгое время я не мог понять, в чём причина наших постоянных конфликтов. На чём на самом деле строились ссоры? Почему именно через три—четыре года совместной жизни начинались проблемы — и в быту, и в сексуальной сфере? Компромисса найти не удавалось, напряжение только накапливалось.

Когда я начал анализировать ситуацию уже с холодной головой, многое стало ясно.

Оказалось, что каждая из моих бывших жён выросла в семье с выраженным матриархатом. В их домах доминировали матери: они принимали ключевые решения, задавали правила, формировали атмосферу.

А в моей семье был жёсткий патриархат. Лидером был отец — он вёл семью, определял направление, нёс ответственность. В такой системе воспитывался и я.

В итоге мы сталкивались не просто характерами, а моделями мира.

Лбами сталкивались два сценария:

один — где мужчина привык быть ведущим,

другой — где женщина привыкла управлять.

И никто не хотел уступать, потому что каждый считал свою модель естественной и правильной. Так и происходили расставания — не из-за отсутствия любви, а из-за несовместимости глубинных установок.

Поэтому, прежде чем выбирать партнёра для долгих отношений, стоит задать себе простой, но важный вопрос:

готовы ли вы идти наперекор той модели семьи, в которой выросли сами — и той, в которой вырос ваш партнёр?

Иногда люди действительно способны выстроить новую систему и найти компромисс. Такие случаи бывают.

Но они редки и требуют высокой осознанности с обеих сторон.

Чаще всего человек бессознательно тянется к привычному сценарию — и пытается навязать его другому. И если эти сценарии противоположны, конфликт становится почти неизбежным.

Понимание этого заранее может сэкономить годы жизни, массу боли и разочарований — и в быту, и в сексуальной близости.

Сейчас я живу с любимой женщиной, которая выросла в семье с таким же укладом, как и моя, — в патриархальной системе. И именно здесь я впервые могу сказать, что у меня действительно гармоничные отношения.

Мы вместе уже девятый год. И за всё это время у меня ни разу не возникло желания уйти «налево» или что-то скрывать. Это разительно отличается от моего прошлого опыта: в предыдущих браках я изменял регулярно, почти автоматически. Тогда я сам не мог объяснить себе, почему так поступаю.

Возможно, это был бессознательный протест против того, как со мной обращались.

Возможно, попытка вернуть себе ощущение значимости.

А возможно, я просто повзрослел и стал яснее понимать себя.

Но факт остаётся фактом: когда я встретил человека с похожим жизненным фундаментом — с теми же базовыми представлениями о ролях, ответственности и устройстве семьи, — всё встало на свои места.

Исчезло внутреннее сопротивление.

Исчезла необходимость что-то доказывать.

Исчезло желание искать подтверждение своей ценности на стороне.

Вместо этого появилось спокойствие и устойчивость.

В сексуальной жизни у нас тоже полное взаимопонимание. Не потому, что мы одинаковые, а потому что говорим на одном языке — языке близости, доверия и принятия ролей. Нам не приходится бороться за власть или меряться правотой. Мы не тащим в постель неразрешённые бытовые конфликты и скрытую агрессию.

Именно поэтому выбор партнёра по глубинным жизненным установкам важен не меньше, чем влечение или чувства.

Совпадение детских моделей семьи — это не гарантия счастья, но это прочный фундамент.

А несовпадение этих моделей — не приговор, но постоянная зона напряжения.

И если люди не осознают этого, они снова и снова будут пытаться лечить симптомы: измены, холод в сексе, раздражение, отчуждение — не понимая, что причина лежит гораздо глубже, чем кажется на первый взгляд.

Таким образом, выбор партнёра для жизни — это не только вопрос чувств и притяжения. Это вопрос глубинной совместимости: совпадения представлений о ролях, ответственности, власти и близости. Мы можем долго убеждать себя, что любовь всё преодолеет, но реальность совместной жизни показывает другое — именно скрытые установки, принесённые из детства, чаще всего становятся источником конфликтов, разочарований и охлаждения в интимной сфере.

Любовь зажигает.

Но именно совпадение жизненных сценариев позволяет этому огню не погаснуть.

Когда два человека смотрят на семью из разных миров, им приходится не просто договариваться — им приходится каждый день переводить друг другу свою реальность. Это возможно, но требует зрелости, честности и постоянной работы над собой. Когда же эти миры изначально похожи, отношения становятся не полем боя, а пространством роста и поддержки.

Поэтому, выбирая человека для долгой дороги, важно смотреть не только на то, как с ним сейчас хорошо, но и на то, из какой почвы он вырос.

Из какой семьи.

Из каких правил.

Из каких представлений о мужчине и женщине.

И тогда союз перестаёт быть борьбой за место рядом и становится движением в одном направлении.

На этом мы завершаем разговор о выборе партнёра для жизни.

Дальше речь пойдёт о том, что происходит после того, как выбор сделан, — о внутренней динамике пары, о скрытых механизмах притяжения и о том, что именно превращает близость либо в источник силы, либо в источник напряжения.

Женщина. Изучение тела

Её телу не дали имени.

Ей дали ожидания.

Ей говорили, что существуют «правильные» женщины и «неправильные».

Что есть некое тайное расположение органов.

Что одни созданы для удовольствия, а другие будто бы «собраны с ошибкой».

И она долго верила, что с ней что-то не так.

Пока не поняла одну простую вещь:

женщина не ломается по чертежу.

Она звучит — как инструмент.

И не каждый знает, где именно касаться струн.

В действительности не существует «типов женщин по телу».

Существует лишь одно различие —

какая часть её внутреннего мира сильнее откликается на прикосновение.

И дело вовсе не в форме.

А в том, где в ней живёт отклик.

Есть три способа, которыми женщина переживает наслаждение.

Не как схема.

Как музыка.

Первая. Та, у которой мир начинается с поверхности

Её отклик рождается не в глубине — а на границе.

Там, где кожа тонка, как мысль перед сном.

Там, где дыхание сбивается от одного прикосновения.

Этой женщине важно не движение — а соприкосновение.

Не толчок — а присутствие.

Ей близки позы, в которых тела смотрят друг на друга.

Где бёдра не расходятся, а ищут.

Где нет «проникновения», а есть слияние давления, тепла и дыхания.

Её разряд похож на вспышку —

словно внутри кто-то щёлкает выключателем.

Для неё мир делится на два состояния:

до касания

и после.

И если этого касания нет,

даже самая сильная страсть может остаться пустым движением.

Вторая. Та, у которой глубина важнее поверхности

Третья. Та, у которой совпадают внешний и внутренний мир

Чего не существует