Алекс Уэйн Закон против чувств

ГЛАВА 3

Долорес Аллен

9:45

Глаза уставились в стену, а кроссовки своим постукиванием сводили меня с ума. Может не стоило вчера дерзить ей, когда она заваливала меня вопросами, никак не касающимися ее любопытной персоны?

В первую же минуту, когда я зашла внутрь, эта, как теперь известно Эмма, успела мысленно прибить меня гвоздями и сжечь на костре всю мою одежду. Она оценила мою белую футболку, голубые джинсы и усмехнулась на моменте, когда подобралась к рваной дырке на колене. Конечно, ее примитивно завязанный бантик на шее и сдержанное синее платье не сочетается с взъерошенными волосами, которые растрепались после того, как автобус решил не дожидаться моего прибытия, но и важной особой ее тоже не делает.

Будильник не сработал, и я не виню его в опоздании. Наверняка это работа папы. Я сплю как убитая, и вполне возможно, в его голове созрела прекрасная идея, как помешать мне. Очередная наивность, как и секретарша Эмма, уже сорок минут игнорирующая мое присутствие.

Я встала с одного из стоящих в линию стульев и подошла к стойке.

Прекрасно. Она занимается очень важным делом – затачивает карандаши. Надеюсь, не с целью выколоть мне глаза.

– Да? – хлопая глазами спросила секретарша.

– Мои документы готовы?

Не могу. Этот бантик сводит меня с ума, так и хочется срезать его, дать поиграть какой-нибудь уличной кошке, потому что там ему и место.

– Нет. Придется подождать еще немного.

Я сжала пальцы, медленно подкрадывающиеся к одному из заточенных карандашей.

Да что такого я ей вчера сказала? Всего лишь «не твое дело».

– Ладно, признаю. Была неправа. – Я выдавила доброжелательную улыбку, ничего не говорящую обо мне от слова совсем. Говорила же, что являюсь профессионалом во лжи. – Мне очень нужно получить пропуск. Рабочий день уже начался, а я боюсь разочаровать начальство.

Она довольно хмыкнула и достала из-под стола пару бумажек в комплекте с пластиковой карточкой, схожей на банковскую.

– Хорошей работы. – Эмма отзеркалила улыбку, выравнивая счет между нами.

Сука.

– Кстати, Лора. – Оторвавшись от пропуска, я вернула к ней внимание, представляя, как этот бантик душит ей шею. – Тебе и правда следует поторопиться. Стэн не любит, когда пропускают планерку. Лучше будет, если ты сунешься туда с опозданием, чем вообще не придешь.

Пластиковая карточка в моей руке нервно пустила трещины. Какого хрена тогда она тянула время?

Я агрессивно вцепилась пальцами в оставшиеся бумажки и направилась по следам массового скопления людей. Если бы сегодня все пошло, так как планировалось, я бы успела забежать во «Вкусные пироги миссис Белл» и поговорить с Чаком, рассказать о моем небольшом успехе. После работы первым делом пожалуюсь на эту сволочь за стойкой, придающую себе слишком важное значение. Эмма доказательство того, что внешний вид обманчив. Ее одежда кричит: «Я – девственница». Розовая помада это подтверждает, а вот слова и поведение говорят обратное.

Невольно задержавшись у большого плаката с лучшими работниками, я пробежала глазами по фотокарточкам, пытаясь понять, с кем мне предстоит иметь дело. Девушек оказалось не так много, две-три, не учитывая меня, а вот большее количество занимали мужчины, и самый главный из них, чье имя эта девственница назвала с душераздирающим уклоном, висел вверху.

Ох, черт.

Стэнли Нолан.

Он точно здесь работает или его повесили для привлечения внимания? На фоне остальных фотографий этот снимок выглядел почти нечестно. Парень смотрелся внушительнее остальных, и дело было не в звании капитана. Он стоял со скрещенными на поясе руками, а студийный свет подчеркивал напряженные предплечья и выступающие вены. Только спустя мгновение взгляд отрывался от фигуры и поднимался выше к русым волосам, зачесанным назад, и глубоким голубым глазам, только что напечатавшим на моем лбу свод правил и законов. Тело пронзил легкий холод, и это не плохо, потому что жаркая волна принесла бы более отвратительные эмоции.

Я вздрогнула, проходя дальше. Мой начальник – горячее, богом сотворенное создание, а такие обычно либо домогаются, либо отличаются особым зверством. Стоит один раз посмотреть ему в глаза и можно сделать правильный вывод, чего стоит ждать, но точно не ласки и заботы, которой меня одаривали на прошлом месте работы.

Я шла по коридору, всматриваясь в обстановку и отыскивая кабинет капитана. Под ногами мелькала светло-серая плитка, белые стены сливались с потолком в стерильной белизне. Это здание было построено недавно. Два крыла разделены пропускной системой. В левой части находились сотрудники со всеми утомительными дополнениями вроде Эммы, в правой – решетки для временного содержания нарушителей закона, медпункт и другие подсобные помещения, о которых еще предстоит узнать.

– Эй, новенькая, – крикнула в спину секретарша. – Планерка там. – Ее исхудавший палец ткнул в сторону просторного помещения с рабочими столами, внутри которого стояла огражденная стеклами зона. – Мой совет. Будь паинькой перед нашим капитаном и прослужишь здесь долго.

Что она сказала? Нашего капитана? Быть паинькой?

Меня едва не перекосило. Несколько секунд ушло на то, чтобы переварить ее слова. Она серьезно пытается помочь или просто напрашивается услышать о себе что-нибудь неприятное?

В любом случае, ее советы – это последнее, к чему я прибегну в жизни.

– Так можно пропустить все самое интересное, душка…

Я увидела ее раздраженный взгляд, приятно действующий на меня, и свернула к огражденной зоне.

Похоже, мы не подружимся.

Кабинет оказался прямо передо мной. За стеклянной стеной виднелись люди, сидящие на своих рабочих местах. Утренняя планерка навеяла кучу воспоминаний о прошлой работе. Мне не терпелось вернуться, но я не ожидала, что нудные совещания и отчеты напомнят о себе раньше, чем я с кем-то познакомлюсь.

Я ворвалась внутрь, зная, что Эмма до сих пор следит за мной. Быть паинькой это тихо постучать, нагнуться, чтобы незаметно проползти к месту? Она это имела в виду? Я давно перестала испытывать волнение из-за подобных ситуаций, поэтому предстоящее знакомство с отделом не воспринималось как препятствие. Скорее маленький барьер, который нужно побыстрее перешагнуть, чтобы получить то, за чем я пришла. Первые дни всегда тяжело даются новичкам, но первое – я не новичок, а второе – мне плевать на тех, с кем я буду работать.

Я толкнула дверь и вошла внутрь. Полицейские сидели за длинными столами, кто-то листал бумаги, кто-то пил кофе, кто-то откровенно разглядывал меня, не пытаясь этого скрыть.

Я уже открыла рот, собираясь представиться, когда заметила, что полицейские смотрят вовсе не на меня. Точнее, не только на меня.

Взгляды один за другим скользили куда-то мне за спину и по позвоночнику пробежал неприятный холодок.

Не успела я обернуться, как совсем рядом раздался низкий, полный раздражения голос:

– Какого черта?

Медленно повернув голову, я уткнулась взглядом в широкую грудь, обтянутую темной футболкой. Мужчина с фотографии все это время стоял прямо за моей спиной и смотрел так, будто уже вынес мне приговор. Русые волосы были небрежно зачесаны назад, словно он провел ночь без сна. Судя по резкому тону, так оно и было. В любом случае, на стенде явно либо старая фотография, либо дерьмовый фотограф, потому что в реальной жизни капитан еще более свирепый.

На мгновение мне показалось, что весь участок притих, ожидая, что будет дальше.

– Какого черта? – непонимающе переспросила я. – Меня зовут…

– Ты опоздала.

И снова меня оборвали на полуслове. В кабинете стало подозрительно тихо. Даже странно для места, где обычно не затыкаются ни на минуту.

Капитан смотрел так, словно мое появление испортило ему утро, день и, возможно, всю его жизнь. За что такая ненависть?

Я подавила нарастающее раздражение. Если бы не эта дрянь, я бы пришла вовремя.

– Прошу прощения, но…

– Мне плевать на твои прощения. Садись. Живо.

Что я говорила до этого? Либо домогается, либо отличается особым зверством? Я попала в самую точку, и, твою мать, первый вывод кажется теперь более привлекательным.

Капитан Стэнли Нолан. Мой начальник.

Наше знакомство заняло меньше минуты. Этого времени ему хватило, чтобы выставить меня полной идиоткой перед всем отделом.

Мне ведь не нужны проблемы?

Боже, Лора, ты же пришла сюда за этим.

Сжав зубы, я заставила себя двинуться с места. Каждый шаг сопровождался десятком любопытных взглядов. Полицейские следили за мной так, будто ожидали продолжения представления. Я не против, но уступивший мне место высокий брюнет с кривоватой улыбкой на секунду отвлек от мести.

– Не бери в голову. Он всегда такой.

– Тем хуже для него, – буркнула я.

Плюхнувшись за стол, уставилась на презентацию позади капитана. Смотреть на графики было безопаснее, чем на его лицо.

– Брендон. – Высокий брюнет протянул мне руку, внимательно разглядывая каждую деталь гардероба. – Еще не успела получить форму?

Я пожала руку.

– А похоже?

Брендон усмехнулся, но ответить не успел. Взгляд капитана изменился и наметился на цель поважнее, голос же призвал поджать хвосты и слушать.

– Если вы, ублюдки, не можете поймать его, федералы, которых я приведу, с удовольствием согласятся помочь нам в расследовании, забрав все ваши премии к херам. Месяц, Энсон! Месяц ты таскаешься с уликами по этажам и пытаешься не попадаться на глаза. Думаешь, я это не вижу!?

Кажется, Энсон только что наделал в штаны.

– О каком расследовании он говорит? – полушепотом спросила я Брендона, не перестававшего пялиться на меня в открытую. Хотя, ответ был мне известен.

– Ты слышала про Тень?

– Тень? – наигранно вскинув бровь, переспросила я. Конечно, я слышала про нее. Все слышали, и то, что я переспросила это, возможно, сделало меня очень подозрительной.

– Нам повезло, что дело до сих пор остается у нас. Но если в ближайшее время ничего не изменится, Стэн с нас живьем шкуру спустит.

Однажды отец сказал, что Тень всегда рядом и дышит в спину каждого крупного бизнесмена, причастного к игорному бизнесу. Ну, точнее, с казино все начиналось, а закончилось тем, что щупальца Тени дотянулись до всех сфер жизни. Здравоохранение, политика, оборонная промышленность и даже мелкий бизнес, сулящий большую выгоду. Его работа была тихой и незаметной, пока в полицию не начали приходить смелые или, я бы сказала, отчаянные от потерянного имущества люди.

Я давно догадывалась, что уход отца связан именно с его делом, но стоило мне заикнуться, как глоток обжигающего виски притуплял все разговоры о нем, делая из отца невнятного идиота.

Год назад все мои наработки, записи, улики были переданы другому отделу.

Так вот, оказывается, кто этот мудак, нагло забравший половину моих записей и закрывший мне доступ ко всем файлам базы. Кажется, моя кожа медленно начинает тлеть, потому что этот мудак – мой начальник.

– Его никто не видел уже три года. Может, он сдох? Он не молод, Стэн, – высказался кто-то справа.

Я тоже придерживалась такого мнения год назад, когда улики сводились на нет. Ему было больше семидесяти лет. Учитывая его дела, долгая жизнь – это роскошь и единственное, что он не мог себе позволить.

– Тогда принесите мне доказательства того, что этой сволочи больше нет! – Страсть в глазах капитана заставила почувствовать вину даже меня. – Пропавший Алекс Гибсон – наш единственный свидетель, и, если вы не притащите его мне сюда, я вам всем бошки оторву.

Алекс Гибсон. Мой мозг иногда оказывается способнее меня. Я хорошо запоминаю все маленькие детали, и это имя я определенно слышала раньше.

– Брендон, к нему домой. Узнай все, что сможешь. Если родственники не захотят говорить, вези их сюда. Пусть засунут в задницу свое право хранить молчание. Найдем Тень, и только спасибо скажут.

– Да, кэп. – Брендон встрепенулся, наконец-то оторвав от меня взгляд.

– Грэм, со мной в отдел безопасности. Попробуем покопаться в ноутах, что нашли. – Он перевел внимание на мужчину в первом ряду. Его фотографии не было на стенде. Видимо, тот, кто их развешивал, решил не добавлять очередную физиономию угрюмого черноволосого здоровяка. Мужчина сидел неподвижно, сложив руки на груди. На его лице не дрогнул ни один мускул, но короткий кивок дал понять, что приказ услышан. – Сэм и Льюис – на место преступления, и даже не подходите ко мне, если ничего не узнаете. Лучше сразу сдавайте значки.

Мои глаза метались вместе с распоряжениями. Я быстро оглядывала сидевших со мной людей и приходила к выводу, что крики капитана привычное дело, потому что значки так просто никто не собирался сдавать.

– Остальные занимаются другими делами. Закончим на этом. – Подхватив со стола папки, капитан направился к выходу, но остановился на пороге, резко что-то осознав. – Да. Точно. Чуть не забыл. Давайте поприветствуем новенькую. Долорес Аллен. – Светло-голубые глаза устремились на меня через всю толпу. – Отучилась в полицейской академии, проработала три года в пятом полицейском участке, хорошие оценки, идеальная рекомендация. Настоящая гордость отдела кадров. Можете ей позавидовать.

По комнате пустились язвительные смешки. Придурок.

– Но, внимание, парни! Будьте с ней помягче. Бедняжка пережила на работе одну неудачу и ходила на лечение к психологу.

Я почувствовала, как напряглись плечи.

– Понимаю, что много чести, но, ребята, постарайтесь. Все поняли?

И снова тот же вопрос.

Какого черта?

– За работу? Или новенькая хочет что-то нам сказать? – Капитан Стэнли Нолан вскинул бровь и уставился на меня. Улыбка тронула уголок его рта, когда по кабинету прокатилась вторая волна смешков.

Жар ударил в лицо так резко, что на мгновение зал показался душным. Я стиснула кулаки под столом. Ногти впились в ладони, помогая не обращать внимание на желание подняться со стула и стереть эту самодовольную улыбку с его лица.

Да, этот отдел просто чудо. Находка для Cirque du Soleil.

Твою мать. Мне нужна эта работа из-за того, что происходит за пределами участка, а не внутри.

Соберись…

– Можно просто – Лора, – выдавила я, заставив себя улыбнуться в ответ. – Можно приступить к работе?

Улыбка исчезла с лица капитана так же быстро, как и появилась. Мужчина вылетел из кабинета, больше не уделяя никому столько внимания. Я же продолжила стоять на месте, пытаясь понять, что это вообще было.

– Приятно познакомиться, Лора. – Тихий нежный шепот едва коснулся моего уха.

Я вздрогнула и резко обернулась, сталкиваясь лицом к лицу с мужчиной, уступившим мне место. Брендон стоял слишком близко и даже не собирался сделать шаг назад, чтобы избежать неловкости.

– Я предупреждал, что он всегда такой.

– А я говорила, что тем хуже для него.

Брендон изучал меня словно декоративную безделушку. Скользил глазами по волосам, лицу, футболке, на которой V-образный вырез под таким углом открывал ему больше положенного. Если он не перестанет пялиться, я ударю его.

– Всегда советую новичкам просто смириться.

Смириться?

– Я подумаю… – задумчиво произнесла я несмотря на то, что его советы и правда могут пригодиться. Особенно, если моя цель задержаться в этом участке надолго.

– Позволь помочь тебе. – Брендон слишком резко наклонился ко мне, отводя внимание от руки, тянущейся к моему заднему карману джинсов.

– Что ты делаешь?!

Брендон выхватил сложенную в несколько раз стопку бумажек и отвел их в сторону.

– Эй!

Мне еще не довелось ознакомиться с тем, что там написано, но опыт подсказывает, что на бумаге куча разрешений на способы, как добить себя быстрее. Выдача униформы, оружия и прочей амуниции… И эта проклятая формальность мне нужна.

– Расслабься. – Губы мужчины растянулись в симпатизирующей улыбке. – Помогу тебе, пока меня не запрягли расследованием. – Блеснув белоснежными зубами, он двинулся за покидающими кабинет полицейскими. – Идем.

Но его уже запрягли расследованием, разве нет?

Подавив вздох, я направилась следом.Утро катилось ко всем чертям.

На что я рассчитывала в первый день? Что меня примут за своего? Познакомят с отделом? Дадут стол и отправят работать? Смешно.

Вместо этого в первый же час мне напомнили о том, что я больше всего хотела оставить в прошлом.

Соседний кабинет к этому времени уже кипел работой. Полицейские сновали между столами, перекладывали папки, что-то печатали с такой скоростью, будто от этого зависела чужая жизнь. Воздух дрожал от телефонных звонков, стука клавиш и десятков голосов, сливающихся в один непрерывный гул.

Брендон провел меня через несколько комнат, где на меня свесили целый список обязательств. Позже сам нагрузил таким количеством правил, инструкций и обязанностей, что я перестала запоминать их уже на третьей минуте. Попутно он рассказывал о коллективе, с которым придется подружиться, но о капитане не сказал ни слова. Я не чувствовала опасности, исходящей от Стэнли Нолана, я чувствовала что-то отдаленное. Помеху…

– Ваша форма. Распишитесь, – монотонно сказала женщина пятидесяти лет.

Взяв на руки черную спецодежду, пальцы сжали плотную водоотталкивающую ткань. Металлический знак шел в комплекте и сверкал новизной. Опасная вещица, служащая средством идентификации. Я крепко сжала его в руке, чувствуя, как острые края звездочки впиваются в кожу.

Ты молодец, Лора. Мы прошли полпути.

– Тебе нужно переодеться, новенькая. – Мы следовали по коридору, пока не дошли до серой двери с маленьким затемненным окошком. – Можешь сделать это здесь, – Брендон с серьезным видом облокотился на стену, склонил голову и кивнул на дверь с табличкой:

Я замерла. Это что, шутка?

– Здесь?

– Ну да. – На лице мужчины появилось искреннее недоумение. – А где еще?

Я перевела взгляд на дверь, будто здесь какая-то ошибка и снова на Брендона. На его лице не было никакого намека на шутку и это вводило в замешательство.

– Помощник капитана?

– Собственной персоной.

– И ты водишь новеньких по участку? – Внутри нарастало раздражение. Он прикидывается или реально придурок? – Ты всем предлагаешь переодеваться у себя в кабинете?

– Только красивым. – Брендон пожал плечами.

Поверить не могу, что первый же человек, с кем я познакомилась – кретин. Глаза устало посмотрели на мужчину, казалось, бескорыстно решившего мне помочь.

– На меня тут что, поспорили? – Я прижала форму к груди, готовясь в любой момент отбросить ее в сторону и впечатать Брендону кулак в лицо. – Кто первый трахнет новенькую, тот получит деньги? Или нет, подожди… тот получит выпивку за счет команды?

Все так неплохо начиналось и походило на дружелюбие, которым его капитан не владеет, но теперь стало очевидно.

– Я бы на твоем месте не стал перечить помощнику капитана, – прошептал он почти безобидно и оттолкнулся от двери, чтобы приблизится ко мне.

Моя кровь снова начала закипать.

– Так это приказ? А начальство в курсе что ты предлагаешь воспользоваться своим кабинетом как раздевалкой?

– Начальство? – Настороженно переспросил Брендон. – Ты про капитана?

– Да.

– Нет, не знает, – прошептал он. – Только не говори ему, умоляю.

Испуганный взгляд на его лице длился несколько секунд. Затем появилась наглая, самодовольная улыбка, будто происходящее его искренне забавляло.

– Ты правда меня напугала, новенькая. – Брендон указал рукой на соседнюю дверь. – Так и быть, можешь переодеться в раздевалке. Подожду тебя здесь.

Я обернулась, увидев за спиной нужную мне комнату и, закатив глаза, направилась к ней.

Кретин.

Все должно было быть иначе. Без лишнего внимания мне должны были поручить дело. Я бы заняла стол и принялась изучать материалы дела, навевая начальству идею о первом вызове, на котором могло произойти что-нибудь интересное. Подкаты Брендона, наезд капитана и долбаная секретарша – вот чего не должно было произойти.

Конечно, мне может понадобиться снять напряжение, но Брендон теперь стоит в самом конце очереди из-за его навязчивости, должности и эго, нервно действующего на меня.

Это не то, что мне нужно. Это замедляет пульс…

Встав возле первого попавшегося свободного шкафчика, я некоторое время смотрела на дверь, убеждаясь, что новый знакомый не собирается ввалиться в женскую раздевалку, когда я разденусь. Он же не извращенец?

Сняв с себя футболку и джинсы, я швырнула их в шкафчик. Новая долгожданная форма принялась приятно обтягивать тело. Я со скрываемым чувством победы пригладила ее и подошла к зеркалу, чтобы собрать волосы в хвост. Вскоре услышала шум снаружи. Длинный ряд металлических шкафчиков должен был приглушить его, но звук оказался сильнее. Прислушавшись, разобрала в нем грубый голос капитана.

Мне так и не удалось дойти до его кабинета – ни до планерки, ни после. Я определенно не нуждалась в представлении, учитывая, что он сказал обо мне при всех, но загладить не лучшее начало все-таки стоило.