Полная версия:
Аграфена Авардова Шаманы-гуси, летящие к зеркалу мира
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
Горыныч приник к серебристому блюду, но очередная капля мёртвой воды, медленно сползшая по скалистому уступу, разрушила картинку. В расходящихся центрических волнах обозначился Медный Лоб. Он, как всегда, держал в руках свой любимый золотой кубок. Рядом с хранителем леса сидел странный человек, крепко держащий бараний рог. Он тоже не относился к миру Тридесятого царства. Змей в предвкушении потёр тонкие ладони. Сказка начинала оживляться, размеренный ход жизни нарушался.
Капля мёртвой воды вновь скатилась, упав в блюдо, и разбив изображение на мелкие осколки. В воде проступила картина жизни волчьей стаи, но это Горынычу уже не было интересно. Он подошёл к окну своей башни. Стройное мужское тело вытянулось в извилистый росчерк, превращаясь в стремительную крылатую змею.
Воздушные коридоры и переплетения волшебных потоков подхватили чешуйчатое бессмертное зло, и понесли его к желанной цели. Под серебристым брюхом проносились пустоши и реки, поля и леса…
Наконец, ведомый одним ему понятным чувством, Змей замер над густым буреломом, и неслышно скользнул под кроны деревьев, чутко вслушиваясь в голоса чащи.
Изнурённые студенты устроили привал под мощным дубом. Девушка с глазами цвета тёмного янтаря раскинулась на плешивой полянке, и ловила ладонью солнечные лучи, прерывисто проникавшие сквозь качающиеся от ветра ветви древних деревьев. Она не замечала, как к ней подползает серебристо-чёрная змея.
— У нас осталось два яблока, — говорил Ярослав, видимо, пытаясь вразумить Тасю, — только вы с Евой не ели их, давай я принесу твоё?
— Не хочу я ничего, — лениво возражала его одногруппница, и рекомендовала юноше уйти, и не загораживать ей свет, которого и без того мало.
Слава расстроенно махнул рукой, и отошёл к корзинке, собранной для них Ягой. как бы ни приятно было наблюдать за играющей с солнечными зайчиками Таисией, есть ему хотелось больше.
— Алина, скажи, Яга не сказала тебе, что будет, если ты выпустишь клубочек из руки? Мы же не можем идти ночью? — спросила у подруги Ева, но не успела услышать ответ. Рядом раздался Тасин визг, и что-то большое взметнулось ввысь, обламывая хрупкие веточки густой кроны.
— Верни её! — Ярик полез на столетний дуб, но куда ему было угнаться за мощными крыльями змея? Юноша и сам понял всю бесплотность своей затеи, и тяжело спрыгнул на землю. Ни в чём неповинное дерево стойко перенесло удары и пинки, которыми он наградил его, но на душе Славы легче не стало.
— Что это было? — дрожа, пискнула Алина.
— Мне показалось — это был огромный ящер. — неуверенно произнёс Ваня.
— Клубок сможет привести нас туда, куда он унёс Тасю? — спросила Ева у подруги.
— Нет, им только Яга может командовать, он нас ведёт, выполняя её поручение.
— Сколько же здесь этих крылатых похитителей? — взревел Ярослав, и пнул попавшуюся под ногу корягу.
— Давайте держаться вместе, нас осталось слишком мало, чтобы рисковать, — проигнорировал его вопли Иван, и подхватил собранные для них яства, — нам нужно идти дальше, и найти Ореста Адамовича как можно скорее. Мы не можем быть уверены, что Тася в безопасности.
— Мог бы не говорить! — огрызнулся Ярик, но поймал мрачный взгляд товарища, и решил не продолжать свою тираду. Он с тоской взглянул на брешь в монотонной кроне старого дуба, и до скрипа сжал зубы. Что за чудище утащило девушку, и куда?
Таисия задавалась теми же вопросами. Её тело обвил мощный чешуйчатый хвост, почти не давая дышать. Крылатый ящер двигался столь быстро, что несчастная жертва чувствовала боль от хлещущего её по щекам ветра. Не смотря на страх и отвращение к тащившему её безлапому дракону, Тася обхватила гладкое тело руками. Как бы крепко не держал её хвост фантастической твари, ему она не доверяла.
Вскоре зверь спикировал на открытую площадку на самом верху высокой башни, и, бережно опустив пленницу, сам грянулся оземь.
— Только подойди, и я сброшусь! — Таисия в ужасе отпрянула от внезапно возникшего рядом с ней высокого человека.
— Со мной тебе нечего опасаться. — загадочно улыбнулся Змей.
— Потому, что главная угроза — ты!
— Пожалуй, мы немного не поняли друг друга…
— Ты украл меня! О каком недопонимании может идти речь? — возмутилась Тася, и сделала ещё шаг к краю площадки.
— Я не мог иначе, — Горыныч вдруг исчез, и голос его раздался за спиной девушки, — такова моя натура.
Таисия отшатнулась, и поняла, что плиты площадки стремительно уходят из-под ног. Ледяные руки подхватили её, не дав встретиться с гладко отшлифованными камнями. Змей с лёгкостью направился вместе с девушкой во мрак своей обители.
— Верни меня к ребятам, в лес.
— Не могу. Это против моих правил. — ответил похититель, опуская свою жертву на покрытый мягким ковром пол.
— Кто ты такой? И по каким правилам играешь? — Тася с изумлением глядела на злодея, не понимая, кто перед ней. Для Кощея слишком молод и хорош собой. Не может бессмертный любитель злата обладать столь роскошными закрученными усами и изящной остроконечной бородкой. Да и глаза ледяные, равнодушно-серые, и вряд ли их оживляет алчный блеск при виде злата.
Неопознанный злодей опустил глаза и изящно склонил голову, почти скрывшись от укоряющего взора за длинными волнистыми волосами. Ответа от играющего в страдальца Змея, Тася так и не дождалась. Тогда девушка прошлась по залу, пытаясь рассмотреть обстановку.
Из углов наползали тени, скрадывая подробности, но основное дизайнерское решение студентка уловила.
— Только ковёр на полу и стеллаж, наполненный книгами? — повернулась она к своему пленителю.
— Только это спасает меня от скуки.
— И ты решил, что будет весело кого-нибудь украсть? Мило…
— Не кого-то любого, тебя. — Горыныч сделал шаг то ли к девушке, то ли во мрак комнаты, и сел на ковёр, скрестив ноги.
Тася опустилась рядом, начиная подозревать своего похитителя в безумии. Сколько ему лет? Двадцать? И он живёт здесь совсем один?
— Давно ты в этой башне? — осторожно спросила Таисия. Её собеседник странно дёрнул плечами, и вновь опустил глаза.
— Лет семьсот, — ответил он тихо, — этого достаточно…
— Чтобы сойти с ума?
— Нет, — Змей порывисто поднялся, — я совсем не это хотел сказать.
Девушка схватилась руками за голову, и простонала:
— Ну, почему ты не Еву унёс? Она спокойно ко всем причудам относится!
— Твои глаза… никогда я не видел таких глаз. — почти прошептал Змей.
Таисия вздохнула. Ей довод не показался убедительным. Необходимо было срочно продумать план бегства. Находиться один на один с умалишённым бессмертным созданием, способным принимать форму летающего змея — не самый приятный досуг.
Приняв решение, Тася вышла на пугавшую её площадку без перил. Всюду изрезанная морщинами сухая земля.
— Ты что, ещё и огнём дышишь? — укоризненно спросила Горыныча студентка. Тот пожал плечами, и просто ответил:
— От меня ждут жестокости. Я рождён для этого, а значит, должен не разочаровывать тех, кто приходит сразиться со мной.
— И часто приходят?
— Я бы предпочёл более редкие визиты. — Змей обошёл свою пленницу, и опустился на каменный выступ у стены. Судя по заботливо постеленному меховому ковру, хозяин башни часто любил наслаждаться видом с этой точки.
— Зачем приходят?
— Убить хотят. Говорят, скот режу, девиц похищаю…
— А ты этим не занимаешься? — Таисия осторожно села на самый край площадки, и свесила ноги. Она спиной чувствовала напряжённый взгляд своего похитителя, готового вмиг обратиться крылатым ящером, и подхватить падающее тело. Но сводить счёты с жизнью даже в царстве мёртвых — дурной тон.
Поняв, что его невольная гостья всего лишь предпочитает экстремальное любование окрестностями, Горыныч расслабленно привалился к древним камням своей неприступной крепости. Его волосы, похожие на невесомых змей, подхватывал и переплетал ветер.
— Мне нет в этом нужды, — спокойно ответил он.
— Откуда же тогда слухи? Клевета и навет? — поддела его Тася.
— Подозревают, — Змей подошёл к похищенной и опустился рядом, зачем-то положив ей руку на плечо, голос его внезапно изменился, — а доказать ничего не могут.
Повернувшись к собеседнику, Таисия непроизвольно отшатнулась, и упала бы вниз, если бы Змей не придержал за плечо. Теперь он выглядел совсем иначе. Изменилось всё — рост, голос, лицо и волосы. Если бы эта беседа происходила в лесу во время их привала, то девушка ни на минуту бы не усомнилась в том, что к ней подошёл Ярослав.
— Дай руку. — не дожидаясь, пленница поднесла к глазам левую кисть оборотня, и внимательно вгляделась в ладонь, — невероятно…
— Что ты там нашла? — удивлённо вскинув брови, двойник Ярика изучал линии жизни.
— У Славы нож соскочил, когда он точил карандаш на рисунке. Крови было так много, что Алина даже потеряла сознание от страха. Потом Ярослав со смехом хвастался, что как на собаке зажило, и увидеть шрам сможет только посвящённый в эту великую тайну.
— Вижу, тебе пригодилось это знание, — задумчиво пошевелил чужими пальцами Змей, — да только ничем не помогло.
— Как же выглядишь ты, настоящий? — с любопытством воззрилась на лицо однокурсника Тася. Она внутренне приготовилась ко всему, ожидая увидеть плоскую змеиную морду или лицо скелетоподобного старца.
— Слишком обычно, — Змей прикрыл яркие Славкины глаза, и открыл уже свои, серовато-стальные.
— Но как… если ты живёшь здесь не первое столетие?
— Оставайся. И у тебя будут вечная молодость, бессмертие, все царства любых миров, несметные сокровища… и даже моя любовь, хотя я и забыл, что это за чувство. Но я начинаю припоминать.
— Жестоко, — хмыкнула Таисия, — предлагать мне пережить всех, кто мне дорог.
— Не нравятся мои дары? Скажи мне, чего хочешь ты? Теперь я твой пленник.
Глава 3
Клубочек весело катился, не заботясь об удобстве пути для усталых путников, и выкатился из бурелома на топкий берег реки.
— Если мы в аудиторию возвратимся в подобном виде, то потом у наших родителей будет много неудобных вопросов к роду наших занятий! — засмеялся Иван, вытягивая ногу из густой зеленовато-чёрной жижи.
— А если вернёмся без Ореста Адамовича и Таси — то добавится ещё парочка от ректора и полиции. — излишне зло добавил Ярослав, откидывая ногой с дороги полусгнивший обломок ствола неведомо когда упавшего дерева.
— Не переживай, подбодрила его Алина, — сейчас клубок приведёт нас к преподавателю…
— По чьей вине мы здесь и оказались! — огрызнулся Ярик.
— Мне кажется, нам не стоит ничего говорить, — шепнула Ева подруге, — Славе тут сразу не понравилось, а теперь и ту, ради которой он мог смириться с подобным путешествием, похитили.
— Ты думаешь, он и вправду влюблён? — ещё тише спросила Алинка.
— Нет, он просто так приходил за полтора часа до первой пары, помочь Таисии перетянуть неправильно натянутый холст. Исключительно из любви к ранним подъёмам. И подрамник свой отдал, помнишь?
— Это когда он до самого вечера потом себе колотил?
— Да… по-моему, всё было очевидно.
— Мне кажется, сама Тася не догадывается.
Ева пожала плечами:
— Может быть, она всё поняла, но нам-то ей незачем говорить. Я только теперь поняла, что совершенно не знаю своих однокурсников. Мы только с тобой общаемся, а кто нас окружает, и о чём мечтает, что чувствует — я даже не задумывалась.
— Верно! И если мы здесь сгинем безвозвратно, то никто нас не хватится. — неслышно подошёл к ним Иван.
— Подслушивать нечестно! — испуганно взвизгнула Алина, и едва не выпустила путеводную нить клубка.
— Не смог устоять. — покаялся Ваня, — у вас был слишком увлечённый вид. Захотелось узнать, что же вы с таким жаром обсуждаете.
— Очень невоспитанно с твоей стороны. — с мягким укором сказала ему Ева.
— Каюсь. Готов понести любое наказание. Даже встать на колени, поскольку штаны у меня уже всё равно грязнее некуда!
— Не велика жертва. Просто не делай так больше.
— Так не буду. — подмигнул Иван, и приотстал, чтобы завязать шнурки облепленных грязью ботинок.
Клубочек весело катился по траве. Ему, лёгкому, не было преград на этом пути. Студенты, крякая, проваливались по колено, и с трудом продолжали путь. Наконец, клубочек подкатился вплотную к воде, и словно завис в воздухе. Что-то не давало ему двигаться вперёд. Стебли рогоза и камыша шелестели, тревожно пригибаясь.
— Странный какой-то ветер. — подхватив шарик с пряжей, сказала Алина.
— Похоже на дыхание кого-то большого. — настороженно огляделся Ярослав, отряхивая руки от тины. Он только что провалился почти по пояс, и с трудом выбрался из грязевой ловушки.
— Ма… ма… — проблеяла Алинка, показывая на воду. Посреди реки возвышался гладкий камень с двумя уходящими вглубь него отверстиями ровной формы.
— Да это же нос! В воде лицо! — ахнула Ева. Ей, с высоты её роста, было прекрасно видно то, что скрывалось от подруги.
— Ну и усища у него! — восхитился Иван, и кинул комком грязи в огромную голову.
— Что ты творишь?! — Ева перехватила занесённую для броска руку Вани, не давая ему швырнуть внушительный пласт дёрна. Но оказалось, поздно.
Подводный гигант пришёл в движение, и начал подниматься. Вот на поверхности глаза, нос, и пышные усы, которые мгновенно обсохли, и протянулись от берега к берегу.
— Теперь он нас съест. — констатировала Ева.
— Пусть только попробует! — задвинул девушек за свою спину Ярик. Его одногруппник встал рядом с ним плечо к плечу.
Юноши были полны решимости если не победить, то умереть, спасая девушек, поскольку ничего, кроме комьев грязи и своих кулаков они не могли противопоставить массивным челюстям великана.
— Добрый день! — миролюбиво пробасила голова, — могли бы и повежливее сообщить о том, что вам нужна переправа.
— Кто вы? — выглянула из-за плеч своих защитников, Ева. Она уже догадалась, что после приветствия на них никто нападать не будет.
— Усыня я. Помогу вам не искупаться, и перейти реку по моим усам. Хороши, а?
— Очень красивые! — с жаром подтвердила Ева, раздвигая однокурсников, и подходя к самой воде, — мы не доставим вам неудобств если перейдём?
— Смело шагайте!
Алина выпустила из ладоней клубочек, и тот резво устремился на противоположный берег. Дрожа от страха, и натягивая путеводную нить, несчастная двинулась по роскошному усу легендарного богатыря.
Ева поспешила за подругой, готовая подхватить, если та оступится. Их доблестные рыцари не отставали, в тайне опасаясь того, что Усыня вновь погрузится под воду, и придётся им переплывать холодную реку.
— Спасибо! — крикнули ребята богатырю, который кивнул, подняв волну, и вновь погрузился в подводный сон. Только нос на поверхности и остался.
Клубочек резво покатился вверх, следуя плавному подъёму берега. На горизонте возникла крона необычайно высокого дерева. Именно к нему и катился шустрый сказочный навигатор.
Чем ближе подходили студенты к древу, тем острее они ощущали его необычность. Его размеры выходили за рамки всего привычного. Казалось, ветви кроны упираются в небо.
— Готов поспорить, корни у него торчат с другой стороны земного шара, и кто-то старательно поливает их, думая, что это куст! — выразил общее впечатление Слава.
Минуты превращались в часы, а дерево не становилось ближе.
— Привал! — спрятала запазуху клубок Алина, и растянулась на сочной траве.
— Как раз пирожки с яблоками остались, на один раз подкрепиться. — заглянул в корзинку Иван.
— Это тебе на один, — не поверила ему Ева, и тоже проверила провиант, — а нам с Алиной и на вечер хватит.
— Если они не съедят нашу долю. — подала голос с земли её подруга.
— Не знал, что ты настолько плохого мнения о нас. — хмыкнул Ваня.
— Ты сам дал нам повод подозревать тебя во всех коварствах. Не надо было подслушивать.
— Даже так? Ну, тогда, не догонишь — не поешь! — выкрикнул мальчишка, и понёсся к огромному древу, прижав корзинку к груди.
Алина с грустным вздохом проводила взглядом удирающую еду, но даже не подумала подниматься. Ева погналась за похитителем, и одногруппнику пришлось прибавить скорость, поскольку девушка с лёгкостью его нагоняла.
— Вот ведь дурак. — сел рядом с Алиной Ярик, — как думаешь, нам придётся есть пирожковую кашу, извалянные в грязи пироги, или раздавленные лепёшки с вытекшей начинкой?
— Фу, Ярик…
— Порчу тебе аппетит, чтобы мне больше досталось.
— От тебя я такой подлости не ожидала.
— Может, пойдём к ним ближе? — спросил Слава, — вряд ли они станут возвращаться.
— Я умру, если встану.
— Прости, Алинка, так удобнее нести, — внезапно заявил Ярослав, и закинул однокурсницу себе на плечо, — а я о судьбе нашей корзинки с остатками провизии беспокоюсь.
Иван с Евой обнаружились сидящими у ствола огромного дерева. Между ними стояла заветная корзина, откуда они уже взяли себе по пирожку, и с жадностью поедали.
— Хорошо, что вы пришли. Нам бы не хватило сил к вам прийти. — тяжело дыша, сказала Ева.
— Я догадался, — сказал Слава, сгружая Алину рядом с подругой, — поэтому захватил её. Подумал, что ты расстроишься, если не принесу.
— Ярослав, ты удивительным образом сумел сделать из возвышенного душевного порыва глупый фарс!
— Ничего не знаю. Тебе послышалось. — невозмутимо заявил Ярик, захватывая сразу два пирожка, и выбирая себе место у нагретого солнцем ствола необычного дерева.
Вопреки прогнозам девочек, корзинка опустела, и на вечер ничего не осталось. Ваня поднял её, пробормотав что надо бы её потом Яге вернуть.
— Как? — спросила Алина, выпуская клубок. Тот явно засиделся. Он стремительно понёсся вокруг дерева так, что студенты с места рванули за ним, как заправские бегуны.
Внезапно клубочек свернул в огромное дупло. Ребята приостановились, в нерешительности.
— Куда это он? — встревожилась Ева.
— Странные ты вопросы задаёшь, — ответил Ваня, — в подземное царство, конечно же, к сестре Яги. Вот и корзинку вернём.
— Не пойду я туда, я боюсь! — пискнула Алина, но нить натянулась, и, боясь потерять клубок, девушка шагнула во мрак. Она почувствовала, как на плечи ей опустились тяжёлые руки, и услышала голос Ярослава:
— Хватайтесь за меня! Нам нельзя потеряться!
Нитки в темноте слабо светились, показывая, что студенты спускаются по выщербленным ступеням винтовой лестницы.
— У меня голова кружится. — пожаловалась Ева.
— Держись за меня крепче, чтобы не упасть. — посоветовал голос Ивана.
Казавшийся бесконечным спуск закончился внезапно. Полумрак резанул по глазам, словно был слепящим светом. Студенты моргали, и озирались.
— Клубок привёл нас… — растерянно сказала Алина, поднимая совершенно безжизненный моток ниток, — только куда?
— В моё царство, малышка. — раздался холодный насмешливый голос. Только теперь ребята увидели, что в глубине подземного зала сидела женщина, чьё лицо было наполовину белоснежным, наполовину чернее тьмы. Один глаз её выделялся кристальной прозрачностью, второй ужасал беспросветным мраком, скопившемся в его недрах. Зрачков не было видно.
— Как я понимаю, вы бродите по приграничью Тридесятого царства, не видя ворот в него. Потому Яга и отправила вас ко мне, ибо источников мёртвой воды не так много, и не каждый доступен простым смертным. Так пейте же!
И в воздухе возник высокий стол из металла, с бокалами из тончайшего серебра.
— Мы не умрём? — дрожащим голосом спросила Алина.
— Пути назад для вас уже нет, раз вы прошли границу в избушке на курьих ножках.
— Если я упаду и не встану, найдите Тасю, и выбирайтесь из этого мира. — решительно обратился к одногруппникам Ярослав, смело беря предложенный напиток.
Он выпил. Подождал пару секунд, прислушиваясь к ощущениям.
— Как ты? — прошептала Алинка.
— Вода водой, — озадаченно ответил Ярик, — только холодная. залпом лучше не пейте.
Хель рассмеялась:
— Зачем мне убивать вас сейчас, когда вы всё равно явитесь ко мне потом, много позже?
Испив мёртвой водицы, студенты не заметили никаких перемен в своём ощущении мира и самих себя.
— Что же нам дальше делать? — осторожно осведомилась у хозяйки царства мёртвых, Ева.
— Моё дерево соединяет прошлое и будущее, прорастая одновременно во всех мирах, и существуя вне времени. Поднимайтесь обратно по ступеням, теперь выход откроется вам.
— Спасибо! — поблагодарил Ярослав, отвесив Хель поклон до земли.
— И Ягу от нас поблагодарите. — неуверенно шагнул к трону Иван, ставя пустую корзинку. Губы женщины дрогнули, но она не позволила себе улыбнуться.
— Да, скажите ей, что она очень помогла. — прошептала Алина, кладя в корзину путеводный клубочек.
Путь наверх оказался короче. Ствол дерева расступился, выпуская ребят на опушку приветливого леса. За молодыми деревьями виднелся далёкий город с цветными крышами.
— Вот значит, где царь Горох живёт. — догадался Ваня.
— И не только он. Знать бы нам, куда дальше идти. — задумчиво произнесла Ева.
— Куда, куда… за мной идите! — каркнул кто-то сверху.
— Кто ты такой? — отпрыгнула подальше от странной птицы Алина.
— Моё имя Кутх, — представился ворон. — создатель всего сущего в этом мире.
— Полезное знакомство, — хмыкнул Ваня, — но, отчего мы тебе на слово верить должны? Да ещё идти вслед за птицей! Мы за клубком набегались, спасибо.
— Ничего ты не понимаешь. — Кутх слетел на землю, оказавшись едва ли не ростом с Алину, — меня ваш преподаватель попросил найти. Приехал с утра на Сивке-Бурке, медный пятак ко лбу прижимает, стонет. Говорит, спасать надо ребят, погибают. А у меня, видите ли, дом мыши сожгли, да-с… зря я вновь с ними связался. Так вот, мыши мне знатно испортили настроение, и дабы отвлечься, я решил согласиться на поиски заблудших душ — то есть вас.
— А ты любого отыскать можешь? — загорелись глаза у Славы.
— Я к нему не полечу. — раскрыл крылья ворон.
— Да я не про Ореста…
— У Змея подруга ваша. К Змею не полечу, у нас конфликт.
— Ладно. Для начала к преподавателю тогда отведи. — понурился Ярик.
— Момент! — Кутх высоко подпрыгнул, взметнув вихрь из перьев. И вот уже стоит перед студентами невысокий тощий мужчина с длинной тощей бородкой.
— Ворон был симпатичнее. — удивлённо подняла брови Ева, и мгновенно исправилась, — солиднее, я хотела сказать. Но вы тоже интересно выглядите.
— Не люблю подхалимов и выкальщиков, — прищурился Кутх, — в перьях, говоришь, я тебе больше понравился?
— Д-да, — опешила Ева, — и клюв очень впечатляющий.
— Спасибо на добром слове. Ну всё, хватит болтать, да-с… заканчиваем, пора вашего Ореста обрадовать.
— Далеко идти? — тяжко вздохнула Алина, для которой подвиг в виде длительного похода от дома до колледжа всегда давался нелегко. А здесь — который день, то быстрым шагом, то бегом…
— О, нет! — махнул рукой Кутх, совсем близко.
— Для ворона или для человека? — уточнил Слава. Новый проводник задумался, пощипывая бородку. Наконец, он честно ответил:
— Пожалуй, для птицы. Ноги менее совершенны.
— Но у нас крыльев нет. — заметил Ярик, и обратился к Алине, — если устанешь, я тебя понесу.
— А когда он выбьется из сил, я продолжу нести, — улыбнулся Иван, — не переживай, всё будет хорошо!
Закат с площадки башни открывался волшебный. Тася сидела на самом краю, и гладила холодную чешую крылатого ящера. Змей отказался возвращать её к ребятам, и от споров ушёл самым коварным образом — обратившись тварью бессловесной. Но улетать не решился, опасаясь, видимо, что девушка сбежит или ещё что-нибудь придумает.
— Почему у тебя голова только одна? — не думая о том, что услышит ответ, спрашивала Таисия, поглаживая гладкую спину рептилии, — и золото ты не хранишь?