Законы поединка

Эдуард Семенов
Законы поединка

– Вы спрашивали, что я себе позволяю? Извольте, отвечу. Пытаюсь восстановить справедливость.

Губернатор примерно такого ответа и ожидал.

– А зачем тебе это надо?

– Что?

– Справедливость восстанавливать?

– Каждый человек должен об этом заботиться.

– Каждый человек в первую очередь думает о своей шкуре. Поэтому я и хочу спросить, какой у тебя шкурный интерес к этому делу?

Панкратов явно ждал этого вопроса. Он посмотрел в глаза губернатору:

– Никакого. Я хочу восстановить справедливость.

Губернатор махнул рукой:

– Да брось ты. Хочешь, я тебе денег дам? Миллион баксов. Поедешь отдохнуть на Канары.

– На Канарах я уже был. Спасибо. Денег мне тоже не надо. У меня есть ровно столько, сколько мне надо. А остальное я в могилу не унесу.

– Ты понимаешь, что своими действиями ты останавливаешь важный государственный процесс, подрываешь потенциал страны, можно сказать? Эта дорога нужна городу, как воздух. Да что дорога, ты подрываешь авторитет власти!

Панкратов снова посмотрел в глаза губернатору:

– Авторитет – он или есть, или его нет, а подорвать то, чего нет, нельзя. Если я не прав, то завтра – Панкратов посмотрел на часы – было уже десять минут первого, – вернее, сегодня, это станет всем понятно.

– Сегодня. Но для тебя это сегодня может ведь и не наступить. Ты это понимаешь?

Теперь уже губернатор заглянул в глаза Панкратову. Панкратов согласно кивнул головой:

– Очень хорошо понимаю. Думаю, сейчас вы скажете мне про пресс-хату – камеру, где сидят подготовленные уголовники – куда вы меня посадите, если я не буду более сговорчивым.

Губернатор смутился, потому что Панкратов точно угадал его мысли.

– Ну почему сразу уголовники? Какие у вас грязные мысли!

Панкратов усмехнулся:

– Грязные мысли у вас, а я их просто озвучил. Так что, посадите?

– Подумаю.

– Это вы – обидчик?

Губернатор попытался выдержать взгляд Панкратова:

– Нет. Не я.

Панкратов наклонил голову и принялся с интересом рассматривать жилку, бьющуюся на шее губернатора.

– А кто?

– Не знаю.

– Вы – власть и должны наказать обидчика. Иначе это сделаю я.

– Накажем. Обещаю тебе.

– Приведите его в полдень на лобное место.

– Ну, извини, так быстро дела не делаются. Надо провести следствие, разобраться в степени вины.

– Там все просто. Кто приказал ломать дом и строить дорогу, тот и виноват. Чья подпись стоит на приказе?

– Ничья.

Панкратов усмехнулся:

– Понятно. Вы извините, мне больше не о чем с вами говорить.

Губернатор грохнул дверью и вышел из кабинета следователя.

***

Губернатор с шумом вошел в кабинет начальника милиции. Его помощники и члены Совета безопасности были уже там. Несмотря на то, что кабинет был довольно просторным, в нем все равно было душно от большого скопления народа.

– Набздели тут, – проворчал губернатор, – хоть топор вешай. Форточки откройте или кондиционер включите. Дышать нечем.

Начальник милиции торопливо полез на подоконник и открыл окно. Пока он лазил, губернатор сел на его место. Вытер пот со лба. Посмотрел на сидящих. Все старались не встречаться с ним взглядом. Губернатор взглянул на часы. Было уже полвторого ночи. "Блин, как же быстро бежит время!".

– Итак, господа, какие будут предложения по создавшейся ситуации?

Сидящий справа от губернатора министр по средствам массовой информации поднял руку:

– Разрешите?

– Давай.

– Информация о событии распространились уже по всему российскому сегменту Интернета. Идет активное обсуждение на всех форумах. Народ пока всецело поддерживает Панкратова. Завтра на площадь готовы прийти более тысячи человек. Как ни странно, нашлись и те, кто готов выйти Защитником.

Губернатор поморщился:

– Какова вероятность, что действительно найдутся желающие?

– Вероятность мала, но есть. Русский народ, сами знаете, непредсказуем.

– Я давно говорил, его надо запретить.

– Кого? Народ?

– Интернет. Как в Китае. Теперь вот дождались. Что предлагаешь?

– Мы тут собрали кое-какую информацию по нашему объекту. Информация, правда, старая, пятилетней давности, но в принципе кое-что есть. Можем ударить из всех стволов через Интернет, газеты, телевидение, радио. Сделаем так, что люди при виде него будут за животы от смеха хвататься. Так смешаем с грязью, что век не отмоется. Никто с ним рядом не встанет.

– Отлично. Действуйте.

– Есть только одна проблема.

– Какая?

– Деньги. Люди будут работать ночью, потребуют премиальных.

– Пообещай, что будут из моего личного фонда.

Министр по средствам массовой информации вышел. Вместе с ним вышло два его помощника.

– А может, площадь перекрыть? – подал голос министр по чрезвычайным ситуациям. – Сообщить, что она заминирована или трубу газовую прорвало. Можно даже Вывезти людей из близлежащих домов. Никого не пускать.

– Тоже неплохо, – довольно хмыкнул губернатор. – Действуйте.

– А мы войска подгоним. Якобы для охраны пустующих домов от мародерства. Перекроем к площади все подступы, ни одна мышь не проскочит, – вставил свое слово начальник военного гарнизона города.

Губернатор кивнул, давая понять, что это предложение тоже принято. Министр по ЧС надел фуражку и вышел. Вместе с ним вышли его заместитель и помощник. За ним потянулся начальник гарнизона. Губернатор посмотрел на представителя федеральной службы безопасности, приглашая его высказаться. Фээсбешник не стал отмалчиваться:

– Не волнуйтесь, Сергей Павлович, мы тоже делаем все возможное и невозможное. Поверьте, мы контролируем ситуацию.

Губернатор поморщился. Он предпочел бы сам ее контролировать, но большего от комитетчиков он все равно не смог добиться:

– Хорошо.

Помощник Тучкова оторвал голову от ноутбука:

– Сергей Павлович, можно и я слово скажу?

– Валяй.

– Панкратова, как я понимаю, уговорить не удалось?

– Нет.

– Но ведь можно попытаться надавить на тех, за кого он собирается заступаться. На Сергеевых.

– Как?

– Я тут проверил. Действительно, компенсация, которую предложили семье Сергеевых, очень маленькая, а участок, предложенный взамен, не равнозначный. Давайте им выдадим компенсацию, какую положено, и с землей не обидим. Они и затихнут.

Губернатор возмутился:

– Да они и не возбухали. Но если завтра всем станет известно о нашей щедрости, то к обеду возле кабинетов вырастет куча таких защитничков. Устанем деньги раздавать.

Помощник поправил очки:

– Ну, я берусь уладить все по-тихому.

– Улаживай.

– Есть. Разрешите идти?

– Иди.

Помощник Тучкова вышел. Губернатор потер покрасневшие глаза. Очень хотелось спать. Последний раз он бодрствовал ночью лет тридцать назад, когда командовал взводом в Чечне перед взятием Грозного. Но тогда он воевал с бандформированиями, и было понятно, где враг, а где друг. А сейчас? По сути, ведь этот Панкратов ничего такого не хотел. Просто встал на защиту стариков, как… Как кто?

Губернатор никак не мог подобрать слова. Вошла молодая секретарша. Принесла всем кофе. Губернатор посмотрел на начальника милиции.

– Хорошие у тебя сотрудники. И ночью работают.

Начальник милиции довольно хмыкнул.

– Светлана и днем, и ночью работает. Незаменимая помощница.

Он кашлянул в кулак:

– Сергей Павлович, разрешите обратиться?

– Обращайся.

– А что все же с подследственным делать? Куда его? В камеру или отпустить?

Губернатор посмотрел в окно. Небо на горизонте было еще темное. Но по каким-то еле уловимым признакам было понятно, что солнце вот-вот должно появиться.

Губернатор вспомнил, что когда-то давно, можно даже сказать в другой жизни, в точно такое же время он принял решение идти на штурм мэрии Грозного и лично возглавил группу захвата. Лично. Иначе поднять за собой бойцов не удалось бы. Они ворвались в здание и дрались с чеченцами на ножах, потом душили друг друга до тех пор, пока в здании не остался только он один. Он должен был тогда победить и победил. Лично. Правда, тогда он был молод, и терять ему особо было нечего, зато, если бы он победил, то перед ним открывались бы огромные перспективы. Тогда он рискнул и выиграл. После этого и началась его стремительная карьера. Герой России. Депутат. Министр обороны. Губернатор.

В тот момент, когда солнечные лучи все же окрасили малиновым светом чернильное небо, он вдруг отчетливо понял, что и сегодня ему все же придется самому выходить на поле судебного поединка. Лично. И никто ему не поможет: ни помощники, ни машины с мигалками, ни хорошие связи с президентом, ни охрана.

Никто. Какая глупость! И тем не менее это так! Как поступить? После многолетнего пребывания в коридорах власти его мозг уже не мог работать по-другому. Хотел, но не мог, поэтому он вместо того, чтобы думать, как исправить ситуацию в целом, начал думать о том, как победить своего противника. Надо сделать так, чтобы противник был максимально ослаблен. Да! Точно! Губернатор посмотрел на начальника милиции, полковника Морозова:

– Значит, сделаем так. Пошли к Панкратову свою секретутку. Пусть она его обработает. Измотает до изнеможения. А потом в камеру его посади. Да подбери хату покруче, где сидят товарищи с пониманием.

Нужно, чтобы к утру он был как выжатый лимон. А мне постели в своей комнате отдыха. У тебя есть такая?

– Есть. Все понял, сделаю.

– Вот и отлично. Давай веди в свои чертоги. Мне надо выспаться. Все остальные могут быть свободны. Но в девять часов утра чтобы снова были здесь. Ясно?

Помощников уговаривать не пришлось. После его слов всех как ветром сдуло. Губернатор прошел в комнату отдыха, разделся и повалился на широкую кушетку. Закрыл глаза и попытался уснуть, но сон все никак не шел. Он еще раз прикинул варианты. Как поступить? Тогда, в Чечне, решение принимать было легко, его ничто не держало. А сейчас? Нет, конечно, можно было бы признать ошибку и рассмотреть альтернативный вариант дороги. Тот, который на самом деле был гораздо лучше и дешевле как с точки зрения экологии, так и по всем другим параметрам, да и народ его поддерживал, поскольку он учитывал интересы всех. Но… тогда ведь надо было отказаться от откатов на строительство, которые ему обещаны от фирм-участников тендеров на подряды. Да еще надо будет вернуть десять миллионов евро, которые он получил в качестве задатка от группы московских девелоперов, которые хотели за бесценок скупить все земли вдоль дороги и настроить там элитной недвижимости. Нет, слишком много интересов задействовано в этом проекте.

 

Да и что толку возвращать? Девелоперы обиды не простят и в лучшем случае не поддержат на следующих выборах, а в худшем.... Пришлют киллера. Киллера? Точно! А что если убрать этого Панкратова? А народу скинуть мысль, что это преступный мир не хочет правосудия? Можно будет возглавить комитет по борьбе с преступностью. Взять дело под личный контроль. Отличная идея!

Губернатор сел на кровати и в темноте на ощупь нашел свой мобильный телефон. Набрал по памяти номер. Это был особый телефон, которого не было в базе данных телефонной компании, и поэтому прослушать его никто не мог. На другом конце провода раздался хриплый голос:

– Я знал, что ты мне позвонишь.

– Ты сможешь мне помочь?

– Да.

– Как?

– Мы можем взять всех его родственников в заложники и пригрозить, что если не сделает так, как нам надо, он их больше никогда не увидит.

– Сколько?

– Учитывая ситуацию, плюс срочность. Готов это сделать за пять с плюсом.

– Сколько- сколько? Пять с половиной "лимонов"? А не круто?

– Не хочешь – как хочешь. Тогда решай проблему сам.

– Хорошо, я согласен, но если он такой же отморозок, как и ты, и ему на родственников наплевать?

– Тогда есть альтернативный вариант. Радикальный.

– Сколько?

– Столько же.

– Но у меня нет столько.

– Хорошо, "лимон" готов скостить.

– Согласен. Но действовать надо очень аккуратно. Понимаешь?

– Не волнуйся. Работа тонкая, но выполнимая, можем даже вас зацепить для правдоподобия. Обещаем, жизненно важные органы не заденем.

Губернатор почувствовал, как по спине пробежали мурашки, и ему реально стало страшно. Причем так страшно, как не было никогда, даже в тот день, когда он стоял напротив чеченца в здании мэрии города Грозный.

– Нет, такого правдоподобия нам не надо.

– Ну, как хочешь. Тогда жду аванса.

Связь разъединилась, и губернатор погрузился в беспокойный сон.

***

Светлана, покачивая бедрами, прошлась перед Панкратовым и села на стол, скрестив ноги. Наклонилась вперед, демонстрируя глубокое декольте.

– Привет, меня зовут Светлана.

– Очень приятно, Игорь.

– Меня прислал к тебе начальник, и я готова выполнить любое твое желание.

– Любое?

– Да.

– Поставь за меня свечку в церкви.

– Свечку? – смутилась женщина. – И все? А ты разве меня не хочешь?

Панкратов с интересом осмотрел ее.

– Хочу, конечно. Я уже пять лет к вам не прикасался.

– Пять лет, – удивилась Светлана. – И где же ты был так долго. В тюрьме?

Панкратов ничего не ответил, и Светлана продолжила:

– Бедненький! Ну так давай, действуй.

Светлана неестественно засмеялась, откинув голову назад, и призывно выгнула спину:

– За все уплачено.

Игорь встал, размял ноги, подошел к ней и мягко положил ей руки на плечи:

– А ты сама этого хочешь?

Светлана снова смутилась. Ее телом пользовались все, кто хотел, давая взамен деньги. Но никто ни разу не спросил, чего хочет она.

Он заглянул Светлане в глаза, и она вдруг почувствовала, что на нее обрушился такой поток нежности и заботы, какой она видела только в детстве, от отца. Это было так неожиданно, что она растерялась и, повинуясь какому-то древнему инстинкту, отстранилась:

– Подожди!

Светлана положила руку на грудь Панкратову. Он тут же убрал руки с ее плеч и сделал шаг назад.

– Вот видишь, не хочешь!

Панкратов отвернулся и посмотрел на дверь. Она была чуть приоткрыта. Он подошел и закрыл ее.

– Пусть подслушивают, а не подглядывают, – пошутил он, оборачиваясь к Светлане. – Знаешь, там, где я был последние пять лет, меня предупреждали, что меня будут искушать всякими способами. В том числе и женщиной. Поэтому я был готов к твоему приходу. Они думают, что прикоснувшись к тебе, я потеряю силу, но ведь может быть и наоборот. Я заберу ее у тебя. Он снова подошел к ней и крепко прижал к себе. Она почувствовала мощные руки мужчины, способные сделать с ней все, что угодно и когда угодно. Она тут же обмякла настолько, что если бы Панкратов захотел, то она не смогла бы сопротивляться. Но Панкратов и не думал овладевать ею. Он поддержал ее, готовую упасть ему на плечо.

– Видишь, это не так сложно. Но я верну тебе все, что взял, если захочешь. Но позже.

– Ничего ты мне не сможешь вернуть, – ответила Светлана. – Ты что, не понимаешь, что тебе завтра все равно ничего не дадут сделать. Да что завтра. Через два, максимум через три часа в свет выйдут газеты, где на тебя выльют ушаты грязи, площадь перекроют войска, а те, кого ты собрался защищать, предадут тебя прилюдно.

– Они слабые, – тихо ответил Панкратов. – Они могут это сделать, но я думаю, что от Суда Божьего все равно никто уйти не сможет.

– Не понимаю, как это может случиться? – сказала Светлана. – Они все пути перекрыли. У них в руках власть и сила. Их много, а ты один.

Панкратов улыбнулся.

– А ты не понимай, ты просто поверь.

Светлана прикусила губу. От Панкратова исходила сила, которой она не могла сопротивляться. Впервые в жизни она увидела человека, который отвернулся от нее как мужчина, но которого она вдруг сама захотела как женщина. Если бы он сейчас захотел взять ее, то она бы отдалась ему с великой радостью, но сказать это вслух она не могла. Она стеснялась. Пожалуй, тоже впервые в жизни.

– Ну, так как, поставишь за меня свечку? – переспросил Панкратов, прервав ход ее мыслей.

Она покраснела, устыдившись своих дум, закусила губу и кивнула: "Да!"

– Вот и отлично. А теперь уходи. Ты – красивая женщина, и если судьбе будет угодно, мы еще с тобой встретимся.

– Слушай, – зашептала Светлана. – Я знаю, я слышала, как только я выйду отсюда, они бросят тебя в камеру к уголовникам, но я могу тебе помочь. Я знаю, что губернатор спит здесь в здании. Я отвлеку охрану и проведу тебя к нему. Ты его убьешь или возьмешь в заложники. Сделаешь с ним, что хочешь, и победишь.

Панкратов заулыбался:

– Прямо как Юдифь.

Он провел рукой по ее волосам:

– Извини, я не хищник. Мне этого не надо.

– Если ты не хищник, то кто?

Панкратов улыбнулся:

– Защитник.

– Защитник? – повторила удивленно за ним Светлана. – Это что такое? Новое подразделение МВД или ФСБ?

– Да, что-то вроде того, только ни милиция, ни федералы к нему никакого отношения не имеют.

Светлана открыла рот, чтобы еще что-то спросить, но Панкратов ее остановил:

– Все, больше я пока ничего сказать не могу. Даст бог, свидимся, все расскажу. А сейчас уходи. Мне нужно приготовиться к бою.

Светлана сделала большие глаза, но Панкратов закрыл ей рот руками, и вытолкал за дверь.

***

Губернатор проснулся от шума за дверью. Он вытянул руку и посмотрел на часы. Стрелки показывали шесть часов утра.

– Что там случилось? – громко крикнул губернатор. – Какого ляда вы шумите?

Дверь в комнату отдыха чуть приоткрылась, и в щели показалась голова начальника милиции:

– Разрешите?

– Валяй, заходи.

Начальник милиции открыл дверь полностью. Яркий искусственный свет больно ударил губернатору в лицо. Он зажмурился.

– Ну, что там?

– Он ушел, Сергей Павлович.

– Кто он? – не сразу понял губернатор.

– Этот, как его, Панкратов.

Губернатор сел.

– Как так ушел? Откуда?

– Согласно вашему распоряжению после общения со Светланой мы собирались препроводить его в камеру к уголовникам.

– Ну и что? Препроводили?

– Нет. Когда за ним пришел конвой, то не обнаружил Панкратова в кабинете.

– То есть, как не обнаружил?

– Ну, он шустрым парнем оказался. Как-то уцепился за дверную коробку и повис над входом. Прям спайдермен какой-то, человек-паук. Они дверь открыли, прошли мимо, а он и выскочил в коридор. Там его попытались задержать ребята из патруля, которые с дежурства возвращались, но он так ловко и аккуратно всех обошел, что никто даже зацепиться за него не успел. Прошел сквозь них, как нож сквозь масло. Или как песок между пальцами.

Полковник милиции смешно, как ребенок, развел руками. Губернатор чертыхнулся. "Зацепился за косяк – значит, обладает специальными навыками горных егерей. Справился с милицейским патрулем? Да еще так ловко". У него засосало под ложечкой. Он не простой тюфяк, он подготовлен. Блин, кто этот человек? Откуда?

Губернатор начал одеваться, пытаясь сообразить, что делать.

– Скажи, – губернатор обратился к начальнику милиции, – а подруга твоя долго с ним была?

Начальник покачал головой:

– Ну, не очень. Минут тридцать.

– И что она говорит? Было у них дело или нет?

– Не успел спросить.

– Давай ее сюда.

– Так она, вроде, домой ушла.

– Ну, так верните! Живо!

Начальник милиции скрылся за дверью. Губернатор прошелся по комнате. Он попытался вспомнить, кто же дал ему идею, что Панкратов – обычный человек, который есть никто и звать его никак. "Помощник! Точно.

Ах ты, подлюка! Специально пустил меня по ложному следу! Но кто ему поручил это? В чьих интересах он действует?"

Губернатор начал ходить туда-сюда по комнате. "Кто? Кто натравил на меня этого паука?" Новая догадка пронзила его мозг: "Федералы!" Он вспомнил, что на совещании только они сидели молча, были абсолютно спокойны и ничего не предлагали. "Точно, они! Надо кому-нибудь позвонить, узнать, в чем дело. Кому?"

Губернатор схватил свой секретный мобильный телефон и принялся перебирать электронную записную книжку. Пролистав половину страниц, он вдруг поймал себя на мысли, что его беспокоит что-то еще. Что? Точно! Последний звонок. Он всегда удалял этот номер из телефона, а сегодня забыл. Надо удалить, чтобы не было никаких улик.

Губернатор вышел из записной книжки и перешел в раздел "последние звонки". Удалил телефон, и вдруг его пронзила одна мысль. Точно, а ведь это могли быть "они". Губернатор даже в мыслях не хотел называть их лишний раз по именам. Они заплатили мне десять "лимонов" и половину потребовали за выполнение заказа.

Он вспомнил, что они еще на переговорах были недовольны той суммой, что заплатили, и говорили, что половины достаточно, но спорить не стали. Ну, да, только они и знали, что у меня есть эти деньги. Так-так-так! Лоха из меня захотели сделать? Сегодня в полдень он ляжет под меня. Они скажут, что это из-за того, что у них в заложниках были его родственники. Я выиграю суд, отделаю этого Панкратова, как бог черепаху, и буду вынужден вернуть им все бабки. Ай, подонки! Вот это развод! Вот это мастера!

Губернатора даже пот прошиб от таких мыслей. Он выглянул в коридор. В здании управления было еще тихо. Жизнь еще не успела вступить в свои права. Не хлопали двери кабинетов, не раздавались звонки, да и у дверей никто не стоял. Ни свидетели, ни подследственные. Вернулся назад. На столе стоял недопитый кофе.

Губернатор отхлебнул из чашки и поморщился от отвращения. Мало того, что напиток был холодным, но еще и горьким. Но тем не менее какое-то прояснение в мозгах все же наступило. "Итак, как мне проверить свои выводы? Элементарно. Сейчас позвоню "им", и если "они" скажут, что все хорошо и заложники у них, значит, "они" задумали кидалово. А если нет, то что? Об этом буду думать позже".

Губернатор отхлебнул еще холодного кофе и нажал кнопку "последний звонок".

– Слушаю, – на том конце провода голос был как всегда спокоен.

– Как у нас дела? Заложники взяты?

– Нет. В деревне Вербилки Панкратов появлялся пять лет назад. Соседи говорят, что он ушел в монастырь.

В какой – не знают. Скорее всего, это фигуральное выражение.

– А родственники?

– Вот это самое странное. Буквально за несколько минут до нас, их всех увез черный вертолет.

– Черный?

– Да. Мы пробили по базе. Это мог быть вертолет фирмы, владельцем которой является … центральная синагога России.

– Кто? – не веря своим ушам, переспросил губернатор.

– Евреи. Кстати, вертолет до сих пор не вернулся на аэродром. На радарах его нигде нет. На позывные не отвечает.

– Понятно, – сказал губернатор. – Что думаете делать?

 

– Будем продолжать искать вертолет, но готовимся и ко второму варианту. У нас все четко. Главное, чтобы вы не передумали.

Губернатор отключил телефон и уставился в стенку. "Час от часу не легче! Евреи. В свое время он встречался с раввином по вопросу открытия в области синагоги, но они так и не пришли ни к какому соглашению. Не договорились об аренде. Милый старикашка. Совершенно безобидный. Он-то здесь каким боком завязан?"

В дверь постучали.

– Кто там?

Дверь открылась, и на пороге появилась Светлана.

– Заходи, – губернатор кивком головы пригласил ее войти. Вслед за ней в комнату вошел начальник милиции.

– А ты иди, занимайся своими делами.

– Объявить Панкратова в розыск?

Губернатор на какое-то время задумался. "Хорошая идея. Задержать его – и никакого Суда не будет". Но тут же осекся. "Черт побери! Проклятый Интернет. Одному богу теперь известно, сколько человек, готовы будут сегодня выйти вместо него на поле. Может, и никого, если министр по СМИ постарается, но рисковать нельзя. Пусть лучше будет этот, уставший, чем другие, полные сил и энергии".

– Нет, не надо, – остановил полковника губернатор. – Пока не надо.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31 
Рейтинг@Mail.ru