Одуванчик

Владимир Леонидович Шорохов
Одуванчик

1. Ирка

– Димки нет, но ты заходи. Что так рано? – спросила Вика, пропуская Степу в коридор.

Еще с детского садика повелось, что его звали Степочка, Степушка, Стеша, Степанчик, но никак не Степан.

– А где он? – спросил он, снимая ботинки.

– Ты забыл? Сегодня же среда, на секции.

– А… Забыл, вот блин, ладно, я тогда пойду.

– Стой, ты куда? Раздевайся, часа через два будет. Хочешь есть?

– Через два часа? Я успею домой, переоденусь и приду.

– Ага, туда и обратно, какой смысл? Проходи, кому говорят. Ты голоден?

– Нет.

– Голоден, руки мой, – скомандовала Вика и пошла на кухню.

– Я не хочу.

– А кто тебя спрашивает, тебе надо есть, вон какой маленький.

– Есть-есть, – проворчал мальчик, – все только и твердят: есть. И ты туда же. Не хочу, я в школе ел.

– Это было давно. Наливаю тебе суп.

– Только немного, – понимая, что от Вики ему не отвертеться, сказал и пошел в ванную, чтобы помыть руки.

Степа был самым маленьким в классе, даже девчонки, и то были выше него, это ему не нравилось. Иногда на линейке вставал на цыпочки, чтобы выглядеть повыше, но Вера Степановна, классный руководитель, все равно ставила Степу в конец.

– И что же ты у меня такой маленький, – причитала она, поглаживая его по головке, а Степа шипел словно котенок и старался незаметно отойти.

С Димкой он был знаком еще с садика, можно сказать, на одном горшке сидели. Друг был собственником, тянул к себе все, что попадалось под руку, и первым делом пытался забрать у Степы желтое ведерко, оно было одно. А тот нет, чтобы возмутиться, сядет в стороне, надуется и ждет, пока за ним придет мама. Но потом все изменилось. Как ее звали, уже не помнил, но она первая подошла и шлепнула лопаткой Диму по голове, забрала ведерко и вернула его Степе. Позже Димка стал озираться, а получив еще несколько раз по голове, усвоил урок. Теперь они друзья не разлей вода, Друг ходит на секцию бокса, дерется не очень, но стоит ему сказать, что он боксер, как вопросы решаются сами собой.

– Ты руки помыл? Идем быстрей, уже остывает, – крикнула с кухни Вика.

– Это ты мне? – возмутился, увидев полную тарелку супа.

– Будешь возмущаться, добавки налью. Ешь!

Степа почти каждый день заходил к Димке домой, они час делали уроки, а после убегали в «Юный техник», где ходили на один кружок по авиамоделированию. У Димки все получалось быстро, но как-то коряво, а вот Степа любил возиться, доводя до совершенства линию крыла. Вика и Димка были близнецами, но она наотрез отказывалась давать брату списывать, заставляя того, скрипя мозгами, решать упражнения, вот Степа и помогал.

– Ну что, поел? Оставь, я сама помою. Будешь кисель?

– Бе…

– Что бе, там нет сгустков, вот, посмотри, – девочка подняла крышку от кастрюли, он заглянул и молча кивнул. – Как у тебя с дробями, успеваешь?

– А что там не успевать, все просто, – ответил Степа, допивая стакан киселя.

– Ты бы это Димке сказал, кажется, у него нет способностей к математике.

– Есть, просто спешит, перепрыгивает вперед.

– Ты все? Тогда идем, – Вика положила грязную посуду в мойку, посмотрела на нее, вздохнула, развернулась и вышла из кухни. – Потом вымою.

Квартира была трехкомнатной, в спальню родителей не разрешали заходить, считалось, что это запретная территория. Зал для гостей и вечернего просмотра телевизора, там все с иголочки. И спальня, где одновременно обитал как Димка, так и Вика. Эта была странная комната. Груша под потолком, по которой Димка долбил своими кулаками, турник, плакат с роботом. А напротив территория Вики, и где-то посередине невидимая граница, которую старались не пересекать.

– Сядь, вот сюда, – Вика подкатила кресло и усадила Степу. – Не шевелись, мне надо потренироваться.

– А чего тренироваться? – на всякий случай спросил мальчик и покосился на баночки с тушью и тенями, что Вика уже расставляла на столе.

– Хочу стать визажистом, вот ты мне и нужен.

– Ты это чего, на мне решила экспериментировать?

– Другие деньги платят, а я бесплатно, радуйся, что попал в хорошие руки. Ну ладно, ты главное не шевелись.

– Эй, не буду! – возмутился Степа, осознав, что Вика решила разукрасить его как куклу Барби.

– Не дергайся, ну что как маленький, может тебе понравится. Если что, потом смоешь, ванная не далеко. Сиди смирно.

– Я потом смою.

– Смоешь, не пойдешь ведь с накрашенными ресницами. Итак, начнем с бледных теней. Закрой глаза.

– Это еще зачем?

– Мне нужны твои веки, давай закрывай.

Степа был не против, в прошлый раз Вика, экспериментируя, все лицо измазала каким-то кремом, он минут десять не мог его смыть. А до этого решила подстричь, впрочем, получилось очень даже неплохо, вот только Вика забыла закрыть его рубашку. Степа почти час прыгал и чесался, а после пришел Димка и поступил радикально – достал пылесос.

– Уже все?

– Нет, я только начала, ты куда спешишь, у нас полно времени. Тебе какие нравятся тени? Розовые или фиолетовые?

– Э…

– Розовые? Хорошо, их надо вот тут чуточку, а потом я наложу второй слой, чтобы подчеркнуть глубину.

– Какую еще глубину?

– Твоих глаз, будешь красивым как девушка.

Его часто путали с девчонкой, это обидно, первое время кричал, что он мальчишка и рычал, но крик был какой-то слабый, даже писклявый, словно и правда девчонка.

– А ты уже не будешь массажистом?

У Вики каждый месяц как по расписанию менялось настроение, и появлялось желание стать кем-то новым. То она кулинар, и тогда вся кухня превращалась в лабораторию, то Вика швея, но после того как она сшила себе юбку, передумала и решила стать спортсменкой. Но бегать уже через месяц надоело, потом массажист, парикмахер, а теперь визажист.

– Еще долго?

– Нет, немного подкрашу брови, они у тебя бледные, а потом реснички, тут надо поосторожней.

– А может не надо? Вроде и так все нормально.

– Ничего ты не понимаешь в красоте, ты бледный как поганка, вот накрашу, сам себя не узнаешь.

Еще минут пятнадцать Вика трудилась над лицом Степы, он замечтался. Она закончила, пристально посмотрела на свое творение, взяла со стола зеркальце и протянула его.

– Смотри.

Мальчик не знал, что делать, то ли засмеяться, то ли побежать в ванную и все это смыть, то ли закричать на Вику, что она сделала из него малеванное чучело.

– Ну как, круто? Знала, что тебе понравится, мне и самой нравится, вот только может чуточку переборщила с румянами, но я потом исправлю.

– Ага, – не стал огорчать Вику Степа. – Ну все, смывать.

– Нет! – закричала девочка. – Я что, зря трудилась? Идем к зеркалу, посмотришь, оно большое, и тут светлей.

Она развернула кресло и Степа пошел в коридор, где висело большое зеркало.

– Э…

– Да, знаю, но я ведь первый раз, раньше только на себе, а у тебя кожа кстати клевая, ровная. Ты прямо как девчонка.

– Вот еще.

– Девчонка, ну сам посмотри.

– Ты это серьезно? – мальчик хотел сказать это как можно строже.

– Стой, я сейчас, – Вика убежала в комнату. Степа смотрел на свое лицо и не узнавал себя, вроде он и в то же время уже нет. – Вот, смотри.

Вика приложила к его груди платье, что носила по выходным.

– Прекрати, – возмутился и отдернул ее руку.

– Тебе что, обломится? Стой спокойно, хочу посмотреть, как смотрится. Повернись и опусти руки, не укушу, – Степа вздохнул, ему самому было любопытно смотреть на свое лицо. – Ух ты! – восхитилась Вика, как только приложила платье. – А тебе идет. Точно девчонка.

– Я не девчонка.

– Знаю, но ведь идет, что скажешь?

– Ничего не скажу, я смывать.

– Стой, сразу смывать да смывать, я тут трудилась, а он хочет уничтожить мое творение. Идем сюда. Раздевайся.

– Это еще зачем? – возмутился мальчик, а Вика уже расстегнула ему пиджак.

– Примеришь.

– Не буду я это надевать, я тебе кто?

– Вот что за капризный клиент, то не хочет румяны, а теперь примерить. Это, кстати, мое любимое платье, я его никому не даю носить. Снимай пиджак, тут через голову, а здесь…

Степа посмотрел на платье, которое ему совала Вика, он взял его в руки, расправил. Помнил, как Вика прыгала в нем, когда они ходили в парк, там еще Димка споткнулся и руки поцарапал.

– Нет.

– Да! – сказала Вика и повесила пиджак на спинку кресла. – Тебе надо преобразиться, иначе макияж не смотрится. Ну пожалуйста. Тебе что, трудно?

– Нет.

– Вот и славно, на, надевай. Руки подними. И вообще, хочу сказать, что раньше даже цари в детстве надевали платья.

– Врешь.

– Не вру.

– Врешь, – повторил мальчик.

– Ладно, сам напросился, – девочка фыркнула и полезла доставать энциклопедию с полки. – Вот, смотри, это Мария Федоровна с сыном Николаем II, а это фотография мальчиков, а вот еще.

– Они же маленькие.

– Ну и что, но ведь носили, я так думаю, лет до восьми или даже до десяти.

– Глупости, это было давно. Раньше может и носили, а теперь нет.

– Ну прошу, ты только примерь, хочу посмотреть, как получилось.

– Ладно, давай, – Степа взял платье и стал его расправлять, чтобы запихать в него голову.

– Ты чего делаешь?

– Как что?

– Рубашку сними.

Степа не стал спорить с Викой, снял рубашку, девочка аккуратно повесила ее на вешалку, а после помогла просунуть руки в платье.

– Стой смирно, я тут дальше сама. И чего ты такой маленький, мало кушаешь?

– Нормально я ем.

– Повернись, вот тут еще, и тут. Знаешь что?

– Что еще?

– Снимай брюки, они как-то не вписываются, и вообще, мешают, ты в них толстый.

– Снять брюки?

– Ну да, а что такого, давай снимай или помочь?

– Сам сниму.

Степа давно уже переодевался в девчачью одежду, тогда они с Димкой мерили юбки Вики, а после как индейцы прыгали по комнатам.

 

– На, – протянул свои брюки. – Далеко не прячь.

– Сейчас, – Вика по привычке расправила и положила их поверх пиджака. – А сейчас стой, я все застегну. Ой, какой ты худенький, оно на тебе болтается.

– Так, ладно, я надел, что теперь? К зеркалу?

– Идем, – она взяла его за руку и как подружку повела в коридор. Закрой глаза, а то сюрприза не будет. – Степа закрыл глаза, она его подвела, подтянула пояс и развернула к зеркалу. – Ну все, открывай.

– Ух ты, – первое, что он смог сказать.

– А ты красивая, словно и правда девчонка.

Степа смотрел на свое отражение и как-то с трудом верил, что это он. И тут в замке входной двери повернулся ключ, Вика взвизгнула и, схватив Степу, быстро побежала с ним в комнату. Она завертела головой, набросила на кресло плед, спрятав под ним пиджак с брюками. Степа пытался развязать пояс и снять платье.

– Не трогай, затянешь. Садись, вот учебник, это, наверное, Димка.

Степа покраснел, не хотел, чтобы друг увидел его в платье, уже думал убежать в ванную и там переодеться, но тут в коридор вошел Димка.

– Степка не приходил? – спросил у сестры.

– Нет, – немного неуверенно сказала она. – Кушать будешь?

– Не хочу. Привет, – Димка мельком взглянул на Степу, но, не узнав в нем своего друга, решил, что это подружка сестры. – Я пойду, булочки есть?

– Там только три, тебе одна.

– Ладно, о кисель, круто, м…

– Налей и не лезь в кастрюлю стаканом. И вообще, руки вымой.

– Вымой-вымой, мамка нашлась, ладно, я пойду. М… – промычал Димка, допивая стакан киселя. – Если Степка придет, я у Кравчука, пусть идет к нему.

– А уроки?

– Вечером, там вроде немного.

– Тебе читать и биология, а еще английский.

– Успею, делов-то на час.

Димка зашел в комнату, открыл тумбочку и стал там рыться. Степа отвернулся, было стыдно, его и так в школе считали маменькиным сынком, а тут еще платье. Димка посмотрел на подружку сестры, пожал плечами, бросил сумку со спортивной формой и дожевывая на ходу булочку, пошел обуваться.

– Я ушел.

Через секунду хлопнула дверь, Вика, вернувшись в комнату, шлепнулась на диван.

– Ты как?

– Пронесло, – с облегчением сказал Степа, встал и начал развязывать пояс.

– Он тебя даже не узнал, вот что значит макияж. Не тяни, сама развяжу. А ты и правда девчонка, идем еще раз посмотрю на тебя.

Для Степы это был позор, Димка, который знал его как облупленного, не узнал. И вот теперь стоял перед зеркалом и смотрел на свое отражение. То ли дело в одежде, то ли в макияже, то ли в его внешности, но сейчас на него смотрела девчонка.

– А ты красивая, – сказала Вика и обняла его за плечи. – Ну что, Ирка, пойдем переодеваться, а то папа скоро придет.

– Какая еще Ирка?

– Ты. Шучу. Но платье тебе идет, честно идет.

2. Каникулы

Степа долго тер лицо, стараясь смыть тушь и румяна, кожа стала красной. Он злился на себя, что дал надеть на платье, из-за чего стал похож на девчонку, и что Димка не узнал его. Ворча, Степа ушел, а дома долго смотрел на свое отражение в зеркале, стараясь найти в нем черты девчонки.

– Никакая я не девчонка, с чего это она взяла.

Но Степа помнил, как в детстве, когда еще не ходил в школу, к нему могли обратиться как к девочке. Тогда он не слишком придавал этому значения, но в первом классе его посадили за первую парту, как самого маленького, а мальчишки стали дразнить, вот тогда Димка показал кулаки и Степу уже больше никто не трогал.

Вика не удержалась и все рассказала своему брату, он рассмеялся и не поверил. В школе Димка хранил молчание, только сказал, что у него есть к нему дело. Сразу после школы Степа пошел к другу домой.

– Давай, покажи, ну же. Ты это серьезно? Круто!

Димка порылся в Викиных вещах и, найдя ее платье, протянул Степке.

– Ну вот еще, зачем оно мне? Тебе надо, сам и надевай.

– Я так и знал, что сеструха обманула меня, она меня вечно подкалывает, и в этот раз тоже. Ну я ей покажу, ну она у меня побегает. Слушай, помнишь, я говорил про лето, что поеду в деревню, давай вместе? А ты вообще куда хотел?

– Мама думала отправить к тетке в Россошь, я там был, очень круто, арбузы во, – Степа развел руки в стороны.

– Такие большие? Врешь!

– Нет, они и правда большие, их можно только катить, а дыни во, – и Степа развел руки еще шире.

– Врешь!

– Сам ты врешь. Когда приезжала теть Зоя с дядь Валерой, а у него живот во, – и Степа прикинул, насколько он у него большой. – Мы впятером эту дыню целый вечер ели, я чуть было не лопнул.

– Круто.

– Но Левка, это мой брат, сын теть Зои, он только в середине лета приедет, сейчас скучно.

– Тогда давай со мной в деревню, там бабушка, она одна, я знаю злачные места, там такой клев, караси во, – и Димка развел руки шире плеч.

– Врешь!

– Поймаешь одного, и Филька за день его не съест.

– А кто такой Филька?

– Кот у бабушки, огромный, зубы во, а когти как у тигра.

– Врешь!

– Ну может чуть поменьше. Ну что, поехали?

– Я не знаю, надо с мамой поговорить, ты же ее знаешь.

Димка прекрасно знал маму Степки, она воспитывала его одна, поэтому старалась держать ситуацию под контролем. Вечером Дима переговорил со своим отцом и мамой, Вика согласилась, поскольку и она тоже ехала с братом. На следующий день мама Димы после работы заехала к Степе домой, его не было, он бегал во дворе, еще неделя и начнутся каникулы. Тайные переговоры прошли успешно, и когда Степа пришел домой, мама поставила его перед фактом.

– Ты едешь в деревню с Димой и его сестрой.

Степа был ошарашен, как быстро все было решено, он с другом только вчера говорили, а сегодня уже дали добро.

– Мама отпускает, – как только Степа вошел в класс, поставил в известность Димку.

– Знаю, будем в одной комнате спать, на втором этаже. Надо взять рюкзак, у тебя есть?

– Нет.

– Найдем, еще удочки, у меня старая. Грузило потерялось. У тебя случайно нет?

– Нет, – признался Степа.

– Найдем, попрошу, чтобы папа купил два набора, а еще…

Степа уже не думал об уроках, он мечтал о котелке, печенной картошке и поплавке, который будет дергаться, когда клюнет рыба. Неделя пролетела быстро. Степина мама спустя несколько дней, укомплектовав чемодан, словно ее сын едет в командировку, сдала его на руки Диминому папе. До деревни ехали почти два часа, сперва Димка трещал, рассказывая о красотах леса, а после его сменила Вика.

– Идем, покажу тебе нашу комнату. Там спит бабушка, когда она спит, ходи на цыпочках, тут умывальник, мыло, кухня, идем дальше. – Степа крутил головой и старался все сразу запомнить. – По ступенькам не бегай, я пару раз с них улетел, скользко. А тут сундук, здесь комод и шкатулка с пуговицами. Ладно, тебе это не интересно, идем дальше.

Через час быстрой экскурсии Степа уже все знал. Они с Димкой побывали в холодной бане, в сарае, в дровнице, он показал овец и барана, а еще козла, который странно посмотрел на непрошенных гостей.

– Там утки и куры, но ты их не гоняй, бабушка не любит. Вон Петька, это наш петух, орет постоянно, лучше не походи, он боевой, может наброситься. Идем в огород, там у бабушки огурцы, тут самое главное не топтать грядки, а есть можно все.

Степе все нравилось. И комната с большим окном, и лес на горизонте, и непривычная тишина.

– Чувствуешь пахнет? – спросил Димка. – Сегодня будет баня, приготовься.

Вечер настал быстро, бабушка Нюра, сгорбившись хлопотала на кухне. Из бани пришел отец Димки, лицо красное, Степа засомневался, стоит ли ему идти, но Димка решил за него, протянул полотенце, и уже через десять минут они сидели на лавке.

– Сейчас будет жуть, – сказал Димка и плеснул воды на камни.

– Аааа!!! – закричал Степа и вылетел из парилки.

За ним, так же крича, выскочил Димка.

– Ты чего? – спросил он у друга.

– Горячо.

– Это разве горячо? Вот если бы пошел с моим батей, точно бы орал. Ладно, пошли обратно, нечего пару пропадать.

Быстро помывшись и еще несколько раз плеснув воды на камни, мальчишки вышли.

– Круто, – сказал Димка, вытирая голову.

– Ага, – согласился Степа. – Точно круто.

Потом пошла парится Вика, и последней бабушка.

Никто не садился за стол, все ждали бабу Нюру. Наконец она пришла, покряхтела и стала накрывать.

– Как тебе, нравится? – когда поужинали, спросил Димка.

– Нравится.

– Это еще начало, вот завтра сделаю разведку, узнаю, кто у нас тут остался.

– А кто остался? – поинтересовался Степа.

– Не знаю. Наверное, Макс, Олег и Радик, а может и Андрюха, хотя его вечно в лагерь отправляют. Ты спать не хочешь?

– Нет.

– Тогда пойдем сверчков слушать.

Утро наступило как-то незаметно, Степа не помнил, когда они вернулись с улицы, как умылись и как лег спать. Он даже не слышал, как орал петух. Степа потянулся, окно было открыто, поэтому утренний прохладный воздух проникал в комнату.

– Бр, – передернул плечами и укрылся с головой.

Где-то внизу хлопнула дверь, услышал, как залаяла собака, замычала корова, а Петька петух опять начал кричать.

– Димка, какие планы? – спросил Степа и, высунув нос, посмотрел соседнюю кровать. – Эй, ты где?

Димки не было, мальчик встал, быстро оделся и выглянул в окно. Никого, если не считать цыплят и кур, что бегали по двору.

– Димка, – робко позвал он друга, но и в этот раз никто не откликнулся.

Было два выбора. Сидеть и ждать или набраться смелости и спуститься вниз. Степа прислушался, что-то скрипело, выло, дом словно жил своей жизнью.

– Ты уже проснулся? – донесся из коридора голос Вики.

– Да! – радостно ответил ей.

– Тогда выходи, идем умываться.

– Иду.

Он порылся в чемодане, нашел щетку и зубную пасту, взял полотенце и вышел в коридор.

– Что так долго? – возмутилась Вика. – Идем, это тебе не квартира, умываемся на улице. Как спалось? Комары не кусали? А вот ко мне один залетел, ты сетку с окна не убирай, а то мухи, а еще комары.

– А у нас вроде ее нет.

– Ладно, поставим, у бабушки они в сарае. А Димка где, спит?

– Нет, он куда-то ушел.

– Ясно, на разведку.

– А что значит на разведку?

– Это по друзьям побежал, чтобы узнать, кто есть. Не переживай, к обеду придет, сейчас умоешься и завтракать. Есть хочешь?

– Нет.

– Опять нет. Знаешь что, ты приехал в деревню, а тут утром едят, днем и вечером, тебе надо поправиться, а то одни кости да кожа. Вот умывальник, поверни кран.

Степа так и сделал. Из крана побежала тоненькая струйка холодной воды.

– Так и должно быть?

– Вот блин, опять засорилось, сейчас разберемся, стой тут, – Вика поднялась на бочку, а после на забор и уже оттуда заглянула в бак. – Ясно, дело труба, там куча листвы, надо попросить Димку. Степ, дай ведро, я воды зачерпну.

Мальчик подал ей ведро, Вика опустила руку в бак и, пыхтя, стала доставать ведро.

– Держи-держи его, – закричала она, но не удержала ведро, а то упало на козырек, и вся вода хлынула на Степу. Он хотел закричать от холода, но так растерялся, что окаменел. – Ты как, живой?

Степа развел руки в стороны, ему было холодно, а тут еще подул ветер.

– Да… Да нормально, только мокро.

– Извини, не рассчитала, – Вика спрыгнула на землю, хихикнула. – Зато умылся, пойдем переоденешься.

– Да не, нормально.

– Не нормально, простынешь, идем. Извини, не хотела, так получилось.

Шлепая мокрыми ногами, Степа поднялся на второй этаж, подошел к двери и толкнул ее, но та не открылась. Он попробовал еще раз, но дверь в их с Димкой комнату не хотела открываться, словно ее закрыли на ключ.

– Захлопнулась? – спросила Вика и попробовала сама открыть. – Точно захлопнулась, забыла сказать, тут у бабушки щеколда, она соскакивает и захлопывается, надо закрепить. Ладно, Димка придет, через окно залезет, идем ко мне, тебе все равно надо переодеться. Снимай, у меня тут есть шорты и вот, на футболку, она хоть и девчачья, но пойдет.

Ничего другого не оставалось делать, как переодеться в то, что дала ему Вика. Мальчик потряс руками, стараясь поправить ярко-желтую футболку с огромным вырезом и дурацким единорогом.

– Не дергай, она такая, это модно, лучше вот так, – и Вика потянула один рукав, окончательно перекосив футболку. И не тяни шорты, у них талия низкая, они же девчачьи, и вообще, я дала тебе самые лучшие. А теперь сиди, я тебя причешу, – девочка взяла полотенце и стала вытирать волосы.

– Эй, я сам, все повыдергиваешь.

– Сам-сам, ничего подобного, я сегодня стилистка, приведу тебя в порядок, глаз не оторвешь.

– Знаю я тебя, дай лучше расческу.

 

– Ну вот еще, сиди спокойно, – Степа тяжело выдохнул и стал терпеть, как Вика начала его причесывать. – Ну вот, так лучше. Дай руку, под футболку подойдут вот эти браслеты. А знаешь что, я тебе дам свое колье, сиди и не шевелись.

Вика надела ему на руку с десяток разноцветных браслетов, Степа потряс ими.

– Зачем так много?

– Чем больше, тем круче, ничего ты не понимаешь. Встань, с тебя шорты сваливаются, у тебя бедра узкие. Снимай, поищу что-нибудь получше. Пока сохнут твои штаны, надень вот ее.

– Что это? – мальчик понял, что Вика протягивает ему не шорты.

– Что-что, моя юбка.

– Зачем она мне, я и так посижу.

– Не нервируй меня, надевай и пойдем завтракать, бабушка оставила молоко, булочки и мед. Ты любишь мед?

– Э…

– Так и знала, что любишь. Ну что стоишь, надевай.

Степа вздохнул, снял сползающие шорты и взял из рук Вики широкую юбку. «А что тут такого? Вот шотландцы носят юбки и в Греции, и в Бирме, Йемене. И вообще, это же одежда», – подумал мальчик и, просунув ноги, потянул ее вверх.

– Эй, ты что делаешь? Это тебе не брюки, надо выше, на талию, стой, я поправлю. Всему-то тебя надо учить.

– Знаешь, я вообще-то юбок не ношу.

– А жаль, они тебе идут. У тебя и фигурка тоненькая, вон какая шейка, а пальчики, какая прелесть. Я же говорю, что ты девчонка. Ну что, готов, пошли, а то есть хочу.

Вика обошла вокруг Степы, поправила на нем юбку, дернула футболку и, удовлетворенная своим дизайном, подмигнула ему.

– Чучело, – прошептал Степа.

– Красавица, – взяв его за руку, Вика повела новоиспеченную подружку на кухню. – Ешь все что есть на столе, не заставляй меня огорчаться, и вообще, я беру над тобой шефство. Вот сейчас поешь, пойдем в огород, бабушка сказала собрать малину.

– Угу, – жуя булочку, согласился Степа.

В сенках послышались девичьи голоса, Вика повернула голову и, взвизгнув от радости, бросилась навстречу подружкам.

– Откуда узнали, что приехала?

– Димку увидели, – заявила девочка и покосилась на Степу, который не успел сбежать. – Привет.

– Привет, – прошептал он и уже стал осторожно подниматься, чтобы смыться.

– Алка, какая ты высокая, ты выше меня, – Вика приподнялась на цыпочках.

– Как я рада тебя видеть, а то все надоели, Маринка уезжает, Нюха тоже, Ленка в больнице.

– А что с ней?

– С лошади упала, скоро приедет. А ты не одна, Димка ничего не сказал.

– Ну да, – Вика повернулась и замялась, не зная, как представить Степу, а тот уже встал и бочком шел в сторону лестницы, что вела на второй этаж. Вика посмотрела на него. Если бы она не знала, кто в юбке, то ни за что бы не догадалась, что это парень. – Ирка, вместе учимся, подружка.

– Че… – прошептал Степа.

– Ир, это мои подружки, Алочка и Юличка, а это Ирочка. А это еще кто там?

В сенках послышалось множество ног, распахнулась дверь и первым влетел Димка, а за ним еще три мальчишки.

– Привет, девчонки. Вика, Степка где? Мы на ферму пойдем.

– Не знаю, ты его бросил, вот он и ушел, съехидничала Вики.

– Как ушел, я только на разведку, я… – но тут Димка увидел новоиспеченную Ирку, он словно прикусил язык, поморщился. – Я сейчас.

Димка подбежал к Степе, схватил его за руку и быстро повел по лестнице в комнату.

– Ты это чего? – возмутился Димка и толкнул дверь, и та открылась.

– Открылась, – удивился Степа. – Она защелкнулась.

– Давить надо вот сюда, откроется, это что за маскарад, ты это чего, ты…

– Я виновата, – в дверях появилась его сестра. – Я его облила водой, тебе надо почистить бак, опять налетела листва, вода почти не бежит. А дверь… Как ты ее открыл, мы пробовали, а она ни в какую.

– Секреты надо знать. Ты чего напялил эти тряпки?

– Но-но, – возмутилась Вики, – это никакие не тряпки, футболка что надо, не сидеть же на кухне ему в одних трусах, вот я и переодела. Что кричишь!

– Я парням сказал, что с другом.

– Ну и ладно, друг ушел, я же тебе сказала, а это Ирка.

– Че… – возмутился Димка.

– Че-че, Ирка, сестра Степки, – пояснила Вики.

– Че… – теперь возмутился Степа.

– Слушайте, мальчики, я ведь не специально, и главное никто не заметил, верно?

1  2  3  4  5  6  7  8  9 
Рейтинг@Mail.ru