Владимир Бенедиктов Стихотворения 1838–1846 годов, не включавшиеся в сборники
Полная версия
Обновление
Когда тяжёлый, душный день Горит и жжёт, отъемля тень, С нагих брегов, томленья полный, Кидался ль ты в морские волны? И вдруг, охвачен глубиной, Проникнут тайным трепетаньем Ты предавался ли лобзаньям Сей влаги светлой и живой? Окончив день тревожный свой С его заботой и страданьем, Устав измученной душой, Ты освежался ль в час ночной Небес глубоким созерцаньем? О, если жаждешь новых сил, Предайся бездне сей, но прежде Смири желаний дольных пыл И воспрети земной надежде; И, мысль земную оторвав, От грешных уст не дай ей слова! Не чист язык твой, без покрова Её, бесплотную, оставь; Узлом святого упованья Ей крылья светлые скрепи, И мысль, без слов, без одеянья, Нагую, в небе утопи. Пусть в эти дивные мгновенья, Её сиянием обвит, Святой венец благоговенья Твоё чело оледенит; Власы подымет трепет хладной, Слеза сверкнёт в твоих глазах, — И ты постигнешь, как отрадно Душой купаться в небесах!
Одесса
Пёрл земли новороссийской Он цветёт, блестящий град, Полон славы мусикийской И возвышенных отрад; На морском высоком бреге Он вознёсся в южной неге Над окрестною страной И пред дольними красами Щеголяет небесами, Морем, солнцем и луной.
И акация и тополь Привились к брегам крутым; Под рукой – Константинополь, Под другой – цветущий Крым И евксински бурны воды Шумно пенят пароходы, Хлеб идёт с конца в конец, А Одесса, что царица: У подножия пшеница, Из червонцев слит венец.
А бульвар? – Приволье лени. Где сквозь вешний аромат По ковру вечерней тени Ножки лёгкие скользят, Моря вид и отблеск дальний И целебные купальни, Где в заветные часы Сквозь ревнивые завесы Блещут прелести Одессы Иль заезжие красы…
И светла и благодатна Жизнь Одессы, сладок юг; Но и в солнце видим пятна, Чист не весь и лунный круг: Нов, спесив, от зноя бешен, Может быть в ином и грешен Юный город, а притом Сколь он небу не угоден, — Пылен, грязен и безводен. Эгоизм и степь кругом!