Полная версия:
Вебер Владимир Души Алиуса
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
— Идиоты, просто идиоты! Да что они вообще могут знать! — он ткнул большим и указательным пальцами себе в лоб, а затем со злобой ударил кулаком по столу. От этого удара пошла вибрация, так что неизвестный мне воин невольно втянул голову в плечи. — Тирия, да?! Где Тирия? Приведите её сюда живо!
Через минуту из одного из многочисленных проходов показалась она. Когда мы её увидели, тело мальчика покрыл рой мурашек, он сжал кулаки, пытаясь заглушить дрожь. Тирия почти бегом направлялась к звавшему её.
— Сэр Ланос, ваша покорная слуга готова исполнить любое ваше желание! — с особой грацией и энтузиазмом она склонилась в поклоне, выражая лицом полную любовь и покорность. Но мы уже знали, что это маска, скрывающая её разложившуюся натуру. Выпрямившись, она покорно ждала, что скажет Ланос.
Он не заставил себя ждать. Убрав руки со стола, он быстро подошёл к ней, запустил пятерню в её роскошные волосы и резко сжал их, оттягивая голову назад. От неожиданности и боли она пискнула, как мышь.
— Мисс Тирия, дорогая моя… Какая же ты тупая сука. — С этими словами он, держа её за волосы, со всего размаха ударил её о стол, а затем, не отпуская, приблизил её лицо к себе.
Благодаря чудесному зрению мальчика было видно, как от виска до уха открылась рваная рана, из которой струилась тёмная кровь, заливая волосы и лицо. Что-то наподобие плача вырвалось из её проклятого рта. Сейчас мы с мальчиком испытывали восторг от этой картины — хоть и чужими руками, но ей причинили боль и унижение.
Остальные же палачи пытались укрыться от взора Ланоса, некоторые даже спрятались за клетки с пленниками, показывая свою истинную трусливую натуру.
— Ты получала приказы?! — заревел он ей в лицо. Её лицо исказилось от страха — такого, видимо, она совсем не ожидала, как и большинство находившихся здесь. Заплетающимся языком она ответила:
— Д-да, к-конечно, п-получала!
Видимо, такой сбивчивый ответ подчинённой его совсем не устроил, и, немедля ни секунды, он ещё раз смачно приложил её о каменную столешницу. Нос и лоб превратились в кровавое месиво. Тирия пошатнулась, кровь хлынула с новой силой, заливая всё вокруг. Дышать ей становилось всё труднее — видимо, кровь заполняла дыхательные пути, и вскоре она уже захлёбывалась ею, заходясь в жутком кашле. Ноги подкосились, и она рухнула на колени прямо перед ним. Сэр Ланос по-прежнему держал её мёртвой хваткой, даже не думая отпускать.
— Виллон, немедленно бери с собой отряд, затем разделитесь и бегом отправляйтесь к нашим патрулям, особенно к дальним. Нужно передать, чтобы все немедленно вернулись сюда — понял меня?! — с бешеной яростью закончил он, и Виллон моментально кивнул.
— Сэр, простите за дерзость… — было видно, как сильно занервничал Виллон, потирая руки, но всё же осмелился задать вопрос. Не зря он сразу бросился мне в глаза — это точно не последний человек здесь. — Если я это сделаю, то как мы обезопасим это место? — всё увереннее говорил он, видя, что господин не перебивает. — Сейчас здесь бойня, запах крови и плоти, да и мана… — «Мана, я не ослышался?» — резко подумал я. — …бьёт через купол и вентиляционные отверстия. Если я сейчас их отзову, то как мы потом защитимся? Если не разбивать даже малые группы, они, даю руку на отсечение, соберутся в стаю, тем самым привлекая ещё больших чудовищ, и не дадут даже выйти отсюда.
Виллон явно говорил правильные вещи — выражение лица и взгляд Ланоса показывали, что он с ним согласен.
— Виллон, дорогой Виллон… — он левой рукой прикрыл глаза, показывая, что планы пошли не так, как надо. — Всё правильно говоришь… Я тебя уважаю. — Он принялся массировать виски. — Но сначала ответь честно, потому что от твоего ответа будет зависеть, оторву я своему верному соратнику голову или нет.
В этот момент Виллон сильно напрягся, его сжатые кулаки побелели. Он посмотрел на истекающую кровью, перепуганную Тирию, и его лицо на мгновение исказилось — он явно представил, что его ждёт, если ответ не устроит господина. Но, благодаря своей стойкости, он ответил:
— Слушаю ваш вопрос, сэр. Я никогда вас не обманывал и не собираюсь обманывать, — заверил он Ланоса.
— Какой именно приказ передала тебе Тирия? — медленно проговорил он. — До-сло-вно!
— Мисс Тирия передала следующее, цитирую: «Через неделю сюда прибудет Лорд Аргон со своей свитой. К этому моменту мы обязаны допросить каждого хранителя, вне зависимости от возраста, собрать их образцы крови и костей. Трупы не сжигать и не трогать, сложить по камерам до дальнейших приказов. Расставить патрули для контроля монстров леса, а также собрать полный отряд, отправиться в деревню Навак, схватить всех, кого сможем, привести и провести допрос».
В этот момент Тирию забила крупная дрожь. Сэр Ланос наклонился к ней и прошипел:
— Тебе, как особенному человеку в нашей команде, был дан приказ, а ты посмела извратить его? Поиграться захотела, решила, что имеешь право лезть туда, куда тебя не просят?! — Она глядела на него испуганными глазами, не в силах вымолвить ни слова. — Я, как дурак, летел сюда выяснять, что за херня здесь происходит! Почему те, кому ни при каких обстоятельствах нельзя здесь находиться, спокойно разгуливают в тридцати километрах от нас?!
Сейчас его лицо напоминало морду монстра. До этого на бледной коже проступал лишь слабый румянец, но теперь оно побагровело от гнева.
— Доигралась, деточка, — с издевательской ласковостью проговорил он.
В этот момент по ногам Тирии расползалось мокрое пятно, а Ланос резко вздёрнул её за волосы, оторвав от пола, и, не останавливаясь, раз за разом впечатывал её лицом в каменный стол. Раздался характерный хруст ломающихся костей, кровь заливала всё вокруг. Это продолжалось не более тридцати секунд, но этого хватило, чтобы её лицо превратилось в сплошное месиво из костей, крови и зубов.
Как бы я ни хотел обрадоваться такому повороту — хоть и понимал, что уж кто-кто, а она точно это заслужила, — внутри всё похолодело. Вид её разбитого лица и дёргающегося в агонии тела, всё ещё висящего на мощной хватке, заставил меня до дрожи ощутить сущность этого места, где нет ничего, кроме насилия, пыток и убийства. Эти древние стены, простоявшие сотни лет, сейчас пропитывались всем этим, превращаясь в место мучений. В место, не знающее, что такое человечность. В место, от которого отвернулся Бог.
Продержав её так секунд пять, он отшвырнул от себя метров на пять. Ланос стоял, тяжело дыша, а затем, вспомнив, что время не терпит, резко повернулся к Виллону.
— В общем, ситуация полностью прояснилась. Дорогая мисс Тирия извратила приказ. В нём говорилось, что нужно выставить лишь наблюдение за поселением, а сейчас, уничтожив деревню, мы оказались в крайне опасном положении. И похоже, об этом уже стало известно в герцогстве Праэсидум, потому что отряд рыцарей под предводительством самого, мать его, Эдуарда Лангера прочёсывает окрестности. Теперь ты понимаешь, почему нужно убрать патрули и почему нам придётся подгонять самого Лорда Аргона? — глядя на заключённых в клетках, проговорил он.
— Немедленно убить всех пленников! Ману, Кирик, Ван, Хаттер и Сотурут — быстро за мной! Кобут и Персид, вы отправляетесь к шестому и седьмому отряду сразу, как выйдете на поверхность. Быстро-быстро, не копаться! — заторопил всех Виллон.
Гнездо зашевелилось. Отчаянные вопли заполнили древнее строение, пленников охватило полное безумие. Они пытались выбраться из клеток, ломая ногти, пальцы, зубы, пытаясь протиснуться в узкую полосу между прутьями сдирая с себя кожу. Кто-то впивался ногтями в собственное лицо, оставляя страшные следы. Всем стало понятно, что помощи не будет. Сейчас их всех убьют. Не будет никакого спасителя, который ворвался бы сюда, истребил всю эту нечисть и увёл бы за собой эти несчастные души.
Бессердечные палачи достали мечи и копья и через прутья решётки принялись быстро и без капли милосердия пронзать свои жертвы… Казалось, сам ад распахнул сейчас двери, а палачи стали настоящими демонами, чья главная цель — уничтожение всего живого… Всё закончилось так же быстро, как и началось.
Глава 8. Часть мёртвых
Мальчика била сильнейшая дрожь. Из сжатых в кулаки рук стекала кровь, оставшиеся ногти вонзались, разрезая и без того изувеченные ладони. Крупные, холодные капли пота выступили на лбу, бешено стучало сердце. Он пытался дышать, но казалось, будто кислород не мог усвоиться организмом. И я никак не мог ему сейчас помочь.
Мне казалось, что я умер. Страх сменился полным опустошением, когда в тебе не остаётся ничего, даже тебя самого. Вся картина, развернувшаяся передо мной, показала мне, что в этом мире нет ничего святого, что Бог отвернулся от этих людей, оставил их в этой бойне. «Почему я здесь? Для чего вы всё мне это показываете?» — безвольно задал я вопрос в пустоту.
Мне хотелось сдаться, лечь рядом с трупами и слиться с ними. Они умерли и сейчас не видят, не пропускают через себя всю эту боль. «Так почему жив я? Почему?» — вопрошал я, не ожидая ответа. «Может, чтобы каким-то образом помочь этому мальчику? А если и получится спасти, что станет с ним? Сойдёт ли он с ума от увиденного? Сможет ли сомкнуть глаза хотя бы на секунду после всего этого ада?»
Из состояния, длившегося, казалось, целую вечность, меня вывел он — бедный маленький мальчик, который сейчас едва справлялся с окатившим его безумием. Я чувствовал, что прямо сейчас он готов рвануть с места, словно бешеный пёс, туда, где по ступеням вверх бежал небольшой отряд выполнять приказ.
«Нет, нет, нет, тихо-тихо, не надо. Успокойся… мы выберемся, обязательно выберемся, только, пожалуйста, успокойся, малыш».
Паника мальчика захлёстывала меня с головой. Его эмоции били через край, и вибрация работала на пределе — но у всего живого есть свой предел. Даже у него.
Мальчик начал медленно подниматься, готовый ринуться вперёд прямо сейчас.
«Нет!!!» — этот крик вырвался из самой глубины моего существа. И мальчика словно припечатало к каменному полу невидимой рукой. Он брыкался, на губах выступила пена. Моя сила таяла, как крупинка сахара в горячем чае, но я не мог сдаться. Не сейчас.
«Приди в себя, пожалуйста», — взмолился я.«Прошу тебя… Я даже не знаю, как тебя зовут. Ты должен выбраться… Должен сказать мне своё имя!»
Я ощутил невесомость, меня начало отрывать от мальчика, я чувствовал, как ослабляется связь между нами. Я потратил слишком много энергии и понял: если не прекращу вливать в него силы, то навсегда его покину. С трудом, но я остановил связь. Мальчик замер.
После этого его растерянность переросла в тревогу. Он начал оглядываться по сторонам, будто ища меня. Словно знал, что всё это время с ним кто-то был, и сейчас отчаянно не желал оставаться один. Понимая это и осознавая, что нельзя его так оставлять, я стал думать, как восстановить связь, не истратив последние силы. И тут меня осенило: нужно действовать так же, как мальчик, когда он создавал нити, высасывающие тьму. Не обязательно держать поток открытым на максимум — достаточно просто следовать его примеру. И тогда всё получится.
Теперь моей неизвестной силы осталось не так много, поэтому я стал приоткрывать шлюзы. «Медленнее, Артём, медленнее, — говорил я себе. — Самое главное — показать мальчику, что он не один. Что я рядом».
И у меня получилось. Восторг захлестнул меня: «Я это сделал!»
В этот момент парнишка будто расслабился. Дыхание замедлилось, бешеный стук сердца унялся — он приходил в норму, если это слово вообще применимо к его состоянию.
Он лежал на полу, глядя в тёмный потолок коридора и собираясь с мыслями. Затем, так тихо, будто и вовсе не тревожа воздух, перевернулся, снова поднял голову над трупами и стал наблюдать.
Сейчас в зале все были заняты работой — оттаскивали тела и убирали к стенам. Это было опасно, так как двое несли труп мужчины и быстро направлялись сюда, чтобы скинуть его в ту самую кучу, за которой мы прятались.
«Назад в камеру, пока не поздно!» Но у мальчишки был другой план. Он начал аккуратно приподнимать окостеневшие тела, зарываясь между ними. Шаги приближались, но он успел. Сейчас он словно очутился в братской могиле.
«Не могу поверить…» — только и смог выговорить я про себя.
В этот момент мы почувствовали, как на нас свалили мёртвого мужчину. Нагрузка увеличилась, и локоть трупа впился мальчику в лопатку, вызвав сильную боль. Он прикусил губу.
— Стой! — произнёс чей-то грубый голос. — Он живой ещё, что ли? Чувствуешь?
— Да хватит тебе, мертвее мёртвого, — пробурчал второй. — Даже если жив, скоро помрёт! Пошли уже!
— Ага, конечно, пошли. А если он очнётся и орать начнёт? Хочешь, чтобы и с тобой то же самое было, что с Тирией? — взволнованно проговорил первый.
— Да, блин, сейчас… — Мы услышали быстро приближающиеся шаги. Между нами было не более метра, и тут раздался звук вынимаемого из ножен меча. — Раз! — Звук пронзаемой плоти. — Вот теперь точно не закричит. Пошли уже, дел ещё невпроворот!
Шаги быстро отдалились. Мальчик чуть повернулся, сместил локоть — и боль наконец ушла
«Может быть, просто лежать здесь, пока всё не закончится? Тирия мертва, кто теперь вспомнит про мальчика, запертого в камере? Разве что те двое… но, мне кажется, у них сейчас голова совсем другим забита. Да и если и вспомнят, пройдут по коридору, переступят через трупы, увидят девочку, поймут, что в камере никого нет, — не подумают же, что он сбежал? Решат, что это Тирия здесь побывала, а тело паренька уже лежит где-нибудь среди остальных».
Мысли неслись вскачь, и, похоже, мальчик сейчас тоже не знал, как лучше поступить. В такой суматохе невозможно никому не попасться на глаза.
Он осторожно протиснулся так, чтобы видеть, что происходит снаружи.
Работали все быстро. Ланос стоял и что-то тихо говорил одному из своих прихвостней. За шумом сдвигаемых клеток и шагов невозможно было разобрать ни слова. И вот, спустя всего полчаса, помещение полностью освободили, будто здесь никогда и не было ничего, кроме каменного стола и резервуаров с кровью. Только странные, жуткие существа продолжали сновать туда-сюда.
К этому моменту все остальные столпились вокруг Ланоса.
— Отлично! — довольно произнёс он. — Теперь осталось дождаться патрульных и Лорда Аргона. Майзен, давай, тащи его сюда. Хоть взгляну на него.
Воин по имени Майзен быстро подошёл к деревянному ящику, открыл его и достал свёрток ткани, затем с поклоном передал его Ланосу. Тот аккуратно стал раскрывать его, и показался абсолютно чёрный кусок металла.
— Мда… — протянул он. — Надеюсь, у лорда Аргона получится его привязать, было бы неплохо… Хотя, конечно, самое главное уже сделали — избавились от этих грязных крыс. — Тьфу! — смачно сплюнул на каменный пол. — Ну, а даже если и не получится, значит, это уже никому не под силу.
Держа двумя пальцами чёрную металлическую пластину, он поднял её над головой, разглядывая в стремительно уходящем свете, проникающем через окулус купола.
Послышался топот сапог. В зал, тяжело дыша, вбежали чуть больше пятидесяти человек в таких же доспехах, как у Виллона. Половина воинов была перепачкана кровью и пылью, а доспехи остальных покрывала омерзительная на вид зелёная и белая слизь. Один из них вышел вперёд и поклонился Ланосу.
— Господин, первый и второй патрули прибыли, — отрапортовал он, тяжело дыша.
Лицо Ланоса стало серьёзным, и он проговорил:
— Вайс, где командир второго отряда Мика и почему вас тут только половина? — брови его сошлись на переносице.
— Докладываю, сэр Ланос. Последние два дня наши отряды вели непрерывные бои. Командир второго отряда убит, как и все, кто не вернулся. Десять часов назад атаки тварей пошли одна за другой, мы не успевали проводить ротацию и из-за накопившейся усталости отступили от предписанной границы.
— А где ваша подмога?! Что, мать вашу, здесь произошло, пока меня не было?! И какого хрена вы не доложили об этом раньше?! — взревел он.
— Докладываю, три патрульных остались сбивать след и повели зверей на север. Мы отправляли посыльного за помощью, но с третьего по шестой отряд сейчас сами ведут ожесточённый бой, также с нами вернулся Грег Саган из седьмого отряда. Он доложит об остальном.
Вперёд вышел Грег — представитель той самой расы с серой, каменной кожей. Огромный кровоподтёк расплылся на половине его лица. Кулаки Ланоса то сжимались, то разжимались — было видно, что всё идёт совсем не по плану.
— Помофник командила семого отлада, Глег Самон, докладываю, — похоже, у него было повреждено не только лицо, но и челюсть с зубами. — Фсе мелтвы, кайланы плошли… — выдавил он. Было видно, что ещё немного — и он потеряет сознание.
Лицо Ланоса стало пунцовым, поднятые кулаки задрожали от ярости, и сквозь зажатые зубы он произнёс:
— Ты сказал кайраны? — Грег активно закивал. — А самка, самка там была? — с волнением спросил он.
Серокожий отрицательно замотал головой.
— Ты точно уверен? — сверлил его взглядом сэр Ланос. — Отвечай, точно уверен?! — прорычал он.
— Тофно пловелено, феломоны и полофок не актифилофались. — С этими словами он достал какой-то маленький мешок из бедренного кармана.
— Хотя бы это… — тихо, с яростью произнёс он. — Сука, надо было просто порешать хранителей, и дело с концом, но нет — нужно все тайны выведать, все тропы пронюхать, привязать оружие старосты себе… Говорил же: это удача, что мы нашли хранителей и отравили их. План разрабатывался десятилетиями, надо было просто следовать ему, но нет — притащить столько сил в эти руины… Мы же не в Империи, мы в Алиусе, здесь даже нам трудно выжить, а мы устроили здесь базу на несколько недель.
Он со всей силы пнул каменный стол. От удара откололся увесистый камень.
— Так! Слушай приказ. С минуты на минуту здесь будет Лорд Аргон с магами. Вы его знаете: что бы ни случилось, ритуал он проведёт. Поэтому приготовить всё немедленно. Вайс — привести зал в порядок. Отдыхайте, сколько сможете. Пейте настойки, эликсиры — всё, что угодно. Чувствую, отсюда будем прорываться с боем. Майзен, я иду встречать Лорда Аргона. А ты должен передать вернувшимся отрядам: сразу рассыпать порошок и зачаровать за собой дверь. Всех вести сюда. Как ритуал закончится — сразу уходим. Каждый лишний час промедления для нас — смерть!
Все резко засуетились и принялись выполнять команды, а я заметил, что настроение мальчика становится всё лучше и лучше. Ещё бы — планы врага летят ко всем чертям, они потеряли много людей и потенциально потеряют ещё больше. Только я не мог знать, идёт ли это на пользу нашему с ним спасению, ведь, как оказалось, за одной ловушкой скрывается другая. И если опытным воинам приходится несладко, то что можем сделать мы?
С одной стороны, для нас к лучшему, что они так спешат уйти отсюда: значит, трупы, в которых мы спрятались, останутся тут. Но они говорят о монстрах и зверях леса. Какова вероятность, что эти твари не придут на запах крови и мяса и не сожрут заодно и нас? Значит, нужно как-то незаметно пойти за ними!
Сейчас мы с мальчиком лежали среди трупов людей, успев увидеть все зверства, какие только можно вообразить, и не прошло ещё и часа с того момента, как казалось: лучше погрузиться в кромешную тьму и никогда больше не всплыть, чем продолжать это бессмысленное барахтанье. Но, к моему удивлению, сейчас мой разум успокоился, будто бы в нём произошла какая-то перестройка. Может быть, из-за нашей связи с мальчиком?
Мне кажется, что сейчас я смотрю на мир глазами по-настоящему великого человека. Связан с тем, в ком заключена огромная сила воли, невероятная жажда жизни. Он всё ещё хочет выбраться отсюда и сдержать обещание, данное той девочке, имени которой я даже не знаю. Безусловно, сейчас мы не можем существовать друг без друга. Возможно, он, чувствуя меня, думает, что я — это какая-то невидимая помощь его Бога или что-то в этом роде, и поэтому пытается бороться до конца. А я не знал, что будет, если наша связь с ним оборвётся. Что со мной станется? Я просто испарюсь? Растворюсь дымкой, как те магические черви?
Без него у меня не будет ни единого шанса вернуться домой… Стоило вспомнить дом, любимые черты жены Анны и сынишки Ивана, как всё внутри сжалось от невыносимой тоски. Но я тут же одёрнул себя: если есть хоть один шанс на миллион, я должен им воспользоваться. Должен вернуться к ним, чего бы это ни стоило. Если для этого мне придётся пройти через весь этот ад — я выдержу. Я обязательно к ним вернусь!
Мы продолжали следить за происходящим. К своему удивлению, я вдруг понял, что большинство присутствующих здесь — обычные люди, а не монстры, подобные Тирии. Но едва я вспомнил о ней, как по телу мальчика пробежал холодок, а меня захлестнул липкий, животный страх. «Надеюсь, мои мысли не влияют на него, — пронеслось в голове. — Это будет скверно. Из нас двоих именно он — сильная личность. Нельзя, чтобы тепличный человек, смотревший на мир сквозь розовые очки, сейчас ему мешал. Моя задача — только помогать. И никак иначе».
Снова вернувшись к мысли о различиях между присутствующими, я понял: если рассуждать в категориях фэнтези, то Тирия, несомненно, была эльфийским чудищем. Такими же чудищами, как и она, но человеческой расы, были сэр Ланос, Виллон, Лиц и некоторые другие. Их выдавали глаза — холодные и безжизненные — и рот, заполненный острейшим частоколом зубов. Тирия наглядно продемонстрировала, какую боль причиняет их трапеза. Тело мальчика покрывали десятки укусов — это были рваные, ноющие раны, которые без должного лечения могли загноиться в любой момент.
А когда мы услышали странный голос и посмотрели на говорившего, я понял, что это не просто чудище — он даже не похож на человека. Он был очень высокого роста, руки доходили до колен, кожа покрыта чем-то вроде чешуек какого-то хладнокровного. Вместо носа — небольшой бугорок с двумя отверстиями. Волосы на голове отсутствовали, уши заострённые, как у Тирии, но гораздо больше. На первый взгляд, если вспомнить какие-нибудь видеоигры, я бы предположил, что это кто-то из драконидов. Но хвоста у них не было, так что притянуть за уши драконида оказалось тяжеловато. Я быстро бросил попытки дать этой расе точное название и решил долго не задумываться — для себя я окрестил их ящерами. Здесь таких созданий насчитывалось пять или шесть.
Также здесь были какие-то оборотни, но, к сожалению, все они явились с патруля и сейчас с головы до ног скрывались под доспехами. Отличить их можно было только по шерсти — на открытых руках и возле шеи. Были и несколько недодворфов — почему-то язык не поворачивался назвать их просто дворфами.
Но я так и не сумел рассмотреть всех тщательно, так как послышались быстрые шаги со стороны главного выхода
Глава 9. Двадцать шагов
Мальчик тут же заострил всё внимание на выходе из этого ада, и уже очень скоро оттуда показалась толпа людей, впереди которых шли сэр Ланос и, как я сразу догадался, граф Аргон собственной персоной. Он разительно отличался от всех остальных присутствующих. Ведь он был воплощением элегантности. Будто бы его перенесли сюда с обложек любовных книг.
Волосы светлые, почти платиновые. Средней длины, небрежные пряди падали на лоб и виски. Лицо с точёными чертами: высокие скулы, прямой нос, тонкие губы. Кожа бледная, без шрамов и морщин.
Одет он был в чёрный двубортный сюртук военного покроя из плотной кожи. Сидел идеально, подчёркивая фигуру.
Поверх сюртука — длинный плащ из тяжёлой ткани чёрного цвета. При движении плащ распахивался, открывая красную изнанку. По нижнему краю плаща — вышитые серебряные руны, которые слабо мерцали в полумраке.
На поясе — чёрные ножны с серебряными вставками. Рукоять оружия украшена тёмным камнем, похожим на рубин, тускло мерцавшим красным.
Сэр Ланос всю дорогу что-то активно говорил Лорду Аргону, и тот внимательно его слушал. Сначала невозможно было расслышать, но чем ближе они подходили к порогу зала, тем отчётливее становились голоса — странная акустика этого места разносила звуки.
— …Или да, или нет, — наконец я услышал голос взволнованного Ланоса. — Если не успеть за час, боюсь, Лорд Аргон, даже я не смогу вас отсюда вытащить. Возвращается только третий патруль, остальные разгромлены. Я уже дал приказ Виллону перераспределить людей и отводить стаи как можно дальше, но боюсь, времени это выиграет немного. Надо было оставлять магов здесь, чтобы они перекрывали выход маны и запахов.
Мы с мальчиком вместе ощутили поднимающийся восторг… «Да, не думал я, что буду радоваться чьей-то смерти, но я понял: если они выглядят как люди, говорят как люди и даже хотят чего-то, как люди, после того, что они сделали, их можно вычёркивать из этой категории».
— Я тебя понял, Ланос, — ледяным голосом ответил Аргон. — Сегодня мы потеряем много верных слуг, и это тоже меня сильно беспокоит. — Было непонятно, искренне он говорит или нет. — Я не мог оставить здесь магов, ты ведь и сам знаешь, где и почему они мне были нужны. Мы ведём войну на многих фронтах. После победы над хранителями они даже не успели отпраздновать и сразу же ускакали к перевалу Хьюгорта, чтобы подготовить ловушку и принести мне голову Героя Мансена. А здесь, сам знаешь, магия работает из рук вон плохо. Даже чтобы провести заклинание, мы вынуждены использовать редкие стабилизаторы. Только маги из герцогства Праэсидум ещё могут похвастаться своей магической силой в лесу Алиус. Кстати, о них и обо всём остальном — может, я запамятовал, Ланос? — Он метнул в него убийственный взгляд. — На ком лежит ответственность за это? Кажется, тебе я поручал привести всё здесь в порядок и ждать моего сообщения. И что я вижу в итоге?