Виктор Кацев Поэзия Испании. Стихотворения, басни, эпиграммы от XVI до XX века в переводе Виктора Кацева
Полная версия:
Виктор Кацев Поэзия Испании. Стихотворения, басни, эпиграммы от XVI до XX века в переводе Виктора Кацева
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
A Baco
A ti, de alegres vides coronado, Baco, gran padre, domador de Oriente, he de cantar; a ti que blandamente tiemplas la fuerza del mayor cuidado. Ora castigues a Licurgo airado o a Penteo en tus aras insolente, ora te mire la festiva gente en sus convites dulce y regalado, o ya de tu Ariadna al alto asiento subas ufano la inmortal corona, ven fácil, ven humano al canto mío; que si no desmerezco el sacro aliento mi voz penetrará la opuesta zona, y el Tibre envidiará al hispalio río.
Вакху
Тебе, венценосцу лоз виноградных, весёлому Вакху, усмирителю мира, пою дифирамбы, играя на лире, ты груз облегчаешь забот безотрадных, успокоишь Ликурга* в гневе ужасном, или накажешь Пентея** за дерзость на пире, глядят радостно люди на их кумира, несут угощенье в одеждах прекрасных. На месте почётном со своей Ариадной*** корону бессмертную подними горделиво, и весело шествуй с моими песнями. Когда дух священный повеет отрадно, проникнет мой глас в края супротивные, и Тибр**** позавидует нашим рекам известным.*Ликург — древнегреческий политический деятель, которому приписывают реформы государственного строя Спарты.
**Пентей — в древнегреческой мифологии царь города Фивы, растерзанный во время вакханалии своей матерью и её сёстрами.
***Ариадна — дочь царя Миноса на Крите. Помогла греческому герою Тесею пройти через Лабиринт.
****Тибр — третья по длине река Италии, протекает через Рим и впадает в Тирренское море.
A Julio César mirando la cabeza de Pompeyo
Prepara ufano a César victorioso el tirano de Menfis inclemente la temida cabeza que al Oriente tuvo al son de sus armas temeroso. No pudo dar el corazón piadoso enjutos ojos ni serena frente al don funesto; mas gimió impaciente de tal crueldad, y repitió lloroso; «Tú, gran Pompeyo, en la fatal caída serás ejemplo de la humana gloria y cierto aviso de su fin incierto. ¡Cuánto se debe a tu virtud crecida! ¡Cuán costosa en tu muerte es mi victoria! Vivo te aborrecí, y te lloro muerto».Юлию Цезарю, смотрящему на голову Помпея*
Цезарю-победителю поднёс горделиво Мемфиса деспот немилосердный голову того, кто твёрдой рукою усердно в страхе держал легионы строптивые. Сердце Цезаря благочестивое плакало и скорбело нелицемерно, глядя на дар роковой, беспримерный, на зверство сетуя, сказал прозорливо: «Ты, великий Помпей, в роковом падении примером станешь человеческой славы, напоминанием верным, как она быстролётна. Добродетель твоя для меня наставление, победа дороже с твоей смертью неправой, живого я тебя ненавидел и плачу над мёртвым».*Pompeyo — Гней Помпей Великий, убит в сентябре 48 или 49 года до нашей эры у побережья Пелузия (Египет) после поражения в битве при Фарсале (Фессалия, Греция) между войсками Гая Юлия Цезаря и Гнея Помпея, боровшихся за единоличную власть над Римом.
A la mudanza de la Fortuna
Yo vi del rojo sol la luz serena turbarse, y que en un punto desaparece su alegre faz, y en torno se oscurece el cielo, con tiniebla de horror llena. El Austro proceloso airado suena, crece su furia, y la tormenta crece, y en los hombros de Atlante se estremece el alto Olimpo, y con espanto truena; mas luego vi romperse el negro velo deshecho en agua, y a su luz primera restituirse alegre el claro día, y de nuevo esplendor ornado el cielo miré, y dije: ¿Quién sabe si le espera igual mudanza a la fortuna mía?Об изменчивости Фортуны
Я видел как солнца луч безмятежный внезапно тускнеет и умирает, окрестность весёлую тень застилает, а в небе сгущается мгла кромешная. Неистовый Австер* с чужих побережий гневится всё больше, гроза нарастает, по склонам Атланта** она ударяет, колебля высокий Олимп белоснежный. Я видел, как мрачный покров убегает с дождём проливным, и с первым светом, все радости возвращая ясного дня. И вновь великолепием небо сияет. Сказал я, глядя на изменчивость эту: «Кто знает, не ждёт ли такая же участь меня?»*Austro — Аустро (или Австер), у древних римлян южный ветер, зимой приносящий туман и дождь, летом — сухой и вредный для здоровья
**Atlante — Атлант (или Атлас), большая горная система, тянущаяся от атлантического побережья Марокко до берегов Туниса.
A Ulises*
El griego vencedor que tantos años vio contra sí constante la fortuna; el que pudo, sagaz, de la importuna Circe vencer los mágicos engaños; El que en nuevas regiones y en extraños mares temer no supo vez alguna; el que bajando a la infernal laguna libre volvió de los eternos daños, los ojos cubre y cierra los oídos de las Sirenas a la vista y canto y se manda ligar a un mástil duro. Y negando al objeto los sentidos, la engañosa belleza y fuerte encanto huyendo vence, y corta el mar seguro.*Ulises (Улисс) — римская версия имени гомеровского героя Одиссея, царя Итаки, живший в XIII—XII веках до нашей эры, и известный своим умом и хитростью.
К Улиссу
В скитаниях долгих грека-воителя, судьбы одолев искушения, найти он смог пути вызволения из плена Кирки* обольстительной. Кто в чужедальних краях был блюстителем судьбы без страха и без сомнения, спускался он в ад по её наставлению и вернулся свободным от мук унизительных. С платком на глазах, закрыв свои уши, не видя сирен** и не слыша их пения, себя приказал привязать он к мачте, плывя мимо них, он равнодушен к обманчивой красоте и чар применению, и плыл кораблик, волною подхвачен.*Кирка (иначе Цирцея, латинизированная форма) — мифическая полуженщина, полуптица
**Сирена — в греческой мифологии морское существо в образе птицы с женской головой, пением привлекающих моряков в гибельные места.
Esteban Manuel de Villegas
Эстебан Мануэль де Вильегас
(1589—1669)
Гуманист, выдающийся поэт и писатель
«Золотого века» Испании
⠀⠀⠀⠀
⠀⠀⠀⠀
A una Fuente
Tú por arenas de oro corres con pies de plata, ¡oh dulche fuente fría! Yo con mi triste lloro a tu corriente ingrata aumento cada día. Pero tú la porfía de darle al Ebro* parias, en mi daño contrarias, animas por matarme; yo por darte y cansarme, aunque no saco fruto, malogrado tribute, lloro nuevos engaños. Tú me llevas los años al paso de tu curso; yo renuevo el discurso; de mis presents daños. Casi somos iguales ¡oh dulce y clara fuente! yo en continuar mis males y tú aquesta corriente. Si dices que me excedes, yo digo que te excedo; porque tú parar puedes y yo cesar no puedo.К источнику
Ты бежишь на серебряных ножках по песчаным златым дорожкам, о, милый прохладный родник! Я твой безутешный двойник. Твои своенравные струи текут всё быстрей и полней, а я умоляю всуе: напрасно воду в Эбро* не лей. Но ты к моему огорчению на ложе радостно скачешь, разве ты за моё служение примирением мне не заплатишь? Подношения тебе злополучны, ты обманешь, я плакать стану, уплыли, увы, годы лучшие, с потоком твоим неустанным. К потерям давно я привык, продолжаются они и доныне, о, милый прохладный родник! С тобой мы как братья родные. Моих бед череда день ото дня как будто теченье твоё по камням, ты говоришь, что превосходишь меня, но первенства тебе не отдам я. Ведь ты однажды перестанешь струиться, а я не могу остановиться.*Эбро — река на северо-востоке Пиренейского полуострова, самая полноводная река Испании
Félix Lope de Vega Carpio
Феликс Лопе де Вега Карпио
(1562—1635)
Драматург, поэт, прозаик, переводчик, выдающийся представитель «Золотого века» Испании
⠀⠀⠀⠀⠀
Canción
Si consiste en el vivir mi triste y confusa suerte, lo que se alarga la muerte, eso se tarda al morir… No hay vida como la muerte para el que vive muriendo.
Песня
Я бремя жизни несу тяжело, тоска и печаль неутешны, но время медлит, а смерть неспешна. Но вот и она! Избавленье пришло. В иную жизнь ухожу я, грешный, уже не живу, умирая как прежде.Una vi de gracias llena…
¿Quién es la que en un balcón yo con atención miré y la gorra le quité con alguna suspensión? Quién es la que rayos son sus dos ojos fulminantes, en abrasar semejantes a los de Júpiter fuerte, que están dándome la muerte, de su rigor ignorantes? Una que, de negro, hacía fuerte competencia al Sol, y al horizonte español entre ébano amanecía. Una noche, horror del día, pues, de negro, luz le daba, y él eclipsado quedaba; un borrón de la luz pura del Sol, pues con su hermosura sus puras líneas borraba.Я видел совершенную благодать
Прикован мой взгляд к даме, стоявшей на балконе ночью, сняв шляпу, сосредоточен, волненье усмиряя, я замер. Кто та, кому сила подарена своим взором пронзать мое тело? Так в ярости мог умело метать молнии Юпитер могучий: сражают молнии жгучие с жестокостью бесподобной, та, что в черном, способна соперничать силою с солнцем. Пробьётся на горизонте испанском меж чёрных стволов сполох света, и ночь, пугая утро запретом, мрачит робкие блики восхода. Кусочек небесного свода сияет лучами рассветными, и солнце сияньем приветным стирает тени с новым приходом.Mayo
El las mañanicas del mes de Mayo cantan los ruiseñores, retumba el campo. En las mañanicas, como son frescas, cubren ruiseñores las alamedas. Ríense las fuentes, tirando perlas a las florecillas que están más cerca. Vístense las plantas de varias sedas, que sacar colores poco les cuesta. Los campos alegran tapetes varios, cantan los ruiseñores, retumba el campo. Sale el mayo hermoso con los frescos vientos que le ha dado marzo de céfiros bellos. Las lluvias de abril flores le trajeron; púsose guirnaldas en rojos cabellos. Los que eran amantes amaron de nuevo, y los que no amaban a buscarlo fueron. Y luego que vieron mañanas de mayo, cantan los ruiseñores, retumba el campo.Май
В мае раздаётся соловьиный гомон, а в полях за домом перекаты грома. Ранним утром в мае с радостью внимаем песням соловьиным в кронах тополиных. Жемчуга раскинул ручеёк весёлый в заросли люпины щедрым произволом. Украшает склоны россыпь анемона, как в шелках одетый ворох первоцвета. Поле разукрашено пёстрыми коврами, соловьиный гомон, гром над головами. С бодрыми ветрами май пришёл прекрасный, март отдал их маю, скрывшись безучастно. Дождик лил в апреле, расцвели гирлянды, ветки амаранта и кусты лаванды. Тех, кого любили, будут любимы вновь, а те, кого не любили, встретят свою любовь. Потому что слушали ранним майским днём песни соловьиные и небесный гром.«Ir y quedarse, y con quedar partirse…»
Ir y quedarse, y con quedar partirse, partir sin alma, y ir con alma ajena, oír la dulce voz de una sirena y no poder del árbol desasirse; arder como la vela y consumirse, haciendo torres sobre tierna arena; caer de un cielo, y ser demonio en pena, y de serlo jamás arrepentirse; hablar entre las mudas soledades, pedir prestada sobre fe paciencia, y lo que es temporal llamar eterno; creer sospechas y negar verdades, es lo que llaman en el mundo ausencia, fuego en el alma, y en la vida infierno.«Уходить и остаться, и отвергнутым оказаться…»
Уходить и остаться, и отвергнутым оказаться, уйти бездушным, с чужой душой на замену, слушать сладкий голос сирены,* не в силах от него оторваться; гореть, как свеча, и уничтожаться, построить дом на песке с толстыми стенами; упасть с небес, демоном став презренным, и в этом не желая признаться; говорить в немом уединении, просить заранее обещанье терпения, и то, что временно, называть вечным; отвергнуть правду и доверять подозрениям, то, что в мире называют исчезновением, в душе огонь, а в жизни адские печи. *Сирены — см. примечание на стр. 67Francisco de Quevedo y Villegas
Франсиско де Кеведо и Вильегас
(1580—1645)
Выдающий поэт и прозаик «Золотого века»
⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀
Две эпитафии
I
A un avariento
En aqueste enterramiento humilde, pobre y mezquino, yace envuelto en oro fino un hombre rico avariento. Murió con cien mil dolores sin poderlo remediar, tan sólo por no gastar ni aun gasta malos humores.I
Одному скопидому
Лежит здесь, в землю зарытый, несчастный жалкий скупой, закутанный в саван златой, алчный богач, всеми забытый. Он умер от многих недугов, не в силах от них избавиться, поскольку мошной, набитой туго, не желал на лечение потратиться.II
A un médico
Yacen de un home en esta piedra dura el cuerpo yermo y las cenizas frías: médico fue, cuchillo de natura, causa de todas las riquezas mías. Y ahora cierro en honda sepultura los miembros que rigió por largos días; y aun con ser Muerte yo, no se la diera, si dél para matarle no aprendiera.II
К медику
Лежит на сей плите могильной засохшее тело и пепел холодный; причина моих доходов обильных, он медиком был, ножом природным. И я опускаю теперь в могилу эти члены, когда-то имевшие силу; будь даже я Смертью, она б испугалась, ведь у врача убивать обучалась.Definición del amor
Es hielo abrasador, es fuego helado, es herida que duele y no se siente, es un soñado bien, un mal presente, es un breve descanso muy cansado. Es un descuido que nos da cuidado, un cobarde con nombre de valiente, un andar solitario entre la gente, un amar solamente ser amado. Es una libertad encarcelada, que dura hasta el postrero paroxismo; enfermedad que crece si es curada. Éste es el niño Amor, éste es su abismo. ¿Mirad cuál amistad tendrá con nada el que en todo es contrario de sí mismo!Определение любви
Она обжигающий лёд, огонь ледяной, эта рана болезненная или немая, это грёза благая, но день бедой угрожает, это краткий, изнуряющий силы покой. Тревог и забот беспечность виной, и труса порой смельчаком называют, одинокий часто в толпе пребывает, любимый, не знает любви он иной. Это чувство свободы за тюремной стеной не уйдёт до последнего пароксизма, от леченья только страдает больной. Любовь — ребёнок, это целая бездна. Смотрите, может ли тот дружить с пустотой, кто спорит с самим собой бесполезно?Enseña cómo todas las cosas avisan de la muerte
Miré los muros de la Patria mía, si un tiempo fuertes, ya desmoronados, de la carrera de la edad cansados, por quien caduca ya su valentía. Salíme al campo, vi que el sol bebía los arroyos del hielo desatados, y del monte quejosos los ganados, que con sombras hurtó su luz al día. Entré en mi casa; vi que, amancillada, de anciana habitación era despojos; mi báculo más corvo y menos fuerte. Vencida de la edad sentí mi espada, y no hallé cosa en que poner los ojos que no fuese recuerdo de la muerte.
Учит, как все вещи предупреждают о смерти
Смотрел я на стены Отчизны моей, когда-то прочные, теперь же развалины, устав от старости, стоят опечаленные, от бега времени не стали сильней. Я видел как Солнце пило ручей, бегущий из оледенелой проталины, уходит скот с полей потравленных на склоны тенистые, где травы сочней. В свой дом вошёл я, в жилище оставленное, в комнате свалены ненужные вещи, мой посох нашёл я, кривой вроде жерди. Со старым мечом в руке ослабленной, не хотелось мне видеть то, что зловеще вновь напоминало бы мне о смерти.Baltasar Gracián
Балтасар Грасиан (1601—1658)
Балтасар Грасиан — выдающийся испанский писатель, философ-моралист и теоретик литературы,
крупнейший представитель «эпохи Барокко,
член Ордена иезуитов.
⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀
Triste no tener amigo
Triste cosa es no tener amigos, pero más triste debe ser no tener enemigos, porque quien enemigos no tenga, señal de que no tiene: ni talento que haga sombra, ni carácter que apabulle ni valor que le teman, ni honra que le murmuren, ni bienes que le codicien, ni cosa buena que le envidien.Грустно, когда нет друга
Печальное дело не иметь друзей, когда нет врагов, ещё грустней, ибо если кто-то врагов не имеет, это признак того, что он не владеет: ни талантом, которым всех затмевает, ни нравом, которым он подавляет, ни мужеством, которого люди боятся, ни честью, чтоб в клевете упражняться, ни имущества, которого жаждут, ни добрых дел, о них с завистью скажут.Juan de Iriarte
Хуан де Ириарте
(1702—1771)
Филолог, автор латинских и испанских эпиграмм, дядя Томáса Ириарте, писателя и баснописца
(о нём см. ниже, стр. 126)
⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀
Epigramas
Epigrama 1
A una muchacha hermosa y boba
La beldad más superior si de discreción carece, ¿no sabes lo que parece? flor vistosa sin dolor.Epigrama 2
Los malcasados
Cuando a alguno se pretende casar contra su deseo, el hacha apaga Himeneo, y Tesífone la enciende.Epigrama 3
Don Lindo
Quien se acicala y repule, quien presume en el vestir, o quiere que gusten de él, o gusta mucho de sí.Эпиграммы
Эпиграмма 1
На красивую и глупую девушку
Девушка, красивее нет её более, если же у неё ума не хватает, знаешь, кого напоминает? Яркий цветок без чувства боли.Эпиграмма 2
Неудачные браки
Когда кого-то против желания надеть принуждают брачные узы, Гименей* разрывает такие союзы, а Тисифона** их возрождает.Эпиграмма 3
Дон Обаятельный
Тот кто украшен и наряжается, кто кичится своим облачением или имеет, то что нравится, или очень доволен собой в отражении.*Гименей — в античной мифологии бог супружества.
**Тисифона — в древнегреческой мифологии одна из трёх фурий (сестра Алекто и Мегеры), карающая за убийства родственников.